Part sixth: Он смотрел. Этого хватило.
И снова квартира Дианы встретила уютом и тёплой, почти домашней тишиной. В воздухе витал запах грибной пасты — густой, сливочный, такой, от которого сразу хочется есть. Где-то на фоне негромко играла музыка, не мешая, а будто подстраиваясь под вечер. Диана позвала Машу просто посидеть вдвоём: без компании, без шума, спокойно поговорить и разобрать всё, что накопилось. Они виделись совсем недавно, но за это короткое время у каждой случилось слишком много.
Рабочий день у Маши закончился неожиданно быстро. Она почти не заметила, как время пролетело между подписями под документами, короткими разговорами с Ксенией и тестовой съёмкой. Ничего сложного — несколько кадров, чтобы посмотреть, как она работает с камерой. Но даже эти простые снимки вышли безупречными.
Фотограф почти не сдерживал эмоций,
Ксения смеялась и повторяла:
— Ты просто идеальная. Почему мы тебя раньше не нашли?
Машу хвалили за то, что она действительно любила делать. И это ощущалось особенно остро.
Атмосфера в офисе была живой и рабочей — без фальши. Маркетологи подходили знакомиться, две близняшки-модели тоже заглянули, улыбаясь, обсуждая будущие съёмки. Почти все были молодыми: энергичными, вовлечёнными, без усталого снобизма. Не было этих вечно недовольных «старших», которые знают, как надо жить.
Ксения между делом объяснила, что Саша делает ставку не на стаж, а на желание работать. Опыт — это хорошо, но слишком часто он притупляет огонь. А вот те, кто горит, кто хочет — куда ценнее.
И всё же мысль не отпускала.
Она в офисе своего бывшего.
Она — лицо его новой линейки.
Фотомодель его бренда.
Она будет носить его вещи. Его идеи. Его бренд.
И странным образом это уже не казалось катастрофой. Скорее — чем-то... допустимым.
С Сашей они почти не пересекались. Лишь мельком Маша заметила его, когда он выходил из офиса, разговаривая по телефону с кем-то, не обращая внимания на окружающих.
И хорошо, — мелькнуло в голове.
Она как раз несла два стаканчика кофе к Ксении.
Диана тихо напевала что-то под нос, помешивая макароны. Дверь в квартиру была приоткрыта. Маша вошла бесшумно, сняла обувь и верхнюю одежду, прошла на кухню — и резко оказалась за спиной подруги.
— Блять! — Диана вздрогнула так, что чуть не выронила лопатку, инстинктивно направив её в сторону Маши. — Маша, епт твою мать!
Она прижала руку к груди, тяжело дыша.
Маша рассмеялась, поставила сумку на стул и, откинув прямые волосы назад, закатала длинные рукава свитера — автоматически, будто собиралась помогать.
— Ты почему входную дверь не закрываешь? — спросила она, всё ещё улыбаясь.
— А ты почему пугаешь?! Бессовестная, — буркнула Диана, накрывая сковороду крышкой. — Я уже всё сделала, между прочим.
— Ну не обижайся, — протянула Маша, усаживаясь за стол и подгибая одну ногу под себя.
— У меня так скоро сердечная недостаточность будет, — вздохнула Диана, доставая бокалы с верхней полки. — Пять минут — и начинаем обжираловку. Это мой студенческий рецепт. Макароны с шампиньонами и помидорами в сметане. Бомба, честно.
Она заглянула в холодильник, потянулась было за виски, но, встретив Машин взгляд, тут же достала красное вино.
— Я делала похожее, — спокойно сказала Маша, уже крутя бокал в пальцах. — Только в соевом соусе. Помидоры и куриная грудка. Всем нравилось.
— Всем? — Диана прищурилась с улыбкой, явно намекая. — Ладно, прости. — Она поставила сковороду на стол. — Короче. Всё оборудование уже приехало. Останешься сегодня? Повайбим, всё расставим, постримим. Как тебе такая идея?
Диана накладывала себе пасту и смотрела на Машу с тем самым выражением, когда ответ уже почти известен.
— Звучит очень заманчиво, — сказала Маша, беря сковороду и накладывая себе макароны.
