[Ali della paura][Лиза-Ира]

На ватных ногах, преодолевая расстояние между улицами и парковкой, девушка старается скрыть свои слезы. Это чертовски трудно, почему они скатываются по щекам, не давая и шанса четко посмотреть на проходящих. Ей ничего не хочется, только лишь провалиться под землю от своей безысходности.

Снова поверила человеку, и снова ее чувства втоптали в землю. От обиды сердце рвётся, а крик исходит из горла, поражая мозг и разум.

Может если рядом находились железные пути, она легла бы на них, но как назло(или даже хорошо) ничего такого рядом не было.

Отстаться совсем одной — самая большая проблема. Ни матери, ни человека рядом. Одиночество сжирает изнутри.

Ноги сами по себе идут к Тане. Девушка не видит ничего перед ногами, только лишь пелену слез, что льются по щекам от обиды. И на Лизу, что растоптала всё хорошее, и на саму себя, ведь она поверила в который раз людям, а потом всё повернулось к ней задницей. Почему? Кареглазая ничего не сделала плохого, но всё равно приходится расплачиваться за свои грехи. Неужели на нее липнут проблемы, а она просто соглашается со всем, даже не стараясь разобраться в правильности своих решений. Это то и погубит её. Но приходится вставать и идти вперёд, только на этот раз с разбитой душой.

Двора серые. Весь мир будто потерял краску. А всё из-за девушки, что забрала внимание Иры к себе, отпечатываясь в каждой минуте этой недели.

Зачем тогда пригласила? Впустила в дом и свою душу? Уж лучше дала бы умереть от безысходности, чем от своих голубых глаз, которые уже не хочется видеть всю оставшуюся жизнь. Какая-то ненависть просыпается внутри, не давая полностью раскрыться всем чувствам, что вызывали до этого внутри девушки порхающих бабочек.

Новогодний подарок или ужас? Андрияненко подарила надежду, но потом утонула в пучине лжи. Ирина ненавидит таких людей. Пользуются тобой, а потом выкидывают, как будто и не общались. Противно и тошно. Но для нее Лиза была что-то большее, чем обычная пустая девчонка. Шатенка, даже если и сделала такой поступок, всё равно не сможет упасть в шоколадных глазах. Как бы брюнетка не проклинала её — девушку не вывести из памяти, даже сами тяжёлыми наркотиками.

Это как крылья в бездну, где ничего не будет. Только лишь один полёт вниз, а там только одна тьма, поглощая разум и всё хорошее в сердце. Как будто у тебя вырвали изнутри что-то важное, без чего ты не можешь жить, а ты всё равно как зомби идешь вперёд, но уже не понимаешь где что. Кажется, что конец вот-вот, совсем скоро закончится эта мука, но белая дверь ещё очень далеко.

—«Какая ты тварь, Елизавета Андрияненко. Но я не смогу ненавидеть тебя. Даже несмотря на то, что ты сделала, для меня останешься светлым человеком. Только для меня», — Лазутчикова не могла побороть внутреннюю агрессию, она сдастся только потому, что счастья шатенка принесла больше, чем кто-либо другой. Столько запоминающихся моментов с ней, что закрыть глаза на это не получится.

Но слезы всё равно стекаются по щекам до самого подъезда подруги. Даже и не знаешь, что сказать подруге, ведь она разобьет лицо Андрияненко за то, что обидела её братана. Таня всегда будет стоять за своих, независимо от того, что кто сделал. А Ира для нее куда роднее, чем мать.

— Ириш, ты чего? — спрашивает темноволосая, открывая дверь. — Стоп, ты что плачешь? — в её глазах появляется красный огонь гнева, который вот-вот заполонит зрачок полностью и ее карие глаза станут полностью красными, будто она вампир.

Лазутчикова молчит, стирает ладонью дорожку, а потом поднимает свой взгляд. Хочется разрыдаться, но она молчит, просто обнимает Таню, словно в последний раз, почему и пугает подругу. Но у той же не было ещё такого, когда она стояла на грани жизни и смерти.

