Рожденна во тьме. /Пропавшие.

Через время. Все спали. Ну кроме.. Блейна и Чейза. Я пыталась уснуть, но в итоге фиг что смогла сделать.
Но было все так:
Лена лежала возле Чейза и уже мирно спала. А я на плече Блейна, от чего он меня приобнимал. 

Пока я максимально старалась хоть немного поспать, то услышала их пизд#шь.

— Не спишь? /Блейн.

—Не могу. /Чейз.

— Плечо болит? /Блейн.

— Я в норме. /Чейз.

— Ну и накормил ты своего мясника, брат. /Блейн.

— Она знает обо всем? /Чейз.

— Нет. Я же не идиот. /Блейн.

Мысли: я бы поспорила..

— Не хочу чтобы она знала меня таким. /Чейз.

— Таким даже я тебя не хочу знать. /Блейн.

— Ты используешь её. /Чейз.

— Я знаю. Но ведь это сработала. /Блейн.

— Сработало. Но если ты ещё раз попытаешься использовать её в своих целях я тебя убью. И я не шучу, Блейн. /Чейз.

— А когда ты шутил? У меня не было выбора. Сам бы я до тебя не достучался бы. /Блейн.

— Насколько все плохо в агентсве? /Чейз.

— За тебя дают баснословые деньги. Я бы мог стать миллиардером и больше никогда не работать. /Блейн.

— Придется навестить наше начальство. /Чейз.

— А какие вообще планы на будущее? /Блейн.

— У нас есть будущее? /Чейз.

— Ха.. допустим есть. Так какие? Вернешься на службу? /Блейн.

— Я хочу остаться с ней, если выживу. Хочу обычную жизнь, дом, семью. /Чейз.

— Не ожидал. /Блейн.

— А ты? /Чейз.

— Сначала хотел вернуться на службу. Но теперь передумал. /Блейн.

— С чего вдруг? Тем более ты ненавидишь службу. /Чейз.

— Я и до сих пор ненавижу. Но раньше у меня ничего кроме неё и не было. А сейчас, когда увидел Нессу, то резко поменял мнение. Хочу остаться с ней. /Блейн.

— Да ну нафиг. Блейн поплыл. /Чейз.

— Могу и про тебя такое же сказать. /Блейн.

— Если мы выживем... это будет самый странный финал нашей истории. /Чейз.

— Ты про что? /Блейн.

— Два психа из агентства... решили стать семейными людьми. /Чейз.

Блейн тихо рассмеялся.

— Чёрт... звучит ужасно. /Блейн.

— Звучит нормально. /Чейз.

Когда Чейз уже уснул, Блейн тихо сказал.

— Ведьмочка, тебя не учили что подслушивать не красиво? /Блейн.

— Ой, ты знал? /Ванесса.

— Ещё с начала. /Блейн.

— Почему не сказал? /Ванесса.

— Интересно было узнать что дальше делать будешь. /Блейн.

— Ты ужасный человек. /Ванесса.

— Я знаю. /Блейн.

— Манипулятор. /Ванесса.

— Тоже знаю. /Блейн.

— Наглый. /Ванесса.

— Спасибо. /Блейн.

— Да как тебя оскорбить то.. /Ванесса.

— Вот уже узнаю мою Ведьмочку. /Блейн.

Я закатила глаза, но после посмотрела на него, чмокнула в губы и сказала.

— Ну ладно. Сладких кошмаров. /Ванесса.

Утро пришло не сразу — сначала сквозь веки пробился свет, потом холод напомнил о себе, а уже после — голоса.

— Просыпаемся. Солнце светит, мир живёт, а мы всё ещё валяемся. Непорядок. /Блейн.

— Блейзер, иди нафиг... Слишком рано для философии. /Ванесса.

— Зато буря утихла. /Блейн.

— И что? Нам медаль за это дадут? /Ванесса.

Где-то сбоку зашевелились остальные. Кто-то зевнул, кто-то тихо выругался, а потом — конечно же — началось.

— О господи... они что, реально так и спали? Смотри: эти прикованы друг к другу... а эти вообще не отлипают. Это же неудобно. /Бобби.

— Зато романтично. /Кэсси.

— Особенно романтично будет, когда Лена с Чейзом пойдут в туалет. Вместе. Очень сближает. /Бобби.

— Вы серьёзно думаете, что мы глухие? /Ванесса.

— Поддерживаю. /Лена.

— Ой... /Бобби.

Неловкая пауза повисла в воздухе, но ненадолго.

— Который час? /Кэсси.

— Семь утра. Солнце уже час как встало. Небо чистое, ветер почти стих. /Блейн.

— Тебе бы на телевидение. Прогноз погоды вести. /Бобби.

— Представляю: сидит такой серьёзный и вещает про облачность. /Неля.

— Сколько до Волкова? /Блейн.

— Километров двадцать. Если не тормозить — к полудню будем там. /Чейз.

— Двадцать километров?! Пешком? По сугробам?! /Кэсси.

— В моих Prada... /Бобби.

— Дурак. Это Balenciaga. /Кэсси.

— Разница принципиальная, конечно. /Ванесса.

Лена на секунду замолчала, глядя куда-то в сторону.

— Я всё ещё надеюсь встретить здесь Каина... /Лена.

— Ebrius sine vino, peccator? /Ванесса.

Лена резко повернулась ко мне.

— Ты шаришь? /Лена.

— Обижаешь. Конечно. /Ванесса.

Чейз потянулся, звякнув наручниками.

— Принцесса, сними их уже. /Чейз.

Лена на секунду задержала взгляд на ключе, словно взвешивая что-то внутри себя.

— А ты не сбежишь? /Лена.

— Не сбегу. /Чейз.

— Обещаешь? /Лена.

— Обещаю. /Чейз.

Она ещё мгновение смотрела на него... потом щёлк.

— Хорошо. Но если ты меня обманешь... /Лена.

— Никогда. /Чейз.

Наручники упали с тихим звуком.

— Беги, Тузик, ты свободен! /Бобби.

— Только команды не забывай выполнять. /Ванесса.

Чейз медленно поднял взгляд на обоих.

— Вам конец. /Чейз.

— ПОМОГИТЕ!!! /Бобби.

— Спасите кто-нибудь, он сейчас сорвётся! /Ванесса.

— Сами виноваты. /Неля.

— Неля, ты офигела? Ты на чьей стороне? /Ванесса.

