Глава:Волновался он..
Кэсс, громко топая, прошла в свою комнату, нервно скинув ремень с рацией на стол. Галли, Томаса и Ньюта не было уже довольно долго, и хотя она знала, что они способны позаботиться о себе, беспокойство о Галли не давало ей покоя. Их первое знакомство с бывшими глейдерами прошло не так, как она себе представляла, особенно с Томасом и Ньютом, которыми она так восхищалась по рассказам. Но сейчас её мысли были о другом.
Где же Минхо? Бегун, о котором было больше всего историй? Кэсс задумчиво прикусила ноготь большого пальца, опершись на стол, когда в голове мелькнула идея. Фрайпан. Он ведь тоже был глейдером. Галли рассказывал истории только по ночам, но что, если сейчас у неё есть шанс услышать их от кого-то ещё? Не раздумывая дольше, она резко развернулась и выбежала из комнаты вниз, туда, где ждали оставшиеся «гости».
Фрайпан сидел в стороне, устроившись на потрёпанной шине от грузовика, что-то вертя в руках. Кэсс подошла ближе и вежливо кашлянула.
— Ты ведь Фрайпан?
Конечно, она знала его имя, но с чего-то нужно было начать.
— Он самый. Ты что-то хотела? — улыбнулся он, слегка привставая.
— Да... Я хотела тебя кое о чём попросить.
Их разговор затянулся на два часа. Неожиданно для себя, Кэсс почувствовала, что с Фрайпаном у них возникла некая ментальная связь — говорить с ним было легко, слова лились сами собой. Он рассказал множество историй, которых она никогда не слышала от Галли. Она слушала с восхищением, поражённая тем, как жили глейдеры, как выживали, как поддерживали друг друга. Оказалось, что Галли в прошлом был одним из самых упрямых и раздражительных среди них. Кэсс посмеялась, рассказывая Фрайпану, каким Галли стал теперь. В какой-то момент к ним подсела Бренда. Сначала Кэсс показалось, что девушка высокомерна, но вскоре она поняла, что ошибалась. Бренда оказалась отличным собеседником.
— А ещё он до сих пор вспыльчив, — закончила Кэсс, усмехнувшись.
Но её улыбка тут же стёрлась, когда воздух прорезал громкий звук бегущих шагов. Она вздрогнула, резко обернувшись.
— Кассандра!
Галли.
Он никогда не называл её полным именем. Сердце дрогнуло от предчувствия чего-то нехорошего. Кэсс невольно сделала шаг назад, наблюдая, как Галли, Томас и Ньют направляются к ней.
— Почему ты не отвечаешь мне? Где твоя рация?! Я битый час не могу с тобой связаться! Ты хоть понимаешь, как я переживал?!
Голос Галли был резким, полным беспокойства и злости. Кэсс почувствовала, как внутри всё сжимается. Она терпеть не могла, когда на неё кричат — это всегда приводило её к слезам, и сейчас она едва сдерживалась.
— Галли, прости... Я просто оставила рацию в комнате и спустилась сюда, чтобы...
Но он не дал ей договорить.
— В комнате, значит? Разве ты не помнишь моих слов? Держи рацию под рукой всегда! Уходишь — цепляй на ремень! В комнате — не убирай её далеко!
Он не сбавлял тона, и это стало последней каплей. Кэсс опустила взгляд, крепко сжав кулаки, чтобы не выдать эмоции. Томас, видимо, решил не вмешиваться — он лишь молча ушёл к Бренде и Хорхе. А вот Ньют остался. Когда Кэсс взглянула на него, её сердце екнуло — он смотрел на неё внимательно, словно ждал чего-то.
— Галли, хватит. Не ори на неё. Это твоя паранойя, — спокойно, но твёрдо произнёс Ньют, кладя руку на плечо Галли. — Видишь? С ней ведь ничего не случилось.
Галли резко дёрнул плечом, отбрасывая его руку.
— Не лезь, Ньют! Это уже не первый раз. Ей давно пора запомнить!
И тогда Кэсс сорвалась.
— Да! Я оставила эту чёртову рацию в комнате! Знаешь почему?! Потому что я просто хотела, чтобы хоть кто-то был со мной рядом, когда я нахожусь одна в этом блоке! Как брошенный котёнок, которого можно подозвать, когда тебе удобно, и отогнать, когда появляются другие развлечения! Я не ребёнок, Галли! Мне не нужен контроль! Я просто хочу, чтобы со мной кто-то говорил не потому, что обязан!
Голос сорвался, но ей уже было всё равно. Развернувшись, она схватилась за перила лестницы и быстрым шагом направилась в свою комнату, подальше от Галли, подальше от его опеки.
Позади раздалось гробовое молчание. Потом тяжёлый выдох.
Ньют бросил на Галли взгляд, полный осуждения, и, не говоря больше ни слова, ушёл следом за Кэсс.