Хотя.

Та вечеринка перечеркнула всё. Таня очень сильно боялась за Иру, но подруга успокаивала.

И Лазутчикова помнила одну особу, что прошла мимо, задевая плечом. Какая-то высокомерная, хотелось поставить на место, но она остановилась на месте. В памяти запечатался пучок. Именно в тот момент Ира подумала, что нечасто можно увидеть кого-то с такой причёской.

Но она не хотела верить в то, что это могла быть Андрияненко. Кто угодно, но не она. Тогда девушка не знала её, только по словам подруг.

— Обычная самовлюблённая телка, — говорила Ариша.

Ариша часто тусила с девушками, потому что ей было приятно в компании. Она была старше на год, но всё равно приходила на вечеринки ради развлечений, которые не могла предоставить себе в общаге со своими занудами-сожителями.

— Настолько плохая? — переспрашивает ради интереса Марина.

— Ну её бывшие говорят так. Я знакома с одной, но они встречались недолго. Просто как игрушкой пользуются, а потом на все четыре стороны.

Но в тот момент Ирина даже не слушала о чём они говорят. Ира была под экстазом. Её тело давно уже обмякло, а здравый смысл летал где-то в космосе, а не на земле. Хотя второй вариант был бы куда лучше.

Так бы она не обожглась об эти холодные глаза. Даже закрывая глаза перед смертью, вспомнит этот взгляд. Как верный Хатико будет нести за собой эту утрату, а в конце скончается от безысходности.

— Ничего нового.

— Если ты думаешь, что я слепая или объебанная, что не увижу твое состояние, то ты ошибаешься. Рассказывай.

— Лиза Андрияненко, — и этого хватит. Больше объяснений не потребуется, только лишь время потратишь на это, а оно теперь очень дорогое.

Каждую секунду надо прожить с улыбкой на лице, а не с грустной физиономией из-за какой-то девки. Не будет убиваться по человеку, который даже не заслуживает это. Могла бы сказать, если бы им не являлась Лиза.

Кареглазая как никотин, без которого невозможно успокоиться, или заморозка, из-за которой боль утихает в сто раз сильнее. А шатенке получилось заморозить своей любовью сердце Лазутчиковой. Но вот только кто сейчас будет разогревать его? Кому девушка достаться в руки, ожидая подвох в любых действиях из-за неудач в прошлом? Очевидно, не правда ли? Но Андрияненко же не понимает всю суть проблемы, которую сотворила с ребёнком. Его надо оберегать, защищая от любого взгляда, а не доводить до состояния беспомощности.

Но всё равно Елизавета станет той самой, из-за которой будет мокрая подушка от слез; которая подарила все те чувства, не дарящие ей никто; которая бросила и заставила усомниться в себя снова. Как мантру будет повторять себе, что так быстро людям нельзя доверять, но всё равно встанет на одни и те же грабли. На ошибках учатся, но видимо не Ира, что сейчас держит в руках кружку теплого чая.

— Я даже расспрашивать тебя не буду, — нервно стучит по столу.

— Не стоит.

— Только мы тут не одни.

— Кто-то ещё?

— Ариша, — Лазутчикова улыбнулась. Даже в такой ситуации ей было смешно, что такая жестокая девушка ухаживает за кем-то, кто слабее, ведь шатенка не считает себя беззащитной. Если надо, то постоит за себя.

— Всё понятненько.

— Ты такую лыбу давишь, будто несколько минут назад из цирка пришла.

— Вся моя жизнь — цирк, — отпивает чуть-чуть горячего напитка. — Ты хоть познакомишь?

— Ага, — с сарказмом ответила Таня. — Она сама, наверно, ждет встречи с тобой. Вон, сидит за стенкой, выжидает подходящий момент для ее эффектного появления.

— Ну в любой ситуации мне придётся потеснить вас.

