Тот, кто грядёт

- Вообще-то, моё имя они неправильно запомнили, - доверчиво поделился сир Клетус, когда они вытаскивали лодку на берег. Сарелла, переодевшись сразу после побега, отключилась - и проснулась на твердом деревянном дне, когда Клетус плеснул ей в лицо прохладной водой из залива. Наверное, всё дело в нервном напряжении, которое довелось пережить за последние несколько дней.

- Неправильно? - Сарелла равнодушно пожала плечами, ещё не до конца придя в себя. Клетусу потребовалась всего ночь, чтобы доплыть до небольшой бухты в окрестностях Мыса Дюррана. По правую руку от них грозно высился Штормовой Предел, угрюмо оглядывая залив Разбитых кораблей. До серо-белых камней, из которых был выстроен замок, то и дело долетали пенистые брызги волн, разбивающихся о крутой утёс.

Сир Клетус - или как его там? - стянул доспехи. Затолкав в панцирь смятое платье Сареллы, он сбросил их в воду, позволив почить на дне. Переодевшись в простую, несколько поношенную одежду, он стал походить на обычного крестьянина. Если бы не двуручный меч, который он оставил при себе. И мизерикорд, «кинжал милосердия»[1], спрятанный теперь в голенище сапога. Сарелла же получила возможность, наконец, как следует разглядеть лицо своего спутника. Суровое, но не особенно запоминающееся. На вид ему было около тридцати или чуть больше, у уголков рта и глаз залегли первые, едва заметные морщинки, свидетельствовавшие о нём, как о человеке, что имел обыкновение нередко смеяться и улыбаться. Чёрные усы и борода аккуратно подстрижены, в них заметна ранняя седина. Глаза тёмные, тоже почти чёрные, горели на бледном лице подобно углям. Возможно, они являлись единственной примечательной деталью внешности этого мужчины. Он был высок ростом - наверное, около семи футов - и даже без доспехов выглядел внушительно.

Такого легко не одолеть. Сарелле должно было стать спокойнее от этого факта, но голову её не покидала другая мысль: всё это значит, что ей тоже следовало держаться настороже. Что бы этот человек ни говорил, доверять ему безоговорочно нельзя. А ну как у него свои планы, отличные от планов Лео? Сейчас каждый выглядел подозрительно. Друзья могли оказаться врагами - и наоборот.

- Клетис, - пояснил он, улыбаясь, словно только что удачно пошутил. - Клетис, вообще-то.

Сарелла приподняла бровь, ещё раз окидывая этого человека взглядом с ног до головы, словно примеряя это новое и, на её вкус, ещё более дурацкое имя. Ему она об этом, конечно, не сказала. Зачем оскорблять спутника в лучших чувствах?

- А... и... почему так? - немного растерялась Сарелла, не понимая толком, как реагировать.

- Всё дело в проклятой закорючке, её когда-то неправильно записали[2], - Клетус, точнее Клетис, многозначительно вскинул палец вверх. Издевается он над ней, что ли? Если так, способ он выбрал крайне странный.

- Ладно. Клетис... приятно познакомиться, - пробормотала Сарелла, поправляя одежду. Теперь она оказалась почти неотличима от того миловидного юноши, который приехал учиться в Цитадель. И голос уже привычно зазвучал ниже, становясь похожим на голос подростка.

- Не торопись с выводами, - хмыкнул Клетис.

Вверх от каменистого берега шло несколько узких троп, вихляющих между крупных, покрытых влажными водорослями и мхом валунов - видимо, порой вода заливала бухту полностью. Над головой протяжно кричали голодные чайки и буревестники.

- Вообще-то неподалёку, - рассказывал Клетис, подыскивая камень потяжелее, - есть тайный проход в замок. Я имею ввиду, в самом утёсе. Там грот с подземной пристанью. Только вот никто не знает, где именно этот проход.

- На то он и тайный, - Сарелла вскинула бровь. - Почти как в Грифоньем Гнезде.

Клетис улыбнулся ей. После чего взял в руки такой валун, что Сарелла невольно попятилась. Однако сам Клетис, похоже, не особенно и напрягался, неся эту небольшую скалу к лодке. Вскоре он швырнул камень, и тот с треском пробил деревянное днище. Лодка тут же начала заполняться водой, Клетис с силой оттолкнул её ногой от берега. Она отплыла недалеко, после чего, из последних сил цепляясь безвольными вёслами за жизнь, погрузилась в бурлящую вокруг воду.

Не следовало им оставлять следов, как бы ни было жалко лодки и доспехов. На последних оказался высечен грифон Коннингтонов, а одного из бежавших стражников вполне могли искать. Так пояснил Клетис, когда Сарелла поначалу пыталась возмутиться такой непозволительной порче их немногочисленного имущества.

Конечно, место на первый взгляд выглядело не самым располагающим: нерушимые камни обдувал недружелюбный ветер залива, заставляя ёжится. Когда Лео выбирал ей что-то из привезённой с собой одежды, вряд ли задумывался о возможных холодах. Винить его Сарелла всё равно не могла: спасибо за то, что смог позаботиться хоть об этом. Зелёный с золотыми вставками на рукавах дублет, конечно, отдалённо напоминал о гербе Тиреллов. Но лишь от того, скорее, что сама Сарелла знала, кому он принадлежал прежде. Маленькая золотая роза, вышитая изнутри, рядом с горловиной, носила скорее характер талисмана, и не была видна постороннему глазу.

- Следует выйти на равнину. На той её стороне, - в неопределённом направлении махнул Клетис, - находится небольшая деревенька. Возможно, там сможем согреться и нормально поесть, если местные нас не прогонят прочь.

- А ты откуда знаешь, что там? - в Сарелле шевельнулась прежняя подозрительность. Клетис посмотрел на неё, как на дурочку:

- По-твоему, кроме Грифоньего Гнезда я больше ничего не видел?

- Я вообще не знаю, что ты видел, - пробурчала Сарелла, чуть поморщившись. Травмированные рёбра всё ещё давали о себе знать тянущей болью, которую она в полной мере ощутила только сейчас. Разбитое лицо почти не беспокоило: заплывший прежде глаз видел нормально, и синяк уже начал светлеть. Разве что язык иногда невольно скользил по дёснам справа, где образовалась непривычная пустота, однако двух зубов уже никак не вернуть. Клетис, кажется, заметил мелькнувшее на лице Сареллы выражение, и заторопился:

- Идём, идём. Нечего здесь стоять, - он потянул её за руку.

- А вёсла? - Сарелла оглянулась на воду, поглотившую их лодку.

- Что? А, пусть их, - беспечно бросил Клетис.

- Разве это не странно? - растерялась Сарелла, следуя, тем не менее, за Клетисом, который ловко и быстро поднимался по каменистому, пологому склону. Теперь она видела только его спину.

- Нам нужно отыскать для тебя корабль, - бросил Клетис. Сарелле дорога давалась нелегко: в грудной клетке разгорался пожар, пусть подъём был лёгким. - На лодке до Пентоса не доплыть. Что до вёсел... это далеко не первая и не последняя лодка, разбившаяся о беспощадные камни. Вспомни, как вообще называется этот залив, - Клетис, повернув к ней голову, снова улыбнулся.

«Справедливо», - заключила Сарелла и решила продолжить разговор потом, когда они окажутся на более ровной поверхности, и удастся немного перевести дух.

Клетис первым перелез через преграждавший путь камень и протянул Сарелле руку. Она сочла за лучшее презреть гордость и не отказываться от помощи. Ладонь у рыцаря оказалась тёплая и шершавая. Крепкая. Он приподнял Сареллу, словно пушинку, когда она протянула ему и вторую руку. На миг ноги её оторвались от земли, и из горла невольно вырвалось испуганно-удивлённое «Ах!». В мгновение ока почти перелетев через камень, она ощутила привычную твёрдую почву под ногами.

Голова немного кружилась. У неё самой были сильные руки, которые прежде никогда не подводили, но прав Лео - жестокие побои имели свои последствия. Сарелле, охваченной лихорадочным волнением, довелось об этом позабыть. Теперь в груди болело и ныло.

- Ты в порядке? - Клетис озабоченно посмотрел на её лицо.

- Что, побледнела? - иронично ответила Сарелла, отворачиваясь. - По мне не видно. Всё нормально.

- Видно-видно. Кожа сереет. И не такая уж ты чёрная. Твоя мать, значит, родом с Летних островов? - он снова устремился вперёд.

Редкие травинки пробивались через камни, кое-где торчали неприхотливые колючие кусты, обдумываемые ветром. Сарелла и Клетис обходили замок с западной стороны, спускаясь всё ниже, и вскоре бело-серые камни скрылись за скалой, на которой расположился крикливый птичий базар. Узкая, едва заметная тропка извивалась длинной змеёй, теряясь среди зелёной равнины. В ней дорога изгибалась и становилась шире, напоминая бегущую между заросшими невысокой травой берегами жёлто-коричневую реку.

«Если взять ещё больше на закат, - с некоторой тоской подумала невольно Сарелла, мучительно вглядываясь вдаль, и с грустью понимая, что удаляются они всё севернее, - холмы и сухие долины обратятся в багровые скалы Красных гор, за которыми - Дорн».

- Больно много ты знаешь, - откликнулась наконец она, выныривая из мыслей. Как бы ей ни хотелось, в Дорн сейчас вернуться никак нельзя. К тому же на границе полно вооружённых солдат марклордов. Там её точно поймают - и на этот раз ей вряд ли так повезёт.

- Мейстер Лео рассказывал, - с некоторой иронией пояснил Клетис.

- Лео, - тем же тоном продолжила Сарелла. Мейстером она его назвать никак не могла. Слишком непривычно. - Что-то он стал ещё более болтливым. Язык без костей у этого Ленивца.

Клетис неожиданно остановился и так резко повернулся к Сарелле, что она едва не врезалась в его спину носом.

- Осторожнее! - возмущённо выдохнула она, хмурясь.

- Если ты думаешь, что только Лео и лорд Рональд знали, что ты - бастард Оберина Мартелла, то заблуждаешься. Об этом в курсе весь замок. А цвет твоей кожи говорит сам за себя, - Клетис объяснил это с такой серьёзностью, что Сарелле отчего-то стало неловко.

- Да поняла я, - она, обогнув его, пошла вперёд. Тропинка всё равно всего одна, а потеряться посреди равнины не представлялось возможным.- А с тобой-то Лео как познакомился? Откуда ты? Почему ты служишь Тиреллу?

- Слишком много вопросов. Обо мне мы поговорим как-нибудь потом, - даже спиной Сарелла чувствовала, что Клетис улыбается. Неожиданно он с силой ухватил её за плечо, заставив обернуться в сторону залива, который теперь стало возможным окинуть взглядом с другой стороны Мыса Дюррана.

«Такими пальцами можно гвозди сгибать голыми руками», - пришла к незамедлительному выводу Сарелла. Новые синяки её при этом беспокоили в последнюю очередь.

- Эй! Что...

- Гляди-ка, - указал Клетис. Сарелла увидела то, что не было заметно из той безлюдной бухты, куда они причалили: корабли, стоящие в открытой гавани по другую сторону выдающегося в залив мыса. На ветру трепетали знамёна дома Баратеонов и их вассалов. - Вот о чём сейчас следует думать и соблюдать осторожность.

