Глава 22
— Мне показать тебе, где что, или сам разберёшься? — опаляет жарким дыханием ухо школьника мужчина, чуть склонившись над ним, стоит обоим переступить порог квартиры учителя. Джисон смеётся и легонько ударяет старшего в грудь, а Минхо, поймав его ладонь и обхватив своей рукой, со шкодливой улыбкой подносит её к губам и быстро целует, пока младший не успел смущённо одёрнуть её. — Eres encantador*, — напоминает ему математик словно о самой очевидной в мире вещи.
— Минхо, — тихо шепчет мальчишка, отводя взгляд. Его щёки розовеют почти мгновенно.
— Что хочешь на обед? — усмехнувшись, уточняет Минхо, проходя в комнату с тяжёлой дорожной сумкой Джисона на плече. Парень недовольно сопел и требовал, чтобы ему дали самому понести её, но учитель лишь фыркнул на все эти требования и взял эту обязанность на себя.
— Блин, не знаю… Это так странно. То есть я, конечно, много раз был у тебя, но теперь мне… не надо возвращаться вечером домой? И я прямо ночевать останусь. И в школу от тебя теперь пойду… Офигеть, — на ходу тараторит Джисон, осматриваясь по сторонам таким взглядом, словно впервые видит и диван в гостиной, и дверь в спальню учителя, и двухместную кровать.
— Поедешь, — поправляет его математик с усмешкой.
— Что? — переспрашивает юноша, чересчур увлёкшийся изучением обстановки, словно и вправду не видел её раньше. Он всё это время переводил взгляд от одной стены к другой и теребил шнурки на толстовке, то связывая их в узел, то расправляя.
— В школу ты поедешь, а не пойдёшь. Эй, расслабься, — Минхо, бросив сумку подле кровати, развернул Джисона к себе лицом, положив руки на плечи, и легонько щёлкнул его по носу. — Чувствуй себя как дома, понял? Я серьёзно, — мальчик широко улыбнулся и чуть сощурил глаза.
— Но дома я, наверное, не должен целоваться со своим учителем? — издевается он, облизывая свои губы и слегка приподнимая брови.
— Сучёныш, — хрипло смеётся Минхо, обхватывая руками его торс и резко вжимая в своё тело. Он наклоняется и целует в приоткрывшиеся от улыбки губы. Мальчишка тянется навстречу и обвивает его шею руками.
В этот момент не хватает лишь Хвана, который вбежал бы в комнату без стука и начал рассказывать какой-нибудь дедовский анекдот или что-то спрашивать про Йеджи.
— Я хочу манку, — просиял Джисон, отстранившись от математика, грудная клетка которого тяжело вздымалась в такт дыханию. Парень и сам дышал так, словно пробежал кросс.
— Манку? — изогнул бровь учитель. Хан часто закивал головой, водя ладонями по груди мужчины через белую ткань. Он просто кайфовал от всей этой тактильности между ними и обожал трогать своего учителя, особенно осознавая, что он — его парень. — Значит, будет манка, — рассмеялся Минхо, оставляя полный заботы поцелуй на лбу юноши. Джисон довольно заулыбался. — Ты не шутишь хотя бы? — сощурив свои глаза, настойчиво переспросил старший. Мальчишка покачал головой из стороны в сторону.
— Правда, хочу манку. Давно её не ел, — подтвердил он серьёзность своих намерений.
— Milagro**, — беззлобно фыркнул Минхо, ероша волосы младшего.
Математик честно варит манку на обед. Джисон честно ест её, не переставая довольно щуриться, как от солнышка, когда Минхо целует его в макушку или висок, не давая спокойно пообедать.
Мама звонит целых восемь раз за день, ужасно беспокоясь, что оставила сына одного в городе у учителя. Минхо тоже беседует с ней и помногу раз повторяет, что Джисон ему совсем не мешает и что она может не волноваться.
— Ты уроки сделал? — бросает через плечо Минхо, сидя на диване и листая учебник по математике за седьмой класс, сверяясь с методическим планом, перепроверяя, все ли домашние задания и темы совпадают.
— Ага, — очень неубедительно бросает школьник, проходя мимо.
— Джисо-о-н, — настойчиво тянет старший, отложив книгу. Парень тормозит на полпути, вздыхает и, обогнув диван, садится рядом.