— Братан, ты же знаешь, что я не против этого.

— Знаю-знаю, — встает с места, двигаясь в комнату, где была открыта дверь. — Только если трахаться захотите, вы предупредите.

— У самой наверно недотрах, раз думаешь только об этом, — кинула в спину, а потом дверь закрылась, оставляя девушку один на один со своими мыслями.

Ложась на кровать, девушка закрывает глаза. Перед темнотой все воспоминания.

Первая встреча. Тогда Лазутчикова подумала, что Андрияненко самая безбашенная из всех, кого она видела. Неужели с такой лёгкостью можно было взять к себе незнакомого человека?

То, как Ира пришла к ней, хотя бы уверена, что останется у Тани. Но в тот момент сердце подсказало, что это правильный выбор. Шатенка подарила много хорошего.

Клуб, а потом жаркая ночь. Еще никто не доставлял столько удовольствия, как Лиза своими грешными пальцами. Её ладони идеально скользили по телу, проходясь везде, где только можно было, губами. Хотелось целоваться и целоваться, не отпуская такой сладкий момент ни на секунду.

В воспоминания лезли всё самое хорошее. Покупка кулона, прогулки. Даже то, как они курили одни и те же сигареты в такой холодный период. Как вечером снежинки кружились вместе с ними в вальсе, как в самом нежном танце.

Она хочет вернуть то время, отдаваясь сильнее и сильнее каждому моменту, проведённому вместе.

Все хорошее тлеет в памяти. Пепел развивается в разуме, унося за собой всё светлое.

Пытаться вернуть всё — лезть в собственную петлю, а потом главное не забыть затянуть посильнее и прыгнуть с табуретки вниз, за всем хорошим, что у них было.

***

полгода спустя

Лазутчикова сидит за столиком в кафе, кушая пирожное, пока Таня что-то усердно пыталась найти в телефоне.

— Вот, — показывает экран. — И что мне теперь делать?

— Идти вместе с ней в кино, в чем проблема? — кладёт сладость в рот. — Ты так говоришь, будто до этого в каменном веке жила.

— А может так и есть, — укладывает свои руки на стол, а потом закрывает лицо руками. Таня в смятении, ее никогда никто не приглашал никуда больше, чем на вечеринки или обычные прогулки.

Но только как друзья. Арише удалось переплюнуть всех, при том, что девушка ещё и сама предложила, а не темноволосая. Её инициатива пугала, но в тот же момент заставляла желать лучшего.

— Сходишь, развеешься, а то тухнешь тут одна.

— Про тебя тоже самое скажу. Понимаю, экзамены и всё такое, но ты своей учёбой доводишь и меня. Когда мы в последний раз отдыхали полноценно?

— В том месяце? — вопросительно сказала Ира, выгибая бровь.

— Вот именно, ты даже и не помнишь. Поэтому эти выходные я проведу с тобой, а Аришка подключиться к нам. Она однозначно не будет против.

— Не хочу нарушать вашу идилию. Химия между вами настолько прекрасна... — закрывает глаза от удовольствия, представляя белую и пушистую Таню.

— Ещё раз только заикнешься и этот торт будет на тебе, — но видимо Тане не нравилось данный расклад. — В общем сегодня ты полностью моя, братан.

Лазутчикова хмыкнула, отпивая чуть-чуть напитка.

Да, подруга была права, ибо они давно очень не общались так часто. Подготовка к ЕГЭ и последнему звонку забирали все силы, что были только в брюнетке. Она перестала вспоминать прошлое, отрекаясь от него, как будто ничего и не было, но сны всё равно возвращали ее в те злополучные месяца, когда Лазутчикова места себе не находила, каждую божью ночь закрывалась в комнате и давала волю эмоциям. Казалось, что следы от слез рано или поздно останутся на всю жизнь, но обошлось.

