Я в мире Часодеев II

— Ну, здравствуй, черная ключница, — проскрипел Астрагор. — Признаться, немало удивлен создавшейся ситуацией, весьма щекотливой.

"Фе, Марк, ты дурак"

Василиса открыла глаза и чуть снова не зажмурилась: ей совсем не хотелось видеть Елену да еще так близко. Часовщица пришла в белоснежном длинном платье, украшенном черным кружевом. На аккуратно уложенных волосах красовалась миниатюрная черная шляпка, шею овивал жемчуг. Елена просто лучилась здоровьем и свежестью и как-то совершенно не вязалась с окружающей унылой обстановкой.

— Выходи, Марк, — произнесла госпожа Мортинова, щелкнув пальцами. — Фокус с Астрагором уже закончился.

Ухудшая и без того неважное самочувствие Василисы, в камере появился златоключник — очевидно, он прятался под крыльями.

— Отличный розыгрыш, — подобострастно произнес он. — Ваше мастерство перевоплощения не имеет границ, моя госпожа.

Елена послала ему одобрительную улыбку.

— Ты такой милый мальчик, Марк. Я уверена, что при твоих талантах ты далеко пойдешь в своей жизни и достигнешь многого. Но вернемся к нашим делам.

"Хахаха, ты зачасуешь её, дура"

Она повернулась к Василисе, окинув ее внимательным взглядом. По-видимому, Мортинова была удовлетворена осмотром, потому что ее лицо расплылось в довольной, широкой улыбке.

— Как ты понимаешь, дорогуша, я хочу задать тебе несколько вопросов.

— Мой отец знает о том, что я здесь?

Елена чуть улыбнулась, на миг прикрыв ледяной взгляд длинными, ярконакрашенными ресницами.

— Ну что ты, конечно нет. — Она поцокала языком. — Зачем беспокоить Нортона по такому неважному делу? Хотя ты права, вряд ли ему понравится, что его дочь бегает по чужим замкам.

— Я хочу видеть отца! — со злостью выкрикнула Василиса.

Улыбка исчезла с лица Мортиновой.

— Перебьешься… Надеюсь, ты его вообще больше не увидишь.

В коридоре снова послышались шаги. Услышав их, Василиса даже испытала некоторое облегчение. Решетка вновь исчезла, пропуская худую, ссутулившуюся фигуру Рока, затянутую в черный мундир.

— С вашей стороны было весьма нелюбезно не дождаться меня, госпожа Мортинова, — сухо произнес он. — Не забывайте, что вы в нашем замке всего лишь гостья.

Елена тут же поджала губы, но, к удивлению Василисы, не стала возражать.

— Как ты смогла пробраться в Змиулан? — продолжил Рок, и его непривлекательное лицо с густыми темными бровями и горбатым носом повернулось к Василисе. — Советую отвечать только правду. Кто тебе помог?

Василиса отрицательно покачала головой.

— Никто… Я просто спряталась в повозке.

Марк хмыкнул, выражая полное недоверие, но тут же сник под грозным взглядом Рока.

— Зачем ты это сделала? — монотонно продолжил сын Астрагора.

— Я хотела пробраться в Расколотый Замок.

— Зачем? — В голосе Рока послышалось нечто, отдаленно напоминающее удивление.

— Хотела проверить одну догадку, — с вызовом произнесла Василиса.

— Она всегда лазит там, где не просят, — вмешалась Мортинова, подходя ближе. — Вспомнить только тайное собрание Ордена…

— Если мне понадобится ваша помощь в допросе, я непременно попрошу вас об этом, — оборвал ее Рок.

Часовщица оскорбленно поджала губы, но отошла назад. Марк испепелял сына Астрагора взглядом, но не решался даже слова произнести.

— Значит, тебе удалось пройти по временному пути, — задумчиво пробубнил тот. — И что было дальше?

Василиса закашлялась: в горле снова запершило. Но это помогло ей выиграть время на размышление.

Рок терпеливо ждал.

— Будет лучше, если первым узнаю правду я, — предупредил он. — До ЕГО приезда.

Василиса вяло кивнула, стараясь унять ненавистный кашель.

В руках у Рока появился плащ. Он молча кинул его девочке, и она моментально закуталась в теплую шерстяную ткань. Стало немного легче.

— Ты видела Черную Комнату?

— Я просто хотела убедиться, что видела тайный знак Черного Ключа на ковре, — твердым голосом произнесла девочка. — В комнате, где много игрушек.