— Ещё не сделал… Там такое противное упражнение по матеше, мне лень, — опечаленным голосом повествует младший, заламывая кисти рук.
— А на что тебе парень-математик? — закатывает глаза Минхо. — Неси сюда свои упражнения, будем решать, — Хан снова тоскливо вздыхает.
— Может, через часик?.. — смотрит он на него снизу вверх, опустив подбородок.
— Через часик ты захочешь спать. Так не пойдёт, малыш, — ласково улыбается ему старший, нежно проведя ладонью по щеке. — Давай-давай, пока я помощь предлагаю, — и, подавшись вперёд, целует Джисона в губы. Тот тянется за продолжением, но Минхо отстраняется и, хитро прищурив глаза, качает головой. — Сначала домашка.
— Блин… — поднимаясь с дивана, бросает Джисон, топая в сторону комнаты за школьными принадлежностями, которые уже разложил в выдвижных шкафчиках стола Минхо.
Они сидят над домашкой парня каких-то двадцать минут. Решает всё в основном Минхо, а Джисон лишь вовремя кивает головой и соглашается с его умными словами.
— Всё понял? — уточняет математик, подняв взгляд от тетрадки на парня.
— Абсолютно, — уверенно произносит Хан.
— Врёшь как дышишь? — спрашивает Минхо, вздёрнув бровь.
— Абсолютно, — тем же честным тоном говорит младший и смеётся. Минхо по-доброму усмехается.
— Разберём эту тему более подробно в следующий раз. Научу решать тебя такие задачи, — школьник, решив не спорить, лишь пожимает плечами, мол, как хочешь. — Хочешь что-нибудь? — добавляет он, глядя на время, которое перевалило за десять вечера.
— Стакан тёплого молока, — подумав, произносит парень.
— Манка, молоко… Ощущение, что я завёл себе ребёнка, — качает головой математик, но всё же встаёт, послушно поднимается на кухню и принимается копошиться в холодильнике в поисках молока.
— Так и есть, мне шестнадцать! — вдогонку бросает Хан. Минхо закатывает глаза, не оборачиваясь.
Тёплый прозрачный стакан с подслащённым молоком и тающим в нём кусочком масла опускается в протянутые ладошки. Джисон, довольно улыбаясь, целует севшего рядом Минхо в щёку и, прижавшись к его боку, делает крупный глоток.
— Вкусно, — сообщает он. Мужчина, закинув руку ему за плечи, включает телеканал, по которому идёт его любимое шоу про путешествия.
— Пей на здоровье, — усмехается он, оставляя поцелуй на макушке. Парень залезает на диван с ногами и чуть ли не мурчит от удовольствия. Вдвоём уютно, тепло и как-то спокойно.
Через полчаса укладываются спать, потому что после расслабляющего тёплого молока подростка вырубает почти на ходу, и он, широко зевая, стягивает с себя футболку, уже сидя на краю двуспальной кровати. Минхо ходит по комнате и перекладывает тетради из одной стопки в другую, отсортировывая те, что завтра нужно принести в школу. Мужчина уже без футболки и в одних пижамных штанах, и Джисон в открытую пялится на него. В помещении горит лишь настольная лампа, свет от которой мягко выхватывает и очерчивает красивое тело учителя.
— Малыш, я всё вижу, — не выдержав, смеётся математик, начавший чувствовать себя неловко под пристальным взглядом.
— Это отлично, в твоём возрасте это — достижение, — растягивает губы в широкой улыбке десятиклассник.
— Ты где-то нашёл книгу «100 и 1 острота на каждый день»? — фыркает старший и, бросив своё дело — завтра утром закончит — вплотную подходит к Хану, который, рассмеявшись, отползает назад, к центру кровати, боясь расправы. Минхо, схватив за щиколотки, рывком подтягивает его к себе и нависает сверху, опираясь на руки. Его сощуренные глаза смотрят спокойно, хоть уголок губы и приподнят, как будто бы не к добру. Джисон ловит каждое изменение в его мимике. Интимный приглушённый свет, загадочная усмешка учителя, его крепкий оголённый торс, лёгкий запах одеколона — всё это смешивается в голове юного школьника, отчего тот рдеет, неосознанно лижет нижнюю губу и тут же прикусывает её зубами. — Ложись спать, Хан, — шепчет ему на ухо математик, неспешно отстраняясь. Однако он не спешит уйти. Берётся обеими руками за спортивки, в которых малой весь день гонял по дому, и уверенным движением стягивает их. Он почти не отводит взгляд от парня, продолжая оголять его худые ноги.
