Глава 9
Блондин очнулся в незнакомой маленькой комнатушке. Он лежал на кровати, а перед ним за столом сидел парень и что-то делал за компьютером. На экране высвечивались монстры, и, когда он нажимал на какие-то кнопки, кровь разлеталась по экрану и монстр умирал.
- Ч-что ты делаешь? – пробубнил Феликс, поднимаясь.
- Игру прохожу, - мрачно ответил парень и развернулся. – Очнулся наконец-таки.
Феликсу мальчишка показался знакомым. Его внешность не была какой-то особенной, маленькие глаза и темные волосы, но выглядел он крайне отстраненно и был полностью погружен в игру.
- Где я? – спросил Ли, оглядываясь.
На стенах висели плакаты с людьми, очевидно, это были какие-то знаменитости. На прикроватной тумбе стояла фотография этого парня. Он был одет в белую форму, а в руке держал биту. Его улыбка сияла не меньше, чем золотая медаль на шее.
- У меня дома. Тебе колоссально повезло, что я пробегал мимо и заметил тебя. Чего это ты с моста то кинуться решил?
И Феликс вспомнил прошлый вечер. Сцену в туалете. Захотелось снова удариться головой, чтобы забыть.
- Искупаться захотелось.
Парень разразился беззвучным смехом, прикрывая рот.
- Шутишь, значит, чувствуешь себя нормально. Как затылок?
- Немного побаливает, - ответил Феликс, дотрагиваясь до шишки на голове.
- Через пару дней пройдет, - сказал парень и начал куда-то собираться. – Хорошо, что ты сам поднялся, мне на тренировку пора.
- Подожди! – воскликнул Феликс. – Спасибо за... неравнодушие. Как тебя зовут?
- Ким Сынмин. Если вспомнишь, я твой одноклассник.
Да, Феликс был прав. Он попадался ему на глаза в первый день. Сынмин сидел тихо, лазил в телефоне и ни с кем не общался, но и одиноким не выглядел. Видимо, ему и так было комфортно.
- Точно! Рад знакомству. Теперь я должен угостить тебя мраморной говядиной.
Сынмин удивленно покосился на юношу и прыснул.
- Ты что, больно богатый? Или больной и богатый?
- Но у вас так заведено, ничего не поделать, - пожал плечами Феликс. – Да мне за радость будет тебя отблагодарить!
- У кого «у нас»? Ничего ты не должен мне. Где ты такую чушь услышал? – нервно бросил Ким. – Давай проваливай поскорее, иначе я опоздаю.
Новый знакомый выпроводил Феликса из дома и даже ничего не сказал на прощание.
- Увидимся, Ким Сынмин! – крикнул Ли.
Тот только махнул рукой.
По дороге домой Феликс размышлял о произошедшем. Весь прошлый день был спектаклем, устроенным Хёнджином ради потехи. Ему было обидно, что он купился на обман с угощением, тупо не зная традиций Кореи. А его желудок всё ещё немного побаливал после вчерашнего. Полазив в интернете, он узнал, что его вполне могли отравить, потому что выпил он немного, а чувствовал себя так, будто оставил в унитазе все внутренние органы. Никто не хотел становится его другом. Феликс оказался грушей для насмешек. Их шутки действительно больно ударили по самолюбию и самочувствию. Юноша решил плотно засесть за учебники, чтобы не попадать в подобные ситуации, а с Хваном больше не водить даже бесед.
Поднимаясь по лестнице, Феликс очень удивился. Рядом с его дверью мирно посапывал Чонин, сидя на полу и распластав ноги так, что перегородил всем путь. Его пряди нового молочного оттенка ниспадали на глаза. Юноша опустился на корточки и легко потрепал друга за плечо. Тот моментально проснулся и заверещал:
- Феликс, где ты был?! Почему ты позволил этому засранцу утащить себя? Когда я вырвался из когтей матери, вас уже и дух простыл! Я не взял твой номер и даже позвонить не мог, только утром этот пьяный урод сказал мне, что ты был с ними в клубе и сбежал! Господи, я так переживал! Что он с тобой сделал?! А?! Ты в порядке? Эй, чего ты ржешь?!