Всё самое плохое забылось. Началась новая жизнь, которую просирать не хотелось. И Ирина не даст никому изменить свое будущее. Собственноручно построит его, возводя каждый новый этаж с новых эмоций и впечатлений по поводу происходящего.

Места больному просто не останется. Только если в самом потайном уголке шкафа, где даже сам скелет не сможет находиться. Неужели всё настолько хуево?

И Татьяна реально не шутила, когда произносила те слова в кафе. Сейчас они все вместе идут по парку, пробуя сахарную вату.

Ариша что-то шепчет на ухо, а потом улыбается, сия как яркое солнце, что сегодня выглянуло из под облаков.

Дождь был очень часто. Погода менялась резко: то теплая, то дождливая, всегда по-разному. Ира любила в эти моменты сидеть дома за книжкой или каким-нибудь сериалом, что скрашивал ее рутинную жизнь. Отдаваясь полностью работе, брюнетка даже не замечала то, насколько быстро проходит время.

Прошло пол года,восьмое марта, первое апреля, а она так и не обрела себя настоящую. Ей казалось, что она давно это сделала, но на деле просто закрывала свою моральную боль. Ей нужна была поддержка, но было трудно найти ее в чьём-то лице. Подруга часто уходила к Арише, а Лазутчикова оставалась одна в пустой квартире, полной негативной энергии.

Может поэтому девушка находила утешение на крыше в компании лёгких сигарет, ибо хотела покончить с плохой привычкой окончательно. Вот так смотришь вдаль, и все твои мысли уносит порыв ветра, разнося каждую крупинку по миру. В такие моменты легко не думать о чём-то ужасном, что может сжирать изнутри, даже и не давая воплотить всё хорошее в реальность.

Часами напролет могла сидеть на улице, даже не замечая пропущенные звонки. Тогда было не до них — голова совсем в другом мире. Когда ты находишься в самой себе, легче живётся. Как минимум не думаешь о чём-то важном, что не дает покоя по сей день.

— Погнали туда, — показывает в сторону кинотеатра.

— Сходите без меня. У меня дел много, — отмазывается, потому что тогда брюнетка будет третьей лишней. А ей быть и не хочется.

—Тухнуть в пыли? — укоризненно смотрит. — Ириш, нет, ты идешь с нами.

— Силой потащишь?

— Если надо будет, то да.

Арина лишь хихикнула на это, скрываясь в поисках попкорна, пока подруги покупали билет.

Ну как. Лазутчикова просто стояла рядом, когда Татьяна выбирала места, да так, чтобы хорошо видно было. Почему темноволосая не могла оставить ее в покое, хоть на секунду?

Неужели так видно, что ее мучают терзания?

Откидывает такие мысли, надевая улыбку на лицо. Плетётся следом, а потом плюхается на сиденье. Таня села посередине, но Ира даже не трогала её, лишь несколько раз кидала взгляд.

Подруга выглядит счастливой с Ариной. Сейчас шатенка мешает им, но ничего не может сделать, ибо Таня упертая, как баран, и сдвинуть ее со своего решения невозможно. Порой это и создаёт проблемы.

— Мне очень понравился фильм, — делится своими впечатлениями Арина.

— Он был ахуенный во всех смыслах, — говорит факт Таня.

Но Ира молчит. Она анализирует всё, что было за всё время. Запуталась. И кто поможет распутать клубок проблем? Подруга, мать, кто?

Прошло ровно полгода, а девушка так и не может забыть всё. Её голубые глаза, что дарили счастья, руки, что согревали в мороз, а губы... алые и настолько притягательные.

Но они больше не виделись. Ни минуты. Ни секунды. Каждая боится на этот шаг. Или Андрияненко и вправду забыла о всём, что было и начала новую жизнь, но только без Лазутчиковой? Это ранило, как холодное оружие в сердце.

