Глава 5
Отец Чеен – господин УльСан с радостным изумлением оглядел разгрызенные Воншиком в прах останки кресла и повернулся к жене.
– Милая, это же сплошная польза! Я сколько времени думал о том, что его вывезти на дачу надо, а тут пришел пёс, увидел и источил в опилки! Осталось смести и выкинуть. Даже выкидывать и то удобнее стало!
– Извините нас с Воншиком, пожалуйста. Я предлагал Чеен всё возместить и я это сделаю, – переживал Пак.
– Чимин, не переживайте! – хмыкнул Ульсан. – Вы мне вообще-то помогли. Я вот это выкину и буду чувствовать себя откресласвободным человеком!
– Хотите, я выкину? – Чимин все равно чувствовал себя неловко, и особенно потому, что соседи ему понравились. И Ульсан – военный, широкоплечий, поджарый с хорошей улыбкой и крепким рукопожатием, и его жена – госпожа СоВон, милая, круглолицая, темноволосая, с короткой стрижкой, и отличным чувством юмора.
– Хотим! – закивала Совон, насмешливо глядя на мужа. – Иначе, эта кучка опилок и поролона ещё пару лет будет дожидаться, пока мой супруг до неё доберётся!
– Вот! У меня такая требовательная жена. Всё надо делать мгновенно сей же час! – Ульсан с сожалением вздохнул.
– У тебя час равняется нескольким годам? – парировала жена. – Чимин, вы не удивляйтесь, просто у мужа служба построена на стремительном выполнении приказов, вот он в мирной жизни и отрывается! Если нужно прибить полку, вывести кресло на дачу, или вынести что-то глобальное на помойку – это надо три года ждать!
– Не надо ждать, зачем? Я вынесу! Только вот, что с перегородкой делать? – Пак с сомнением осмотрел хлипкую фанерную перегородку.
– Я укреплю! – вызвался господин Ульсан, не обращая внимания на ироничную улыбку жены и негромкий смех Чеен. – Вот только снизу укреплю, крепления продумаю…
– Короче, мы её тут пока приставим… – понимающе хмыкнула его супруга.
Чимин кивнул, установил перегородку, так, как она стояла, и только задумался, чем бы её хотя бы временно прикрепить, как со стороны соседей раздалось мяуканье, и страшно возмущенный Воншик упёрся толстой мохнатой лапой, поднажал головой и снова отжал фанеру к стенке.
– Ээээ… – отец Чеен проводил озадаченным взглядом обеих кошек, погладил серого лохматого Воншика, принесшего себя на их часть балкона и подсунувшего ему голову. – Кажется, они против!
– Ну, пока можем повесить занавеску, потому что фанерку они всё равно собьют, да ещё кого-нибудь покалечат, – рассудила госпожа Совон.
– И я даже знаю кого! – Чеен вышла на балкон с Мией под мышкой и предъявила её обществу. – С её везением, она точно попадёт под раздачу фанеры по организму!
Воншик тут же радостно замахал пышным хвостом, и Мия к изумлению окружающих завиляла в ответ.
– Да, наверное, это самое разумное! – согласился Чимин. – Только как бы мой бобёр вам чего-нибудь не порушил.
– А! Сейчас мы решим этот вопрос! – Ульсан шагнул в комнату и через пару минут вернулся со странной деревяшкой. Пес тут же оживился, завилял хвостом, запрыгал вокруг, наступая на ноги соседям.
– Это ему на пару минут, – обреченно сказал Чимин.
– Неее, друг ситный. Было бы это дерево, он бы сразу разгрыз, но это рог. Олений рог. Мне приятель привёз из России. Говорят из них вешалки делаются, а я куда-то вторую половину дел, пока собирался на доску приспособить…
–Столько лет собираться…рогов... терпения не хватит, тебя дождаться! – улыбнулась ему жена.
– Короче, это полезно, грызут собаки очень долго и заняты на все сто! – сосед благоразумно пропустил мимо ушей замечание супруги, вручил Воншику погрызух и успешно ретировался с его пути. Чимину повезло меньше, отростком рога ему попало по голени, он зашипел от боли и только головой покачал, глядя вслед псу, уволакивающему добычу. Занавеску повесили в тот же вечер. Веселенькой расцветки ситец в зеленые листья и белые ромашки выглядел приятно и никак не мешал круговороту животных.
– Сплошной плюс! – думал Пак, находя на своём свежекупленном диване толстую рыжую кошку, благородно уступающую ему место, правда, исключительно для того, чтобы перебраться на подушку. – Никакого снотворного не надо, мырмыр-мыр, и всё! Как выключили!
Занавеска ему не мешала. Приходил он домой поздно, уставал на работе, гулял с Воншиком, и на общение с соседями ни времени, ни желания не было. Кошек соседских вполне хватало.