— Ну всё, решено. У нас сегодня вайбовая ночь, — рассмеялась шатенка. — За это и выпьем!
Бокалы цокнулись, разрушив мягкую тишину, в которой до этого растворялась музыка.
Маша любила Диану. За то, что та никогда не пыталась казаться кем-то другим. Не доказывала, не подстраивалась, не фильтровала каждую мысль. Диана говорила то, что думала, а потом, спохватившись, прикрывала рот ладонью: «Боже, что я сказала», — и смеялась так искренне, что невозможно было не улыбнуться в ответ.
В этом и была её магия — в лёгкости, в честности, в умении жить без внутреннего цензора.
Маша ценила и других девушек из компании — Марту, Арину, Карину. Они все были хорошими подругами, интересными собеседницами. Но с каждой из них будто была своя дистанция. Как будто каждый однажды выбрал себе «лучшую сплетницу», и с этого момента так и повелось.
А с Дианой было иначе. С ней не нужно было держать лицо. Не нужно было быть сильной. Можно было просто быть.
— Ну как прошла подпись контракта? — спокойно спросила Диана, пытаясь поймать вилкой макаронину, упрямо соскользнувшую на стол.
— Не без подтекста, — хмыкнула Маша. — Мы договорились, что в офисе он мой руководитель, а я — сотрудник бренда. Без старых привычек.
— А за пределами офиса? — приподняла бровь Диана.
— Диан.
— Пусть тогда чётче формулирует свою позицию. Тоже мне, начальник, — обиженно фыркнула она, но тут же сменила тон. — Ты уже с кем-то познакомилась?
— Да. И, если честно, там все нормальные. Даже две фотомодели-близняшки есть. Когда они ко мне подошли, я чуть не схватилась за голову. В жизни это выглядит куда более... пугающе, чем в интернете.
— Вот и отлично. За это тоже стоит выпить!
Они снова рассмеялись и чокнулись бокалами.
Рядом с Дианой Маше было легко. Хотя она всё равно иногда прятала то, что творилось внутри. Это была её защитная реакция — проживать всё молча, внутри себя. Лучше так, чем однажды пожалеть, что рассказала лишнее.
Время текло незаметно. Они пытались подключить наушники к компьютеру по туториалу из TikTok — безуспешно. Диана в итоге психанула, набрала бывшего, и тот за две минуты объяснил, что к чему. Заодно пригласил её в ресторан. Диана сбросила звонок с победной улыбкой, будто только что выиграла раунд.
Маше хотелось быть такой же. Не думать о завтрашнем дне, не прокручивать возможные провалы, не бояться, что что-то пойдёт не так. Просто жить, наплевав на последствия.
Ближе к часу ночи они внезапно созвонились с девчонками. Карина вещала о местных сплетнях так вдохновлённо, что слушали все — кто лежал в кровати с парнем, кто оказался на внезапной тусовке со старой одноклассницей.
Сама Карина сидела в машине у почти незнакомого парня, на какой-то полулегальной встрече автолюбителей, чтобы её было слышно сквозь шум.
Диана возилась с настройками для стрима, а Маша держала телефон так, чтобы им обеим было слышно.
И вдруг Карина резко выкрикнула:
— О! Генсуха! Мы сейчас к какому-то чуваку в машину садимся, он дрифтовать будет! Короче, девки, давайте, потом созвонимся!
И отключилась.
Абсурд происходящего зашкаливал. Кто-то смеялся, кто-то кричал в динамик, не понимая, что их уже никто не слышит из-за музыки и шума.
Вскоре Маша тоже отключилась и положила телефон на зарядку.
— Ты хочешь сказать, что к нам кто-то реально может заявиться в полвторого ночи? — скептически спросила она, усаживаясь в соседнее кресло.
— Я уже кинула в телегу и сторис, — пожала плечами Диана. — Ты тоже кинь. Сидишь тут, важная.
Маша усмехнулась, получив лёгкий толчок в плечо.
Четыре утра.
Две девушки сидели напротив компьютера, бурно споря о песне Miyagi & Рем Дигга — «Untouchable».
