Chapter 20 |STONE COLD|
Взгляды проходящих по коридорам людей были направлены на меня. Думаю, и студенты, и преподаватели слышали о произошедшем. Кто-то спрашивал о самочувствии и желал выздоровления, кто-то смотрел косо. Но мне было одинаково плевать и на тех, и на этих. Как и на университет в целом. Единственный, на кого мне было не плевать, был отец. Ряди него я заставила себя отходить последний семестр и получить диплом.
Ева уже сидела в аудитории на пятом ряду, где мы сидели всегда. Я не хотела общаться ни с кем, но также не хотела терять подругу из-за своего состояния, поэтому подошла к ней:
- Привет, тут свободно?
- Алиса, неужели? Привет. Конечно, могла и не спрашивать, - Ева пододвинула свою сумку и я села рядом. - Я рада, что ты восстановилась.
- Спасибо. Как у тебя дела?
- Неплохо. Разбежались с Валерой. А так: учеба, дом. Ничего нового.
- А что случилось?
- Я повелась на поводу у чувств. Знала же, что хорошим не кончится. Он изменил мне с какой-то девчонкой из ДК.
- Ева, мне очень жаль, - искренне говорю я. - Как ты?
Понимаю, что с моей стороны было эгоистично зациклиться на своей проблеме настолько, что не заметила проблемы подруги.
- Уже в порядке. Это мелочи жизни, главное, что все живы и здоровы, - улыбается она, немного поднимая настроение и мне.
Ведь это правда. В моей жизни тоже никто не заболел и не умер. Профессор входит в кабинет, начиная лекцию.
Выходим из университета после обеда, когда на улице уже успокаивается вьюга. Снег аккуратно падает хлопьями, но еще не лежит на земле.
- Провести тебя домой? - спрашивает подруга.
- Нет, спасибо. Увидимся завтра, - улыбаюсь я подруге.
Она кивает и уходит в направлении своего дома. Чувствую, что мне нужно время наедине с собой. После долгого периода одиночества эти часы в кругу людей надавили на меня. Решаю прогуляться в парке недалеко от университета. Вспоминаю, как в этом же парке Воробей и еще один мужчина напали на нас с Сашей. Сейчас парк выглядит мирно и спокойно. Как и в тот раз, людей тут практически нет.
Мои мысли возвращаются к Кащею. В порядке ли он? Отец сказал, что Джавда уехал из страны. Значит ли это, что компания в итоге осталась у Кащея и его дела в порядке? Виню себя за то, что переживаю о нем даже после того, как он сказал, что все, что было между нами, было ошибкой.
Снег немного усиливается, чувствую, что долгая прогулка все-же начинает отдавать неприятными ощущениями в спину. Теперь на том месте остался шрам после снятых швов. Выхожу из парка, понимая, что ноги привели меня к тому пути, который ведет к дому Кащея.
После нескольких минут колебаний решаюсь подойти туда, чтобы хотя бы посмотреть в окно. Чем ближе я подходила к его дому, тем сильнее сжималось сердце. Прошло больше месяца, а мне было все также больно от того, как все закончилось между нами.
Вижу, что окно на третьем этаже открыто. Он дома, иначе не оставлял бы окна открытыми. Где-то внутри теплится надежда, что он выглянет, чтобы покурить. На улице становилось холоднее, стоять было все более болезненно, но я не могла заставить себя уйти.
Вижу, как какая-то пожилая женщина выходит из подъезда. Понимаю, что мне нечего терять, и захожу в подъезд. Пусть скажет мне, что это ошибка, глядя в глаза.
Медленно поднимаюсь на нужный этаж и звоню в дверь. Сердце замирает, когда замок с обратной стороны открывается.
- Ты кто? - в дверях появляется незнакомый мне мужчина средних лет. Кажется, пьяный.
- Эм, Кащей дома? - теряюсь я.
Вместо ответа мужчина шире открывает дверь, пропуская меня внутрь. Из кухни слышатся голоса. Женский смех. На полу грязные следы обуви. Квартиру не узнать: вещи разбросаны, все прокурено. Заворачиваю за угол, проходя на кухню.
На кухне сидит несколько мужчин. На коленях у одного девушка в короткой юбке. Вторая сидит на диване, рядом с Кащеем. Он приобнимает ее за плечи и держит рюмку:
- Может девка, - усмехается один из присутствующих мужчин.
- Да ладно, че ты, - обращается к ней Кащей. - Покажи людям, что ты могешь-то, а, - с этими словами он протягивает ей рюмку.
Девушка смеется и принимает рюмку из его рук. Она ярко накрашена, на голове меховая шапка. Она выпивает жидкость залпом под одобрительные возгласы присутствующих.
В какой-то момент его взгляд падает на меня. На секунду вижу удивление в его глазах. Но он быстро натягивает на лицо глупую усмешку:
- Какие у нас гости. Чего надобно? - по глазам вижу, что он тоже пьян.
Замечаю на столе зеленый кусок, напоминающий пластилин, похожий на опий, в местных кругах его называли «черняшкой». Видимо, он был не только пьян.