— Прости, мам. /Неля.

Мы выходим в тайгу.

Двадцать километров до дома учёного.
Снег — по колено.
Мороз кусает щёки, щиплет нос и пробирается под одежду, как будто проверяет нас на прочность.

Лес вокруг тихий. Слишком тихий.

— Слушайте, можно тупой вопрос? /Бобби.

— Ты только такие и задаёшь. /Блейн.

— Милота. /Неля.

— Ха-ха. Очень смешно. Я серьёзно. Вы точно уверены, что Волков вообще жив? Мужику лет сто, он один в тайге... /Бобби.

— ... /Блейн.

— ... /Чейз.

— Вы не проверили, жив ли он вообще?! Прекрасно! /Ванесса.

— Реально? /Лена.

— Нет, ну конечно! Как похищать нас — так всё продумано! Полсотни людей положить — пожалуйста! А проверить, жив ли старик — не судьба?! /Кэсси.

— Меньше болтайте. Энергию берегите. /Чейз.

— А мы и прибережём! На случай, если Волков уже мёртв, мы вас рядом с ним положим! /Кэсси.

— Солидарна. /Ванесса.

— Да! Опыт уже есть! /Лена.

— В каком смысле?.. /Чейз.

— Мы Блейна как-то вынесли, пока он спал. /Лена.

— Чего? Его на руках таскали? /Чейз.

— Не было такого. /Блейн.

— Блинчик, не ври. /Ванесса.

— Было! У меня даже фото есть! /Бобби.

— ХАХАХА! /Чейз.

— Заткнись. /Блейн, задевает его плечом.

— Ай! Ты чего психуешь, Спящая красавица? На ручки хочешь? /Чейз.

— Да ты его прямо соблазняешь. /Ванесса.

— Идиоты. /Блейн.

— Ладно, идите вперёд. Мы с принцессой замыкаем. /Чейз.

— Сосаться будут. /Бобби.

— Сто процентов. /Неля.

Чейз молча слепил снежок и метко зарядил в Бобби.

— АБАЛДЕЛ?! /Бобби.

Смех разнёсся по лесу и на секунду даже стало теплее.
Я и Блейн шли немного в стороне. Впереди — Неля, Бобби и Кэсси, громкие, как всегда. Позади — Лена с Чейзом. 
Мне стало скучно. Я наклонилась, слепила снежок и, не думая, кинула в Блейна. Попала в плечо. Он остановился. Медленно повернул голову.

— Ведьмочка... тебе заняться нечем? /Блейн.

— Абсолютно. Сам виноват. Слишком медленно идёшь. /Ванесса.

Он прищурился. В уголке губ мелькнула улыбка — опасная.

— Ты сейчас договоришься... и я тебя в сугроб кину. /Блейн.

— Не посмеешь. /Ванесса.

Он сделал шаг ко мне. Потом ещё один.

— Блинчик... /Ванесса.

— М? /Блейн.

— Даже не думай. /Ванесса.

— Уже думаю. /Блейн.

Я отступила назад. Ещё шаг. И ещё.

— Не смей. /Ванесса.

— Поздно. /Блейн.

Он резко схватил меня за талию.

— БЛЕЙН— /Ванесса.

Мир перевернулся. И в следующую секунду я уже лежала в сугробе, утопая в холодном снегу.

— ТЫ СУМАСШЕДШИЙ?! /Ванесса.

Снег забился за ворот, в волосы, за шиворот — везде. А он стоял сверху... и смеялся. По-настоящему. Легко. 

Я на секунду зависла. Потом схватила снег и кинула в него.

— Это война. /Ванесса.

— Ты её начала. /Блейн.

— Я её выиграю. /Ванесса.

— Мечтай. /Блейн.

Я попыталась встать — но он протянул руку. 
Я замерла на секунду. Посмотрела на него. И всё-таки взяла.

Он потянул меня вверх, но в последний момент... слегка дёрнул. Я снова чуть не упала — прямо на него. Мы замерли. Слишком близко. Слышно было только дыхание... и где-то вдали — крики остальных.

— Вы там живы вообще?! /Бобби.

— Они там не дерутся, они там флиртуют! /Неля.

Я быстро отстранилась.

— Идиот. /Ванесса, тихо.

— Зато твой. /Блейн.

Я фыркнула, отворачиваясь, но уголки губ предательски дрогнули.

— Идём уже. /Ванесса.

Мы двинулись дальше. Снег хрустел под ногами, дыхание сбивалось, а лес вокруг становился всё гуще. Казалось, что он наблюдает. В какой-то момент Чейз резко остановился.

— Стоп. /Чейз.

Мы замерли.

— Что там ещё... /Ванесса.

Он наклонился, аккуратно разгребая снег. Лезка. Чуть дальше — граната.

— Ты издеваешься... /Бобби.

— Это растяжка. /Чейз спокойно. — Идеально.

— Идеально?! /Кэсси.

Чейз повернулся к Лене.

— Иди сюда. /Чейз.

— Чего?.. /Лена.

— Учиться будешь. /Чейз.

— ЧЕГО?! /Мы хором.

— Расслабьтесь. Я контролирую. /Чейз.

— Мы сейчас умрём. /Бобби.

— Я слишком молода для этого. Мне всего 14! /Неля.

— Я вообще ничего не успела! /Кэсси.

— Заткнулись. /Чейз.

Лена сглотнула, но подошла. Он объяснял тихо, чётко, показывая каждое движение. Она слушала. Внимательно. Сосредоточенно.
А мы... мы реально уже мысленно прощались с жизнью.

— Если я сейчас взорвусь... /Бобби.

— Ты будешь самым громким из нас. /Ванесса.

Щёлк. Все замерли. Тишина. Ещё секунда. И ничего.

— ...Мы живы? /Ванесса.

— Вы живы. /Чейз.

— Я ГЕНИЙ! /Лена.

— Ты нас чуть не угробила! /Кэсси.

— Но не угробила же. /Лена.

— Я сейчас тебя сама... /Кэсси.

— Так, всё, пошли дальше. /Блейн.

Но напряжение уже спало. И даже холод стал ощущаться меньше.

***
Когда мы наконец дошли до дома Волкова — я сначала даже не поверила, что это он. Старый дом, немного перекошенный, занесённый снегом почти до окон. Дверь открылась не сразу. А когда открылась... Перед нами стоял дедушка. Седые волосы, тёплый свитер, добрые, но расфокусированные глаза.