- Куда они? В Дорн? - испугалась Сарелла.

- Или в Королевскую Гавань. Скорее уж туда, - тёмные глаза Клетиса оказались напротив лица Сареллы. Она отпрянула от неожиданности. - Лео же говорил, что его величество созывает знамёна. Не только Дорн ему что твоя заноза в заднице, сейчас неспокойно и в Речных Землях, - он выпустил Сареллу, и та вздохнула с нескрываемым облегчением. - Поэтому нужно осторожнее себя вести при поисках корабля в Пентос. Здесь полно тех, кто с удовольствием уволок бы заложницу в другом направлении.

- Ты же сказал, что доставишь меня в безопасное место, а потом отправишься по своим делам? - Сарелла внимательно следила за спутником краем глаза. Они снова шагали вперёд по тропе, уходя всё дальше, вглубь равнины, пока и корабли, и залив, и каменный утёс не скрылись из виду. Находиться на открытом пространстве было неуютно: их легко заметить на большом расстоянии.

- Так и есть, - подтвердил Клетис, - отправлюсь по своим делам. Только перед этим всё-таки мне следует убедиться, что ты не попала в беду и не связалась с пиратами, разбойниками или контрабандистами.

- Вообще-то я уже не маленькая, сама справлялась раньше как-то, - обозлилась на него Сарелла. Она заметила в траве коровью лепёшку. Видимо, равнину использовали в качестве пастбища. Это значило, что Клетис прав: где-то за ней должно находиться человеческое жильё.

- Ко взрослым мир порой куда более беспощаден, - философски заметил Клетис. Веселья в его голосе больше не слышалось. - Маленькая, большая... - ворчал он. - Какая разница? Я должен сделать так, чтобы ты попала, куда следует, проследить за этим. Не хочешь же ты из пустого упрямства и гордости снова угодить в беду? Так что настоятельно рекомендую пересмотреть свои приоритеты и решить, что сейчас важнее: гордость или безопасность.

Сарелла обижено засопела, скрестив руки на груди. Но возражать не стала, понимая, что Клетис прав, пусть это и до крайности бесило. Прежде она никогда не нуждалась в помощи мужчины: отец научил её со всем справляться самостоятельно. Она даже с сёстрами особенно не дружила. Теперь они мертвы, как и отец.

- Хватит дуться, - посоветовал Клетис и, остановившись, козырьком сложил руку над густыми бровями, высматривая что-то вдалеке. - Кажется, там дым. Значит, люди.

Сарелла прищурилась, пытаясь разглядеть то же, что и он, даже подошла ближе. Действительно - в синеву бездонного неба над деревьями устремлялась тонкая струйка дыма, который наверняка испускала печная труба. Может быть, не деревня, но всё-таки какой-то дом на окраине леса стоял. Но до него ещё следовало дойти: равнина простиралась на несколько миль.

- Говорить буду я, - сразу же предупредил её Клетис, уверенно шагая в намеченном направлении. - Рот открывай только, когда спросят. И хорошенько думай, что говоришь.

- Не учи. И без тебя знаю.

- Я не учу - напоминаю, - Клетис осмотрелся. - Нам следует быть крайне осторожными, потому что твою пропажу точно заметили. И ещё неизвестно, откуда они собираются начать поиски.

От этих его слов Сарелле сделалось не по себе. Конечно, она прекрасно помнила о погоне, которую могли организовать, но мысль эта заставила её вспомнить и о Лео: Сарелла надеялась, что он не пострадал. Что рыжий бастард не посмел причинить ему боль.

«Иначе я вернусь и лично отрежу ему хрен с яйцами, зажарю с дорнийским красным перцем и заставлю сожрать», - пообещала она себе самой.

Они немного сошли с вившейся впереди тропы, которая становилась всё шире, и шагали теперь через невысокую, кое-где пожухлую от солнца траву. Они взяли чуть направо - туда, откуда и поднималась тонкая струйка дыма. Солнце понемногу начинало припекать, и Сарелла чувствовала, как по коже стекают струйки липкого пота. Она отёрла лоб ладонью и тяжело вздохнула. Рёбра привычно ныли, но сейчас как-то особенно противно. Дышать становилось тяжело.

Сарелла остановилась, понимая, что ещё несколько шагов - и она попросту упадёт. Клетис, идущий впереди, обернулся. Несмотря на прежние слова, выглядел он совершенно беззаботно. Сорвал какой-то колосок и пожёвывал, сунув в уголок рта. Время от времени и вовсе принимался насвистывать какую-то песенку - его басовитый, глубокий голос оказался на удивление красивым.

- Тебе больно? - моментально посерьёзнел он, поглядев на Сареллу, которая уже опустилась на траву, удачно выбрав какой-то куст, слегка прикрывавший от палящего солнца. Изжёванная травинка перекочевала в другой уголок рта. - Или просто устала?

- Нужно передохнуть, - Сарелла не хотела показывать собственную слабость. - Хотя бы немного.

Клетис оглянулся. Они прошли не больше двух миль, и впереди лежало ещё, по меньшей мере, пять.

- Ничего не поделаешь, - вздохнул он. - Всё-таки следует беречь твоё здоровье. Иначе до своего архимейстера ты так и не доберёшься.

- Лео и про него тебе рассказывал? - ещё один подозрительный взгляд. Клетис принялся рыться в небольшой заплечной сумке, куда были сложены небольшие припасы еды, взятые из Грифоньего Гнезда. Мошну он спрятал за пазуху. Сарелла не стала спорить или пытаться отобрать - всё равно бесполезно, да и у него больше шансов сберечь ценные вещи.

- Вскользь, - Клетис извлёк из сумки краюху слегка зачерствевшего хлеба и несколько ломтей вяленого мяса, которые тут же протянул Сарелле. Есть не особенно хотелось, но она всё-таки принялась жевать, запивая всё водой из фляги. - Он говорил про Цитадель, - Клетис сел напротив Сареллы, скрестив ноги. - А я, хоть и не учился там, умею складывать два и два, - он постучал двумя пальцами по виску. - Не все рыцари - тупицы.

- Я этого и не говорила, - попыталась оправдаться Сарелла, прожевав. - Я только удивлялась тому, как много Лео мог рассказать. Он тебе, значит, доверял?

- Никаких особенных секретов, - Клетис чуть откинулся назад, упираясь руками в землю за спиной. Он вскинул голову вверх и прикрыл глаза, явно наслаждаясь солнечным светом, лившимся на лицо. - Только то, что, наверное, каждому известно. Упоминал, что прежде, чем прибыть сюда, жил рядом с архимейстером тайных наук, Марвином.

- Ясно, - кивнула Сарелла. - А ещё он что говорил?

- В сущности... ничего особенного, - Клетис вновь посмотрел на неё, чуть жмурясь от солнца. - Но я и не выспрашивал.

Сунув в рот ещё один кусок мяса, Сарелла задумалась. Клетис неторопливо водил головой по сторонам: оглядывался. Однако равнина оставалась пустынна, и травы её тревожил только ветер. Ещё восточнее находился Королевский Тракт, который, видимо, им придётся пересечь поперёк, надеясь, что никто посторонний не заметит двух путников. Одно счастье: купеческих караванов, несмотря на близость Королевских земель, здесь ездило не так много.

- Ты так и не рассказал, откуда сам и как вы познакомились с Лео, - вспомнила Сарелла. Попив ещё немного, она убрала флягу: следовало поберечь воду.

- Разве это так важно? - пожал плечами Клетис, улыбаясь.

- Мне просто интересно, - пояснила Сарелла. - Да и потом... Кажется, ты знаешь обо мне почти всё, когда я о тебе - ничего. От этого делается неуютно, - честно призналась она.

- Ты мне не доверяешь?

- Я так не говорила... - Сарелла глядела на то, как Клетис извлекает из голенища сапога тот самый кинжал. Мизерикорд. У неё самой оружия никакого не было. Не успев толком испугаться, она заметила, что Клетис протянул кинжал ей рукоятью вперёд. В тёмных глазах плескалась неприкрытая насмешка:

- Ты подумала, что я тебя сейчас прирежу? Зачем?

- Сложно судить о твоих намерениях, - пробурчала Сарелла, всё же беря с широкой ладони предложенное оружие. Не бог весть какое, но всё лучше, чем ничего. Прочее у неё отобрали, когда взяли в плен. Лук было особенно жалко, но теперь уж ничего не поделать. Сарелла внимательно осмотрела кинжал. Узкое трёхгранное лезвие оказалось неплохо заточенным.

- Ничего другого пока нет, - посетовал Клетис, - но так ты, возможно, будешь чувствовать себя увереннее и перестанешь содрогаться каждый раз, как я оказываюсь чуть ближе или говорю что-то.

После этих слов Сарелле стало немного стыдно за собственную паранойю, и она попыталась оправдаться:

- После всего, что случилось в пути, я мало кому доверяю. Тем более, тебя я не знаю вовсе. Из какого ты дома?

- Его больше не существует, - Клетис помрачнел, и Сарелла поняла, что эта тема ему неприятна. - Не бери в голову, - тут же криво улыбнулся он, - это дело прошлое. Просто мне пока не хотелось бы затрагивать этот момент. Но это не помешает мне исполнить задуманное. Я найду для тебя подходящий корабль, Аллерас.

Произнося это имя, Клетис улыбнулся уже широко. Сарелла же отчего-то впервые испытала к нему странную симпатию. Всё-таки присутствовало в этом человеке нечто располагающее. Наверняка его дом оказался одним из тех, что уничтожила война - возможно даже войска Ланнистеров и прочих предателей, пришедших когда-то грабить Простор по приказу Серсеи, - и теперь Клетис служит тем Тиреллам, которые выжили.

Так для себя решила Сарелла, не слишком беспокоясь, насколько точны её предположения и догадки. Почти наверняка Клетис оказался одним из тех, кого изувечила чужая война. К сожалению, одним из тысяч других.

- Что с твоим лицом? Что тебя так расстроило? - вопрос Клетиса вырвал Сареллу из мыслей. Она неловко, извинительно улыбнулась.

- Ничего, - покачав головой, Сарелла поднялась. Она немного передохнула, и поняла, что сможет пройти ещё немного. - Задумалась. Пойдём?

Вместо ответа, Клетис поднялся с земли и, закинув слегка полегчавшую сумку на плечо, направился вперёд, к горизонту. Раскинув руки в стороны, Сарелла ненадолго зажмурилась, ощущая как ветер касается лица, тревожит волосы, как солнце нагревает и без того тёмную кожу. На губах блуждала улыбка, и споткнуться Сарелла не боялась - почва под ногами была ровная.

Открыв глаза и опустив руки, она сорвала несколько травинок, чувствуя, как стекает по ладоням сок. Поднесла их к лицу и глубоко вдохнула приятный запах. Только сейчас в полной мере до Сареллы начало доходить, что она всё-таки на свободе. Что она жива. И что, возможно, действительно сумеет добраться до намеченной цели.

Всё это кажется туманным, почти иллюзорным, пока сидишь взаперти, но на просторной равнине, обдуваемой ветром и залитой солнцем, путь разом приобрёл яркие и чёткие очертания, словно нарисованная уверенной рукой карта.