Чеен занавеска смущала. Она любила выходить на балкон, кофе попить, благо его полностью закрывали деревья. Но постепенно и она привыкла к тому, что соседа не видно и не слышно, за него был Воншик. Вот уж кто был у них в гостях постоянно. Кажется, уходил только, когда слышал, что хозяин отпирает свою входную дверь. Мия с соседским псом подружилась, даже играть начала.
– А этот слоник на Мию случайно не наступит? – регулярно сомневались родители Чеен, но глядя, с каким удовольствием играют крошечная черно-белая собачка и стремительно растущий серый лохматый пёс, не решались прервать их общение.
Приезд папиной тётушки оказался неожиданным. Ещё в детстве Чеен поняла, что тетя ДжеХи, которая бабушкой себя называть запрещала категорически, недовольна практически всем. Особенно племянником, его женой и самой Чеен, погодой, ценами, качеством еды, людьми, которые попались на её пути, собственными детьми…
Довольна тётя ДжеХи была только собой!
Вот и сейчас она сидела за столом, морщилась в тарелку с ужином, фыркала на кошек и Мию, а при виде Воншика и вовсе завелась:
– Это ещё что такое? Вы с ума сошли что ли? Как это соседский пёс? У вас прямо общага какая-то! Так, Ульсан, ты сейчас же ставишь нормальную перегородку, иначе я у вас дома не останусь!
Отец Чеен только задумчиво хмыкнул. Ему пришло в голову, что перегородку ставить он не будет не просто принципиально. Он её категорически не поставит!
– Ладно, это я сама проконтролирую! Я приехала не просто так. Я же вижу, что у Чеен никаких шансов нормально устроить свою жизнь просто нет! Поэтому я нашла ей жениха. Замечательный мужчина. На двенадцать лет старше, умнее раз в двадцать, психоаналитик! Тётя смотрела на родственников, ожидая бурю восторгов и оваций.
– И что? Что вы сидите, словно я вам рыбий жир в жареную курицу добавила?
– Эээ, спасибо! – несмело отреагировала Чеен, – Но, наверное, лучше я сама…
– Сама она… Дождёшься от тебя! Завтра он будет тебе звонить и пригласит прогуляться. И только попробуй не пойти!
Чеен хмуро прищурилась.
– И не смотри на меня так! Вы же сейчас только по интернетам своим сидите. А вдруг он твоя судьба?
– А вдруг нет? – парировала девушка. – И я-то ему зачем? Если ему тридцать три, он же со мной заскучает сразу.
– Чеен, вот именно, что ему тридцать три. Возраст знаковый! Он решил завести семью с приличной девушкой из приличной семьи. Он сын моей давней подруги. И что, надо чтобы такой ценный кадр уходил в чужие руки? Он хочет этакую элегантную скромную девушку.
– Я не элегантная вовсе! – поспешно отозвалась Чеен.
– Именно такая! Скромная, тонкая, прозрачная, образование, семья… Всё подходит! Фото тоже подошли.
Чеен поняла, что начинает сердиться. Нет, знакомиться надо, понятное дело, ветром в окно суженного-ряженного не занесёт, но не вот так же! Прямо как в магазине.
– Вам кого взвесить? Элегантную? Или кого посовременнее?
Она уже и рот открыла, но отец наступил ей на ногу, явно призывая к молчанию, и она сердито вздохнула.
– И не пыхти. Потом благодарить будешь! – резюмировала тётушка. Она так увлеклась рассказом о том, какие все поганые у неё на работе, и в окружении, и по соседству, что даже про перегородку забыла, тем более, что Воншик благополучно отбыл, заслышав возвращение хозяина.
– Пап, я никуда не пойду! – Чеен сердито сверкала глазами. Едва дождалась, пока тётка уляжется.
– Да и не надо. Только тогда она останется на две недели. А вот если ты сходишь, она свалит! – откровенно объяснил отец. – Честное слово! Дико хочется сказать, что я о ней думаю, но ведь она тогда твоей бабушке всю душу вымотает!
Чеен понимающе покивала. Бабушку она любила, а ДжеХи, проживая на соседней с ней улице, действительно могла ходить и изводить сестру своим недовольством!
– Какая-то семейная засада! – ворчала Чеен, собираясь на встречу с перспективным кандидатом. – Бабуля как в заложницах! А я ползу на линию фронта… – она опасливо выглянула в гостиную, где тётушка отчитывала обеих кошек.
– Что за дом? Зачем тут кошки? Ну, вот какая от вас польза-то?
– Странная тётка… – презрительно осмотрела незваную гостью Ют. – Приезжает, как к себе домой. Ведет себя мррякостно!
-Да ещё и глупая! Даже не понимает, какая от нас польза! – поддержала подругу Тания.
Демонстративно, хотя и с усилием, из-за богатых габаритов, вылизывая пышное охвостье. Исключительно в знак презрения к глупой бабе. -Мстя? – Ют вопросительно насторожила уши. Тан развернулась, отдышалась и осмотрела объект обсуждения.
Объект бухтел о шерсти, грязи и расходах.
