21 глава
«Иногда самое ценное — просто быть рядом, не торопясь и без слов.»
———
Когда стрим наконец закончился, чат улёгся, как шумная толпа в соседней комнате, и на экране осталась только финальная сцена из игры, Ваня выдохнул так, будто последние пару часа держал воздух внутри. Он снял наушники, положил их рядом и потер пальцами переносицу, грим уже начинал подсыхать и неприятно тянуть кожу.
Маша все ещё сидела на кресле, чуть откинувшись назад, с мягкой усталой улыбкой. Усталость у неё сейчас была лёгкая, будто приятный осадок от насыщенного вечера. На коленях у неё лежал плед, в который она подсознательно закуталась, когда игра становилась особенно громкой. Она выглядела очень домашней в гостях у Вани — словно ей давно следовало здесь быть.
— Я пойду смою это, — сказал он, взглянув на неё сбоку. — Ты располагайся, как обычно.
— Давай, — она чуть кивнула, — я никуда не денусь.
Это прозвучало спокойно, уверенно и в то же время тепло.
Он улыбнулся и ушёл в ванную.
Пока Ваня шумел водой, Маша сидела в полумраке комнаты. Свет был приглушённый, только тёплая лампа в углу, которая делала всё мягче, чем обычно. На столе стояли кружки, одна пустая, другая наполовину остывшая. Маша провела пальцем по краю своей кружки и вдруг поймала себя на мысли, что ей так хорошо сейчас, будто все какие-то ненужные слои тревог сняли.
От смеха, от концентрации, от бега к камере и обратно, от игры, от донатов, которые затмевали друг друга и от того, как Ваня иногда смотрел на неё — быстро, незаметно, будто случайно. Но неслучайно.
Через несколько минут он вышел совершенно другой, будто другой человек, без грима, чистый, с мокрыми волосами, в простой чёрной футболке. Свежий. Расслабленный.
Он подошёл ближе, вытирая волосы полотенцем.
— Как ты? — спросил он, глядя на неё так, будто проверял не устала ли она слишком. — Жива после всего этого цирка?
— Более чем, — она усмехнулась. — Это было смешно. И я не думала, что стрим так ощущается изнутри.
— Ага, — усмехнулся он. — И да, этот хаос теперь на мне. — Он кивнул на полотенце. — Я стал человеком обратно.
— Поздравляю, с возвращением, — сказала она мягко.
Он бросил полотенце на спинку стула и они пошли на кухню.
— Хочешь чего то? — спросил Иван — кит кат к примеру
— С чаем? Давай
Маша уткнулась в плед и стала рассматривать его со спины, как он наливает чай в кружки, наклоняется, слегка морщит лоб, сосредоточенный на простых действиях. В этот момент он казался необыкновенно живым и одновременно очень симпатичным, домашним, так что Маша невольно улыбнулась. Она ловила эти мелкие детали — каплю воды на его руке, легкое движение плеч, тихий звук, когда он ставил кружки на стол, — и это ощущение тёплой, почти интимной близости согревало её изнутри.
Когда он вернулся, запах свежего чая разлился по комнате. Он сел рядом, но не вплотную, будто специально оставив место между ними.
Она взяла кружку, согревая пальцы.
— Ты хорошо справилась сегодня, — сказал он, не хвастливо, а будто просто фактом делился. — Даже уделала меня в игрушке.
— Я просто не из тех, кто визжит, — она улыбнулась краешком губ. — Игра смешная была, но не страшная. А ты..
— Я.., да это скрипты ебучие, — он кивнул себе в подтверждение.
Маша чуть наклонила голову, глядя на него долго, будто изучая.
— Ты странненький хахаха, — сказала она, но с улыбкой.
— Спасибо, — он сделал вид, что воспринял это как комплимент.
Они оба засмеялись, легко, непринуждённо, так как смеются только те люди, которым друг с другом комфортно.
Они ещё немного болтали. Не о чём-то важном, о смешных донатах, о том моменте, когда он чуть не подпрыгнул на стуле, о том, что Маша слишком спокойная для хорроров, и что её надо проверять на человечность.
Ваня шутил больше обычного. И в его шутках было что-то мягкое, домашнее. Он иногда смотрел на Машу так, что она чувствовала — он невольно задерживает на ней взгляд дольше, чем нужно.
А она реагировала неосознанно, чуть поджимала пальцы, поправляла плед, прятала улыбку.
Но улыбка всё равно возвращалась.
В комнате была лампа, мягкий свет, спокойное дыхание двух людей, которые впервые за долгие месяцы чувствовали, что рядом с другим человеком можно расслабиться полностью.
Стрим закончился, вечер подходил к концу, но странное ощущение оставалось — что это что-то важное. Маленькое, едва заметное. Но важное.