— О! Гости! Или вы почтальоны? Нет, почтальоны по вторникам... а сегодня... /Волков.

— Мы... эээ... /Ванесса.

— Вы чай будете? У меня есть варенье. Или не варенье... хотя было... /Волков.

И понеслось. Он перескакивал с темы на тему быстрее, чем мы успевали реагировать или вообще думать.
Про дорогу. Про какие-то ловушки. Про турецкий сериал. Про актрису, которую он «любит, но не помнит как зовут». Про зиму тридцать лет назад.
Мы просто... стояли и слушали. Иногда переглядывались. Иногда пытались вставить слово. Безуспешно.

— ...и вот тогда я понял, что чай лучше пить с мёдом! Вы любите мёд? /Волков.

— Очень. /Ванесса.

На секунду стало... тихо внутри. И немного грустно. Потому что он один. И с такой памятью... наверное, правда сложно.

Потом нас распределили по комнатам. Как? А вот так:
Я, Лена, Кэсси и Неля — в одной.
Чейз, Блейн и Бобби — в другой.

Наша комната оказалась маленькой, но тёплой. Старые кровати, скрипучий пол и одеяла, пахнущие чем-то уютным. Я села на край кровати, устало выдохнув.

— И что мы будем завтра делать? Мы даже не знаем, как искать ребят на этой поворотной дороге. /Ванесса.

— Честно... я не хочу сейчас об этом думать. /Кэсси. — Хочу просто лечь и отключиться.

— Поддерживаю. /Неля.

Пауза. А потом она вдруг оживилась.

— О! У меня есть УНО! /Неля.

— Серьёзно?! /Лена.

— Да! /Неля.

— Всё, вы обречены. Я вас всех выиграю. /Лена.

— Сказала та, кто чуть нас не взорвала. /Ванесса.

— Это было обучение! /Лена.

— Это было покушение. /Кэсси.

— Давайте уже карты. /Ванесса.

Мы устроились прямо на полу. Одеяла, смех, тёплый свет лампы.

— Я первая! /Лена.

— Конечно, самая опасная идёт первой. /Кэсси.

— Жёлтая. /Лена.

— Красная. /Ванесса.

— Плюс два. /Неля.

— Ты серьёзно?! /Кэсси.

— Это стратегия. /Неля.

— Это предательство. /Кэсси.

Смех. Громкий. Живой. На мгновение всё стало... нормально. Будто нет ни холода, ни опасности, ни дороги впереди. Просто мы. И эта странная, тёплая компания.

— Кстати... /Лена тише.

— М? /Ванесса.

— Мы же выберемся, да? /Лена.

Я посмотрела на них. На всех.

— Конечно. /Ванесса.

И в этот раз я сказала это не для них. А чтобы самой поверить.

— А теперь тянем карты, не отвлекаемся! /Неля.

— Я тебя сейчас выгоню из комнаты. /Кэсси.

— Попробуй. /Неля.

И снова смех. Тёплый. Настоящий. И впервые за день... спокойно.

Утро.
Я проснулась первой.
Комната ещё дышала сном — тихим, тёплым. Лена раскинулась поперёк кровати, Кэсси завернулась в одеяло, как кокон, а Неля тихо сопела, прижимая к себе карты УНО, будто сокровище.
Я осторожно выбралась из-под одеяла, стараясь никого не разбудить, накинула кофту и вышла из комнаты. Дом встретил тишиной... но только на пару секунд. С кухни доносился шум. Я зашла — и замерла в дверях. Открытое окно. Снег с подоконника уже начал таять на полу. И... лось. Настоящий. Огромный.
Стоит себе спокойно и... ест салат прямо со стола. А рядом — Волков, размахивающий руками.

— Потапыч, скотина ты безмозглая! Куда полез?! Это мой завтрак! Я тебе сколько раз говорил — жри на улице! Там твоя еда, а это человеческая! Ох ты ж ёлки-моталки... ну что за наказание на мою седую голову... /Волков.

Я не выдержала и тихо рассмеялась.

— Ого... какой милый. Это ваш лось? /Ванесса.

Волков обернулся, будто только сейчас заметил меня.

— Мой, мой. Чей же ещё? /Волков.

Лось поднял голову. Посмотрел на меня. Жует. Медленно. С важным видом.

— Можно... погладить? /Ванесса.

— Можно, конечно! Только смотри, чтоб рогами не зацепил. Но он добрый. Иногда. Когда сытый. /Волков.

— А сейчас? /Ванесса.

— Сейчас он ест — значит, добрый. /Волков.

Логика... железная. Я осторожно подошла ближе. Потапыч даже не дёрнулся. Только хрустнул чем-то зелёным и снова уставился на меня. Я протянула руку. Тёплый. Шерсть жёсткая, но приятная. Он фыркнул, обдав меня тёплым воздухом.

— Привет... /Ванесса тихо.

— Видишь? /Волков довольно. — Признал тебя.

— Это потому что у меня нет салата. /Ванесса.

— Это потому что у тебя лицо хорошее. Он таких любит. /Волков.

— А плохих? /Ванесса.

— Плохих тоже... но по-другому. /Волков.

— Хороший Потапыч. /Ванесса.

Лось довольно фыркнул, будто понял, что его хвалят.

— Деточка, чай будешь? Хороший, травяной. Сам собирал. /Волков.

— Буду не против. /Ванесса.

— Вот и правильно. Чай — это дело святое. Особенно зимой. Особенно в тайге. Особенно когда лось съел завтрак. /Волков.

— Логично. /Ванесса.

Он засуетился у плиты, доставая старый чайник. Движения немного хаотичные, но в них чувствовалась какая-то... привычная забота.

— Там у меня мята есть... или это не мята... хотя пахнет как мята... /Волков бормочет.

— Если что, мы выживем. /Ванесса.

— Конечно выживете. Я же живу. /Волков.

Я села за стол, подперев щеку ладонью.
Потапыч все ещё стоял в окне, и смотрел на салат.

— Даже не думай. /Ванесса.

— Умный. /Ванесса.

— Конечно умный. Мы с ним разговариваем. /Волков.

— Он отвечает? /Ванесса.

— Иногда. Но чаще всего ест. /Волков.

Он протягивает мне кружку чая. Тёплую. Почти горячую.

— Я, наверное, схожу на улицу. /Ванесса.

