44. Помнишь?...(18+)
На следующий день академия снова ожила. Студенты суетились по коридорам, преподаватели спешили к кабинетам, а Т/и медленно шла по залитым утренним солнцем лестницам, держа за руку Айзека. В её глазах уже не было прежней пустоты — только лёгкая усталость, мягкий блеск и тепло.
— Так, я всё ещё не могу поверить, что мы это пережили, — тихо сказала Т/и, оглядываясь на Айзека.
— Мы вместе, — ответил он с улыбкой, мягко сжимая её ладонь. — И это главное.
Первокурсники, которых она недавно спасла, приветливо махали им, а несколько из их курса кивнули с уважением, словно признавая, что Т/и вновь обрела силу и уверенность.
В коридоре Т/и заметила Лирис и Энид, которые подмигнули ей, едва сдерживая улыбку. Даже Сэм, подбрасывая в воздух ручку, тихо усмехнулся, видя, как его сестра и Айзек шагают вместе.
— Ну что, демон, — шепнул Сэм, когда они прошли мимо, — теперь точно никто не сможет тебя поймать.
Т/и только усмехнулась и слегка подтолкнула его плечом, играючи.
Когда они вошли в класс, Айзек осторожно прижал её к себе, чтобы никто не заметил, и прошептал:
— Хочешь, покажу тебе маленький фокус?
Т/и слегка покачала головой, но глаза её заблестели от любопытства. Айзек одним лёгким движением руки поднял несколько карандашей над партой, и они плавно закружились в воздухе, образуя миниатюрный вихрь. Т/и рассмеялась, смеясь тихо и искренне, её смех казался музыкой после всех ужасов, что пришлось пережить.
— Вот так, — сказал Айзек, с улыбкой наблюдая, как её глаза сияют, — жизнь возвращается на свои места.
Т/и шагнула ближе, обхватив его за талию, а он в ответ прижал её к себе, их лица были на уровне друг друга, лёгкая игра взглядов и улыбок.
— Итак, — сказала Т/и, слегка держа его подбородок, — ничто не сможет нас снова разлучить, верно?
— Ни одно Зазеркалье, ни один Отголосок, — ответил Айзек, мягко касаясь её губ своими.
Они улыбнулись друг другу, и на мгновение кабинет академии исчез — осталась только тёплая, спокойная и уверенная в себе Т/и, её Айзек и ощущение, что теперь всё будет иначе.
Первый день после всех событий прошёл легко, почти празднично. И в каждом взгляде, в каждом движении чувствовалась уверенность: Т/и вновь стала собой, Айзек рядом, и вместе они могли смотреть в будущее — без страха, без боли, только с лёгкостью и радостью.
***
Вечером Айзек сидел за столом, склонившись над чертежами. Тёплый свет лампы мягко ложился на его плечи и волосы.
Т/и лежала на кровати, подперев голову рукой, и с лёгкой, тёплой улыбкой наблюдала за ним, наслаждаясь этим тихим, почти домашним моментом.
— Зай… — тихо позвала она.
Айзек улыбнулся, не поднимая взгляда сразу, будто смакуя её голос, а потом повернулся к ней.
— Что, котёнок?
— Подойди, пожалуйста, — мягко попросила Т/и, улыбнувшись шире.
Айзек отложил карандаш, поднялся из-за стола и подошёл к кровати, сев рядом. Матрас чуть прогнулся под его весом.
Т/и тут же села к нему на колени, лицом к лицу, обвив руками его шею. От близости перехватило дыхание — она чувствовала тепло его тела, ровное дыхание, знакомый запах.
— Помнишь… я говорила, что хочу этого с тобой? — прошептала она, почти касаясь губами его губ.
— Помню… — так же тихо ответил Айзек, его взгляд стал мягким, сосредоточенным только на ней.
— Тогда… давай попробуем сейчас, — сказала она и поцеловала его.
Айзек сразу обнял её за талию, углубляя поцелуй. Он был тёплым, медленным, наполненным ожиданием. Спустя несколько мгновений Т/и отстранилась, выдыхая горячий воздух ему в шею. Айзек чуть крепче сжал ткань её футболки, будто боясь отпустить.
— Ты уверена? — спросил он, почти шёпотом.
— Да....на все сто, — ответила она без колебаний.
Айзек осторожно уложил её на кровать, нависнув сверху. Его ладони медленно скользили по её телу, изучая, запоминая каждое движение. Их губы снова соединились, поцелуй стал глубже, увереннее.