- Успокойся, Чонин, всё хорошо. Я в норме... уже.
Друг недоверчиво его оглядывал. Да и, справедливости ради, Феликс не звучал убедительно. Залегшие круги под глазами, грязные от пота волосы и остатки рвоты на влажной кофте. Парень выглядел так, словно по нему прошелся КамАЗ. Чонин потребовал открыть дверь и запихал друга домой.
- Так, приведи себя пока в порядок, а я сделаю тебе чай, - скомандовал Чонин и отправил Ли в ванную.
Спустя полчаса Феликс сидел в гостиной в чистой одежде с мокрыми после душа волосами и пил чай с Чонином.
- Ну, рассказывай.
- Что рассказывать?
- За дурака меня не держи! Что этот урод с тобой сделал?!
- Кто?
- Феликс, хватит! Хёнджин, будь он проклят, конечно! – завизжал Чонин от нетерпения.
Феликс не хотел жаловаться, ведь знал, что Чонин ничего не сделает, а только беду на себя навлечет, пытаясь разобраться с братом, которому закон не писан. Он видел, как друг переживал. Видимо, это не первый раз, когда Хван вытворял подобное.
- Пойми, Феликс, мой брат, он... будет справедливо сказать, что он опасен. По-настоящему. Он знает, что, пока несовершеннолетний, ответственность нести не будет, поэтому творит, что вздумается!
- Но зачем?
Чонин прикусил губу и неуверенно взглянул на Феликса. Он хотел что-то рассказать, но не решался. Спустя какое-то время он ответил:
- Дело в том, что мы неродные братья. Моя фамилия Ян. В роддоме, где родился Хёнджин, его мама узнала, что меня бросили. Я должен был оказаться в доме малютки, а потом уже в детдоме, но её доброе сердце разрывалось от этой мысли. Она говорила, что я был очень милым малышом, никогда не кричал и быстро засыпал, поэтому она не сдержалась и усыновила меня, но фамилию, данную при рождении, оставила, дабы с документами не возиться. Она растит меня как родного, никогда не ущемляет и иногда даже слишком балует. Я всегда был послушнее, скромнее, умел вовремя замолчать, не устраивал скандалов, в то время как Хёнджин был ребенком-оторвой. Пакостил, не слушался, обижал меня. Из ревности. Он думает, что мама любит меня больше, потому что ругает его, хотя получает он исключительно по делу. Кто ж виноват, что я хорошо учусь и не доставляю проблем, а он главный хулиган школы, на которого за неделю сыплется больше жалоб, чем на весь класс вместе взятый? Он мстит мне при любом удобном случае. У меня... никогда не было друзей по одной простой причине: он их отпугивал. Каждого нового друга ждала одна участь: вред от Хвана. Когда я увидел тебя, то засомневался, но мне показалось, что ты сильный и пакости моего брата тебя не испугают, да и я уже не малыш, могу постоять за друзей. Но, как видишь, не смог. Он снова успел раньше меня. Поэтому мне и интересно, что на этот раз он придумал?
Рассказ Чонина заставил Феликса задуматься. Теперь ему стало понятно, почему Ян так быстро с ним подружился. Он умел идти на контакт с людьми, был очень общительным, но терпел издевательства брата над людьми, которые ни в чем не были виноваты.
- Прости. Ты пострадал из-за меня. Мне очень жаль. Не нужно было начинать с тобой общаться, - сказал Чонин и опустил голову.
Феликс быстро пересел к другу и приобнял его.
- Твоей вины здесь нет. И, поверь мне, Хёнджин сделал так не только из-за нашей дружбы. Я тоже ему немного насолил. Кажется, таким уродам хватает самого мелкого повода, например, занятая парта, верно? И я не перестану с тобой общаться. Я не боюсь твоего брата, пусть делает, что хочет.
Чонин резко поднял голову. На его глаза навернулись слезы, но он их смахнул и обнял Феликса. Это было незабываемое чувство. Впервые блондина обнял человек. В этом действии чувствовалась вся благодарность парня, и Ли сам едва не пустил слезу.