— Иди, деточка. Только не замёрзни. /Волков.

Я кивнула, взяла кружку, накинула куртку и вышла наружу. Холод сразу ударил в лицо, но уже не так резко, как вчера. Воздух был чистый, хрустящий. И... шум. Я прищурилась. Картина передо мной была... впечатляющая. Чейз и Блейн. На снегу. Дерутся.

— Ой... ё-моё... /Ванесса тихо.

Я прислонилась к парапету, спокойно сделала глоток чая. Ну конечно. Утро же. Идеальное время, чтобы подраться.

— Лена тебя убьёт... /Ванесса пробормотала.

Чейз в этот момент резко перехватил Блейна и повалил его в снег.

— Раз. /Ванесса.

Блейн вывернулся, но ненадолго. Чейз снова его протащил по снегу.

— Два. /Ванесса.

Третий раз получился... частично. Чейз дёрнул его, но Блейн подскользнулся и почти рухнул рядом.

— Засчитано наполовину. /Ванесса.

Я спокойно наблюдала, делая маленькие глотки. Пар от кружки поднимался вверх, пальцы постепенно согревались. Они уже встали. Стояли напротив друг друга, тяжело дыша. Снег на одежде, дыхание сбито, но глаза... живые.

— Закончили? /Ванесса.

Оба обернулись.

— Нет. /Блейн.

— Да. /Чейз.

— Вы определитесь сначала. /Ванесса.

Я сделала последний глоток чая.

— Если Лена это увидит — вы оба трупы. /Ванесса.

— Возможно. /Чейз.

Чейз хмыкнул, вытирая кровь с губы. Я нахмурилась.

— Ты ранен, если что. Напоминаю. /Ванесса.

— Уже лучше. /Чейз.

— Конечно. Драка — лучшее лечение. /Ванесса.

— Помогает. /Чейз.

— Проверять не буду. /Ванесса.

Я посмотрела на Блейна.

— А ты? Полегчало? /Ванесса.

Он усмехнулся, стряхивая снег с куртки.

— Да. Иногда надо. /Блейн.

— Детский сад. /Ванесса.

— Завидуешь? /Блейн.

— Очень. Мечта всей жизни — подраться с утра в снегу. /Ванесса.

— Хочешь тоже в снегу поваляться? /Блейн.

— Спасибо, не хочу. Брысь. Я уже валялась вчера... благодаря некоторым. /Ванесса.

— Повторить могу. /Блейн.

— Только попробуй. /Ванесса.

— Ладно, я пошёл. /Чейз.

— Иди-иди. И не упади по дороге. /Блейн.

— Переживаешь? /Чейз.

— Мечтаю. /Блейн.

Дверь за Чейзом скрипнула и закрылась. Остались только мы. Тишина леса. И этот холодный воздух, в котором почему-то стало слишком... тесно. Я повернулась к Блейну.

— Всё? Навоевался? /Ванесса.

— Немного. /Блейн.

Я скрестила руки на груди, оглядывая его с ног до головы.

— Я, конечно, всё понимаю... но Блейн, блин. Чейз ранен. Да, вы там дофига можете, но не на морозе же устраивать бои. /Ванесса.

— Какая злая Ведьма... Проклянешь меня? /Блейн.

— Иногда очень хочется тебя прибить. /Ванесса.

Я сделала шаг, собираясь уйти к дому... но он вдруг перехватил меня за рукав.

— Куда? /Блейн.

— В тепло. В нормальную жизнь. Без тебя. /Ванесса.

— Как мило. Я тебя тоже люблю. /Блейн. — Ладно, идём.

Он отпустил рукав, и мы вместе направились к дому.
Внутри уже все собрались.
Тепло, запах каши, тихий гул разговоров.
Чейз сидел рядом с Леной, чуть наклонившись к ней. Бобби с Кэсси — как обычно, плечом к плечу. Я быстро заняла место рядом с Нелей и Бобби. Блейн, конечно же, сел рядом.

— Принцесса, как спала? Я хорошо себя вёл в твоём сне? /Чейз.

— Ха-ха. Спала нормально. /Лена. — А у тебя что было?

— Да так... мы обнимались. /Чейз. — Ты выспалась?

— Ага. Верю я в твоё «обнимались». /Ванесса.

Лена усмехнулась, но взгляд у неё всё равно был тёплый.

— Выспалась. А ты? /Лена.

— Пару часов поспал. /Чейз.

Лена сразу нахмурилась.

— Чейз, тебе нужен отдых. Организм только восстанавливается. А ты ещё и тренировки устраиваешь... /Лена. — Блейн, ты о чём думал?

— Лен, не переживай. /Ванесса. — Этот уже отчитан.

— Меня уже второй раз ругают. /Блейн.

— Ну наконец-то! /Бобби.

— Я отлично себя чувствую. Не веришь? /Чейз.

— Ты получишь, если не начнёшь думать о своём здоровье. /Лена.

— Мм... угрозы с утра пораньше. Заводит. /Чейз.

— Фу. /Неля.

— Давайте, пожалуйста, не за едой? /Ванесса. — Моя психика такого не выдержит.

— Господи, можно хоть за завтраком без этого? /Кэсси. — У меня и так аппетита нет, а от вашего воркования вообще тошнит.

— Нашему счастью завидуют, заметила? /Чейз.

— Я завидую людям, которые сейчас спят в нормальных кроватях, в тёплых домах. /Кэсси. — А не сидят в избушке в тайге... с лосем за окном. И чего он так смотрит вообще?

— Это Потапыч. /Лена.

— Протестую. Потапыч хороший. /Ванесса.

Как по заказу, за окном мелькнула огромная морда. Потапыч. И снова уставился внутрь.

— Он меня пугает. /Кэсси.

— Он тебя оценивает. /Бобби.

— Я ему не нравлюсь. /Кэсси.

— Он просто думает, что ты вкусная. /Неля.

— СПАСИБО. /Кэсси.

— Потапыч! Не смущай даму! /Волков, хлопнув в ладоши. — Так, орлы мои бестолковые, хватит трепаться! Садитесь есть! Времени мало!

Он поставил на стол кастрюлю.

— Каша пшённая, на топлёном молоке. Ешьте, пока горячая! /Волков.

— А кофе? /Чейз.

— Ёшкин кот... опять вы за своё! Нету кофе! Чай пей! /Волков.

— И на том спасибо. /Ванесса.