Т/и обвила его шею руками, пальцы зарылись в кудрявые пряди, вызывая у него тихий выдох. От его прикосновений по коже пробегали мурашки, дыхание сбивалось.Т/и потянулась к его рубашке и ловко расстёгивала пуговицу за пуговицей, не отрываясь от его губ. Айзек оторвался первым, медленно проводя носом по её щеке, спускаясь к шее и ключицам, оставляя за собой горячие поцелуи.
Воздух в комнате стал плотным и жарким, слышно было лишь их дыхание.
Т/и сняла с него рубашку, и Айзек откинул её в сторону. Следом с неё слетела футболка. Она осталась в одном белье. Айзек на мгновение замер, разглядывая её, и на его губах появилась лёгкая ухмылка. Он снял с неё лифчик и стал покрывать тело тёплыми поцелуями, иногда слегка прикусывая кожу.
Т/и прикусила губу и выгнулась, чувствуя, как тело откликается на каждое прикосновение. Айзек снова впился в её губы, одновременно стягивая трусики. Её ладони скользили по его прессу и спине, ощущая напряжение мышц.
Он снял с неё бельё и спустился ниже, пальцы впились в её бёдра. Айзек провёл языком по клитору, внимательно наблюдая за её реакцией. Т/и выгнулась, опрокинув голову назад, сжала подушку, не сдержав тихий стон. Айзек ухмыльнулся и продолжил, осторожно, но уверенно, доводя её до дрожи. Комнату наполнили тихие стоны и сбивчивые вздохи.
Через несколько минут Айзек снова навис над Т/и. Она тяжело дышала, всё ещё сжимая подушку пальцами.
— Будет немного больно… — прошептал он.
Т/и молча кивнула. Айзек поцеловал её в губы и медленно стал входить. Она обхватила его торс ногами, сжимая подушку сильнее. Он замер, давая ей время привыкнуть, и, оторвавшись от поцелуя, стал целовать её шею, оставляя горячий след дыхания.
— П… продолжай… — прошептала она, сжимая его плечо.
Айзек начал двигаться медленно и осторожно, постепенно входя глубже. Со временем его движения стали увереннее и грубее, поцелуи — жарче, приглушая её стоны.
Руки Т/и были вокруг его шеи, ладонь мягко, но крепко сжимала его волосы. В этот момент для них не существовало ничего вокруг — только тепло тел, дыхание и ощущение полной близости и доверия.…
Когда всё закончилось Айзек остался лежать рядом, не отстраняясь ни на мгновение. Он осторожно перевернулся на бок и притянул Т/и к себе, укрывая её собой и одеялом, будто защищая от всего мира сразу. Его ладонь медленно скользнула по её спине — не требовательно, а успокаивающе, почти убаюкивающе.
Т/и прижалась к его груди, чувствуя, как под ухом постепенно выравнивается его дыхание. Сердце всё ещё билось быстро, но уже не от волнения, а от странного, тёплого покоя, которого ей так долго не хватало. Она закрыла глаза, позволяя себе просто быть — здесь, сейчас, рядом с ним.
Айзек наклонился и легко коснулся губами её виска, потом лба, задержав поцелуй чуть дольше, чем нужно.
— Ты в порядке? — тихо спросил он, почти шёпотом.
— Да… — ответила Т/и, едва слышно улыбнувшись. — С тобой… да.
Он выдохнул, словно отпуская напряжение последних дней, и крепче обнял её. Его подбородок лёг ей на макушку, пальцы медленно перебирали пряди волос — привычное, родное движение.
— Я боялся, что потеряю тебя, — признался он глухо. — И теперь просто не хочу отпускать. Ни на шаг.
Т/и слегка приподняла голову и посмотрела на него. В её взгляде больше не было боли или страха — только усталость и глубокая, тихая нежность.
— И не отпускай, — сказала она. — Я здесь.
Они ещё долго лежали молча, слушая дыхание друг друга и ночные звуки академии за окном. Впервые за долгое время мир не требовал от них силы, решений или жертв. Был только этот момент — тёплый, настоящий и безопасный.
Айзек накрыл их одеялом плотнее, оставив последний поцелуй у её виска.
— Спи, котёнок, — прошептал он.
И Т/и уснула, чувствуя, что наконец-то вернулась домой.