Глава 12
Белый свет резал глаза. Настя моргнула — будто всплыла из глубины.
Голова гудела. Горло пересохло. Руки дрожали.
Она подняла взгляд.
Возле кровати, на стуле, сидел Даня.
Ссутуленный.
Бледный.
С глазами, полными вины и отчаяния.
Словно ждал, что её сердце вообще может перестать биться.
— Ты... очнулась? — его голос сорвался почти на шёпот.
Она закрыла глаза, и медленно, словно кадры старого фильма, в голове вспыхнули куски памяти:
его руки на стене,
его дыхание,
резкий звук таймера,
крик,
осколок под ногой,
удар,
лестница,
падение,
боль...
Настя вздохнула.
Тяжело. Рвано. Словно лёгкие сжали руками.
Дверь открылась — зашёл полицейский.
— Привет. Ты Настя, да? Мы должны узнать твою версию. Твой... парень... — он кивнул на Даню — рассказал, что всё произошло случайно. Но мы должны выслушать и тебя.
Даня поднял голову.
Смотрел на неё, будто на приговор.
С глазами щенка, который ждет, что его выгонят под дождь.
— Это... случайность, — начала Настя, слова давались тяжело. — Я помню... не всё... но помню, что он не хотел меня ударить. Он просто... резко повернулся. И я испугалась. И... упала сама.
Даня вскинулся:
— Настя... я...
— Тихо, — сказала она ему.
Полицейский внимательно смотрел ей в глаза.
— Ты уверена? Ты можешь изменить показания позже, если захочешь. Мы не закрываем дело мгновенно. Мы здесь, чтобы защитить тебя.
Настя кивнула.
Губы дрожали.
— Он... не бил меня специально. Это правда.
Полицейский записал.
Кивнул.
И вышел.
Дверь мягко закрылась.
Они остались вдвоём.
Разговор
Тишина тянулась, пока Даня не прошептал:
— Это... я виноват. Я не контролировал. Я... испугался. Обжёг руки. Всё посыпалось. И я... тебя ударил. Я не достоин... даже смотреть на тебя. Настя, я не прошу простить. Просто — пожалуйста... скажи хоть что-то.
Она смотрела на него долго.
Очень долго.
— Я помню, что ты не делал это из злости, — сказала она тихо. — Но факт остаётся фактом. Это... было. И я всё ещё вижу это, когда закрываю глаза.
Даня сглотнул, опустив голову.
— Я понимаю.
— Это не повторится, — она произнесла это не вопросом, а холодным фактом. — Потому что если хоть раз... хоть один... ты поднимешь руку случайно, не случайно — я уйду. Никаких разговоров. Никаких попыток исправить.
Он кивнул резко, будто в наказание.
— Я знаю. И... принимаю.
Настя выдохнула — словно эта фраза вырвала из неё последние силы.
Через десять минут она вызвала полицейского обратно и сама дала расширенные показания, подтвердив свою версию.
Официально.
Спокойно.
Дело закрыли.
Даня увозит её домой
После выписки Даня предложил отвезти её к себе:
— Чтобы я... присматривал за тобой. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты была одна после такого.
Она долго молчала, смотря в окно машины.
Потом произнесла:
— Нет я поеду к себе.Только... не говори со мной. Сейчас я не могу.
Он кивнул.
И молчал всю дорогу.
Её дни после
Первый день она просто сидела на диване.
Не шевелилась.
Не думала.
Не плакала.
Второй день — привела себя в порядок, смыла больницу, забинтовала ногу, легла спать но не смогла спать...
Третий — лежала, глядя в потолок, пытаясь понять, где грань между «случайностью» и «опасностью».
На четвёртый день она впервые взяла телефон.
Разговор с Кариной
— Алло? — голос Карины был встревожен. — Насть? Ты где? Ты пропала 100 лет!
Настя выдохнула.
— Я... попала в больницу.
— ЧТО?! — в трубке шумело так, будто Карина подпрыгнула. — Что случилось?!
— Я... не хочу рассказывать всего. Пока. — Настя закрыла глаза. — Я просто... упала и Даня... Было больно. Всё. Но со мной всё в порядке. Серьёзно.
Карина замолчала.
Потом тихо сказала:
— Ну... всякое бывает. Главное — что ты жива. Если хочешь — я приду и прибью его. Или заберу тебя к себе. Скажи слово.
Настя чуть улыбнулась сквозь усталость.
— Не надо. Я... сама разберусь.
— Хорошо. Но знай — я рядом. Поняла? В любое время.
Настя отключила звонок и уставилась на тёмный экран телефона.
Мысли снова потянули вниз — как в яму.
Ещё день она провела так — почти не двигаясь, весь мир был как под водой.
Даня приезжает
На пятый день дверь тихо открылась.
Даня вошёл.
Стоял в дверях — будто боялся подойти ближе.
В руках — пакет с продуктами и какой-то коробкой лекарств.
— Можно... поговорить? — спросил он тихо.
Настя подняла взгляд.
И впервые за эти пять дней не отводила глаза.