15 глава
Я не могу пошевелиться, просто смотрю на пса, и перед глазами все плывет.
– Юль, все в порядке? – Вздрагиваю от неожиданности, когда на мое плечо ложится рука Дани.
– Я… я... – заикаюсь, все еще не в силах прекратить смотреть на животное. Раньше ведь любила их, а сейчас, кроме охватившего ужаса, ничего не испытываю.
Даня, проследив за моим взглядом, сразу же понимает, в чем проблема.
– Эй, иди отсюда, дружок, – говорит псу, и тот, опустив голову, отходит от нас. – Видишь, он не опасен совсем. Испугалась, что ли?
– Просто после того случая я начала панически бояться собак, – признаюсь ему нехотя.
– Пройдет, просто немного времени нужно подождать. Ты же не боишься по вечерам ходить по пустым улицам?
Я поднимаю на него вопросительный взгляд.
– Я имею в виду, после того как на тебя семь лет назад напали отморозки в переулке. – Сжимает челюсти, в глазах появляется холодный блеск. Он до сих пор помнит, как меня пытались ограбить, а потом затащить в машину какие-то парни, и это удивляет.
– А, уже нет. Но первое время страх не отпускал, – нервно посмеиваюсь я. – Господи, ощущение, словно это целую вечность назад было, не думала, что ты помнишь. – Качаю головой, потом поворачиваюсь и смотрю на детей. Они рядом с лавочкой неподалеку от нас стоят.
– Я много чего помню, Юля. Иди к ним, я сам воды куплю. Или даже лучше чаю, чтобы согрелись с малыми, – предлагает Милохин, и я соглашаюсь.
Пока он покупает четыре картонных стаканчика чая, я вместе с детьми наблюдаю за парочкой лебедей, которые плывут по озеру. Нагулявшись вдоволь и замерзнув, мы возвращаемся в машину Дани и он везет нас к себе домой.
Я немного нервничаю. Сама не знаю почему. Наверное, потому, что слишком уж быстро развиваются события. Алиса от нетерпения постукивает ногой по моему креслу. Для нее все это очень захватывающе и интересно.
Даня въезжает в подземный паркинг элитной стеклянной многоэтажки. Мы поднимаемся на шестнадцатый этаж в лифте, внутренняя отделка здесь превосходит все мои ожидания. Мне внезапно становится стыдно за свой подъезд с ободранными стенами, а еще на первом этаже кто-то подкармливает кошек и стоит жуткий удушающий запах. Здесь же все помпезно: зеркала до потолка, световые линии, пальмы в кадках, натертый до блеска пол. Алиска тоже во все глаза разглядывает эту роскошь.
– Здесь круто, правда, мам? – Дергает меня за рукав, восхищенно сверкая глазами.
– Правда, – едва заметно улыбаюсь я.
Даня обнимает меня, прижимает к своему боку и целует в висок.
– Почему дрожишь, словно лист на ветру? Неужели меня боишься? – тихо спрашивает он.
– Это после улицы не могу отогреться, – придумываю на ходу.
Мы останавливаемся у темной двери, Даня достает из кармана связку ключей.
– Сейчас быстро отогрею, – многообещающе произносит он, обдавая меня жарким дыханием.
Данил распахивает передо мной дверь, пропускает нас внутрь. Я замираю на пороге, с интересом разглядывая его жилище. Минимум мебели – максимум простора. Вообще, создается ощущение, что здесь никак не может жить холостяк с ребенком. Слишком все идеально и чисто.
– Проходите, чувствуйте себя как дома. Я сейчас закажу нам ужин и проведу экскурсию. – Даня присаживается на корточки, снимает курточку с сына, вместо сапожек надевает ему комнатные тапочки. – Алис, полы холодные, я подогрев отключал, сейчас тебе тапочки Киры дам, погоди.
Меня умиляет такая забота. Разве мужчины обычно думают о том, что ребенок может простудиться из-за холодного пола?
Я снимаю верхнюю одежду, сама не решаюсь проходить дальше, жду Даню.
– Тём, покажи Алисе игровую, – просит Милохин, и дети быстро сбегают.
Даня берет меня за руку и ведет к кухонной зоне. У него огромная кухня-студия, совмещенная с гостиной, с современной техникой и мебелью.
– Что предпочитаешь на ужин? – спрашивает, достав из кармана телефон.
Я присаживаюсь на высокий барный стул, Даня подходит ко мне вплотную, прожигает дыру своим жадным взглядом.