*****************

Очертания замшелых домишек появились, когда солнце перевалило через линию зенита, а тени, исчезнувшие в полдень, принялись незаметно, мало-помалу удлиняться. До вечера было ещё далеко, и уж тем более до ночи, но Сарелла всё равно радовалась тому, что человеческое жильё оказалось так близко.

Клетис, насколько она знала, не спал всю прошлую ночь. Иначе как бы они добрались до Мыса Дюррана? Но признаков усталости не выказывал, даже не зевал. Напротив, выглядел отвратительно бодрым, тогда как Сарелла снова ощущала усталость. Возможно, он просто не хочет демонстрировать собственной слабости? Как многие мужчины. Наверняка свалится на кровать кулем, как только появится возможность.

«Главное, чтобы храпел не слишком громко».

Низкие, чуть покосившиеся хибары с плоскими крышами больше напоминали огромные сараи. Они стояли на самом краю равнины; прямо за ними виднелась широкая дорога, по левую сторону от которой находился лес. В Штормовых Землях не было ни одного крупного поселения, если не считать городков, раскинувшихся у подножий замков, за исключением самого Штормового Предела - земли за пределами его мощных стен оставались пустынны. Потому ближайшее относительно цивилизованное место можно было отыскать разве что рядом с Бронзовыми Воротами, обители Баклеров, или у Серой Виселицы, замка Трантов. Но до них на своих двоих добираться слишком далеко.

В этих краях люди учились выживать, как умели. Наверняка в этих скудных домишках жили охотники и пастухи, если судить по следам копыт, близости леса и нескольким волчьим шкурам, что сушились в одном из дворов за слегка покосившимся влево невысоким деревянным забором.

Сарелла повела носом и тут же поморщилась: пахло падалью. Пока ещё едва заметный сладковатый запах расползался, ощупывая пространство. Ни одна псина не залаяла, ни одна корова не замычала. Недобрая тишина.

- Ты чувствуешь? - Сарелла невольно перешла на полушёпот, глядя на Клетиса во все глаза. Он кивнул. - Что-то сдохло, - констатировала она. Клетис снова кивнул и добавил задумчиво:

- Скотина, наверное, какая-то... - прозвучало это так, что становилось ясно: он сам не верит в эти слова. - И псы не брешут. Слишком тихо для жилого места. Хотя дым мы видели.

Настала очередь Сареллы кивать.

- Не нравится мне здесь... Давай лучше обойдём, пока нас не заметили. Ну его.

Однако Клетис отрицательно покачал головой и решительно заявил:

- Нет уж. Раз пришли - осмотримся, - Сарелла видела, что в голове его явно складывается некий план. Оставалось вопросом, что он задумал, и это беспокоило не меньше, чем кажущееся теперь совсем неприветливым поселение. Возможно, не просто так он стремился сюда попасть. - К тому же идти пешком до ближайшей деревни мы будем долго. Может быть, тут сыщется хоть одна вшивая кляча. Живая, - чуть подумав, фыркнул Клетис.

Они осторожно, почти крадучись шли по крохотной деревушке вниз по единственной улице, и запах мертвечины никуда не девался. Лишь ветер тревожил траву, растущую вплотную к заборам. Видимо, местные жители редко брались за косу. Вскоре до слуха донёсся треск дерева и свист топора. Кажущиеся одинокими и неправильными в этом месте. Последовав на звук, Клетис и Сарелла вскоре вышли к заросшему сорняком двору, в котором обнаружили невысокого, но крепкого мужичка. Тот с упоением рубил дрова, как ни в чём не бывало. Именно из кирпичной трубы его дома и поднимался печной дым. Сил у него, по всей видимости, доставало, хотя явно минуло по меньшей мере шестьдесят лет прежде, чем двое путников оказались у его дряхлой лачуги.

Старик не сразу заметил приближение чужаков. Клетис окликнул его:

- Эй, добрый человек! Хорошего дня тебе!

Одно из поленьев разлетелось пополам, и старик оглянулся, чуть подслеповато щурясь. Некоторое время он разглядывал странную парочку, явившуюся неизвестно откуда: высокого мужчину в простой крестьянской одежде и хорошо одетого худого юношу. Сжав в руке топор, старик направился к ним.

Клетис предупреждающе положил руку на рукоять большого меча, и одарил незнакомца сияющей улыбкой:

- Мы не хотим вам вреда, - заверил он.

- Это только твои слова, - ворчливо проскрипел старик, не выпуская топора, но держась от путников на приличном расстоянии. Сарелле сразу показалось, что, несмотря на выражение лица, движется и говорит мужчина как-то не слишком выразительно. Как будто актёр, повторяющий заученный текст. От этой внезапной мысли ей сделалось страшно. Клетис, как будто ощутив чужое волнение, водрузил вторую руку на её плечо. От этого по телу прокатилось странное успокаивающее тепло. - Откуда вы взялись тут?

- Из равнины, - Клетис указал за спину. Старик подозрительно прищурился. Густые седые брови сошлись у переносицы.

- Ну-ну. Равнина-то большая. Вы явились со стороны моря? Что вам надо? - в тоне не прибавилось дружелюбия. - У нас здесь ничего нет, так что убирайтесь. Чужаков мы не жалуем.

- Мы не разбойники, - осторожно заверила Сарелла. Старик злобно зыркнул в её сторону и презрительно фыркнул.

- Да мне плевать. Идите своей дорогой. Вон, - он небрежно указал в сторону тракта, - туда. Глядишь, не заблудитесь.

- Я заплачу, - предложил Клетис, - у меня есть деньги. Если довезёшь до ближайшей гавани, - он кивнул в сторону небольшой телеги, что лежала на боку возле постройки, служившей стойлом. Об этом однозначно свидетельствовало тихое ржание, которое раздавалось из-за запертых на тяжёлый деревянный брус дверей. И, конечно, запах лошадиного навоза. Давненько здесь никто не работал лопатой, поняла Сарелла.

- До гавани? - подивился старик, на миг растеряв боевой настрой. - А вы тогда откуда?

- Слушай, дед, - примирительно начал Клетис, - мы действительно немного устали, пересекая равнину. Нам бы хоть присесть да немного отдохнуть. Неужто боишься?

- Мальчишки твоего - не боюсь, - честно ответил старик, - а от тебя за версту несёт чем-то странным.

- Я всю ночь провёл в дороге, - с наигранным сожалением ответствовал Клетис. - Да и у вас тут не розами округа благоухает. Так что, прогонишь прочь или хочешь разглядеть нас поближе, а? Не зря же мы зашли на огонёк?

Последние два вопроса прозвучали совсем уж странно.

Сарелле неизменно казалось, что эти двое ведут какую-то непонятную ей игру. Словно большая часть диалога оставалась где-то за кадром. Ей это крепко не нравилось, но по-прежнему удерживающая её рука Клетиса не давала сдвинуться с места. Хуже того было иное: обоих - и старика, и Клетиса - молчаливая игра, похоже, до определённой степени забавляла.

В глазах престарелого мужчины плавала странная темнота. Неизмеримая и бездонная, от которой невозможно спрятаться. От которой хотелось бежать без оглядки. Но в следующий миг дед отвернулся, поглядев куда-то за спину Клетиса, и странно осклабился:

- Я не про пот, здоровяк. Сам, поди, знаешь. Тебя я точно не ждал.

Посмотрев ещё некоторое время в глаза Клетису, он вздохнул и, опустив топор, порывисто взмахнул рукой.

«Кукла. Дым от его дома привлёк нас нарочно», - страшная догадка пронзила разум, как нож прорезает лист бумаги. Будь Сарелла одна, она давно бы бежала, однако Клетис продолжал удерживать её. Для чего? Почему? Не собирается же он...

- А, ладно. Заходите. Но на ночь даже не проситесь, - говорил тем временем старик, оглядываясь по сторонам. Клетис подтолкнул Сареллу в приоткрытую калитку и, склонившись к её уху, тихо прошептал, когда старик отошёл от них:

- Веди себя смирно. Иначе не получится оторваться хотя бы на время, везде достанет. Поняла? Кивни, если да, - и Сарелла кивнула. - Положись на меня, - добавил он ещё тише. - На ночь мы оставаться и не планировали, добрый человек! - нарочито громко проговорил Клетис. - Сколько возьмёшь за путь до ближайшей рыбацкой деревни?

- Положим, несколько золотых бы мне пригодились, - снова повернувшись к ним, задумчиво произнёс старик. Во дворе запах мертвечины стал почти невыносимым, и в его наличии сомневаться уже не приходилось. Сарелла с трудом удерживалась, чтобы не зажать рот и нос, однако дед, казалось, вовсе не замечал ужасного смрада. Клетис - и тот не подавал виду, сохраняя полную невозмутимость.

- Несколько золотых? - подивился Клетис. - Разве путь настолько далёкий?

- Чуть больше тридцати миль, - недобро хмыкнул старик. - Можете идти самостоятельно, кто ж вас останавливает. Только меньше трёх драконов всучить даже не пытайтесь. Это не за расстояние, это за риск. Откуда я знаю, кого везу?

- Уговорил, - не стал спорить Клетис. - В тридцати милях - это деревенька рыбацкая али гавань? - уточнил он.

- И деревня, и гавань небольшая, - старик остановился возле поленницы и со всего размаху вогнал топор в колоду. - Если вы не врёте, откуда припёрлись, то поди другую гавань уже видели.

- Ты догадливый, - с уважением произнёс Клетис.

- Иначе бы не прожил столько. Ну что, раз вы у меня гости, я вас угощу, так и быть. Считайте, на сдачу. Всё равно вон печь растопил да приготовил похлёбку из кролика. Почитай, к приходу гостей, - он указал на дверь дома, распахнутую настежь. Туда, откуда шёл удушающий сладковатый смрад. Есть Сарелле вовсе не хотелось, однако она натянуто и вежливо улыбнулась, стараясь не произносить ни слова. Клетис тоже одобрительно кивнул:

- Это дело хорошее. Да чего же на сдачу? Я тебе ещё добавлю, - прозвучало это неоднозначно. Вопреки всему, Сареллу тоже начало забавлять происходящее. Это было странно, неправильно, непонятно, но в горле у неё застрял смешок, подавить который удалось с превеликим трудом. Она сделала вид, что закашлялась в кулак.

- Вон, мальчишка-то твой совсем расклеился. Горячая похлёбка будет кстати, - старик, ворча что-то под нос, вошёл в дом, даже не прикрыв за собой дверь, и исчез в непроглядном мраке, который царил за прогнившим деревянным порогом. Сарелла вскинула полные слёз глаза - во всём виноват был смех, который действительно перерос в кашель.

- Молчи, не задавай вопросов, - одними губами и серьёзно велел Клетис. Несмотря на шутливый тон, которым он беседовал со стариком, он был предельно собран, словно готовясь к броску. И тем напоминал притаившегося в кустах хищника, решившего проучить незадачливого охотника.

Старик появился на пороге, неся обмотанный полотенцем и покрытый сажей казан, от которого поднимался белый парок.

- Как и обещал, похлёбка из кролика, густая и наваристая, - расхваливал своё блюдо старик, поставив то на грубо сколоченный деревянный стол, стоящий во дворе рядом с поленницей. Сарелла невольно покосилась на опасно сверкающий топор. Только сейчас она разглядела несколько капель засохшей крови на нём, и её передёрнуло от отвращения. - Мальчонка-то поди голодный, - совсем уж сменил гнев на милость дед. - Твой сорванец?