Рок медленно приблизился. Его цепкий, внимательный взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Не стоит думать, что все мы глупее тебя, — холодно произнес он. — Вряд ли бы ты осмелилась пробраться в Змиулан, чтобы всего лишь убедиться в наличии тайного знака… Тебе что-то стало известно. И ты не выйдешь отсюда, пока не расскажешь всю правду.

— Несколько капель часового зелья ускорят дело, — тихим, вкрадчивым голосом произнесла госпожа Мортинова. — Разрешите сходить за настойкой?

— Есть более надежный способ, — произнес Рок, и глаза его решительно блеснули. — Дело важное, мне нужны не только слова, но и воспоминания.

Василиса недоуменно нахмурилась. Марк довольно улыбнулся, очевидно, догадываясь, о чем речь.

Рок снял с руки перстень и, крепко зажав его в пальцах, шагнул к Василисе. Но девочка моментально отскочила назад и вытянула часовую стрелу:

— Не подходи!

— Не стоит делать поспешных шагов… — безучастно заверил Рок. — В камере твой эфер может отскочить от стены и попасть в тебя же…

Его слова поколебали Василисину решимость.

— Все равно не подходи! — отчаянно прошептала она.

— Мне бы не хотелось применять силу. Будет лучше, если ты…

Рок вдруг замер, к чему-то прислушиваясь.

— Он пришел, — пробормотал парень, невольно скосив взгляд на Елену. — Мне кажется, нам лучше к нему выйти. Разумеется, он страшно обозлен.

В глазах Мортиновой проскользнуло понимание.

— О да, да… конечно, — торопливо и немного испуганно произнесла она. — Идемте-с…

Неожиданно ее взгляд остановился на Василисе.

— Марк мог бы заняться воспоминаниями этой девицы, — произнесла она, доверительно улыбаясь Року. — Он способный мальчик, знает, что делать. Вы можете поручить ему перстень.

Рок поколебался.

— Если вытянуть воспоминания с помощью этого перстня, они уже не вернутся, — протянул он. — Здесь важно не перестараться… Но я боюсь, что наш гость может помешать, да… Хорошо.

И он передал перстень Марку.

Решетка опустилась, пропуская их в коридор, и Василиса осталась со златоключником один на один.

Игнорируя ее часовую стрелу, Марк шагнул к Василисе и изо всей силы врезал ей под дых.

— Это тебе за гонки, тварь, — мстительно произнес Марк. — А вот это — за все остальное.

И он ударил ее по лицу наотмашь.

Боль была дикая, жгучая, страшная. Разъяренная Василиса, как пантера, накинулась на обидчика, успев изо всей силы впиться ему ногтями в лицо. Марк заорал, перейдя вдруг на тонкий визг. Через некоторое время ему удалось скинуть девочку, все-таки ослабленную заточением. Не дав ей подняться, он крепко схватил ее за волосы и с силой пригнул к полу.

Василиса не могла даже пошевелиться — так и лежала, уткнувшись носом в сырую, вонючую солому Она вдруг подумала, что никогда еще, никогда ей не было так страшно. Потому что самая ужасная вещь на свете — это бессилие, невозможность остановить того, кто поступает плохо. Хуже всего — это несправедливость…

— Перстень вытянет из тебя последние воспоминания, — зло прошептал Марк ей в самое ухо. — Если приложить чуть больше силы, можно вытянуть вообще все. Ты забудешь, что видела и слышала в своей маленькой, незначительной жизни… Очень сомневаюсь, что я смогу рассчитать свои силы.

В следующий момент ее шею обожгло сильной болью.

Василиса закричала — кожу запекло так, словно к ней только что приложили раскаленное железо.

Но вдруг все прекратилось. Раздался глухой, тяжелый звук — словно кому-то дали сильного пинка, яростный вскрик, снова удар и вслед за этим жалобный скулеж.

"Отец"

— Пшел вон, щенок!

— Я ни в чем не виноват, — лепетал Марк. — Меня заставили!

— Пошел вон!!!

Василису дернули вверх и подняли на ноги.

— Доигралась?!

Нортон-старший был взбешен, глаза его сверкали безумным, гневным огнем. Василиса никогда не видела его таким. Она хотела ему что-то сказать, но совсем обессилела, — ноги подкосились, и она упала на руки отца, успевшего подхватить ее на лету.

— Почему ты не рассказала мне, что задумала? — прошипел отец сквозь зубы.