Я непроизвольно облизываю губы, привлекая этим жестом его внимание.
– Не знаю, я всеядна. – Пожимаю плечами, руки же к нему сами тянутся. Прижимаю ладошки к его крепкой груди и замечаю, что он задерживает дыхание.
– Тогда итальянскую кухню, – на выдохе произносит он и ищет в телефоне контакты ресторана.
Даня делает заказ, пальцами же по моему лицу скользит. Нежно подушечками по губам проводит, играет с мочкой уха, зарывается в волосы. Я принимаю эту его ласку, прикрываю глаза и млею. В квартире так тихо. Разве что детский смех из дальних комнат слышно.
– Пойдем, покажу тебе здесь все, – охрипшим голосом предлагает он, потянув за руку, и я с удовольствием следую за ним. – Это гостевой санузел, – указывает на первую дверь по коридору. – Здесь моя спальня, которая, если ты согласишься, станет нашей, – хитро улыбается он.
Даня толкает дверь, щелкает выключатель. Просторная комната с панорамным окном с видом на ночной город великолепна. Огромная мягкая кровать цвета темный шоколад стоит посередине комнаты, светлые стены с акцентом на коричневый. Белый комод и тумбочки. Огромная плазма на стене.
– Здесь есть гардеробная и небольшая ванная комната. – Даня указывает на двери скрытого монтажа в тон стен, которые я не сразу заметила.
Насчет размеров ванной комнаты он немного соврал. В нашей квартире санузел и то меньше. В гардеробной же множество пустых полок, костюмы Дани аккуратно развешаны в одной из секций.
Я провожу пальцами по ряду белоснежных отглаженных рубашек.
– Чувствуется рука женщины в этом доме. – Смотрю на него прищуренным взглядом.
– Конечно, у меня есть домработница, раскладывать по полочкам одежду – это точно не мое...
Я подхожу к окну и замираю, разглядывая ночной город с высоты. От многочисленных огней захватывает дыхание. Здесь все как на ладони. Многоэтажки не натыканы одна рядом с другой, ничего не закрывает шикарный вид.
Я чувствую на себе взгляд Дани. Он внимательно следит за каждым моим движением. Прислонился бедрами к комоду, спрятал руки в карманах. Расслабленный и немного уставший.
– Красиво, – разбиваю молчание между нами, поворачиваюсь к нему, складываю руки на груди.
– Это одна из причин, почему я взял эту квартиру. Эта сторона видовая, с другой разве что окна соседнего ЖК видно. Пойдем дальше, потому что ты слишком соблазнительно смотришься в моей спальне. – На его лице появляется хищная улыбка. Я сглатываю. Киваю, соглашаясь, что безопасней будет покинуть территорию Милохина.
Квартира оказывается даже больше, чем я думала. Четыре комнаты, три санузла, две гардеробные, кухня-студия и лоджия. Пространство огромное. Больше всего меня поразила детская. Под нее отведена самая большая комната. Здесь и шведская горка, и палатка, и мягкий бассейн с шариками. Это не считая многочисленных игрушек, которыми завалены полки.
Алиса с Артемом носятся по комнате, им вдвоем так весело, что они даже не замечают нашего появления. После осмотра владений Дани мы возвращаемся в кухню, я помогаю ему сервировать стол, завариваю малиновый чай на всех. Мы болтаем с Даней о всяких мелочах, обходим тему совместного проживания и вообще отношений, наконец-то приносят ужин, и к нам присоединяются дети. Я выдыхаю. Оставаться наедине с Милохиным то еще испытание.
– Я пойду умою Артема и уложу его спать, а вы пока можете выбрать для Алисы одну из двух пустующих комнат, – говорит Даня, когда я начинаю убирать тарелки со стола. – Оставь, – обращается ко мне, – завтра домработница придет и все помоет. Просто в раковину поставь.
– А… ну хорошо, – отмираю я, а сама вдруг понимаю, насколько мы с Даней далеки друг от друга. У него вон домработница полы натирает и посуду моет, а у меня даже посудомойки нет.
Меня это задевает, а еще дает пинка под зад. Пора завязывать с просиживанием в офисе, тем более после того, как Лиля узнала о нашей с Даней связи, и открывать свое дело. У меня достаточно опыта в этой сфере, единственное, для получения лицензии и осуществления деятельности придется купить оборудование, но моих накоплений не хватит. Нужно будет брать кредит, а этого я ох как не люблю. Но хочется стать состоявшейся женщиной, финансово не зависимой ни от кого.