- Ну что ты, разве я выгляжу так старо? - притворно возмутился Клетис, внимательно следя за тем, как дед разливает варево по тарелкам, ставя перед ними. - То моей сестры сынишка. Везу домой, значит.

- И куда ж это? - как бы между делом спросил старик, деловито вытирая руки.

- Да в Сумеречный Дол, - чуть помедлив, ответил Клетис. Он внимательно и хмуро поглядел в тарелку. И ему явно не понравилось содержимое. Сарелла тоже опустила взгляд: в густом бульоне плавали кусочки мяса, моркови и картофеля. Ничего странного на первый взгляд, но если её подозрения верны, туда могли действительно что-то подсыпать. Поэтому браться за ложку она не торопилась. Старик поцокал языком:

- Это ж как вас угораздило в наших краях оказаться?

- Вот судьба такая, - со странной улыбкой ответил Клетис, лениво болтая ложкой в тарелке и переливая похлёбку туда-сюда.

- Не по вкусу тебе угощение, гость? - с прищуром спросил старик.

- А чего не по вкусу. Покойничек-то свежий, небось? - всё тем же ровным, чуть скучающим тоном спросил Клетис. - Жена этого несчастного старца? Али из соседей кто?

Сарелла невольно уставилась на тарелку, после подняла взгляд на старика. Того вопрос, похоже, не смутил.

- Меня другое волнует, - голос деда заметно переменился. Он стал не моложе, но из него всё равно исчезла старческая надломленность. - С каких пор дорнийцы родом из Сумеречного Дола?

Сарелла потянулась было к кинжалу, но Клетис остановил её взглядом. Даже не сменив позы, он расслабленно спросил:

- С чего ты взял, козёл вонючий, что я тебе такие подробности расскажу? Или давно перья тебе не ощипывали, тварь любопытная? Мало тебе людей губить, паскуда, так ещё и отравой нас потчуешь?! - к концу голос его зазвенел от гнева.

Движения старика оказались слишком стремительными: Сарелла опомниться не успела, как проклятый дед отпрыгнул к колоде, одним махом преодолевая не меньше десяти футов. Топор сверкнул в его руке. Издав какой-то звук, напоминающий одновременно карканье и какой-то уродливый язык, он запустил этот злосчастный топор прямо в Клетиса. Однако и наполненный похлёбкой раскалённый казан уже летел в сторону старика, расплёскивая содержимое. На волосы Сареллы плюхнулось несколько кусков картошки, Клетис небрежно вытер щеку, на которую плеснуло горячим бульоном.

Топор звякнул о посудину, рухнув на траву, большая же часть содержимого казана вылилась на старика, обдав макушку, лицо, клочковатую бороду и грудь. Тот, словно не заметив того, вцепился в серп, валявшийся в зарослях пожухлого сорняка под его ногами, и рванулся вперёд. Сарелла от неожиданности рухнула с пенька, на котором только что сидела, и в дерево тут же вошло напоминающее коготь хищной птицы остриё.

Сарелла отползла от старика, пятясь, упираясь руками в землю и отирая задницей траву. Страшно подумать: прошло всего несколько мгновений с тех пор, как Клетис запустил в старика казаном, но время в такие моменты всегда искривлялось. Сарелла и не думала, она даже не боялась. Серп просвистел рядом, и она едва успела пригнуть голову - грозное оружие срезало прядь волос. Тогда-то в руках Сареллы оказался мизерикорд, который она вогнала в ногу старика с диким криком, выдернула - вогнала снова.

Безумный старик пихнул ступнёй Сареллу в грудь, серп просвистел совсем близко. Кинжал чуть отлетел в сторону и упал в траву.

- Иди-ка сюда, маленькая гадюка! - из старого горла вырывались верещащие звуки. - Я вырву твои ядовитые зубы один за...

Договорить дед не успел: на полуслове в спину его вонзился меч Клетиса. Алые брызги разлетелись в стороны, падая на лицо и одежду Сареллы - она едва успела зажмуриться. Красное остриё, напоминающее стальной язык, показалось из груди. Тёмная кровь запузырилась в уголках рта старика.

- Не самый рыцарский удар, - с некоторым сожалением вздохнул Клетис. - Но ты мне выбора особого не оставляешь.

- Никакой ты не рыцарь, - старик рванулся вперёд, соскальзывая с острия. Видимо, смертельная рана его не слишком беспокоила. Сарелла, не вставая, отползла назад, подрагивающей рукой нащупывая в траве кинжал. - И не был им никогда. Что ты вообще о них знаешь?

- Уж всяко побольше, чем ты, глазастый, - следующий удар Клетиса отсёк старику половину головы, которая плюхнулась на пожелтевшую от солнца траву. Сталь разрезала плоть, как кусок сливочного масла, не встретив никаких препятствий. Сделав ещё несколько шагов, тело содрогнулось, пошатываясь. Наконец, ослабевшие колени подогнулись, и покойник рухнул вперёд, очередной раз окатив Сареллу кровавыми брызгами. По лезвию меча стекали жирные, тёмные капли. Почти чёрные. - Пойдём, ему этот удар, что щекотка, даже не заметит. Развлекается, потому что теперь знает - я всё равно его смрад учую на мили окрест, - Клетис рывком убрал перепачканный меч в ножны и направился к стойлу, где бесновалась, почуяв запах крови и услышав крики, старая кобыла.

Она поднялась на дыбы, стоило отпереть стойло. Размахивала копытами и вопила почти по-человечески. Клетис вскинул руки, вскрикивая:

- Будет, будет! Тихо ты, старая кляча! - он ухватил всё ещё брыкающуюся лошадь под уздцы, не позволяя ей снова вырваться. Кобыла бешено вращала глазами и качала головой, фыркала, вырываясь, однако поглаживания Клетиса по напряжённой шее явно действовали на неё умиротворяюще. Пользуясь моментом, Сарелла принялась торопливо запрягать её. Она не на шутку опасалась, что сюда может прийти ещё кто-нибудь вроде этого старика. И понимала, что, вероятно, человек этот не повинен, и они с Клетисом столкнулась с тем, о чём она сама читала в письме Марвина; но одно дело - знать, и совершенно иное - увидеть.

О том, откуда об этом знает Клетис, и почему эти двое говорили, словно давно знакомы, Сарелла пока предпочитала не думать вовсе.

Старая кобыла, успокоившаяся было, встала на дыбы, когда они выехали во двор, кое-как умостившись в одном седле вдвоём. Сарелла замерла от представшей перед ней невозможной, немыслимой картины: мёртвый старик с наполовину отрезанной головой, неторопливо поднимался с пропитанной кровью земли. Движения его были ломанными и неестественными. Когда он встал на ноги, голова его слегка наклонилась вперёд, демонстрируя обрубки черепной кости, торчащие из кровоточащего мяса.

- Что... что это... - повторяла Сарелла онемевшими губами, внимая происходящему цепенеющим от ужаса разумом. Она лишь сильнее вцепилась в Клетиса, сидевшего позади.

- Ты думаешь, - заклокотал покойник, - я тебя не вижу. Но я слышу и чувствую. С тех пор, как ты вломилась к карлику, - стоящее перед ними существо издавало булькающие звуки. Фонтанчики крови вырывались из ошмётков головы и изо рта.

И всё же он стоял. Он говорил. Он пугал.

Лошадь попятилась, едва не вереща и вращая глазами, и только вцепившаяся в поводья стальная рука Клетиса удерживала обезумевшее от страха животное.

- Как... - Сарелла ошарашено уставилась на покойника.

- Не говори с ним! - рявкнул Клетис. - Убирайся прочь, тебе здесь больше нечего делать! - приказал он старику.

Сарелле показалось, что мир вокруг задрожал, изменяя своё наполнение и форму, выгибаясь подобно линзе. В прежде ясном небе сверкнула сухая молния, и на миг в вышине вспыхнули далёкие злые звёзды, не принадлежащие этому миру. Она ощутила это неким внутренним чутьём, лишь краем сознания скользнув по неведомым созвездиям.

Чуждый и странный мир, в котором не действовали известные всем законы. Сарелла увидела и другое, напугавшее её ещё больше: существ, заполняющих пространство уже её, знакомого мира, проплывающих рядом, разевающих безобразные рты, бесформенными массами перекатывающихся между предметами. Она едва не вскрикнула, когда одно из них мазнуло по руке - но из горла вырвалось только сипение.

Трещины в ткани мироздания разошлись, и из них, как дёготь, сочилась пульсирующая многоголосая тьма. Измерение, доступное лишь безумцам и мертвецам.

- Не смотри! - велел Клетис. - Закрой глаза. Некоторые вещи... если на них не смотришь, не увидят тебя. Не смотри.

Сарелла послушалась, изо всех сил зажмуриваясь, но в последний миг всё-таки увидела огромный отросток, вырвавшийся из-под пропитанной кровью земли, на который оказался нанизан мёртвый старик. Оно говорило его устами.

Клетис прокричал что-то на неведомом языке, рядом со щекой Сареллы засвистел рассекаемый воздух, а после послышался хлёсткий удар плети. Яростное шипение бесформенного существа превратилось в вой. Ещё один резкий удар породил новую волну запредельного рёва, от которого готовы были закровоточить уши. Наконец Клетис пришпорил потерявшую разум лошадь, которая немедленно сорвалась с места и понеслась во весь опор.

Никогда Сарелла не подумала бы, что старая кляча способна набрать такую небывалую скорость. Однако то было последнее, чему можно подивиться.

- Не открывай глаза! - голос Клетиса стал гулким и низким, словно на его голове снова оказался шлем. Сарелла и не хотела смотреть, изо всей силы вцепившись в его одежду и пряча лицо на его груди. Она чувствовала себя маленькой девочкой, которую спасает от невидимых - и, конечно, не существующих, боги, пожалуйста, ведь несуществующих! - монстров отец. Иногда ей чудилось, что за спиной Клетиса хлопает на ветру длинный плащ, которого не существовало.

Кобыла несла их так, как не мог нести даже самый быстрый и молодой жеребец. Казалось порой, что они взмывают над землёй. Топот копыт - и тот доносился через раз. Лошадь задыхалась, но неслась, не в силах остановиться, не в силах преодолеть гнавший её вперёд импульс чужой воли, напоминающий стальной кулак. Ветер теребил волосы, озлобленно свистел в ушах. Однако - ветер. Не чудовище.

Храпящая старая кляча вдруг резко остановилась, пошатываясь. Сареллу слегка швырнуло вперёд, но Клетис её удержал.

«Сейчас упадёт!» - догадалась Сарелла, и, открыв наконец глаза, поняла, что права: взмыленная лошадь дрожала всем телом, из развёрстой пасти капала кровь.

- Спрыгивай! - Клетис спешился первым, а после протянул руки Сарелле. У той всё ещё подрагивали колени. Быстрая - слишком быстрая - скачка не выбила из её сердца всеобъемлющего ужаса. Оказавшись на земле, Сарелла попятилась. У кобылы тут же подогнулись ноги и, жалобно крича, как человек, она повалилась на бок.