— Что ты делаешь, Минхо? — тихо осведомляется Хан, покрываясь мурашками и красным румянцем. Учитель тихо смеётся, окончательно оставляет ученика без штанов и бросает их на спинку стула.
— Ничего противозаконного, — убеждающим тоном отвечает он, беря лежащие рядом пижамные лёгкие штаны чёрного цвета с белыми штриховыми рисунками планет, звёзд и космических кораблей и принимаясь надевать их на школьника.
— Минхо, блин! — поджимает губы Хан, понимая, что учитель его просто переодел, а столько мыслей неправильных уже родилось в голове! Он всё это нарочно — парень убеждён в этой мысли.
— Спокойной ночи, малыш, — смеётся математик, оттягивает резинку пижамных штанов, и та звучно опускается на плоский живот. Джисон произносит недовольное «Ай» и получает неожиданный, но приятный поцелуй в губы. — Я серьёзно, спать ложись, не выспишься, — добавляет Минхо, чуть отстраняясь от мягких губ и снова касаясь их на пару секунд.
— А ты? — вопрошает парень, переползая на свою часть кровати и удобно устраиваясь под тёплым большим одеялом тёмно-синего цвета.
— Я в душ по-быстрому и к тебе, — уверяет его старший.
Через пятнадцать минут Джисон, уже почти уснув, чувствует, как кровать рядом с ним чуть прогибается и широкая мужская рука ложится поверх рёбер. Математик придвигается ближе, и десятиклассник даже чувствует его горячее дыхание на своём загривке. Приятный запах ментолового геля для душа заполняет собой пространство вокруг. Хан засыпает с полным ощущением безопасности и комфорта рядом с любимым человеком.
Минхо, поднявшись на кухню, чтоб взять из холодильника бутылку гранатового сока, с которого привык начинать каждый новый день, ерошит волосы своего десятиклассника, проходя мимо. Парень сидит на барном стуле за круглой кухонной тумбой и завтракает овсяной кашей на молоке.
— Портфель собрал? — на ходу уточняет математик, открывая новую стеклянную бутылку и примыкая губами к рубиновой кисло-сладкой жидкости.
— Не-а, сейчас, — с набитым ртом отзывается подросток.
— Давай быстрее, опоздаем ещё, — отвечает старший, присев рядом. Джисон молча зачерпывает ложку овсянки и подносит к губам учителя, который так же молча открывает рот и ест, а после запивает соком. — Вкусно, — отзывается он.
— Тебе положить? Я на двоих сварил, — произносит мальчишка, робко улыбаясь.
— Давай, я с удовольствием, — Хан быстренько идёт наполнять ещё одну тарелку кашей, пока математик незаметно для него ворует ещё одну ложку. Правда вкусно. Сладко и сытно. Минхо уже отвык завтракать по утрам, но, видимо, пришло время опять начать, а не утолять голод соками и кофе.
После завтрака быстренько собираются: Джисон натягивает оранжевую толстовку, подаренную учителем, Минхо официальную белую рубашку, в которой смотрится просто потрясающе. У него сегодня собрание после уроков, и он хочет выглядеть хорошо, что получается у него с успехом.
— Почему я на твоём фоне как гадкий утёнок? — кривится Хан, стоя перед зеркалом в ванной, когда за спиной оказывается учитель и начинает поправлять волосы. Он усмехается и шутливо замахивается на своего чертёнка.
— У тебя в голове вата, что-ли? — спрашивает он вполне серьёзно, делает шаг вперёд, становясь вплотную, и кладёт руки на плечи Джисона, вжимая худое тело в свой торс. — Eres muy guapo***, ты даже представить не можешь, — шепчет ему на ухо математик, опуская руки и обвивая ими худую талию, спрятанную в складках объёмной оранжевой кофты. Минхо ведёт кончиком носа по его виску, спускается к щеке, трётся о него, как кот, желающий оставить свой запах, чтоб все поняли: это — его. Хан ожидаемо краснеет. Он вздёргивает подбородок, оборачивается через плечо, и учитель мягко касается его приоткрытых губ, нежно вовлекая в поцелуй. Джисон в его объятиях плавится и думает о том, что, наверное, никогда не был так счастлив, как рядом с этим человеком, который научил его любить.