Чейз придвинул к себе миску с кашей.

— Терпимо. /Чейз.

— Что значит "терпимо"? Это лучшая каша от Урала до Владивостока! Моя бабка этой кашей партизанов кормила! Они потом немцев голыми руками душили! /Волков.

— Нашим современым людям надо учиться у Волкова рекламу писать. Вот как эту кашу предподнес. /Ванесса.

— Впечетляющая рекомендация. /Чейз.

— А ты чего молчишь, длинный с каменной мордой? Язык проглотил? /Волков.

— Я ем. /Блейн.

— Вижу, что ешь. А разговаривать во время еды не научили? /Волков.

— Не знаю, как вас. Но нас учили: "когда я ему, я глух и нем". /Ванесса.

— Научили не разговаривать с набитым ртом. /Блейн.

— Ишь вы, воспитанные какие! Но морда у него все равно кирпичом. /Волков.

— Хахаха. Бедный Блейзер. Волку не понравилась его морда. /Ванесса.

— Он и спит с такой мордой. /Чейз.

— Понятно кто на него во сне смотрит. Каждую лесничку небось разглядывал? /Ванесса.

— Блинчик, о чем думаешь? /Чейз.

— Думаю, как бы всадить вилку в глаз. /Блейн.

— Только вилку? Скука. Я на твой счет фантазирую куда маштабнее. /Чейз.

— Как говорится: вилку в глаз или в ж#пу раз? /Ванесса.

— Ты неисправима. /Блейн.

— Спасибо. /Ванесса.

— Вот почему вы всегда друг с другом ругаетесь? /Лена.

— Что ты, мы обожаем друг друга. /Блейн.

— У них любовь такая. Больная. /Ванесса.

— Что за логика "бей того, кого любишь?" /Кэсси.

— Ну типа: бьет, значит, любит. /Ванесса.

— Самая искренняя. /Чейз.

— Тогда по такой логике, я тебя тоже бить должна? /Лена.

— Я даже сопротивляться не буду. /Чейз.

— Ого. БДСМ любите? ну ладно. /Ванесса.

— Ванесса. /Лена.

— Молчу, молчу. /Ванесса.

— Чейз, не искушай. /Лена.

— Искушать тебя - мое любимое занятие. /Чейз.

— Боже, опять началось.. Бобби, дай мне ту ложку. Я глаз себе выколю. /Кэсси.

— Она грязная, возьми лучше вилку. /Бобби.

— Холера ясная! Вы будете жрать или языками чесать? Через час выходим, а вы тут комедию ломаете! /Волков.

— Ну да. Попкорна не хватает. /Неля.

— Я могу лося позвать. Он добавит эффектов. /Ванесса.

— Не надо. /Кэсси.

— Надо. /Бобби.

— НЕ НАДО. /Кэсси.

Через час.

Мы уже шли по лесу.

Волков уверенно шагал впереди — бодрый, как будто не в тайге живёт, а по утреннему парку прогуливается.

Мы же... тащились следом.

Снег снова по колено, дыхание сбивается, ноги начинают ныть.

— Всё. С этого дня официально заявляю: я больше не люблю зиму. /Ванесса.

— Поздно. Зима тебя уже полюбила. /Блейн.

— У неё токсичная любовь. /Ванесса.

— А у тебя другая бывает? /Блейн.

Я только фыркнула.

Сзади послышался голос Бобби:

— А мне так нравится, что мы идем в дремущий лес с мужиком, которого знаем лишь сутки, и никого это не беспокоит. /Бобби.

— Меня беспокоит. Но я уже устала беспокоится, так что просто иду. /Кэсси.

— Ну если что то, если он окажется маньяком, то мы отдадим ему Чейза и Блейна. /Ванесса.

— Я согласен. /Бобби.

— Поддерживаю. /Неля.

— Единогласно. /Кэсси.

— Очень смешно. /Блейн.

— Я запомнил. /Чейз.

— Ты первый в списке. /Ванесса.

— Предательница. /Чейз.

— Реалистка. /Ванесса.

— Эй, шпана! Меньше болтавни, больше ходьбы! Там подьем впереди! /Волков.

— Ненавижу этот лес, ненавижу этот холм, ненавижу свою жизнь. /Кэсси.

— Добавь в список Блейна. /Бобби.

— Блейн возглавляет его. /Кэсси.

— Хотела бы я так же сказать, но меня учили, что врать плохо. Говорят пальцы за это отрубают. /Ванесса.

— Я тоже тебя люблю, Кэсси. /Блейн.

— Ой, заткнись! /Кэсси.

— Блейн, иди н#хуй. /Ванесса.

— Уже иду. /Блейн спокойно. — За тобой.

— Даже не мечтай. /Ванесса.

Я сделала шаг вперёд... и почти сразу утонула в снегу по колено.

— Да вы издеваетесь... /Ванесса.

Сзади послышался тихий смешок.

— Сильная и независимая, да? /Блейн.

— Очень. Сейчас проверю, насколько. /Ванесса.

Я попыталась вытащить ногу — безуспешно. Снег не отпускал.

— Не смей... /Ванесса, не оборачиваясь.

— Уже думаю. /Блейн.

Шаги ближе. Тепло рядом.

— Не надо, Блейн. /Ванесса.

— Поздно. /Блейн.

Он обхватил меня за талию и легко выдернул из сугроба, будто это вообще ничего не стоило. Я замерла на секунду.

— Я сама могла. /Ванесса.

— Конечно могла. /Блейн.

— Отпусти. /Ванесса.

— Нет. /Блейн.

Я обернулась. Слишком близко. Снова.

— Ты бесишь. /Ванесса.

— Знаю. /Блейн.

— Очень. /Ванесса.

— Особенно? /Блейн.

Я закатила глаза, но не отстранилась сразу.

— Отпусти уже. /Ванесса тише.

Он всё-таки отпустил. Но пальцы на секунду задержались на рукаве.

— Осторожнее иди. /Блейн.

— Переживаешь? /Ванесса.

— Нет. Просто не хочу тебя потом снова из сугроба вытаскивать. /Блейн.

— Конечно. /Ванесса.

Я фыркнула и пошла дальше.
Сзади:

— О, смотрите, они снова милые. /Неля.

— Меня сейчас стошнит. /Кэсси.

— Записываю в дневник: «день третий — они признали чувства через оскорбления». /Бобби.