В его светло-зеленых глазах вновь полыхнула ярость. Теперь он все узнает, что бы там ни было…

— Я начинаю думать, что Елена права, — пробормотал вдруг Нортон-старший, словно в забытьи. — Права, что ты — мое проклятье… Из-за твоей сумасбродной выходки я только что чуть не объявил духам войну, — жестко произнес он. — Едва сдержался… К счастью, Черной Королеве удалось предотвратить общий конфликт. Все разошлись недовольные друг другом, но с миром. Одно плохо: тебе придется побыть еще некоторое время здесь.

У Василисы от ужаса перестало хватать воздуха.

— Ты не заберешь меня домой? — растерянно прошептала она, часто дыша. — Как же так?

— Тебе больше не причинят вреда. — Нортон-старший поджал губы. — Но этот чертов крючок, сын Астрагора, прав: ты нарушила закон, пробралась к ним в замок. Ты понесла заслуженное наказание. Ранее ни один шпион не выживал! Уж поверь мне… Главное, что тебе сохранили жизнь. Но тебе придется пробыть здесь до третьего путешествия в Расколотый Замок.

— Значит, я все-таки пойду снова? 

— Я связан с Астрагором клятвой, — глухо произнес отец Василисы, игнорируя ее реплику. — И не могу идти против него. Даже несмотря на то, что знаю его числовое имя… Вот почему мне придется оставить тебя здесь. Единственное, насчет чего я смог договориться — тебе принесут еду. А завтра ты всем расскажешь правду. Рок дал слово, что больше никаких пыток не будет.

Неожиданно отец шагнул к Василисе и схватил за плечи.

— Ты должна больше доверять мне, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Да, в прошлом между нами было много недоразумений. Хотя, признаюсь, я не рассчитывал на то, что ты окажешься такой смышленой…

— Вот именно.

— Что? — Нортон-старший недоуменно нахмурил лоб.
— Ты сам мог бы больше доверять мне.

Серо-зеленые глаза приблизились к ее лицу настолько, что Василиса смогла разглядеть мелкие коричневые крапинки на радужке.

— Договорились.

Отец ушел. Василиса плотнее закуталась в теплый плащ и погрузилась в свои думы. Следовало подготовиться к завтрашнему рассказу о своем путешествии. Время шло, еду так и не принесли. Но Василиса была только рада — пусть лучше вообще не будет никаких посетителей, она сыта ими всеми по горло.

Вдруг чья-то тень метнулась по полу — в камеру проскользнул маленький черный треугл. В тонких зубах-иглах он держал лист бумаги.

Василиса осторожно забрала у него листок и тихо ахнула, узнав их фотографию с Мааром.

— Мне надо было всё таки дочитать главу? Так как я не дочитала

Короткое «мяу» в ответ.

— Тебе за это не попадет, а?

Треугл издал шумный вздох и, приблизившись, толкнулся своей треугольной мордочкой в ладонь Василисы: поторапливайся, мол.

Девочка быстро наклонилась и поцеловала его в мягкий, мокрый нос. Довольно улыбнулась, услышав ошалелое «мяу», прищурила один глаз, как на фотографии, прошептала часовое имя и — дотронулась до снимка.

Несколько вспышек одна за другой — словно Василиса попала под прицел множества фотокамер… И вот она уже видит перед собой улыбающегося Маара. Без всякого стеснения мальчик заключил ее в такие крепкие объятия, что у нее даже кости хрустнули.

— Ты чего? — Она смущенно высвободилась.

— Знаешь, я поменял свое мнение о среброключнике, — сказал ей Маар. — Он связался со мной и все рассказал. Это ведь мы с ним вместе тщательно настроили переход между часограммами — он дал мне точные координаты, поэтому удалось так быстро переместить тебя. Правда, я волновался, сможет ли он передать тебе одну из копий, но вот — ты здесь.

— Я тоже поменяла о нем мнение, — устало вздохнула Василиса. — Впрочем, в последнее время я делаю это довольно часто.

Маар поднял брови, недоумевая, но вскоре вновь улыбнулся.

— Сюда уже идет Черная Королева, — со значением сообщил он. — Так что готовься… Но вообще я на тебя ужасно зол. Ты меня подставила. — В его голосе промелькнула обида. — Хотя могла бы просто рассказать о своем замысле. Мы пошли бы вместе! И тогда бы ты не попалась.

— Я переживала, что ты не одобришь мой план, — виновато ответила Василиса. — Извини.

— В следующий раз, когда тебе в голову придет еще одна хорошая идея, не забудь посвятить меня во все подробности. — Он неловко усмехнулся. — Но сейчас лучше приготовься к визиту нашей королевы. Признаться, я тебе сейчас не завидую.

— Я ей рассказала прото всё