— Мы опоздаем, — говорит он тихонько, сжимая руки мужчины на своём животе.
— И что? — тихо усмехается математик, отстраняясь от горячих губ ученика и оставляя поцелуй на его чувствительной шее. Парень откидывает голову на его плечо, разрешая делать со своим телом все эти вещи.
— У нас алгебра первым, — вслух произносит десятиклассник, разомлев от утренних ласк.
— А, ну тогда другое дело, значит надо срочно мчать в школу, — смеётся Минхо и делает шаг назад, оставляя юношу без опоры. Джисон возмущённо приоткрывает губы, но ничего не говорит, только показывает язык в отражении, видя, что мужчина продолжает следить за ним. — Поехали, а то правда опоздаешь. Тебе ещё экзамены сдавать, — усмехается на его ребячество математик. Поправив воротник белой рубашки, он ещё раз придирчиво осматривает свой внешний вид, слегка поправляет спавшую на лоб чёлку, зачесывая её в сторону, и ретируется в другую комнату.
Йеджи сидит и мучается над какой-то книгой, то в недоумении хмурясь, то задумчиво покусывая кончик карандаша. Джисон замечает её с порога, оказавшись в классе. До начала урока ещё пятнадцать минут, так что в помещении всего пять человек, и если остальные общаются или сидят в телефонах, то Йеджи старательно пытается что-то вычитать.
— Доброе утро, — приветливо произносит она, обернувшись на звук закрывающейся двери.
— Доброе, — отвечает Джисон, подходя ближе и заинтересованно нависая над раскрытой перед девушкой книгой. — Это… испанский? — удивлённо вздёргивает бровь парень.
— Да-а, — на выдохе произносит Хван, откидываясь на спинку стула и устало проводя рукой по щеке. — Я не знаю, как ты его выучил, но мне даже первая глава не даётся, — качает она головой, глядя на Хана по-новому, как на умного начитанного человека, а не как обычно. Джисон даже приосанивается от этих слов.
— Зачем тебе? — спрашивает он, присаживаясь рядом, когда девушка убирает свою сумку со стула и кивает на свободное место.
— Хёнджин шлёт мне видео из Испании, и я иногда ничего не понимаю, — честно произносит она, смущённо улыбаясь. — Чувствую себя дурой… Не люблю это чувство. И вообще, я открыта новым знаниям, хватит стоять на месте, — уверенно произносит она убеждающим тоном.
— О… Ну-ка, дай полистаю, — он берёт из её рук книгу, листает страниц пятнадцать с задумчивым лицом. — Нет, это точно не пойдёт для новичка… Очень сложно написано. Даже мне сложно вникнуть. Формулировки странные. У меня есть подробный самоучитель, там идёт ступенчатое обучение. Я тебе принесу завтра, если хочешь, — говорит он, захлопывая тяжёлую книгу и передавая обратно Йеджи.
— Правда?.. Я буду очень благодарна, спасибо! — чуть громче прежнего произносит она, обрадованная таким удачным стечением обстоятельств.
— Хорошо, — улыбается парень, вставая, чтоб пересесть в конец класса, но Хван придерживает его, схватив за рукав толстовки.
— Да оставайся, чего ты. У тебя с математикой вроде не очень?.. Сегодня самостоятельная, я помогу, — говорит она, убирая прядь каштановых волос за ухо.
— Окей, — смущённо отзывается Хан, вешая ранец на крючок под партой.
В конце мая Хану исполняется семнадцать лет. Праздник выпадает на субботу, и Минхо сразу решает, что они поедут к его маме, так как она очень переживает, что видится с парнем не так часто, как хотелось бы. День рождения — семейный праздник, поэтому встречают его в тесном кругу. Приглашено всего несколько человек.
В первую очередь Минхо — он вообще не расстаётся со своим парнем, что очевидно, так что вопрос о том, будет ли он присутствовать на торжестве, даже не поднимается. Мама звонит мужчине сразу с конкретным вопросом: «Какой торт вам, мальчики, испечь — клубничный или шоколадный?»