Маша с жаром доказывала, что под неё не танцуют брейк — под неё депрессуют, смотрят в потолок и думают о жизни.
Диана стояла на своём — кач, ритм, энергия, всё говорит об обратном.
На трансляции было сто семьдесят человек. Люди пришли из Инстаграма и Телеграма, слушали этот абсолютный бред — и самое смешное, что тоже начинали спорить между собой.
Каждый раз, когда одна из девушек замечала поддержку в чате, она тут же вскрикивала, будто получала второе дыхание, и с новой силой бросалась в доказательства.
Минут через двадцать спор наконец сошёл на нет. Они перешли к спокойному общению с чатом.
Маша уже зевала, устроившись щекой на плече Дианы. Глаза слипались.
Диана же, наоборот, была на подъёме — оживлённо рассказывала зрителям о своих планах, идеях для стримов, что-то жестикулировала, смеялась.
И вдруг чат резко ожил.
Диана вскрикнула, подпрыгнув на месте.
— Маш, ты видишь это?!
Онлайн скакнул со ста до восемьсот.
Маша, которая лениво листала телефон и уже почти засыпала, дёрнулась от её крика.
Чат бежал так быстро, что сонный взгляд не успевал выцепить ни одного сообщения. Строки сливались в цветное месиво.
Диана включилась мгновенно — как будто кто-то нажал кнопку.
— Так, всем привет, новые люди! — быстро заговорила она. — Я Диана, но многие зовут меня Дианка Мирная... не спрашивайте почему, я сама не знаю. А это, — она наклонилась к микрофону и понизила голос, — моя лабубушечка-подружечка Машенька. Фотомодель, между прочим. Ага.
Маша лениво махнула рукой в камеру.
И в этот же момент телефон завибрировал.
«Так ты ещё и стримерша. Ого.»
Сердце ухнуло вниз.
Маша сразу поняла, откуда взялся онлайн. Она подняла взгляд на Диану — с тревогой, почти паникой — и тут же вспомнила недавнее уведомление: Данила Горилла начал стрим.
Она резко открыла Twitch.
Главная страница.
В центре — она и Диана.
По бокам — включённые веб-камеры Кости Плохого Парня, Данилы, Парадеевича и Влада Раговского.
Руки задрожали. Пальцы мгновенно похолодели.
— Диан... — только и успела выдохнуть Маша.
Телефон тут же вырвали у неё из рук.
— Это что такое? — Диана уставилась в экран, потом перевела взгляд на парней и ткнула пальцем в одного.
Маша закрыла лицо руками и кивнула.
Из динамика донёсся знакомый смех. Шакальный звук делал его ещё раздражающе громким.
Данила понял, что их раскрыли, и сразу взял инициативу.
— Девчата, давайте в Дискорд, пообщаемся!
— Машка! — Влад помахал в камеру, широко улыбаясь. — Сто лет не виделись!
— Не, пацаны, мне чужие зрители не нужны, — с узбекским акцентом отрезала Диана.
Чат взорвался вопросами: «Вы что, знакомы?»
Данила тут же начал рассказывать, как они встретились с Машей, не упуская возможности подколоть Сашу за его «неудачную» шутку.
Костя смеялся своим фирменным смехом, и от этого у Маши на губах появилась кривая, нервная улыбка.
Она быстро зашла в Инстаграм, открыла уже знакомый чат и написала, не раздумывая:
— Заканчивайте это безобразие.
Ответ пришёл почти сразу.
Чат тоже это заметил — сразу двое одновременно уткнулись в телефоны.
— Это Горилла настоял. Он увидел вас в рекомендациях.
— Ты, конечно, его отнекивал. Кому ты врёшь, заканчивай.
— Ты понравилась Владу. Заходите в Дискорд.
Маша медленно выдохнула, отложив телефон в сторону. Она выпрямилась в кресле, чувствуя, как внутри всё напряжено. Сердце ещё стучало слишком быстро, взгляд невольно скользил на камеру, но мысли были где-то совсем рядом — на том, кто появился в их прямом эфире.