– О чем задумалась? – спрашивает Даня, беря сына на руки и целуя Алису в макушку.
– Да так, мелочи, – нервно усмехаюсь. – Алис, пойдем, мне кажется, я знаю, какая комната тебе понравится.
– Мам, а можно с Артемом? У него много места.
Я перевожу взгляд на Даню.
– Конечно, можно, – дергает ее за косичку Милохин. – Только если Тема ночью проснется и начнет плакать, то не жалуйся утром, что не выспалась.
– Я крепко сплю. Мама всегда так говорит. И утром меня разбудить не может.
– Это правда. Я один раз ее разбудила, – рассказываю Дане, улыбаясь, – дала ей вещи одеваться и отправила в ванную комнату зубы чистить. Пока завтрак готовила, пока сама на работу собиралась, смотрю – уже время выходить. Зову Алису, а она не отзывается. Весь дом оббегала, а потом захожу в ванную, – на этом месте делаю паузу, с трудом сдерживаюсь, чтобы не начать громко смеяться, на дочку с любовью смотрю, – а она на полу сидит, головой к ванне прислонилась, колготы в руках – и спит, еще и похрапывает.
Губы Дани растягиваются в широкой улыбке.
– Нужно было тебя Соней назвать, принцесса, — говорит он.
– Нет, я Алиса. Как из сказки. Потому что я настоящее чудо. Так мама говорит.
– Конечно, чудо, – подтверждает Даня. – Наше с мамой общее. – Его глаза полны нежности. – Ладно, пора ложиться спать. Юль, там в комнате Киры в шкафу одежда есть, выбери Алисе пижаму.
– Хорошо, разберемся.
Даня исчезает, мы с дочкой идем в комнату с розовыми стенами.
– Скажи, у папы очень классно. – Алиса падает на мягкую кровать с изголовьем в виде зайца цвета пудры, раскидывает руки в стороны и мечтательно смотрит в потолок. – Думаешь, папа позовет нас к себе жить?
– А ты бы хотела? — осторожно интересуюсь я.
– Даня, кажется, хороший папа. Мы его пока что мало знаем, но он заботится о нас не хуже Максима.
– Он очень обрадовался, когда узнал, что у него есть ты.
– Я знаю, мам. Как ты думаешь, он на самом деле не знал обо мне? Он ведь с Кирой жил. И квартира у него в нашем городе есть. Судя по всему, он давно живет здесь, – грустно вздыхает дочь.
– Не знаю, зайчик. – Замираю с девчачьей пижамой в руках. Было бы проще, если бы Алиса младше была, тогда она не задавала бы таких вопросов. Но я хочу, чтобы она не сомневалась в отце, потому что он старается. На самом деле старается, я ведь вижу это. – Папа уже предложил нам переехать, – присаживаюсь на край кровати рядом, говорю шепотом, словно мы секретами делимся с ней. – Но я пока не дала однозначного ответа. Ты ведь сама сказала, мы еще плохо папу знаем.
— Но когда узнаём, переедем? — Смотрит на меня с надеждой.
Я не отвечаю сразу. Не хочу обнадёживать ее, да и вслух произносить это отчего-то страшно.
— Поживем — увидим, а теперь марш умываться и спать. — Целую ее, а потом мы обнимаем друг друга, и мое сердце сжимается от переполняющих меня чувств.
Когда дети наконец-то улеглись, мы с Даней оказываемся одни в гостиной. Он достает из холодильника две бутылочки газировки, из верхнего навесного шкафчика чипсы и садится рядом со мной на диван.
– Это что? — удивленно смотрю на него.
– Это, дорогая моя, контрабанда, – с гордостью заявляет Милохин, а потом поясняет: – Сама же знаешь, когда в доме есть ребенок, всю вредную еду приходится прятать.
– Так вот как ты теперь расслабляешься: газировка, чипсы и телек?
Даня задорно улыбается, открывает пачку чипсов и высыпает на тарелку.
– А то! Это не мраморная говядина и не устрицы тебе.
Я не могу сдержать улыбку. Даня расслабленно откидывается на спинку дивана. Он уже переоделся, вместо рубашки и брюк на нем теперь белая футболка, что облепила его мышцы, и свободные спортивки. Домашний такой, на хулигана больше похож, чем на серьезного мужчину, который ведёт бизнес.
– А горбинки этой на носу не было, – почти невесомо подушечками пальцев прикасаюсь к нему.