- Да и я сам виноват. Не попадись я на его удочку, мирно спал бы сегодня дома. Но я не жалею. Я узнал много интересного и впредь буду умнее.
- Кстати, а где ты был всю ночь?
- Я.... споткнулся, когда бежал домой, и ударился головой. Очнулся я у Ким Сынмина, он меня притащил к себе.
- Сынмин? Этот бирюк? Неужели он проявил хоть какие-нибудь чувства в этом мире? – удивился Чонин. – Я с ним с самым первым пытался подружиться, но его, слава Богу, не настигла участь стать жертвой Хёнджина: он сам не хотел со мной общаться, представляешь? И дело не во мне, он вообще ни с кем не хочет общаться! Мне всегда казалось, что он робот. Ну, правда, как можно быть таким безразличным ко всему?
- Не знаю, мне он показался милым, - пробормотал Феликс.
И вдруг во входную дверь кто-то начал неистово долбиться. Человек не просто стучался, а пытался выбить её. Парни обменялись испуганными взглядами и подошли к двери.
- Открывайте, уроды, я знаю, что вы там! – заорал Хёнджин.
Ребята притихли. Глянув в глазок, Феликс убедился, что более разъярённого человека он никогда не видел. Открывать было опасно.
- Что делать? – одними губами спросил Ли.
Чонин задумался.
- Если не откроем, он просидит там хоть неделю. Терпения ему не занимать, - прошептал он. – Мы окажемся взаперти.
- Но он нас убьет!
- Не исключено, поэтому мы должны быть готовы.
Чонин бросился на кухню. Перебирая сковороды, он схватил одну и всучил Феликсу, а сам взял небольшой ковшик.
- Быстро назвали код от замка, иначе я разнесу тут всё! – верещал Хван, колотя по двери.
- Ударим по голове с двух сторон, как только он зайдет, а потом решим, что с ним делать, - скомандовал Ян, и, выдохнув, сказал. – Открывай.
Феликс нерешительно нажал на ручку и толкнул дверь. Хёнджин влетел в квартиру, совершенно не ожидая подставы, но на него тут же обрушились удары кухонной утварью. Звон эхом пролетел по коридору. Хван схватился за голову, его закачало, и парень растянулся в прихожей. Бита выкатилась из его руки.
Парни подхватили громилу подмышки и потащили на кухню. Чонин оставил Феликса усаживать Хёнджина на стул, а сам отправился в спальню. Сильному русалу не составило труда подхватить человека, поэтому он быстро справился и даже расслабился. В этом и состояла его ошибка. Брюнет, конечно, не был готов к такому теплому приему, но и удары вполсилы ничего с ним не сделали.
- Чонин, ты скоро? – крикнул Феликс, отвернувшись от пленника.
И очень зря. Очнувшийся Хван мигом оценил обстановку и схватил Ли за руку. Как только тот повернулся, он нанес ему удар в щёку. Феликс отлетел к кухонному гарнитуру, ударяясь головой о подвесной шкаф. Юноша свалился на пол, а из открывшегося шкафчика на него полетели кастрюли и сковороды. К этому времени Хёнджин уже оказался в спальне, где избивал брата. Он напал на беднягу со спины и, схватив его за волосы, ударил головой об стол. Чонину разбили бровь. Кровь струйкой потекла по лицу. Паренек отключился.
Физические данные Феликса были лучше, поэтому он не был в нокауте. Голову от ударов посудой он защитил руками. Действовать нужно было моментально, поэтому юноша выдвинул ящик и достал оттуда нож. Как раз в этот момент Хёнджин показался на кухне. Он зверски скалился.
- Вы слишком самоуверенны, будучи такими неудачниками, - сказал он. – Ты правда думаешь, что эта штука тебе поможет? Ты скорее ранишь себя, нежели меня. Положи, не умеешь же обращаться с ним.
- Что тебе нужно?! – воскликнул Феликс, выставив перед собой нож.
- Только поговорить. Наедине, поэтому пришлось отправить Чонинку спать.
- Если бы ты хотел поговорить, то не громил бы здесь всё!