— Закройтесь. /Ванесса.

— Мы молчим. /Бобби.

— Но думаем. /Неля.

— Громко думаете. /Ванесса.

Волков резко остановился у огромного валуна, наполовину утопленного в снегу.

— Пришли. /Волков.

Мы остановились. Я посмотрела на камень. Потом ещё раз.

— Ого... камень. Очень... символично. /Ванесса.

— Это оно? Я ожидал чего-то более впечатляющего. А тут просто валун какой-то. /Бобби.

— Не просто. Слушайте внимательно. /Волков.

Он обвёл нас взглядом — на этот раз серьёзным.

— Встаньте в круг. Возьмитесь за руки. Прижмите к сердцу вещи тех, за кем идёте. Думайте только о них.  Когда почувствуете, что вас тянет — шагайте вперёд. Руки не размыкать. /Волков.

— Звучит... безопасно. /Ванесса.

— Вообще ни капли не страшно. /Кэсси.

— Я уже жалею, что проснулся сегодня. /Бобби.

— Давай руку, бобстер. /Блейн.

— Чё-то мне не по себе... /Бобби.

— Ой да ладно! /Лена. — Он тебя голым видел.

Пауза.

— ОЙ. /Бобби.

— Так вы из этих? /Волков с интересом.

— «Этих» — это каких?  Если вы про геев, то да. Они у нас заднеприводные. /Ванесса.

— Чё вы там вдвоём сказали? /Блейн.

— Я? У тебя уже возрастное. Я молчала. /Ванесса невинно. 

— Если ты имеешь в виду, что я жертва, а он похититель — то да! /Бобби.

— Ага, у вас ролевые игры такие. /Ванесса.

— Лена, спасибо, что поделилась этим с чокнутым учёным. /Бобби.

— Да ладно тебе. /Лена.

— Тогда сама бери его за руку! /Бобби.

— Возьму. /Лена спокойно.

— Перебьётся. Блейн, хватай бобового. /Чейз.

— Знаешь...  Мне не нравится тенденция нашего сближения. /Бобби.

— Думаешь, мне нравится? /Блейн.

Я закатила глаза.

— Господи, хотите я между вами встану? /Ванесса. — Лишь бы вы заткнулись и мы начали.

— О, сестричка, я тебя обожаю! Ты моя спасительница! /Бобби.

— Даже не привыкай. /Ванесса.

Я встала между ними, протянула руки. Слева — Блейн. Справа — Бобби.

— Только не сжимай слишком сильно. /Бобби.

— Будешь ныть — сожму. /Ванесса.

— Уже молчу. /Бобби.

— Извините, а обратный билет в этот тур включен? Как мы вернемся? /Лена. 

— Ой, точно... Я совсем вылетел из головы этот момент. /Волков. 

— Офигеть, сервис на высшем уровне. /Лена. 

— Мило. Просто потрясающе. /Неля. 

— Без паники. Через семьдесят два часа я открою портал. У вас будет всего три дня. Но помните: в том мире время течет иначе. Как именно? Не знаю, но точно по своим правилам. /Волков. 

— М-да, предельно ясно. Идем в Изнанку, где время скачет как сумасшедшее, а навигатора нет. Шикарно. Ребят, мы официально внутри «Очень странных дел». /Ванесса. 

— Так а нам что делать? Как тогда, в прошлый раз? /Лена. 

— Чувствуйте, девочки! Открытие портала — это энергетический взрыв, он отзовется в пространстве. Вы должны быть ровно в той же точке, где окажетесь сейчас. Ровно через трое суток. /Волков. 

— «Чувствуйте»? Хах, легко сказать, когда у тебя нет магического радара в кармане. /Ванесса. 

— Надо было таро с собой брать. Хоть какой-то прогноз. /Лена. 

— Кстати, да. Я гадать на них умею, так что завидуйте молча. /Ванесса.

Мы встаем в круг вокруг древнего камня, крепко сжимая ладони друг друга. Блейн переплетает наши пальцы, и я чувствую его уверенное тепло. Этот жест говорит громче слов: он рядом и не отпустит, что бы ни случилось. Волков начинает шептать что-то на ломаном, гортанном языке, который я никогда не слышала. Секунду кажется, что ничего не выйдет. Но затем земля под ногами начинает мелко дрожать. Воздух перед нами с треском разрывается, обнажая пульсирующую тьму. Мы делаем синхронный шаг в эту бездну.

Я открываю глаза и судорожно вдыхаю. Белфрост. Все кажется пугающе знакомым: те же изгибы улиц, те же силуэты домов, но всё пропитано какой-то неестественной серостью. В воздухе, словно хлопья снега в замедленной съемке, кружит пепел. Что это значит? Здесь были пожары? Или это предвестники тварей? Ладно, поживем — увидим. Если выживем.

— Ой, мамочки... /Кэсси. 

— Короче, я поняла схему: когда страшно, Бобби генерирует шутки, а Кэсс зовет маму. /Ванесса. 

— Я тоже так могу. Правда, моя мама стоит в метре от меня и тоже шутит. /Неля. 

— Ну, это я. Но на твоем месте я бы звала папу. У него шансов разгрести этот бардак явно больше. /Ванесса. 

— Подождите... Это что, Белфрост? Какого черта? Мы же только что были в Сибири! /Бобби. 

— А я говорила — телепортация. Магия, Аист, привыкай. /Ванесса. 

— Может, это из-за ребят? Они ведь пожертвовали собой именно в Белфросте. Может, их тянет сюда? Мы же не просто так их вещи в руках сжимали. /Лена. 

— Знаешь, я иногда искренне завидую твоей логике. /Ванесса. 

— Главное, что тварей пока не видно. Уже неплохо. /Чейз. 

— Нам нужно пометить это место. Чтобы через три дня не бегать по всему городу в поисках точки выхода. /Лена. 

— Это пепел? Боже, меня пугает эта пустота. Тут как-то... слишком тихо. /Кэсси. 

— Тихо. /Блейн. 

— Вот и я говорю — тишина гробовая! /Кэсси. 

— Да замолчите вы! Смотрите туда. /Блейн.

В конце улицы, в серой дымке, стоит женская фигура. Она не двигается, просто смотрит прямо на нас. От её неподвижности мороз идет по коже.

— Мам?.. /Неля. 

— Это ещё кто за спецэффект? /Бобби. 

— Сходи познакомься, раз такой любопытный. /Чейз.