— Думаю, нам пора заканчивать трансляцию... — сказала Маша спокойно, но в голосе слышалась сдержанная строгость.
Диана открыла рот, чтобы что-то возразить, но уловила взгляд русой и мгновенно замолчала.
— Подписывайтесь на канал, здесь будет много интересного, — продолжила Маша, стараясь вернуть привычный тон. — И отдельное спасибо Хазяевам, а особенно Владу Раговскому, что заглянули и поддержали нашу начинающую стримершу Диану... Ну, скоро она точно придумает себе ник. Всё, всем спокойной ночи.
Кнопка «Завершить трансляцию» была нажата — стрим закончился.
Маша глубоко выдохнула, будто всё это время задерживала воздух в лёгких. Напряжение медленно отпускало, оставляя после себя неприятную пустоту. Русая откинулась на спинку кресла и тихо простонала, прикрывая глаза ладонью.
Диана молча выключила компьютер и ушла в спальню стелить постель.
Обиделась?
Маша бросила взгляд на телефон — пять утра.
Мысли снова начали закручиваться в тугой, болезненный узел недопонимания.
Почему она так отреагировала?
Ничего ведь страшного не случилось.
Она закрыла лицо руками, и осознание накрыло резко, почти безжалостно: она лишила подругу возможного старта. Большого, неожиданного, важного. Из-за себя. Из-за одного человека.
«Маша, думай трижды. Думай трижды...»
Она не понимала собственную реакцию — и это злило сильнее всего. Стоило лишь представить, что он смотрит на неё, и внутри всё сжималось, появлялось острое желание спрятаться, закрыться, исчезнуть из его поля зрения.
Диана вернулась в комнату. Лицо спокойное, но уставшее — без обиды, скорее с тяжестью.
— Пошли. Я постелила.
— Диан... ты обиделась? — тихо спросила Маша.
— Что? Почему? — шатенка вскинула брови.
— Из-за того, что я без тебя закончила трансляцию.
— А... нет. — Диана пожала плечами и замялась. — Я просто не понимаю, как у тебя за одну неделю всё так резко перевернулось. Твой бывший, который ушёл, потому что ты ему не доверяла, вдруг снова рядом — из-за одного сообщения. Контракт с его брендом. Подкол про Влада... прости, я случайно увидела переписку. Он странный, Маш. Правда.
Она говорила, глядя в пол, словно сама пыталась разложить всё по полочкам.
— Я не уверена, что смогу у него спросить, зачем ему я в его бренде, — призналась Маша. — Моделей же много. Очень.
— Почему тебе так некомфортно рядом с ним? — Диана подняла взгляд. — Маш, он помнит всё ваше прошлое. И если бы был действительно на тебя зол, он бы не сделал тебя лицом новой линейки. Он владелец. Ему достаточно было бы одного косого взгляда — и менеджер вычеркнул бы тебя из списков. Но этого не произошло.
Тишина повисла между ними плотной завесой. Усталость давила сразу на обеих, но мысли у каждой были свои — разные, спутанные, не находящие выхода.
— Я подружилась с девушкой на работе, — наконец сказала Маша. — Ксения. Она давно там. Я могу у неё аккуратно спросить, почему выбор пал именно на меня.
— Если бы мы пили, я бы сказала «выпьем», — вздохнула Диана. — Но, к сожалению, идём спать. Я так устала, ужас просто.
Свет погасли не сразу. Маша ещё долго лежала с открытыми глазами, вслушиваясь в редкие звуки — дыхание Дианы, шелест простыни, редкие звуки дороги за окном. Тело требовало сна, но мысли упорно держали её на поверхности, не позволяя провалиться в тишину. Всё, что произошло за последние дни, будто наложилось друг на друга слишком быстро, не оставив времени разобраться, где она настоящая, а где — реакция на него.
Она повернулась на бок, уткнувшись лицом в подушку. Завтра придётся снова быть собранной, спокойной, профессиональной. Подписанный контракт никуда не исчезнет, как и его присутствие — ровное, выверенное, слишком близкое. Эта мысль не пугала и не успокаивала. Она просто была. И именно это тревожило сильнее всего.
TG: anchekzy