Клетис, не желая продлевать агонию животного, перерезал ей горло. Содрогнувшись в предсмертной судороге пару раз, лошадь замерла. Сарелла глядела прямо перед собой, не понимая, реалистичный ли это сон или отвратительная действительность. По телу её прокатились мурашки, когда на плечо легла тяжёлая рука. Сарелла тут же дёрнулась, высвобождаясь из хватки, и сделала несколько шагов назад.

Сломанные рёбра её сейчас совсем не беспокоили. Боль - ерунда. Это, по крайней мере, известное и знакомое ощущение.

- Что это было... - тихо проговорила она. - Кто ты такой? Ты... колдун? Колдун из Асшая или Края Теней?..

Догадка эта явилась к ней вместе со сказанными словами. Наверное, от того, что Сарелла не знала других мест, где практиковали бы столь жуткие вещи. Кто ещё был способен вырваться из лап того чудовища?

- И Тирион... боги, оно говорило о Тирионе Ланнистере! - мысли, как стая перепуганных птиц, метались в голове. - Всё это время оно знало!

Клетис не пытался перебивать - только слушал с серьёзным выражением лица. Когда Сарелла замолчала, он сделал глубокий вдох.

- Нет, я не колдун из Асшая, - ответил он. - И я не могу убить это чудовище. Никто не сможет. Могу лишь уйти без особых потерь, потому что давно знаю его приёмы и хорошо чую его присутствие. И, конечно, оно говорило о Тирионе. Разве ты не поняла, кто это был?

- Бран... Бран Старк, - не веря собственным словам, выдавила Сарелла. Разумеется, она помнила о письме Марвина, помнила о рассказанном им... Но никогда не могла представить, насколько невообразима, ужасающа по своей природе и невозможна правда. Она бы отдала всё, чтобы больше не видеть подобного никогда.

- Если ты намерена пройти этот путь до конца, - по-прежнему спокойно, пусть и несколько мрачно, продолжил Клетис, - то должна понимать: это не самое страшное, что тебе предстоит узреть.

Сарелла молчала, сцепив зубы и угрюмо глядя на собеседника. Разум её понемногу успокаивался, обретал твёрдую почву под ногами, и она всё чётче понимала: Клетис не тот, кем представлялся вначале. Поэтому так ловко уходил от разговоров на эту тему. Во вранье уличить его тоже сложно, поскольку он всегда использовал слишком обтекаемые формулировки.

Указав на труп несчастного животного рукой, Сарелла спросила:

- Что ты сделал с ней?

- Пришлось пойти на некоторые жертвы, - безо всякого сожаления сказал Клетис. Он вытащил меч из ножен, вырвал клочок травы и принялся осторожно чистить лезвие. - Она всё равно была обречена. Тебя и правда волнует старая кляча?

- Меня волнует всё, что случилось! - на смену страху явился гнев. Сарелла даже не сразу сообразила, что они не только пересекли Королевский Тракт, но и промчались мимо дождливого леса. Сколько времени на это потребовалось? Нет, лучше не думать о таком вовсе. Пока что. - Рассказывай! Говори всё, иначе я не двинусь с места!

- Дело твоё, - Клетис пожал плечами и продолжил чистить меч. Поднял на Сареллу критический взгляд и добавил: - Но если ты всё же желаешь выйти к людям, перепачкай кровь травяным соком. Деревня, которая нам нужна, совсем рядом. Не следует сразу пугать людей.

- Значит, ты мне ничего не расскажешь? - она с такой яростью рванула траву, что вместе с ней вытащила несколько комьев земли. Отряхнула и принялась тереть безнадёжно испачканный дублет.

- Вот что я тебе скажу: если бы я желал тебе зла, оставил бы на съедение этой твари.

Сарелла едва не закричала от злости. Некоторое время они молча занимались каждый своим делом. Сама Сарелла зло, сосредоточено сопела, едва не скрипя зубами. Клетис, словно не замечая её ярости, сунул меч обратно в ножны и по-прежнему молча направился в сторону, откуда доносился отчётливый запах моря. Только сейчас Сарелла почуяла его.

Продолжая вытираться на бегу, она ринулась следом - не стоять же столбом возле мёртвой лошади. Хотя и вид деревни теперь пугал её: а ну как там тоже окажутся эти твари? Только в большем количестве. Она покосилась на Клетиса, который молча шагал в том направлении со знакомым безмятежным видом. Она же мысленно откручивала его огромную голову и швыряла её в сторону леса.

- Значит, ничего мне не расскажешь? - с негодованием повторила Сарелла, прерывая молчание. Голос её звенел.

- Почему же? Расскажу, - вдруг согласился Клетис. - Только не всё. У нас не так много времени.

- Кто ты такой? Что ты сделал? - снова попыталась Сарелла. Клетис на мгновение прикрыл глаза, не останавливаясь, и ответил непонятно:

- То, что ты видела, уже уничтожало не один мир. Вообще-то... я пришёл бессчётное количество лет назад, когда в Зелёной Пустоши, которую теперь называют Вестеросом, ещё не проснулись Дети Леса и великаны, когда даже Империя Старого Гиса не была зачата во чреве Эссоса... когда всё выглядело иначе. Мы строили город под городом, мир под миром... - он бросил взгляд на землю. - Там теперь покоятся наши кости.

- Ты что... вроде бога? - Сареллу пронзила странная догадка. - Нет-нет, подожди, не смейся! - она глянула на него, действительно готового расхохотаться от столь нелепого предположения ей прямо в лицо. - Но ведь те, кто строил лабиринты, кто создавал те камни... давно умерли.

Клетис остановился и посмотрел на неё чуть насмешливо:

- Поверь, это не всегда помеха. Хотя многие действительно умерли и оказались сожраны. Сохранить свою суть удалось тем, чьи останки упокоили в Долине Спящих Королей, что лежит среди затопленных магмой огненных земель Валирии, и тем, чьи кости спрятали под основанием Драконьего Камня. Словом... скоро ты всё поймёшь, - он снова двинулся дальше, несмотря на то, что у Сареллы появилось ещё больше вопросов: слова его мало что прояснили.

- Но что произошло там, в той деревне? - наконец решилась спросить Сарелла о настоящем. - На самом деле?

- Убийство, - усмехнулся Клетис, глядя куда-то в сторону появившегося из-за очередного невысокого холма моря. - Ты же чувствовала тот запах. Я думаю, там побывали не просто чужаки. Туда явились те, кто знает, как открывать тайные тропы, - он снова заговорил о непонятных Сарелле вещах. - Весь мир пронизан ими. И чем больше их открывается, тем, как ни парадоксально, больше силы обретают существа, которых ты видела там. Ибо они давно научились пользоваться ими. Кто-то явился в поселение и перебил всех. Место это теперь проклято.

- И стариком действительно управлял...

- Да. Кто же ещё? Убили их недавно, и глазастый воспользовался этим, чтобы отыскать и заманить тебя. Он ведь чувствовал, что ты где-то рядом, - покачал головой Клетис. - Он хотел накормить нас человеческим мясом, - безжалостно добавил он. - Ты же слышала, что я тогда ему сказал. Я говорил это не для красного словца, как можно подумать.

От таких откровений к горлу Сареллы подкатил ком. Она судорожно сглотнула.

- Я увидел ноготь в своей тарелке, - продолжал Клетис, и Сарелла не выдержала:

- О боги... кем бы ты ни был - хватит! - взмолилась она. - Это отвратительно.

- Как и всё, что происходит в этом мире, - знакомым уже философским тоном подхватил Клетис. Они остановились у окраины деревеньки. - А теперь - помолчи, пожалуйста. Не стоит нам здесь обсуждать подобного рода вещи. Мы и так выглядим не самым подобающим образом.

Сарелла была согласна, пусть вид маленькой рыбацкой деревни теперь внушал ей бессознательный страх. Одно хорошо: люди здесь явно были живы. У крохотной гавани ютились дома, что наползали один на другой, поддерживая хлипкие стены соседей. Больше они походили на пропахшие рыбой сараи. В одном из дворов заходилась бешеным лаем собака. Рядом хлопали на ветру застиранные, невнятного цвета вещи. Где-то за запертыми дверями послышался плач ребёнка.

Благословенные звуки жизни, в которые вплетался неразборчивый шёпот залива. На короткое мгновение Сарелле подумалось, что всё случившееся недавно - лишь сон, смутное видение, явившееся во время отдыха где-то на равнине. Ах, если бы...

Грязные улицы заполнял запах рыбы, и Клетис решительно шагал в сторону воды, где тулились к берегу рыбацкие лодки и судёнышки. Вскоре одно из них за непомерно большую, по мнению Сареллы, плату везло путников в сторону Серой Виселицы. Однако Клетис не стал торговаться - молча отдал подозрительно глядящему на них рыбаку золотого дракона и залез в лодку. Сказал, что на них напала какая-то шайка отморозков, от которой удалось насилу отбиться и добежать до деревни. Завидев золото, рыбак не стал задавать лишних вопросов и спорить.

В пути Сарелла мучительно перебирала в голове хаотичные мысли, глядя на проплывающие по левую руку каменистые берега. На душе было муторно, противно и как-то неизбывно пусто. Она в полной мере ощущала себя беспомощной, ибо что мог человек противопоставить таким силам? Дело заключалось даже не в Клетисе - его истинной сути Сарелла старалась не касаться даже мысленно, словно боясь обжечься, - а в том, какие ещё жуткие тайны таит в себе лежащий перед нею путь.

Есть ли правда в том, что сказал Клетис? Не обманул ли он её, желая теми словами внушить перед собой трепет? Может статься, он действительно лишь смертный колдун... Однако все эти вопросы по большей части упирались в единственный, который представлялся важнейшим: зачем ему это всё? Кем бы он ни был - зачем? Какую выгоду он извлечёт, если поможет ей?

**************

Сарелла с опаской косилась в сторону замка, когда крохотное судно, на дне которого лежали рыболовные сети, причалило к берегу бухты. Даже скорее бухточки, загромождённой кораблями.

- Идёт гроза, - пояснил рыбак, который и подвозил их, - вот все и стремятся залезть поглубже.

- Ты успеешь вернуться? - Клетиса вряд ли интересовала судьба этого человека, вопрос он задал из вежливости.

- Даже пытаться не буду, - признался рыбак, неожиданно улыбаясь. - Мне моя шкура дороже, да и вы заплатили достаточно, чтобы я мог позволить себе пробыть здесь ночь.

- Значит, есть приличное место? - продолжил расспрос Клетис.

- Ну, насколько приличное для вас, сказать сложно, однако местечко и в самом деле имеется. Вона, - он кивнул головой в сторону двухэтажного кирпичного здания с двухскатной крышей, что была покрыта серой черепицей, - единственный постоялый двор. Он же таверна, - мужчина снова улыбнулся почерневшими зубами.

- И на том спасибо, - Клетис, проигнорировав хмурый и недовольный взгляд Сареллы, бросил рыбаку два медяка. Тот радостно поклонился.

- Так и вовсе не останется денег, - тихо проворчала она, когда и рыбак, и бухта остались позади.

- Не будь такой скрягой, в самом деле. Тебе на дорогу хватит. Лео был щедр, - попытался успокоить её Клетис, хлопая себя по груди. Там тяжело позвякивали монеты. - А щедрость всегда окупается.