– Непременно! – рыжуля спрыгнула с кресла на пол и осмотрела объект с другой стороны. – Отсюда она даже противнее! – сообщила она подруге.
– Хотя, казалось бы… Куда уж ещё-то… Страшная мстя по-кошачьи – мероприятие ответственное, требующее подготовки и чётких планов!
***
Чеен, как человек с кошкой выросший, что-то бы заподозрила, но тётка ДжеХи привычно бухтела о плохих и нехороших людях, событиях и обстоятельствах, критиковала Чеен, её родителей, кошек, погоду, правительство, нравы, соседей, соседских собак и даже трепетную Мию, посмевшую опасливо заглянуть с гостиную.
– Что это за безобразие? Разве это собака? Охранять не может, защищать не может, ничего не может! Как кошка!
Кошки переглянулись. После такого оскорбления уровень кошачьей мести повысился на пару ступеней, и перешел из категории «месть по случаю» в категорию «месть за хамство и крайнее пренебрежение».
Чеен даже вздохнула облегченно, когда убралась от тётушки подальше. Пусть даже и на дурацкую встречу.
– Ну и ладно. Я ему сходу не понравлюсь и быстренько вернусь домой. Зато ДжеХи свалит! Как там этого типа зовут? А! СоЮль… – она подошла к оговоренному месту встречи и оглянулась.
– Чеен? – к ней шел мужчина, который ей не приглянулся с первого взгляда! Вот бывает так, посмотришь и понимаешь, нравится тебе человек или прямо с души воротит! Вроде и на вид ничего такого мерзкого, кроме неожиданно длинных волос, достающих до плеч, а вот общее впечатление оторви и выбрось! – Вы именно такая, как я вас себе и представлял!
"Ну, ещё бы! Фото-то видел!" - думала девушка. Вскоре выяснилось, что её участие в разговоре будет очень скромным. Можно кивать и улыбаться. Всё остальное СоЮль взял на себя.
– Я рад, что могу помогать людям! Моя специализация – семейные отношения… – поток специальных терминов, которые должны были убедить спутницу в его гениальности, лился не переставая. – Я должен видеть людей насквозь с первого взгляда!
Чеен всегда казалось, что люди – несколько более сложные существа для столь поспешных выводов и насквозь просвечиваются разве что рентгеном.
– И получается?- спросила девушка.
– Ну конечно! – возликовал Союль. – Смотрите, видите, идёт девушка? Да, вот та, в светлом платье. У неё море комплексов!
– С чего вы это взяли? – удивилась Чеен.
– Посмотрите на её походку. Она ступает неуверенно. Это признак человека с комплексами! Вот, вот видите?
Чеен не считала допустимым впиваться в проходящих мимо людей жадным взглядом, выискивая их комплексы, но вслед девушке посмотрела. Уже даже рот открыла, чтобы сказать о том, что является причиной столь неуверенной походки.
"У неё же ноги стёрты! Туфли на высоком каблуке, лаковые, над задником кусочки пластыря видны!"
– подумала она, косясь на собеседника, но он уже забыл о девушке, перейдя к следующему объекту.
– А вот та пара! У них всё очень, очень плохо! – он кивнул, указывая Чеен на парня и девушку, сидящих на скамейке напротив.
– Почему же?
– Уверенные в себе и в своих отношениях люди сели бы к центру скамьи, а эти пристроились на краешке! Если их отношения продлятся – то они мои будущие клиенты! – самоуверенно заявил он.
И тут девушке стало смешно.
Настолько, что она сделала вид, что закашлялась. Они же проходили мимо той скамьи. Её середина была попросту мокрой после недавнего дождя, а край, где и устроилась пара, находился под защитой ближайшего дерева, там можно было сесть, не опасаясь за свою одежду.
"Так, может, он и старше, но такой ээээ, ну, короче я с ним общаться не смогу, даже под угрозой теткиного недовольства. А как от её недовольства избавиться?" – Чеен активно соображала.
– Да, так вот… Женщины в возрасте и вовсе становятся склонны к истероидному поведению! – вещал СоЮль, найдя «благодарную слушательницу». – Да вы и сами это можете наблюдать.
И тут Чеен осенило!
" Подленько, конечно, а что делать? Самозащиту никто не отменял!" – она вытянула смартфон, незаметно включила запись и отрицательно покачала головой:
– Нет, я этого не замечала. Если человек не был склонен к истерикам раньше, то с чего бы…
– А! Ну да, ваш возраст… – СоЮль снисходительно усмехнулся. – Моя дорогая, у вас просто маловато опыта. А ведь вы тесно и регулярно общаетесь с такой истеричной женщиной. Я несколько лет уже наблюдаю за вашей родственницей, так вот…
– Блин, надо запись отключить. Он уже наговорил не только на изгнание из моей жизни, на полное отлучение от тетиного дома, но и на пару фатальных несчастных случаев, совершенных с особой жестокостью! – думала Чеен.