– Это уже после тебя сломали на ринге.
Я морщусь.
– Больно, наверное, было?
– Это будет выглядеть банальным, если скажу, что ты еще противника не видела? — Забрасывает в рот сразу несколько чипсов.
– Очень банально, Милохин. Но тебе простительно, ты же бывший спортсмен.
– Не понял, — замирает он и прищуривается. — Это ты сейчас на мои умственные способности намекаешь?
– Заметь, ты сам параллель провел.
Глаза Милохина загораются опасным блеском. Он резко выпрямляется, моя улыбка в мгновенье гаснет. Это определенно был перебор с моей стороны, и Дане не понравилось.
– Думаю, стоит продемонстрировать тебе все свои умения. Начну, пожалуй, с силы. – Угрожающе нависает надо мной, а потом поднимает меня на руки, словно пушинку. Я испуганно пищу, Даня же затыкает мне рот поцелуем.
Становится не до разговоров. Мы вмиг вспыхиваем, словно спички. Ровной походкой и совсем не чувствуя моего веса, Даня направляется в спальню. Захлопывает за нами дверь и опускает меня на кровать.
– Думаю, мне стоит преподать тебе урок вежливости. – Он сверкает белоснежной улыбкой, пожирая меня взглядом. Я сглатываю, тянусь к его футболке.
От такого урока я, пожалуй, не откажусь.
***
Утром меня будит не будильник, как это обычно бывает, а теплые мужские объятия и чужое дыхание. Я поворачиваюсь на бок и натыкаюсь на ласковый взгляд Дани.
– Доброе утро, – сонно произношу я, задержав дыхание. – Мы не опаздываем? — Понимаю, что мой телефон остался где-то в гостиной, а значит, будильник никак не услышать.
– Еще нет, но если не выползем из постели через десять минут, то можем. Нам ведь еще нужно к тебе заехать по дороге, — хрипло отвечает Даня и убирает с моего лба прилипшие волосы.
– Точно, – произношу, но вставать не спешу. Все так же на Даню пялюсь, а он на меня в ответ.
– Понравилось у меня? – задорно спрашивает он.
– Смотря что ты имеешь в виду, – отвечаю ему в тон и прикрываю веки. – Так не хочу никуда идти.
– Не иди. Ты всегда можешь позволить себе уволиться.
– Нет. – Качаю головой, все еще лежа с закрытыми глазами. – Я мечтаю о своей небольшой конторке. Чтобы человек пять персонала, офис в спокойном месте.
– С офисом могу помочь. У меня много коммерческой недвижимости, — серьезно заявляет он.
– Нет. Сама хочу. – Прямой взгляд на него. Мне нужно, чтобы он понял меня, насколько мне важно достичь чего-то без его вмешательства.
Даня несколько минут задумчиво смотрит на меня. Потом склоняется к моему лицу, дарит легкий поцелуй.
– Сама так сама. Только пообещай, что, если возникнут трудности, ты сразу же обратишься ко мне. Без всяких там попыток совершить подвиг и все такое.
– Обещаю. А сейчас иди будить детей, Милохин. А я приму душ первая, мне волосы долго сушить.
– Вот так только начнешь жить с женщиной, а она уже и командует тобой.
– Мы не живем вместе.
– Но помечтать-то можно?
Собираемся быстро. Хорошо, что в квартире не один санузел, потому что точно не успели бы никуда. Алиса сонная и недовольная. Словно это не она уснула, когда еще и десяти на часах не было. Она лениво помешивает ложкой овсянку в своей тарелке, всем своим видом показывая, что думает о своих бессердечных родителях.
Артемка, наоборот, пташка ранняя. Активничает вовсю и очень ждет, когда они с отцом в офис отправятся.
Наконец-то мы все вместе садимся в машину, Даня заводит мотор и набирает кого-то.
– Да, минут через пятнадцать буду, так что выходи во двор.
Потом ко мне поворачивается, на мой вопросительный взгляд сообщает:
– Киру по дороге заберем, у нее в лицее занятия на полчаса раньше, чем у Алисы, начинаются. Я обещал, что эту неделю буду отвозить ее на учебу, а мать будет забирать.
Я вдруг понимаю, как это сложно – разрываться между двумя семьями. Поправочка – тремя, ведь мы не живем с Даней вместе.
Очень хочу спросить, как он объяснит дочери наше нахождение в машине, но молчу. Это не мое дело. Это только между ним и его дочкой.