- Ну-ну, - Сареллу не слишком удовлетворили подобные оправдания, но что толку спорить теперь, когда деньги уже отданы? Её охватило неприятное дежавю: примерно в таком же постоялом дворе её схватили в прошлый раз, и это тоже было рыбацкое поселение. Да и замок... Она намеревалась избегать мест, где её может обнаружить городская стража, и вот - она здесь. Невероятная глупость. Она покосилась на Клетиса, который, не выказывая ни малейших признаков беспокойства, расталкивал людей, направляясь к зданию, у которого не было никакой вывески.

И зачем? Оно высилось над всеми прочими и не отыскать его представлялось делом непростым.

С северо-востока действительно надвигались тяжёлые тёмные тучи, и подступающая со всех сторон ночь полнилась запахом дождя и грозы. В глубине неба что-то злобно погромыхивало: не удивительно, что большинство кораблей пряталось в маленькой бухте, надеясь избежать разрушительных последствий возможного шторма.

Ветер поднялся такой, что Сарелла и Клетис, получившие весьма просторную комнату под крышей, опасались, как бы черепицу не снесло очередным порывом. Сарелла выглядывала в узкое, вытянутое окно на быстро пустеющие улицы, по которым штормовые порывы гоняли только мусор: люди старались убраться подальше, оставались лишь праздные гуляки, которым всё было ни по чём.

На первом этаже бурными воплями и пьяным смехом встречали каждый удар грома и особенно сильный порыв ветра.

- Джон Сноу, - вдруг проговорил прежде сохранявший молчание Клетис. Сарелла вздрогнула и недоумённо поглядела на него, отворачиваясь от окна:

- Что - Джон Сноу? - она осторожно подошла к своей кровати, которая стояла напротив кровати Клетиса. Сколько он не спал? Ему вообще нужен сон? - Он тут при чём?

Сарелла не знала Джона Сноу, однако после того, что он сделал, добрых чувств к нему не испытывала. Она и к Тириону их не питала - пошла к нему лишь по просьбе Мага. И Тирион, и Джон Сноу - оба они повинны в смерти Драконьей Королевы. Её Сарелла тоже никогда не видела и не знала, но рассказы о ней, то, что говорил Марвин... наполняли её сердце странной силой. Теплом. Огнём. Она плакала, как дитя, когда услышала о смерти Дейенерис Таргариен. В последний раз такие горькие слёзы она проливала лишь после гибели отца, теперь словно лишилась и матери. Многие плакали, чувствуя себя обездоленными сиротами, что бы там ни насочиняли в Цитадели. Сарелла не понаслышке знала, какой ложью могут потчевать тебя учёные мужи, если им то выгодно. Они и ядом могут тебя накормить совершенно буквально, если ты возражаешь против их версии правды. Или того, что они таковым считают.

Жалкие, трясущиеся над выдуманными истинами трусы, всегда стремившиеся уничтожить драконов. Затоптать даже малейшие ростки памяти о них.

Смерть Дейенерис наполнила горем человеческие сердца, которые надеялись и верили, а злые языки говорят, что вздумается. Историю пишут победители, какими бы подлецами сами ни являлись.

- Джон Сноу, - повторил Клетис. - Это гроза, эта буря - из-за него. Он открывает врата, где покоятся такие, как я.

- Что? - Сарелла сразу же позабыла и о своём отвращении к мейстерам, и даже о Джоне Сноу. - О чём ты, боги...

За окном сверкнула молния, заливая комнату ослепительным белым светом, от которого пришлось зажмуриться. Пламя наполненной жиром плошки дрогнуло от порыва ветра, ударившего в окно и проникшего сквозь щели. Клетис не шелохнулся.

- Драконий Камень хранит в себе множество тайн. И это - одна из древних могил, в которых покоятся кости тех, кто творил этот мир, и тот мир, что под ним, задолго до людей. Я уже упоминал об этом.

- Мне страшно от твоих слов, - призналась она. - И я не хочу ничего слышать про Джона Сноу. Лучше скажи... Лео ведь не знал, кто ты такой?

- Конечно, нет. И ты бы не узнала, если бы глазастый не явился в Штормовые Земли. Не переживай на счёт Лео Тирелла, - попытался успокоить её Клетис, - всё сложилось лучшим образом. Я убил одного из солдат преданного именно Рыжему и тело его никто не найдёт... как и тебя. Так что Лео подозрения не коснутся.

- А как же ты? - недоумевала Сарелла. - Тебя там ведь тоже не будет?

- Кто это сказал? - с нарочитым изумлением воскликнул Клетис. - Человек с такой же внешностью остался при Лео... Конечно, его это немало удивит, однако отсутствие в покоях тебя, лодки и прочие признаки быстро помогут сообразить, что ты сбежала. Поругается немного на тебя в ожидании дурных новостей, да и успокоится. Зато все в выигрыше. И доспехи с лодкой я утопил не зря: всё же не следует облегчать недругам задачу и оставлять следы.

Сарелла в растерянности и непонимании открыла рот, чтобы задать ещё один вопрос, однако Клетис вдруг вскинул руку, веля ей помолчать. Он явно к чему-то прислушивался. Новая молния раскроила небо и ударилась совсем рядом, да так, что дрогнул дом. С улицы послышались полные ужаса человеческие крики. Небо зарокотало, и на землю хлынули потоки воды. Они бились в стёкла так, словно хотели вышибить их. Не капли - настоящие кулаки, барабанящие по дому, требующие впустить их.

- Похоже, нам с тобой придётся расстаться чуть раньше, чем я планировал, - неожиданно заметил Клетис. Глазницы его затопила кромешная темнота - так, словно те оказались пусты. Из этого мрака, отражая пламя, смотрела вечность. Сарелле стало жутко - почти как тогда, в том проклятом поселении.

- Что... о чём ты, Клетис? - Сарелла напряглась. Клетис говорил расслабленно, но ей сказанное всё равно не понравилось. Она уже поняла, насколько обманчиво его поведение.

- Вообще-то... и про Клетиса я немного слукавил, - тем же тоном продолжил Клетис. Сарелла немного отклонилась в сторону. Кровати стояли напротив, и разделяла их всего пара футов. Ей сделалось до крайности неуютно находиться сейчас рядом с ним. - Но это неважно.

- Важно! - выпалила Сарелла. Рука её уже тянулась к мизерикорду. Однако что она намеревалась делать? Защищаться, чёрт возьми! Если это вообще возможно. - Говори, что ты имел в виду.

- Успокойся, - попросил Клетис. - Я не желаю причинять тебе вреда. Лишь говорю, что наши пути разойдутся чуть раньше, чем я планировал. Потому что твой будущий спутник уже здесь. Я чувствую. Сейчас поднимается по лестнице, никем не замеченный, для более эффектного появления.

Сарелла не успела ничего сказать, чувствуя, что разум её привычно оцепенел. Сердце сжалось: она действительно различила тихие шаги за дверью. Лоб моментально покрылся липкой испариной. Пальцы двигались к поясу медленно - слишком медленно! Она едва не застонала, надеясь хотя бы на боль в рёбрах, которая выведет её из странного ступора.

Но это оказалась не боль - грохот. Дверь, ведущая в комнату, распахнулась, с силой ударившись о стену. Послышался треск - дерево явно хрустнуло от такого удара. Следом раздался очередной небесный залп, заставивший невольно зажмуриться. Сарелла так и замерла, лихорадочно соображая. На этот раз окно, через которое она могла бы попытаться бежать, было слишком узким, и гроза бушевала такая, что находиться на открытом пространстве попросту опасно. Однако прежде, чем ею овладело отчаяние, вытесняющее даже ужас, прежде, чем она сообразила, что не слышит звуков погони, голосов других людей и лязга оружия, Клетис заговорил - по-прежнему спокойно, почти безмятежно. С улыбкой.

- Эменос из рода Тар, семьи Гарио, - представил он незваного гостя. - Он пришёл тебе на помощь.

«Кто?» - Сарелла не знала, вслух она задала этот вопрос или нет. Она уставилась на того, кто стоял на пороге неподвижно, словно статуя. Она видела его тёмный плащ, по которому стекали и падали на пол струи дождя. Видела мокрую светлую косу, перекинутую через плечо. Однако лицо его оставалось скрыто полосой тьмы и накинутым на голову капюшоном.

- Какого... - тот, кого назвали Эменосом Таром, проговорил это с искренним изумлением и вступил, наконец, в круг света, позволив Сарелле увидеть своё лицо. Молодое. Красивое. Зелёные глаза, золотые волосы. Как у Ланнистера.

Сарелла почувствовала, что внутри у неё что-то дрожит. А после - срывается в неизвестность.

Рассуждать оказалось некогда. Рука, слава богам, подчинилась мысленной команде. Сарелла рванула кинжал, раз уж Клетис решил бездействовать, а то и вовсе состоял в тайном сговоре с незнакомцем. Тогда она даже не подумала, как странно звучит имя, которое он назвал. Незваный гость, похоже, прекрасно видел и блеснувшее лезвие, и бросок Сареллы, однако не двинулся с места. Седьмое пекло! Он не предпринял ни единой попытки уклониться или блокировать удар.

Сталь, ведомая крепкой в силе рукой, летела в смертельном броске, метя в самое сердце. Лезвие с хрустом вошло в ткань одежды, прорвало её, вонзилось в плоть с характерным чавканьем. Незнакомец не шелохнулся, как будто ничего не ощутил.

Сарелла, охваченная злостью, возбуждением и страхом, подумала, что он действительно не сознавал, что случилось. Она с силой рванула руку обратно, извлекая кинжал - тот оказался окрашен кровью, однако из раны она не текла - и предприняла ещё одну попытку напасть. Только тогда таинственный гость молниеносным движением, которое Сарелла даже отследить не успела, перехватил её за оба запястья.

- Довольно. Мы и так достаточно повеселили твоего... спутника, - мягко, даже немного устало попросил незнакомец, сжимая руки Сареллы. Боль в рёбрах, о которой она забыла в пылу броска, дала о себе знать. Кинжал выскользнул из пальцев и с грохотом упал на пол.

Клетис вдруг рассмеялся:

- Ах, Сарелла! Слишком поздно наносить этому человеку ку-де-грас[3], он нуждался в нём прежде. Ты опоздала на несколько тысяч лет.

Клетис, наконец, неспешно поднялся с кровати и поднял с пола отлетевший в сторону мизерикорд, подкинул в ладони, переворачивая в воздухе, и поймал за рукоять. Сарелла не двигалась, не предпринимая попыток вырваться из рук того, кого представили как Эменоса. Только сейчас она поняла в полной мере, что же не так: держащий её не дышал. Грудь его не двигалась, сердце не билось.

Ещё один покойник. Неужели слуга Брана?

«Что происходит?» - панически, немного истерично вопрошала она у окружающего пространства, зажатая между двумя странными существами.

- Пустите меня... пустите, - попросила она умоляющим голосом, ненавидя себя за жалобную мольбу, прорывавшуюся сквозь отчаянные, злые слёзы. Прежде она никого и никогда не умоляла. - Пустите. Я никому не расскажу. Пожалуйста.

- Я надеялся, ты явишься позже, - не обращая внимания на просьбу Сареллы, заметил Клетис. Он стал не просто высоким - голова его почти упиралась в потолок. Очертания фигуры приобрели какие-то гротескные очертания. Ничего человеческого в ней не осталось. Мертвец, прижимавший Сареллу к себе в почти защитном жесте, и сам попятился.