Неожиданно для всех Джисон также приглашает Йеджи, которая с трудом отпрашивается у родителей с ночёвкой к другу. Даже ругается с ними на эту тему, но упрямо уходит из дома, решив, что хочет провести этот вечер в приятной компании. Они с Ханом сдружились и особенно стремительно сошлись на почве изучения испанского языка. Вместе сидели на всех уроках, постоянно обсуждали что-то, Джисон учил её правильному произношению и общим разговорным фразам, а она помогала научиться решать задачи по физике, химии и биологии. Математикой же с ним лично занимался Минхо, реально заставляя каждый вечер решать по две задачи.
А ещё вместе с ними день рождения празднует Хёнджин — правда, только по видеосвязи.
Джисон, Минхо и Йеджи приезжают на квартиру к Джихё в час дня. Мама целует сына в обе щеки, радостно встречает гостей. Йеджи помогает ей на кухне: нарезает сыр и колбасу, выкладывает на тарелки, подаёт свежие овощи, делает крабовый салат. В домашней футболке Джисона, которую тот выдал подруге, чтоб она не запачкалась, с собранными в небрежный пучок волосами, отгоняя от мясной нарезки учителя, который норовит что-то украсть и съесть, задорно смеясь вместе со всеми, она ощущает себя на своём месте.
Хёнджин набирает их через час, поздравляет Джисона в своём стиле — на испанском языке, с бутылкой текилы в одной руке и лимоном в другой.
Вместе выпивают по бокалу шампанского, а потом Минхо открывает бутылку белого сорокаградусного рома, которую пьёт с мамой Джисона. Подростки же обходятся белым вином.
Джисон невзначай думает, что это его лучший день рождения, и звонко чокается бокалами с Йеджи.
— Я вот всё думаю, а как же в следующем году нам быть с Джисоном, — говорит мама уже вечером, когда все расслабленно разбредаются по квартире. Минхо сидит в кресле и гладит серого полосатого кота, которого завела Джихё, чтоб было кого кормить, Джисон сидит на мягком ковре в ногах у учителя и собирает конструктор лего, который ему подарила Йеджи, ни разу не прогадав с выбором подарка, мама на диване с клубничным пирожным в руке, а Йеджи на кухне — общается с Хёнджином.
— В смысле? — вздёрнул бровь математик. Хан тоже обернулся на мать.
— Ну не будет же он у тебя ещё целый год жить, — вздохнув, пояснила она. — Я, наверное, поднакоплю денег за лето, поработаю побольше, сниму ему комнату отдельную…
— Ещё как будет! — встрепенулся учитель, непонимающе нахмурившись. — Какая комната? Ты с ума сошла? Пускай живёт хоть год, хоть пять. Он мне не мешает совершенно, даже думать перестань, — серьёзно заявляет он.
— Мам, ну правда, нам нормально, — когда это они стали единым целым — он пытается не думать, говоря «нам».
— Это тебе нормально, Джисон, а Минхо…
— А Минхо ещё лучше. Джихё, он лучший сосед по квартире, который только мог мне попасться. Убирает за собой, да и за мной иногда тоже, завтраки готовит, фильмы нам нравятся общие, не ругаемся, — перечисляет он. Джисон широко улыбается, отвернувшись в сторону, якобы заинтересованно рассматривая фигурку из лего. На самом деле, ему жутко приятно слышать эти слова.
— Я так не могу, — упрямо продолжает гнуть своё мама.
— А я могу, — фыркает учитель. — Не усложняй, пожалуйста. Как только он мне надоест — я дам тебе знать первой. Кстати, спойлер: такого никогда не будет, — смеётся он, чувствуя тычок локтем в бедро от Хана, который недовольно уставился на него после слов «когда надоест».
Пока старшие спорят, Джисон решает пройтись на кухню, посмотреть, что осталось вкусного.
Хван сидит за столом, перед ней телефон, и она выглядит счастливой.
— Eres buena****, — говорит Хёнджин, широко улыбаясь и поднимая рюмку текилы. Йеджи салютует ему вином.
— Я знаю, — усмехается она самодовольно. Хёнджин смеётся.
— Тебе палец в рот не клади… О, Джисон, снова привет, — машет ему рукой мужчина, когда парень заглядывает в экран. Йеджи протягивает школьнику пустой бокал и указывает на открытую бутылку. Парень согласно кивает и садится рядом. Йеджи наполняет его бокал.
— Здрасьте-здрасьте, — отзывается он, удобно устраиваясь рядом с одноклассницей.