К счастью, на дорогах еще нет пробок, поэтому едем быстро. Пока я листаю ленту новостей в телефоне, Алиска вновь засыпает. Качаю головой, улыбаясь. Утро – это точно не ее время. Бедный ребенок.
Артем сидит в детском кресле, прижимая к себе плюшевого зайца. Смотрит вперед огромными глазищами, а когда замечает, что мой взгляд на него направлен, вдруг расправляет плечи, улыбается мило, словно очень сильно хочет мне понравиться.
– Он у тебя очень смышлёный и спокойный. Но, кажется, я уже говорила это, — обращаюсь к Дане.
– Да, я с ним всегда как со взрослым разговариваю. Еще он часто проводит время в моем спортивном клубе среди тренеров и учеников. Он на самом деле очень мало контактирует с детьми своего возраста. Поэтому няня начала водить его в сад, но не уверен, что ему там нравится.
Впереди показывается частный сектор, и вскоре Даня притормаживает у одного из домов. Из калитки выскакивает Кира с радостной улыбкой на лице. Машет отцу, она пока не может видеть нас из-за затемненных стекол, поэтому не догадывается, какой сюрприз ее ожидает внутри.
Сзади открывается дверца.
– Привет, пап, я… ой, – Кира замолкает, увидев на заднем сиденье Алису.
– Привет, дочь. – Я замечаю, что Даня немного нервничает.
Кира настороженно поглядывает на Алису, молча устраивается у окна, ей как раз хватает места, потому что Алиска спит, прислонившись к автокреслу Тёмы. Кира бросает рюкзак между передним и задним сиденьями и недовольным голосом спрашивает у отца:
— А они здесь что делают?
Брови Дани взлетают вверх, он поворачивается к дочке, строгим голосом спрашивает:
- А манерам тебя не учили, Кира? Может, поздороваться сначала нужно с Юлей?
- Здрасьте, - бурчит девочка, недоброжелательно смотря на меня. Я не успеваю ответить, потому что она сразу же у отца спрашивает:
- Они что теперь с тобой живут? – обиженно дует губки и в глазах застывают слезы.
Даня сразу же смягчается. По его реакции становится ясно, что дочка из него веревки вьёт на раз-два.
- С чего ты решила? — как ни в чем не бывало спрашивает Даня, из чего я делаю вывод, что сообщать о сестре он пока не собирается. И это правильно. Не огорашивать же ребёнка такими новостями с ходу?
- Ну, они же с тобой в машине. Рано утром, — разводит руками Кира.
- Но ты ведь тоже здесь. А ночевала не со мной.
- Ты прав. Но все же? Вы встречаетесь?
- Встречаемся, - подтверждает Милохин, бросая в мою сторону мягкий взгляд. Берет меня за руку, переплетая наши пальцы. Кира откидывается на спинку сиденья, скрещивает руки на груди, недовольно смотря перед собой.
Даня жмёт на газ, машина выезжает на дорогу. Он смотрит на дочку через зеркало заднего вида.
— Что ещё ? — спрашивает у неё. Я Киру видеть не могу, потому что сижу ровно и смотрю на дорогу, но достаточно слышать интонации ее голоса, чтобы понять, что ей вовсе не нравится, что у Дани кто-то появился.
— Я хочу, чтобы ты жил с мамой, пап, — безапеляционно заявляет она. — Я даже на Артема согласна. Пусть займёт одну из комнат, буду иногда играть с ним.
— А я хочу, чтобы ты училась на отлично, Кир, но ты ж не учишься, — в тон отвечает ей Даня, а я вдруг понимаю что очень рада, что у Алиски спокойный характер и с ней всегда легко договориться.
— Я обещаю учиться на пятерки, ты только не женись ни на ком! Ты и так постоянно занят, а потом вообще времени на меня не будет, — с обидой в голосе произносит она.
— Солнышко, ну что ты такое говоришь? Ты же знаешь, что всегда можешь приехать ко мне, если я свободен от работы. Я тебе это множество раз говорил.
— У Марины родители тоже развелись, пап, теперь у ее отца новая жена и у них родился ребёнок, а Марину папа раз в месяц к себе берет всего на несколько часов. Потому что он теперь маленького любит, а не ее, и его новая жена не хочет чтобы он с ней и ее мамой общался. Ты тоже обо мне забудешь.
— Кир, — вмешиваюсь я в разговор, при этом на Даню смотрю, ожидая его одобрения. Он кивает. — У папы уже есть маленький Тёма, разве он стал тебя меньше любить?