- Что тебе нужно от неё? - Клетис замер, и невообразимо огромная тень, в которую он на миг превратился, снова стала похожей на человека. Но лишь - похожей. - Как ты нашла его? - спросили уже у Сареллы, но она лишь хватала ртом воздух, не находясь с ответом.

- Знаешь что, Сарелла? - вдруг ласково спросил Клетис, снова вспоминая о её присутствии. - Одно из имён Азора Ахая, известное людям, звучит как Инь Тар... Ты слышала об этом?

Сарелла медленно кивнула, не в силах совладать с собственным языком. Она сглотнула, чувствуя, как подгибаются и дрожат колени. Как разум бьётся в агонии, мечась в фантасмагорическом лабиринте бесконечного кошмара. Она глядела обезумевшими глазами на Клетиса. Она чувствовала, как сжимает её названный Эменосом - и напряжённо слушает, не смея - или тоже будучи не в силах - бежать.

- Тар - его потомки. Род, распавшийся на не несколько семей... Некоторые из них канули в вечность, иные поселились в Валирии. Именно их собирал Балерион, поэтому-то в некотором роде орден, основанный им, действительно состоял из братьев и сестёр, - это прозвучало с нескрываемой издёвкой. - Эменос, попавший в рабство со своей матерью, оставался последним из рода, берущего начало от семьи Гарио, старшего сына Инь Тара. Того, кто сражался с чудовищами, тревожащими мир с тех пор, как Император Кровавой Яшмы воззвал ко злу из чёрного камня, упавшего с неба, с тех пор, как впервые подняла голову отвратительная в мерзости своей Церковь Звёздной Премудрости. Всё это очень давняя история и, верно, ты о ней слышала, Сарелла... - Клетис помолчал. - Род Тар был многочисленным, ибо у Инь Тара было пятеро сыновей, и у каждого родилось ещё по семеро детей... Верно, есть ещё его потомки, что ходят под луной, но давно забыты. Единственными известными остались родившиеся от семени Гарио. Прочие канули в пламени Рока, окончательно открывшего путь в мир, как нам, так и призракам прошлого, который сейчас держит тебя.

Сарелла уже даже не пыталась понять, о чём говорит это существо. Слова его казались бессвязными, однако, судя по болезненной хватке стоящего позади Эменоса, которого Сарелла уже и бояться забыла, он понимал всё.

- Ты, конечно, знал это, Эменос... Праотец, из-за которого Таргариены пусть и считались одним из великих домов, но лишь благодаря их матери Мераксес, другого потомка Инь Тара, и лишь потому что их дети оказались удивительными существами. Но все знали историю, и помнили, что, несмотря на родословную и мать-принцессу, прародителем Таргариенов стал бывший раб. Ты же не думал, Эменос, что Балерион забрал тебя из благородства? Ведь он и сам твой далёкий родственник.

Странно, но только сейчас до Сареллы дошла единственная мысль. Единственная понятная во всём этом невообразимом потоке несуразицы. Она вспомнила, как фамилия Таргариенов должна звучать на высоком валирийском, не осквернённом другими языками.

Targārio[4].

- Эменос из рода Тар, семьи Гарио, - продолжил Клетис, - именно ты первый коснулся моих костей там, в Долине Спящих Королей, и твой огонь пробудил меня. Лишь поэтому ты видишь меня сейчас. Рок Валирии разрушил древние печати на гробницах, освободил наши души, как и твою!

- Я думал... вы ушли навечно.

- Зря. Бездна бездну призывает, тьма взвывает к ещё более глубокой тьме. И одна древность открывает врата другой, уходящей глубже - туда, куда нет пути смертным, куда ни единой человеческой душе, желающей сохранить свою целостность, не дозволено глядеть. Клубок разматывается к самому началу мира, ибо безумный и жалкий учитель твой желает повернуть всё вспять, и такова цена его трудов. Его ослепила сила, которой он коснулся в недрах вулканов, пусть сути её он и не ведает до конца. Ведь он в чрезмерной гордыне своей верит, что по ту сторону бесконечного коридора его ждёт не просто вечность - истинное бессмертие. Избавление от боли, кою наполнено каждое мгновение любого живого существа - или того, кто помнит, что такое жизнь. Поверь мне, Эменос, ведь я помню, сколь невыносима эта боль. Ты тоже помнишь - и ты испытываешь эту бесконечную пытку, растянувшуюся во множество эонов. Лишь для того я вмешался, чтобы увидеть тебя и сказать: мы, Владыки, кто были прежде, можем только смотреть, ибо никто не в силах одолеть Пыль Погибших Миров и Отца Тысячеглазых, и тебе то известно прекрасно. Его можно запереть - но то уже не в нашей власти. Помни: эти твари столь глубоко пустили корни, овладев нашими тропами, что наложение печатей на двери приведёт к неизбежному разрушению части и мира человеческого, ко многим жертвам. Я могу пообещать тебе одно: когда Врата окажутся надёжно заперты, и Мэйм более не будет тревожить человеческий мир, я покажу тебе и звёзды, и вечность, и покой, который ты ищешь, - тёмный голос гремел, нарастал, разрывал пространство.

Сарелла зажмурилась. Мир снова преломился, рассыпаясь. И даже под сомкнутыми веками плясало невидимое пламя и огромные тени призраков вечности, пустившие корни в основание мироздания.

Пожалуй, то было последнее, что она запомнила перед тем, как Эменос что-то едва слышно шепнул ей на ухо. Казалось, кто-то одним махом выбил из неё сознание, и этот удар отозвался грохотом грома и новым разрядом молнии.

***************

Когда Сарелла открыла глаза, в комнате стояла почти полная тишина, если не считать дождевых капель, которые падали с крыши и разбивались о подоконник. Буря уже прошла - и сквозь расступившиеся в стороны тучи проглядывали первые золотистые лучи рассвета.

«Значит, я провалялась здесь всю ночь», - пришла в голову удивительно равнодушная, далёкая и какая-то чужая мысль. Всё это как будто происходило с кем-то другим. Сарелла чувствовала себя почти отдохнувшей и могла дышать полной грудью - и только чуть позже поняла, что тугая повязка, которая одновременно сжимала рёбра и прятала грудь, ослаблена.

И это сделала не она.

Тогда же она и вспомнила свой не то сон, не то явь. То, что происходило в этой самой комнате.

Резко дёрнувшись вперёд, Сарелла невольно охнула: голова пошла кругом, и комната вместе с находящимися в ней предметами пустилась в нервный пляс.

- Ты проснулась, - послышался голос с соседней кровати, который заставил позабыть о головокружении. Она едва не подпрыгнула, резко разворачиваясь, на что рёбра отозвались привычным недовольным нытьём.

- Ты... - Сарелла не нашла нужных слов. Человек, который обратился к ней, не лежал, а сидел на кровати. И, видимо, находился там всё то время, пока Сарелла спала. А она сама всё никак не могла сообразить, что из увиденного реально, а что - нет. Неужели и этот человек ей не приснился? - Где сир Клетус... Клетис? - поправилась она. Оглядевшись, Сарелла осознала, что они одни. А этот человек, кем бы ни являлся на самом деле, наверняка явился не для того, чтобы отправить её к королю.

Или это всё же какая-то хитрая игра с целью усыпить её бдительность и что-то выведать?

Человек, похоже, ощутил недоверие и опасение, исходящие от Сареллы. Тут не нужно было обладать какой-то особой интуицией: наверняка всё прекрасно читалось по её обескураженному, заспанному и растерянному лицу.

- Как бы ты его не называла... и как бы он сам тебе не представился, он уже ушёл, - поделился с ней новостями незваный гость. - Счастье, что зла он никому из нас не желал.

- Не поняла.

- Надень, - без лишних предисловий человек протянул ей вырезанную из камня безделушку на кожаном шнурке. На самом камне оказался изображён глаз Слепого бога. - Так Брандон Старк не сможет увидеть тебя.

Сарелла в нерешительности протянула руку и, чуть помедлив, коснулась странного дара. Взяла его в ладонь, внимательно рассматривая заспанными глазами. Сейчас она сидела на кровати, и повязка окончательно сползла, обнажая округлую грудь, но наготы Сарелла, как и прежде, не стеснялась. Её куда больше занимало другое, ибо в голове по-прежнему плавал туман.

Подняв тяжёлый взгляд на человека, она спросила, так до конца и не сознав, что произошло:

- Что это? Откуда? - Сарелла замолчала. В горле пересохло, и ей пришлось судорожно сглотнуть прежде, чем продолжить. - Кто ты такой? Что здесь делаешь? Где Клетис?

- Он же представил меня, - на тонких губах человека появилась вымученная улыбка. - Эменос Тар моё настоящее имя, которое я предпочёл бы забыть.

Сарелла поглядела на него округлившимися глазами и, отбросив на стол камень, словно тот был горячим, шарахнулась в сторону и прижалась спиной к прохладной кирпичной стене.

- Так... так это правда! - её снова обуяли ужас, замешательство и неверие. - Оставь меня... Оставь!

- Не кричи, - попросил Эменос, оглянувшись на дверь. - Не стоит привлекать к себе ненужного внимания.

Сарелла невольно проследила за его взглядом и подумала, последовать ли его совету или всё-таки завизжать погромче, чтобы этого проходимца вытолкали отсюда. И промолчала, моментально сознав, что это действительно может лишь ухудшить положение: куда проще иметь дело с одним, чем с несколькими мужчинами.

- Где Клетис? - повторила она свой вопрос одними губами, не сводя взгляда с Эменоса. - Ты... ты убил его?

Тогда собеседник сделал то, что Сарелла никак не ожидала: вскинув голову, он коротко и тихо рассмеялся. От того, что в смехе вовсе не слышалось веселья, ей стало совсем жутко.

- Нет. К чему? - отсмеявшись, спросил он. - И вряд ли смог бы, даже если бы захотел.

Сарелла отчаянно потрясла головой.

- Что за колдовство здесь случилось? Неужели это было взаправду, - она почти взмолилась, однако Эменос остался непреклонен:

- Взаправду, - он встал со своего места и направился к Сарелле, от чего она невольно вжалась в стену, словно надеясь и вовсе провалиться сквозь неё и оказаться в другом месте. Может быть, дома. Заметив её испуг, Эменос нахмурился. - Я хотел помочь тебе поправить повязку, - терпеливо пояснил он, как ребёнку. - Потом тебе следовало бы привести себя в порядок и поесть. Мы сегодня же должны сесть на корабль в Пентос.

Сарелла прикрыла грудь руками, отчего-то впервые смутившись.

- Мы? - со всём тем же испугом вопрошала она. - В Пентос?

- А ты собиралась куда-то ещё? Разве не найти своего учителя Марвина Мага? - Эменос говорил это так, словно продолжал давно прерванный разговор. Словно не произошло ничего, выходящего за рамки обыденности. Сарелла, хлопая глазами, чувствовала себя последней идиоткой, пусть и знала - нет её вины в том, что она ничего не понимает. Какие-то колдуны сбили её с толку.

- Архимейстер... я... - вконец растерялась Сарелла, не соображая, за что уцепиться первым. И, как назло, в голову приходили самые нелепые вопросы. - Ты его знаешь?