— Ладно, а что спросить? «Как пройти в библиотеку»? /Бобби. 

— Бобби, ты дебил? Никуда ты не пойдешь. Ты мне еще дорог в ненадкусанном виде. /Ванесса. 

— Бобстер, не подкатывай к незнакомым девкам на Изнанке. Плохая примета. /Блейн. 

— А, ну ладно. Сами-то ко мне на заброшке когда-то подошли, и ничего! /Ванесса. 

— Чейз со своей Леной вообще-то так и познакомился. /Бобби. 

— Ты сейчас реально решил это вспомнить? Ошалел? /Лена.

— Ну, технически он прав. /Чейз. 

— О, супер, давайте прямо сейчас это обсудим! У нас же куча времени и отличная компания. /Лена. 

— Ну да. Интересно же, как рождаются великие истории любви. /Неля. 

— Я теперь окончательно понимаю, почему Чейз хотел пойти в портал без неё. /Блейн. 

— Слушай, Блейн, тебе бы тоже не помешало кое-что укоротить. Язык, например. /Бобби. 

— Бл#ть. Кто-нибудь, просто замолчите и не развивайте моё воображение. /Ванесса.

— Ребята, да перестаньте вы! Что с ней такое? /Кэсси. 

— С кем? А, точно! Я про эту тётку уже и забыть успел. Может, она просто спит? /Бобби. 

— Гениально... Мой брат официально дебил. /Ванесса. 

— Стоя?! Посреди улицы в Изнанке? /Кэсси. 

— Ну, лошади же так умеют. /Бобби. 

— Она не лошадь, Бобовый. /Чейз. 

— Откуда ты знаешь? Мы в мире тварей! А она чем тебе не тварь? Морда — чистый ужас, надеюсь, она мне в кошмарах не явится. /Бобби. 

— Надейся дальше. С твоим везением она тебе ещё и подмигнёт. /Ванесса.

В этот момент женщина замирает. С резким, костяным хрустом она рывком поворачивает голову в сторону Бобби. Её пустые глаза впиваются в парня.

— Ё-моё... Изыйди, нечистая! /Ванесса. 

— Ой, мама! Женщина, мы это... не про вас говорили! Мы про другую странную женщину! Из соседнего квартала! /Бобби. 

— Аист, заткнись! /Ванесса. 

— Бобовый, не вздумай с ней разговаривать. /Чейз. 

— Да ладно вам, было бы хуже, если бы она подошла и спросила: «Это ты сейчас про меня вякнул?» /Бобби.

Тишина Белфроста внезапно наполняется шорохом сотен ног. Из серого тумана, обволакивающего дома, начинают проступать новые силуэты. Одна за другой, как жуткое стадо, фигуры выходят отовсюду: из дверных проемов, из узких подворотен, из-за углов заброшенных магазинов.

— Ну, про этих я точно ничего плохого не говорил! Ко мне претензий быть не должно. /Бобби. 

— Во-первых, может мы перестанем трендеть и просто свалим отсюда, пока они стоят? Во-вторых, Бо, ты серьезно? Это твари! Им плевать на твои извинения, им по барабану, кто ты и как тебя зовут. /Ванесса. 

— Они были здесь всё это время... А мы их даже не заметили. /Чейз. 

— Да потому что мы слепые и слишком заняты выяснением отношений! /Ванесса. 

— Согласен. Неловко получилось, я ту первую так прилюдно обосрал... Даже стыдно теперь перед коллективом. /Бобби. 

— ... /Ванесса. 

— Да я не о том! Мы понятия не имеем, какая угроза прячется в этом тумане. Никакой видимости, никаких вводных данных. Мы тут для них как на ладони. /Чейз. 

— Ну, в твоих словах есть капля логики. Редкое явление в нашей группе. /Ванесса.

Блейн, прищурившись, внимательно вглядывается в шеренги замерших фигур. Его рука инстинктивно сжимается в кулак.

— Что думаешь, Блейн? /Чейз. 

— Думаю, что к такому нас жизнь не готовила. Если это не люди, мы даже не знаем их слабых мест. /Блейн. 

— Значит, действуем по классике. Сначала целим в голову. Если не лягут — бьем в сердце. /Чейз. 

— Офигеть! Эти чуваки только что материализовались из тумана, а вы уже обсуждаете, как их эффектнее замочить? Знаете, кого в этом мире реально надо бояться? ВАС! /Бобби. 

— Они собираются что-то делать? Нам бежать или как? /Лена. 

— Очень не хотелось бы, чтобы они побежали первыми. Нужно уходить, пока они просто стоят и тупят. /Чейз. 

— Да ну нафиг... Мою версию всё-таки разглядывают! Я же говорила — они нас пасут! /Ванесса.

— Значит, бежим? /Кэсси. 

— Нет, Кэсс, стоим и ждем, пока они пригласят нас на светский раут с чаем! Конечно бежим! /Ванесса. 

— А куда? Мы даже не знаем, где находимся! /Кэсси. 

— Куда угодно, лишь бы подальше от этого «комитета по встрече». /Чейз. 

— Тогда ноги в руки и погнали! /Ванесса.

Мы начинаем медленно отступать, не сводя глаз с толпы. Фигуры не шелохнулись. Они просто стояли, впитывая нас своими пустыми взглядами.

— Вот это мне нравится. Стойте так и дальше. Мы уходим, а вы косплеите памятники. Договорились? /Бобби.

В этот момент одна из фигур дергано делает шаг вперед.

— Эй! Мы же договорились! Сделка аннулирована? /Бобби. 

— Бобстер, не провоцируй их, просто двигайся. /Блейн.

Мы ускоряем шаг, переходя на бег. Фигуры, словно подхваченные единым порывом, начинают следовать за нами. Их становится всё больше: они вытекают из тумана, как чернильные пятна.

— Со всеми не справимся. Их слишком много. /Чейз. 

— Как думаешь, они умеют бегать? /Блейн. 

— Хочешь устроить тест-драйв? /Чейз. 

— А то. /Блейн. 

— Ребят... А где Элли?! Где она?! Почему её нет в этой толпе?! /Бобби. 

— Бобби, не сейчас, пожалуйста! /Кэсси. 

— А когда?! Мы пришли сюда за ними, и где они? А если она... если она одна из этих тварей?! Я год её искал! Мы здесь, а я даже не знаю, жива ли она! /Бобби. 