Девочка шмыгает носом, смотрит на меня исподлобья, ее губы дрожат, вот-вот и она расплачется. Детская ревность и обида не должны мучить ребёнка.
— Но Артем с ним живет, а я нет.
— У тебя мама есть, а у него нету. О нем ведь только папа заботится.
— Юля права, дочь, к тому же, если папа Марины так быстро забыл о ней, то он с самого начала был плохим отцом. Я ведь когда долго тебя не вижу ужасно скучаю. Я бы не выдержал, если бы раз в месяц с тобой встречался.
— Правда? — с надеждой спрашивает его.
— Конечно.
— Но Юля мне все равно не нравится, — заключает она мрачно. Мне становимся неприятно от ее слов. Не то чтобы мне было важно мнение маленькой девочки, но тем не менее она дочь Дани и видеться нам часто предстоит .
— Это ты просто ее не знаешь, дочь. Как насчёт погулять где-то вместе? Желательно не утром конечно, потому что Алиса все проспит, — смеется Даня, потому что дочку даже громкие голоса не разбудили. Даже не знаю, как ее сейчас в школу отправлю. Как бы она не дойдя до класса где-нибудь не уснула.
— Не знаю, — с сомнением произносит Кира. — Я бы лучше с тобой и Артемом в настольную игру поиграла.
— Не стоит быть настолько категоричной. Уверен, тебе понравится, к тому же вы с Алисой почти ровесницы.
— Я подумаю. Но не обещаю. Маме это не понравится, — говорит она и отворачивается к окну.
Через несколько минут мы тормозим перед школой Киры. Они с Даней покидают салон, я остаюсь с детьми и выдыхаю. Всю дорогу в напряжении была.
— Ох и намучаешься ты с сестрой, — говорю Тёме, который расстроен тем, что Кира всю дорогу его игнорировала и ушла даже не попрощавшись.
— Кира ушла, — говорит он, смотря им вслед через окно.
— Угу.
— Папа?
— Сейчас вернётся, дашь мне посмотреть свою игрушку? — пытаюсь отвлечь его от мысли о том, что Дани здесь нет.
И все же, как я отвыкла от маленьких детей. Алиса у меня самостоятельная, если хочет есть — возьмёт из холодильника еду, сама одевается, знает что нужно сделать уроки, сложить игрушки, грязные вещи бросить в корзину в ванной. Ее можно оставить в комнате, не опасаясь что разрисует стены. И никаких памперсов и мокрых пелёнок. Не уверена, что решусь на второго ребёнка в скором времени, я только-только свободной грудью вздохнула и спать по ночам начала.
— Успели соскучиться? — Даня занимает водительское место, принося с собой прохладу с улицы.
— Артём так точно.
— Ты прости за Киру, — он внезапно становится абсолютно серьезным, замирает, вцепившись пальцами в руль. — С ней сложно. Она очень ревнует меня к Артёму, а теперь видит вас с Алисой. Даже не представляю как она переживет новость о том, что у неё ещё и сестра есть.
— Она пока просто маленькая, Даня, и мыслит совсем по-другому. В ее возрасте дети очень чутко реагируют на изменения в семье. — Я понимаю, но злюсь от того что ничего изменить не могу. Не получается у меня донести до неё, что люблю ее и ни за что не предам. Я разрываюсь между работой, детьми и в итоге нигде не успеваю ничего нормально сделать.
— Ты хороший отец, Даня, — прикасаюсь ладонью к его плечу, он тут же перехватывает мою руку и переплетает наши пальцы. Смотрит на меня с благодарностью.
— Хочу чтобы она поближе познакомилась с вами, привыкла. Софи ей сейчас почти не уделяет внимания, она то в салоне, то на вечеринках каких-то. Вот Кира и тянется ко мне ещё больше.- Я киваю, прекрасно понимаю опасения Дани. С характером Киры ее реакцию предвидеть сложно. Но рано или поздно ей придётся смирится с тем, что у ее отца она не одна. Воевать с маленькой девочкой я не собираюсь, поэтому даже лезть в это не собираюсь. Это полностью забота Дани.
Алису я решаю не будить, пока Даня ждет в машине я нахожу прошлогодний рюкзак дочки, складываю в него книги и тетради. Нужно зайти в класс и забрать ее вещи. Отглаженная форма с эмблемой лицея висит на вешалке, хватаю ее. Переодену Алису в машине. С этим там все строго, если пришел не в форме – отправят домой.