— Ну давайте, малышня, за то, чтоб встретились все вместе в Испании в следующем году, — салютует им текилой Хван. Десятиклассники чокаются и выпивают по нескольку глотков. Такой тост обоим приходится по вкусу.
— Ага, опять выпиваете, — именно с такими словами на кухню заходит Минхо с котом на руках. Животное он отдаёт Джисону, опустив четвероногого на коленки десятиклассника, а сам, опираясь рукой на спинку дивана, заглядывает в экран и показывает лучшему другу знак мира, обозначая своё появление.
— Что решили? — заинтересованно вопрошает Джисон, подняв взгляд на учителя.
— Всё остаётся как раньше, конечно, — кивает он головой. Хан светится от этой новости, как начищенная золотая монета.
— Минхо, — привлекает к себе внимание Хёнджин.
— Оу, — отзывается математик, беря со стола бокал Йеджи и делая глоток.
— Обещай, что летом приедете втроём в Испанию, — улыбается мужчина, обновляя свою стопку.
— Честное пионерское, — клятвенно заверяет учитель. Минхо, когда чуть пьяненький, смешно разговаривает и ставит интонации, и Джисон хихикает с него весь вечер.
На последнем звонке для десятиклассников ничего интересного не происходит. Они просто приходят на торжество, смотрят, как одиннадцатиклассники прощаются со школой, дарят подарки учителям и дружно поют песню о прошедших школьных буднях. Джисон в основном шушукается с Йеджи, обсуждая с ней неудачную новую прическу одного из парней и красивые сарафаны девушек. Минхо, стоящий неподалеку, шикает на них.
— Вам в следующем году там же отдуваться перед всей школой, — замечает он, обращая на это внимание десятиклассников.
— Ещё целый год… — задумчиво произносит Йеджи, возвращая взгляд к одиннадцатиклассникам.
— Все там будем, — философски изрекает Хан. Минхо, подавив рвущуюся наружу улыбку, снова шикает на подростков, вынуждая притихнуть.
— Так, ты надолго монатки собираешь? — уточняет математик, когда школьник носится по квартире и собирает вещи. Он так обжился у учителя, что уже не может вспомнить, где бросил нужную футболку, а где лежит тот самый браслет, который он точно хочет взять с собой.
— Мама очень соскучилась. Говорит, на всё лето меня забирает, — говорит он, продолжая забивать рюкзак шмотками.
— Это мне теперь два часа ездить, чтоб тебя увидеть? — разочарованно вздыхает мужчина.
— Не хочешь — не надо, — поджимает губы парень, беря со стола зарядку для четвёртых Mi Band. Фитнес-браслет ему подарил Минхо на день рождения, вместе с крутой серебряной подвеской на шею в виде осы, которую Джисон теперь почти не снимал, разве что на ночь.
— Не бухти, буду приезжать, — усмехается математик, ловя Хана посреди комнаты, когда тот снова проделывал путь от стола до шкафа, и прижимая к себе, обвивая руками вокруг талии. — Честно, каждую неделю буду, — заверяет он, глядя сверху вниз в большие черные глаза. Джисон улыбается ему. Мужчина нежно чмокает мальчишку в кончик носа.
И честно приезжает. Мама, может быть, и догадывается, что у них не просто дружеские отношения, но лишних вопросов не задаёт, а Джисон как-то не спешит признаваться ей.
Спустя два месяца каникул, в начале августа, Минхо уже привычно заходит в квартиру, преодолев двухчасовую дорогу. Его здесь уже даже не воспринимают в роли гостя.
— Минхо приехал, — уведомляет мама громким голосом, впуская учителя в квартиру. — Привет, дорогой, — целуя его в щеку, здоровается мама.
— Привет, — широко улыбается мужчина, привычно приобнимая женщину за талию.
— Кушать будешь? — обыденно интересуется она, словно домой вернулся старший сын или брат, а не лучший друг её сына, который, к тому же, намного его старше.
— Да, — не раздумывая, соглашается брюнет.
— Минхо, — в коридор выбегает Джисон, и тут же виснет на любимом математике, который тихо смеётся, прижимая к себе мальчишку.
— Чего так долго, м? — вздёргивает бровь математик, привыкший к тому, что Хан его по выходным чуть ли не у двери сторожит.