- Поговорим? - стараюсь игнорировать его ехидность и взгляды присутствующих.
- А че-ж не поговорить-то? Поговорим, - вставая со своего места, отвечает он.
За ним встает его спутница, но он смиряет ее недовольным взглядом:
- На месте сиди.
Вижу в ее глазах испуг.
Кащей выходит из кухни, проходя мимо меня, как бы показывая, что говорить мы будем в другой комнате. Он заходит в гостиную, захлопывая за нами дверь:
- Чего хотела?
Зеленые глаза не выражают тех эмоций, что я видела в них последний раз. Нет ни теплоты, ни заботы, ни нежности. Взгляд абсолютно безучастный.
- Помолчать пришла? - поднимает брови он.
- Ты не хочешь объяснить мне, что произошло? Ты ни разу не пришел навестить меня за все это время. Я ждала тебя, - возвращаясь к осознанию, что терять мне больше нечего, говорю как есть. - Каждый день ждала.
На секунду вижу в его глазах проблеск тех эмоций, что были в них раньше, но он быстро проходит.
- Я все сказал твоей подруге, че непонятного-то? Поплясали и хватит. Я тебе че, жених, что ты прибежала? Пойди домой, кашки поешь, говорят, голова лучше работает.
Тупо смотрю не него, чувствуя, как все еще открытая рана становится шире и начинает ныть в разы сильнее.
- Что с тобой? Это не ты, - тихо отвечаю я.
- Не я? Дорогуша, ты не знаешь, кто я, - ледяным голосом произносит он.
Зеленые глаза такие же ледяные. Как будто с дымкой. Да, он точно не только пьян.
- Ты не в себе. Как давно ты пьешь и .. употребляешь?
Кащей усмехается:
- С чего ты взяла, что это твое дело?
Сглатываю в ком в горле. Он как будто намеренно хочет сделать мне больно.
- Может и не мое. Но тебе больше никто не скажет правды. Те, кто сидят там, не твои друзья. Они пьют и веселятся за твой счет. Им плевать на тебя, а мне нет.
Вновь смешок в ответ:
- Сочувствую. Нечего волноваться о моем здоровье. Займись собой, видок не лучший, - он кивнул в сторону зеркала, где было наше отражение.
Я редко стала смотреть в зеркало и прихорашиваться. И сейчас заметила, что действительно выглядела болезненно. Отражение, которое я видела в этом зеркале в последний раз, было как будто отражением другого человека. Наши взгляды столкнулись в зеркале.
- Возвращайся к папочке. Я свой должок вернул, больше нас ничего не связывает.
Холодный взгляд в зеркале и эти слова окончательно добили меня. Я старалась игнорировать его грубость, но оказалась недостаточно сильной.
Чтобы не показывать ему эмоции, обхожу его и выхожу из комнаты. Проходя мимо кухни, стараюсь не смотреть на сидящую там компанию и выхожу из квартиры.
Ухожу как можно дальше от его дома и, не чувствуя ни физических, ни моральных сил сажусь за холодную землю, облокачиваясь о какой-то забор. Слез больше нет, они остались в пережитом мной месяце одиночества. Сейчас я тупо смотрела перед собой, ощущая ужасную пустоту внутри.
Я думала, он был тем, кто спасал меня, но он оказался тем, кто меня сломал.
Ближе к ночи я пришла домой к отцу, который был весь на нервах:
- Я уже всех обзвонил, искал тебя в университете, у Евы, в кино и магазинах. Где ты была? - отец не кричал, он говорил спокойно. Знал, что я была уязвима сейчас.
- Я гуляла. Прости. Побуду одна, - с этими словами я закрыла за собой дверь в комнату и легла на кровать, уставившись в стену.
Заставить себя пойти в универ на следующий день я не смогла.
Так тянулись дни. Я стала общаться с одногруппниками и восстанавливать пробелы в учебе. Питание наладить было сложнее: я заметно убавила в весе, есть полноценно было тяжело, ведь организм отвык. Снаружи казалось, что я возвращаюсь в норму. Отец был рад видеть, что я больше не запираюсь в своей комнате сутками. Но пустота внутри никуда не делась, по ночам мне все так же противно было лежать в пустой комнате со своими мыслями и так же снились кошмары.
Вскоре я нашла способ сделать видимость того, что пустоты внутри нет.
- Девушка, выглядите замечательно. Разрешите пригласить вас на ужин? - обратился ко мне незнакомый парень из опущенного окна белой Волги.
На тот момент я уже перешла из стадии депрессии и отрицания в стадию гнева.
- Нет, - рефлективно ответила я и продолжила идти в сторону дома. Затем резко остановилась. Кащей уже давно сидит на кухни в компании других девушек. Чем я хуже? - А хотя. Поехали.
Обрадовавшийся парень выскочил с водительского сидения и открыл мне дверь. Я села.
- Юлдыз подойдет? - улыбнулся он.
- Никогда не была там.
- Тебе понравится.
Белая волга поехала в сторону ресторана.