- Таковы мои методы. А теперь положи нож. В твоих интересах сдаться и внимательно меня послушать.
- Говори оттуда. Не приближайся, иначе я оставлю шрам на твоей смазливой рожице! Ты ошибаешься, если считаешь, что я не умею обращаться с этим.
Хёнджин рассмеялся. Парни стояли друг напротив друга. Их разделял лишь длинный стол.
- Так докажи.
Брюнет вскочил на стол и за пару шагов мог сократить расстояние между ними. Времени думать не было. Феликс сорвал с шеи жемчужное ожерелье, реликвию, напоминающую о доме, и бросил на стол. Шарики покатились прямо под ноги Хёнджину. Он, не ожидавший этого, не успел остановиться и поскользнулся на них. Парень полетел на пол. Боль пронзила его тело, он скривился. Хёнджин даже не понял, как Феликс оказался на нём и приставил лезвие к его шее.
- Тебе достаточно доказательств? – спросил Ли. – Дернешься, и я надавлю сильнее.
Хван смотрел прямо в глаза Феликсу. Он чувствовал холодный металл, касающийся его нежной разгоряченной кожи. Легкая боль, и теплая струйка полилась с его шеи на пол. Блондин не шутил. Хёнджин впервые встретил достойного противника. Он верил, что Ли может убить его. В глазах юноши сверкали искры ярости.
- О чём ты хотел поговорить? – спросил Феликс.
Хёнджин только сейчас заметил, насколько низкий голос парня не сочетался с его миловидной внешностью.
- Никто не должен знать о том, что ты видел вчера в туалете, - прохрипел Хёнджин.
Феликс усмехнулся.
- И ты собирался мне угрожать? Поверь, мне глубоко плевать, чем ты занимаешься и с кем. Есть множество более интересных тем, которые можно обсудить. Ты не пуп Земли, Хёнджин. Меня больше волнует тот факт, что ты нагло надо мной посмеялся. Я знаю, что не должен был угощать тебя такой дорогой пищей, а ещё я знаю, что вы, ублюдки, что-то подсыпали мне в стопки и заставили выпить. Знаешь, почему я оказался в туалете? Мне было ужасно плохо, поэтому ты должен извиниться передо мной. Ах да, и ещё угостить мраморной говядиной, потому что ты провинился.
Хёнджин молчал. Он чувствовал себя побежденным, но и выбрасывать белый флаг не хотел. Никогда в жизни он не пресмыкался перед подобным ничтожеством. Во всем мире был единственный человек, который мог его унизить, и это далеко не Ли Феликс. Хван знал, что существуют люди, способные его одолеть, но даже не думал о том, что когда-нибудь они появятся в его жизни. Его боялись все, и то, как вел себя блондин, было либо тупостью высшей степени, либо небывалой смелостью. Желание отомстить затеплилось где-то внутри. Азарт закипел в жилах. Ему было необходимо поставить щенка на место, но перед тем, как это сделать, придется пасть ниже плинтуса.
- Извини.
- Что-что? Повтори-ка, не расслышал?
- Извини! Был не прав.
Феликс улыбнулся.
- Отлично. Сегодня вечером, как обычно, в восемь, жду тебя у своего подъезда. Пойдешь меня мясом угощать. А это тебе, чтобы помнил, что ты и выеденного яйца не стоишь.
Юноша быстро оголил руку Хёнджина и размашисто начертил острием три линии на его коже. Теперь на предплечье брюнета красовалась английская буква «F». Хван, крича от боли, схватился за руку. Его пальцы быстро окрасились в бардовый. Не разбирая дороги, он подхватил свою биту и вылетел из квартиры, сверкая пятками. Феликс смотрел ему вслед и улыбался.
Чонина без сознания он нашел на полу спальни. Лицо юноши залила кровь, сочившаяся из разбитой брови. Феликс убрал лишнее мокрой тряпочкой и наложил повязку на рану. Дождавшись скорой и отправив вместе с ней друга в больницу, он облегченно выдохнул.
- Я отомстил ему, Йени.Отомстил за всех, кому он когда-либо делал зло, - сказал Феликс, когда Чонин намгновение очнулся на носилках.