— Миссию в лего доигрывал, — чуть стыдливо признаётся парень. Минхо не успевает даже притворно возмутиться, как юноша, робко оглянувшись по сторонам и убедившись, что мама точно ушла на кухню, привстаёт на носочки и касается губ Минхо. Мужчина, едва слышно промычав что-то в поцелуй, видимо, собираясь сказать что-то за секунду до поцелуя, расслабляется и прижимает к себе подростка, разрешая тому скользнуть кончиком языка в его приоткрытые губы. — Я скучал, — шепчет он, отстраняясь и ластясь к математику, проводя кончиком носа вдоль скулы, вдыхая в себя запах геля для бритья.
— Я тоже, — тем же шёпотом заверяет его старший.
— Мальчики, вам плов разогревать? — доносится голос с кухни. Оба вздрагивают как по щелчку пальцев.
— Да, мы с удовольствием! — отзывается Минхо, и Джисон просто рад, что рядом со своим мужчиной даже не должен утруждать себя лишний раз отвечать на какие-то вопросы.
Обедают все вместе, при этом обсуждая разные темы. Мама мечтательно представляет предстоящий отпуск, думает снова поехать в какой-нибудь тур, а Джисон раздосадованно бухтит, что тоже куда-то хочет, но только отдельно от мамы.
— А я что, не дам тебе отдохнуть, что ли? — возмущается она, не понимая эту позицию.
— Не дашь, — пыхтит он, как ёжик.
— Напиться я тебе не дам, а не отдохнуть, — закатывает она глаза. Джисон фыркает. Минхо просто пытается спрятать улыбку, выслушивая этот забавный спор. Если честно, то он был согласен с позицией Джихё, так как отпускать подростка куда-то одного и рассчитывать, что он этим не воспользуется — по меньшей мере опрометчиво. К тому же Хан не из особо общительных, так что даже странно, что ему вдруг захотелось выйти за пределы дома. Но, с другой стороны, погода и впрямь отличная, и в четырёх стенах как-то не то.
— Да потому что не хочу я на экскурсии по городам ходить, а отдыхать хочу нормально, чтоб всё включено и бассейн, — говорит он, а Минхо понимающе кивает. Он тоже любит, когда всё сделано за тебя, только лежи кайфуй.
— В Турцию хочешь? — усмехается учитель, вклиниваясь в разговор.
— Да пофиг куда, просто хочу куда-то вылезти из этого города, — «Очень в подростковом стиле» — думает Минхо.
— Ну значит со мной поехали!
— Ну мам, я же сказал, дворцы рассматривать и ходить с утра до ночи где-то — это не для меня, — поникшим голосом отвечает он, опустив голову. — Понятно, короче, летом сижу дома.
— Джисон, ну, а что ты предлагаешь? Ты же один даже из города выехать не сможешь, — прозвучало как-то обидно, но честно. С коммуникацией и впрямь было сложно, и разобраться в рейсах, и купить билет на что-либо — уже целое приключение для парня.
— Тут в часе езды есть посёлок, там база отдыха. Бассейна нет, но есть речка, в ней купаться можно. Деревянные домики под ключ. Завтрак, обед, ужин — включены в счёт. Такая альтернатива тебя устроит? — откинувшись на спинку стула в вальяжной манере, предлагает математик, в конце речи поднимая взгляд на Джисона, который уставился на него с интересом. — Поехали на неделю, если хочешь. Всё включено и полный релакс на природе, как ты и хотел, — добавляет он.
— Мам? — сразу же поворачивается Джисон лицом к родительнице, закусив губу в ожидании.
— Да езжайте, ради Бога, — машет она рукой, привыкшая к тому, что сын проводит много времени в компании Минхо, что уже не вызывает никаких вопросов. — Только не ной, — улыбается она, явно подстебнув сына.
— Мам, — закатывает он глаза в ответ.
— Минхо, сколько это стоить будет? И нет, даже не пытайся ничего сказать, за сына я заплачу! — добавляет она с напором. Минхо поднимает руки в капитулирующем жесте.
— Сутки — полторы тысячи с человека, — честно сознаётся он.
— Хорошо, — легко соглашается мама. — Всё, доволен? — обращается она к своему чаду. Джисон активно кивает головой.
Весь вечер они с Минхо играют на геймпадах в лего, подключив ноут к телевизору, чтоб вывести изображение на широкий экран.
Примечания:
*Eres encantador — Ты очарователен
**Milagro — Чудо
***Eres muy guapo — Ты такой красивый
****Eres buena — Ты хороша