— Бо, я уверена, что с ней всё в порядке. Мы их найдем, обещаю! /Ванесса. 

— Бобби, успокойся, дыши! /Кэсси. 

— Нет, вы не понимаете! Я каждую ночь закрывал глаза и видел, как нахожу её. Как обнимаю и говорю всё, что не успел тогда... А теперь мы в этом аду, и я... /Бобби. 

— Ты всё ей скажешь. Лично. Даю слово, она жива, как и остальные. Слышишь? Мы не уйдем без них! /Ванесса.

Внезапно туман вокруг Бобби начинает густеть, становясь плотным, как вата.

— Бо! /Ванесса. 

— Отойди оттуда! Быстро! /Чейз. 

— Что? О чем вы... /Бобби. 

— Туман! Прямо у тебя под ногами! /Ванесса. 

— Бобби, что-то не так, он отрезает тебя от нас! /Лена.

Бобби опускает взгляд. Серые клубы тумана, извиваясь как змеи, обвивают его щиколотки, поднимаясь выше.

— Какого?.. /Бобби.

Мы с Чейзом одновременно бросаемся к нему, протягивая руки. Но туман становится непроницаемым. Мои пальцы просто проходят сквозь серую дымку, не чувствуя тепла его кожи.

— Бобовый! /Чейз. 

— Чейз! Несса! Я не могу выбраться, он меня не пускает! /Бобби. 

— Сделайте что-нибудь! Блейн! /Кэсси. 

— Как?! Я его не вижу! /Блейн.

Последнее, что я вижу — это перепуганные глаза брата, прежде чем он окончательно исчезает в серой мгле. А через секунду туман, словно живое существо, делает рывок и накрывает меня, Лену и Кэсси. Мир исчезает.

***
Я открываю глаза. Легкие обжигает знакомый, до боли родной запах — старая полироль для мебели и аромат домашней выпечки. Я в своей старой квартире.

Сердце колотится в горле. Я медленно выхожу из комнаты, спускаюсь по скрипучим ступеням и замираю. Возле кухонного стола, в лучах утреннего солнца, сидит Полина. Живая.

— Полина? Полюся!.. Боже, я так рада тебя видеть! /Ванесса.

Я делаю шаг к ней, готовая расплакаться, но Полина не поднимает головы. Её голос звучит глухо, с каким-то странным металлическим скрежетом.

— Ты же меня убила, Ванесса. Сожгла заживо. Помнишь, как пахло моё горящее мясо? /Полина. 

— Нет... Поля, это был несчастный случай, я не хотела! Я пыталась тебя спасти! /Ванесса. 

— Ты монстр. Ты всегда им была. Твои руки по локоть в чужой крови, сколько бы ты их ни мыла. Ты киллер, Ванесса. Смерть — твоя единственная подруга. Рано или поздно ты сожрешь и тех, кто сейчас с тобой. Ты покажешь своё истинное лицо, и они ужаснутся. /Полина.

Полина медленно поворачивается, и я вскрикиваю: половина её лица — обугленная корка, а в глазу отражается адское пламя.

— Это не ты! Моя Поля бы никогда так не сказала! Уходи! /Ванесса.

Мир вокруг начинает трещать и осыпаться, как старая штукатурка. Квартира растворяется, и я снова открываю глаза в сером мареве Изнанки. Перед собой я вижу Блейна. Он стоит, скрестив руки на груди, и смотрит на меня с такой брезгливостью, будто я — грязь на его ботинке.

— Очнулась? Жаль. /Блейн. 

— Блейн? Что случилось? Где остальные? /Ванесса. 

— Какая тебе разница? Неужели ты думала, что я реально тебя люблю? /Блейн. — О чем ты говоришь?.. /Ванесса. 

— Ты для меня — пустое место, Ванесса. Очередная проблемная девчонка с багажом трупов за спиной. Мы все дружим с тобой только из жалости. Чейз, Неля... они терпят тебя, потому что ты выглядишь жалко со своей вечной драмой. /Блейн. 

— Блейн, прекрати, это не смешно. /Ванесса. 

— А я и не шучу. Твой брат, Бобби... он признался мне перед тем, как исчезнуть. Знаешь, какое решение он считает лучшим в своей жизни? Тот день, когда он прекратил с тобой общаться. Ты — якорь, который тянет всех на дно. Ты даже киллером была посредственным, раз позволила своей подруге сгореть. /Блейн.

Он делает шаг ближе, и его лицо искажается в жестокой усмешке.

— Знаешь, почему Элли и остальные здесь? Потому что они бежали от тебя. От твоей ауры смерти. И если ты сейчас сдохнешь здесь, в этом пепле... поверь, мы все вздохнем с облегчением. /Блейн.

— Прекрати! Замолчи сейчас же! /Ванесса.

— Почему? Правда глаза колет? Ты просто никчемная, пустая девчонка, Несса. Никто и никогда тебя не полюбит по-настоящему. Даже я. /Блейн.

Он делает шаг ко мне, и я чувствую, как от него веет могильным холодом. В его глазах нет того тепла, которое обычно согревало меня даже в самые паршивые дни. Только лед и бесконечное презрение.

— Я совершил огромную ошибку, решив, что ты особенная. Но ты — паразит. Ты просто пользуешься другими, высасываешь из нас жизнь, чтобы заполнить свою внутреннюю дыру. Тебе плевать на чужую боль, на чужие страхи. Главное, чтобы тебе было комфортно, чтобы тебя жалели. Ты мне противна. /Блейн.

Слова бьют наотмашь, точнее любого пулевого ранения. Я чувствую, как в груди что-то с треском ломается.

— Знаешь, в чем твоя главная проблема? Ты никогда не заменишь её. Я люблю Рейн. Любил тогда и буду любить всегда, до своего последнего вздоха, пусть она и мертва. Она была чистой, настоящей. Она была в миллион раз лучше тебя. А ты... ты просто жалкая тень, застрявшая в пепле. /Блейн.

Продолжение следует..
Вот такая вот часть. Знаете сколько тут слов? 6040 слов. 
Я просто устала пока писала. Но довольна.)

Если хотите знать больше о персонажах, мне, спойлерах и когда выходят части, то заходите в мой телеграм канал.
Ссылка на него: https://t.me/Nessa_fans
Название канала: 𐍃ᥣᥲ᥎ᥱry.
Буду рада вас там видеть.)