- Знаю, - признал Эменос. - Более того: знаю, где он.

- Где же? - вкрадчиво спросила Сарелла. Эменос криво улыбнулся:

- Ты рассчитываешь узнать это, а после сбежать, стоит мне упустить тебя из поля зрения? Не выйдет. Во-первых, я крайне внимателен. Во-вторых, хожу другими тропами. И, в-третьих и в-последних: я хочу тебя защитить.

- Я тебе не верю, - хмуро выдохнула Сарелла и, скинув перемазанный в крови и травяном соке дублет, принялась разматывать сползшую повязку. Пусть смотрит, если пожелает. Однако Эменоса, похоже, нисколько не волновала её грудь.

- Твоё право, - он равнодушно пожал плечами. - Давай же помогу, - он протянул руку.

- Я сама!

- Тебе же неудобно, дурная твоя голова! - с досадой посетовал он и, оттолкнув руки Сареллы, принялся туго перевязывать её рёбра. Она попыталась отпихнуть его, но поняла, что не находит в себе сил это сделать. Странное, не особенно приятное чувство заставило с отвращением сцепить зубы.

Сарелла закрыла глаза, медленно выдыхая и разведя руки в стороны, пока Эменос возился с повязкой. Она не смотрела - она думала, ощущая чужие движения... и не чувствуя дыхания, пусть он и находился достаточно близко.

«Он не дышит, как и тогда».

Сейчас этот факт не напугал её - озадачил. Эменос не походил на вихта, какими их описывали, ни на Белого Ходока. Ни даже на того мёртвого старика, которым управляло чудовище. Но всё же он не дышал, а что лучше могло свидетельствовать о смерти другого, как отсутствие дыхания жизни? Отрезвил Сареллу чужой голос:

- Вот и всё, - Эменос похлопал её по плечу, словно приводя в чувство. - Одевайся. Нужно поесть и уходить.

Сарелла, сосредоточено сопя, неловкими пальцами застёгивала пуговицы. Слишком много вопросов хотелось задать, и слишком боялась она получить ответы - и внести ясность. Она снова покосилась на странный камень с грубо вытесанным на нём глазом, и вспомнила:

- И всё же, - она осмелилась поднять глаза на Эменоса и посмотреть на его лицо. Встретившись с зелёными глазами, она чуть прищурилась. - Я не понимаю, что здесь произошло. Что это за вещь? И кто такой - Клетис? На самом деле?

Эменос, стоящий над ней, слегка пожевал нижнюю губу, как будто мысленно принимал какое-то непростое решение. Даже прежде ярко-зелёные глаза потемнели. Сарелла ощутила напряжение в руках, которые вскоре мягко, ласково легли на её плечи. Эменос пристально глядел ей в глаза, и Сарелла поняла, что не может отвести взгляда.

И она увидела алый огонь, который разгорается там, внутри. Он не пугал - притягивал к себе, а она летела на него, словно мотылёк, готовый отдаться в раскалённые руки этого пламени. Даже чужие пальцы, лежащие на её плечах, стали горячими: она почувствовала это сквозь ткань одежды.

Комната исчезла. Остался только бездонный, притягательный взгляд чужих глаз, и приятный голос, нашёптывающий ей:

- Всё в порядке, Сарелла Сэнд. Всё хорошо. Страх перед неизведанным - это нормально. Все люди боятся... Я тоже боюсь, ведь я помню, как быть человеком. Сейчас ты забудешь о сире Клетисе, и том, что видела вместе с ним - до поры, пока не доберёшься до Марвина. Рано ты узнала об этой неприглядной стороне бытия. С самого начала, с Грифоньего Гнезда тебя вёл именно я по поручению Лео Тирелла. Вместе мы добрались до Штормового Предела, потом нашли доброго человека, который отвёз нас в рыбацкую деревеньку. Так мы оказались в Серой Виселице. Отсюда мы сядем на корабль, который отвезёт нас в Пентос. Нет и не было у меня никаких важных дел, кроме как помочь тебе добраться в Эссос, - Лео очень переживал на этот счёт, ты же знаешь, какой он на самом деле, этот ядовитый на язык Тирелл, - руки плавно скользили по плечами, но Сарелла того почти не ощущала, слушая и понимая - ведь так и было. Разум её, сознание успокаивались, дорисовывая мысленно то, о чём говорил сидящий напротив человек. - Никакого Клетиса или Клетуса - только я. Я знаю, где Марвин. Он направляется в Миэрин вместе с королевой Дейенерис. И именно туда тебе надлежит попасть. Ты не должна забывать о вещи, которая лежит на столе. Носи её, чтобы Бран Старк тебя не заметил. Хотя бы на время это поможет. Когда-то её тебе дал не я, а мейстер Марвин, - голос охрип, стал чуть тише. Подрагивающие тёплые пальцы коснулись тыльной стороны ладоней и чуть сжали их, безмолвно прося о чём-то. - Никакого Эменоса Тара. Он давно умер, я убил его. Остался безродный и бесправный человек, что ниже любого раба. Но об этом тебе помнить не следует. Меня зовут Томас, просто Томас. Так ты меня станешь называть, договорились?

Сарелла медленно, как в полусне, кивнула. Взгляд её оставался пустым.

- Теперь всё, - почти неслышно. - Вдохни. Нам нужно отправляться в путь. Я принёс немного воды в ведре, ты можешь умыться.

Вздох получился таким глубоким, что Сарелла невольно зашлась кашлем, который отозвался болью в груди. Она поморщилась.

- Всё в порядке? - вскинув голову, она увидела Томаса, который отчего-то имел виноватый вид. - Больно?

- Пустое, - отмахнулась Сарелла. - Ты говорил... - она нахмурилась, словно что-то припоминая. В следующее мгновение лицо её посветлело. - Говорил, что нашёл корабль, пока я спала, да?

- Да, - со странным облегчением проговорил Томас. - Сейчас я спущусь вниз и попрошу хозяина приготовить завтрак, - он направился к двери, но уже на пороге обернулся, хлопнув себя ладонью по лбу, - не забудь, - он указал пальцем на амулет Слепого бога, лежащий на столе. - Надень на себя. Ты просила напомнить.

Сарелла едва не ойкнула, спохватившись. Действительно, если она хотела укрыться от взгляда Трёхглазого Ворона, его и снимать-то не стоило. Что на неё нашло? Это она помнила: мейстер Марвин не стал бы говорить ерунды. Торопливо надев на шею кожаный шнурок и спрятав камень под одеждой, Сарелла спрыгнула с кровати и принялась торопливо собираться.

Несмотря на прошедшую вечером грозу, она выспалась и впервые чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей. Даже настроение стало чуть получше. Ей только было немного жаль Томаса: тот, верно, почти не спал с самого Грифоньего Гнезда. И как только не валится с ног? До Миэрина путь неблизкий, к тому же придётся добираться дальней дорогой...

Сарелла вздохнула, невольно коснувшись холодного камня. Ничего, на корабле будет время отдохнуть. Вещей с собой почти не было - только сумка, где осталось немного еды, которая могла пригодиться в пути. Золото Томас, как и раньше, носил при себе. Из груди вырвался судорожный выдох. Странный всё-таки сон приснился, про чёрного рыцаря, пришедшего из недр древних гор, истекающих огнём.

Облик его, могущественный и пугающий, никак не желал покидать головы. И он вопрошал голосом низким и слегка вибрирующим, обращаясь к невидимому собеседнику, который в момент сна находился у Сареллы за спиной:

- Без жертв это закончить невозможно, и ты давно это знаешь. Выбрал ли ты тех, кому из ключей надлежит взойти на этот жертвенный алтарь? Может быть, всем разом?

А потом он гулко смеялся, вскинув голову к обагрённым алым небесам, которые рыдали чёрной кровью, роняли раскалённый металл сгорающих звёзд. И лиловые молнии пронзали мир.

Сарелла встряхнула головой. Подобного рода невероятные сны давно не удивляли. Такое теперь время... И сны - ещё не самое худшее и страшное. Хотя в облике этого чёрного рыцаря мнилось нечто знакомое. Наверное, разум приписал ему черты какого-то увиденного прежде человека.

Вскоре, захлопнув за собой дверь, Сарелла заторопилась вниз. Она испытывала такой голод, что готова была съесть всё, что предложат.

******************

Солнце уже показалось из-за горизонта, заливая узкие улочки маленького городка светом. Омытый прошедшим ливнем, он казался чище, чем прежде. Капель ещё срывалась с крыш, постукивая по деревянным бочкам с засоленной рыбой, телегам, камням, а иногда и падая за шиворот.

В маленькой гавани стоял корабль, чьи истрепавшиеся паруса давно не знали покраски. Томас уверенно зашагал к стоящему поблизости с важным видом человеку, и Сарелла поняла, что наверняка именно с ним они и условились попасть в Пентос. Однако тот нахмурился при приближении двух людей к его кораблю.

- Капитан Хассио, - полувопросительно произнёс Томас, едва заметно улыбаясь.

- И что с того?

- Мы с вами условились за умеренную плату проехать в Пентос. Я и мой спутник, - спокойно пояснил Томас. Сарелла кивнула, хотя и не знала, о чём был уговор. Капитан нахмурился ещё больше:

- В самом деле?

- Да. И мы уже щедро заплатили вам, - с ещё большим нажимом продолжил Томас. Портовые грузчики в это время заносили на борт сундуки, как заметила Сарелла. Интересно, что везёт отсюда этот Хассио? - За отдельную каюту.

Лицо капитана Хассио тут же засияло, словно ему сообщили удивительно хорошую новость. Он похлопал Томаса по плечу, как старого знакомого, едва не смеясь.

- В самом деле! Томас, кажется, да? - он согласно покивал головой. - Совсем забыл. Прости старого дурака. Каюта... конечно, будет каюта.

Сарелле показалось неуловимо странным поведение прежде хмурого и недружелюбного капитана, но она пожала плечами: наверняка тот перевидал немало людей за последнее время, и они будут не единственными пассажирами. Просто сейчас она всех и каждого подозревала в чём-то. И немудрено.

Когда Хассио лично проводил их в не самую просторную, но вполне достойную каюту, она обернулась на Томаса:

- Перебрал он что ли?

А тот, посмотрев на Сареллу с виноватым видом, пожал плечами:

- Или я перебрал, - ухмыльнулся он. - Ладно, как бы то ни было, скоро мы будем в Пентосе.

Сарелла кивнула, отворачиваясь. Её охватила дрожь предвкушения. Пентос... Впервые с того момента, как ходила под парусом с матерью, она окажется так далеко не только от Дорна, но и от Староместа. Она чувствовала, как море зовёт её, воскрешая в памяти полустёртые временем воспоминания и вызывая ностальгическую улыбку.

Он поглядела в сторону окна, и неожиданно даже для самой себя проговорила, забыв о присутствии постороннего человека:

- В последний раз я ходила на корабле в Эссос, когда была совсем маленькой. Вместе с матерью.

Томас хмыкнул. И Сарелла, обернувшись к нему, увидела, что он уже взобрался на койку, где лежал, закинув руки за голову и прикрыв глаза. По его тонким губам блуждала улыбка:

- Мать всегда с тобой, - прошелестел его голос, отозвавшись в самом сердце Сареллы мягкой болью.