Все части тела рвутся на части, которые в последствии невозможно будет собрать во что-то единое. Хочется унижаться перед Лизой, но гордыня не позволяет сделать какой-либо шаг в их воссоединение. Ни у кого не позволяет. В каждые порывы истерики девушка всё равно стирает сообщение, забывая о существовании шатенки. Но мысли гуляют только возле девушки. Вскружила голову, забрала весь воздух, а потом растворилась, не давая и шанса на нормальную жизнь, хотя девушка столько раз пыталась, но всё равно весь план летит в тартарары.

Ноги идут сами по себе до дома. По инерции, даже, наверное, не задумываясь о настоящих своих функциях.

Заходит в комнату, плюхаясь на кровать, закрывая глаза. Что происходит?

Ощущение, будто несколько месяцев напролёт жила в пространстве, напоминающие вакуум, где нет ничего, даже спасательного воздуха.

Елизавета Андрияненко.

Бессонницы каждыми днями. Очередной кошмар начинается с лица шатенки, а точнее ее улыбки, которая не радует, а, наоборот, пугает ещё сильнее. Что-то наподобие дьявольской, но и не сказать, что это улыбка психа.

В ее снах она всегда какая-то чокнутая, повернутая на чём-то. Но ведь так и есть, раз дала себе впустить в свою жизнь незнакомку, забрать ее сердце, а потом исчезнуть, словно тебя и не было.

— Будешь чай? — Арина заходит к Ире.

— Я попозже сама сделаю.

— Не убивай себя.

— В смысле?

— Ты вся извелась с того момента. Полгода прошло, пора забыть и начать жить новой жизнью, а если уж не получается, так выскажи всё то, что было внутри, может станет легче.

— Тебе Танк что-то рассказывала?

— Сама заметила. Думаешь у меня такого не было?

— По тебе и не скажешь.

— Я стараюсь скрывать свои эмоции, — улыбнулась. — Никто не должен читать нас как книгу, иначе это пойдёт против и мы не сможем вернуть время назад.

Ариша хочет уже выйти из комнаты, как ей в спину кидают шепотом:

— Спасибо.

— Не за что, надеюсь помогла понять, что гложет тебя изнутри. Таня сильно переживает по этому поводу, а я не хочу вредить ей и ты тоже. Попробуй поговорить с ней об этом.

И девушка была права. Все ее слова были чертовски правильные. Именно их она ждала услышать.

Полежав ещё некоторое время на одном месте, обдумывая всё, что услышала, девушка старалась сделать правильный вывод. Слишком много от ее решение зависит. Не сделай она сейчас глупостей — будет в сто раз легче, но это же жизнь, чтобы творить хуйню, а потом расплачиваться за нее.

Чай уже давно остыл на столе. Лёгкий сквозняк заставляет шторы развиваться вперёд-назад, а листки с пробниками на столе чуть-ли не улетают со своего места.

Наверно, Лазутчикова сделает большую ошибку, но девушка берет телефон в руки.

На дисплее загорается экран, давая увидеть улыбку шатенки. Это обрезанная фотография, чтобы больнее не было, когда три месяца назад она старалась забыть, стереть все воспоминания.

— У меня завтра выпускной. Можешь прийти.

Все границы стёрты.

Все те стены, что она воздвигала, обороняясь от собственных чувств, разрушены.

То, что она пыталась старательно забыть, всплывает в голове.

—«Надеюсь завтра ее не увижу», — но в любом случае она ждала ее. Хотела увидеть те самые карие, как  коньяк, глаза.

Ира страдала. Её каменное сердце разрывалось, но она нашла в себе все силы.

Дело остаётся за Лизой Андрияненко, которая однозначно не ожидала такую весточку через шесть месяцев.

Руки тряслись от своих же действия. Надо успокоиться.

Берёт пачку сигарет и двигается в сторону выхода на улицу, не забывая про смартфон на кровати.

Спасательная затяжка помогает расслабиться под действием дыма.

—«Ты сделала правильный выбор»,— шепчет внутреннее подсознание.
______________________________________
Простите что так давно не было глав, осталась последняя, вы будете удивлены)