Тирион
Известие о кораблях с Железных островов, заходящих в Черноводный залив, одновременно и обрадовало Тириона, и огорчило - во-первых, получив ворона с известием о скором прибытии Яры Грейджой, он надеялся, что суд над четой Мерривезеров и их сыном, затянувшийся на столь длительное время, успеет подойти к концу. Во-вторых, он не имел ничего лично против Яры и опасался, как бы чего не вышло. Похоже, от их короля можно было ожидать совершенно неожиданных решений.
Яра же привыкла прямо говорить всё, что думает. Тирион за всем этим и вовсе позабыл о книгах, которые обещал передать ему Родрик Чтец. Наверное, и не вспомнил бы, не явись к нему Яра сама уже на исходе дня, застав Тириона за чтением корреспонденции, вызывавшей лишь два чувства: скуку и раздражение. Особенно последнее, полное по-стариковски ворчливого недовольства, послание от Джоноса Бракена. Тирион сам не заметил, как опорожнил почти штоф вина, то и дело тяжко вздыхая.
- Милорд, - голос гвардейца заставил его вскинуть голову, - к вам пришла Яра Грейджой. Могу я её впустить?
- Не заставляйте же леди ждать, сир, - Тирион махнул чашей, расплёскивая алые капли. Кивнув, гвардеец скрылся за дверью, а после на пороге действительно появилась Яра. Не без труда сфокусировав взгляд, Тирион усиленно потёр большим и указательным пальцем уставшие глаза. - Рад вас...
- Не утруждайте себя, - фыркнула Яра, проходя в покои и закрывая за собой дверь свободной рукой. Другой рукой она прижимала к себе довольно увесистый том. - Я ненадолго.
- Меня обманывает зрение или вы действительно так увлеклись чтением за время пребывания в гостях у своего дядюшки, что не расстаётесь с книгой даже сейчас?
Яра небрежно швырнула толстый том перед Тирионом, от чего подскочили и звякнули витые подсвечники, а бумаги с шорохом полетели на пол.
- Это как раз от моего дяди. Копия «Книги о потерянных книгах» архимейстера Марвина, о которой вы просили, - в голосе Яры слышалось неприкрытое презрение, направленное непосредственно на Тириона - уж в этом он научился разбираться отлично.
- Я отправлю ему ворона с благодарностями, - Тирион принялся собирать с пола рассыпанные бумаги. С неудовольствием отметил, что чернила на одном из недописанных им писем размазались. Придётся начинать заново. Он цокнул языком и, подняв взгляд, встретился с тёмными глазами Яры. - Как вы добрались? Без особых, надеюсь, трудностей?
Яра плюхнулась на стул и, не спрашивая дозволения, налила себе вина. Сделав глубокий глоток, она едва заметно поморщилась.
- Помои... Хотя, должна признать, это лучше того, что в последнее время приходилось пить на Железных островах, - она поболтала чашей в руке и сделала ещё один глоток, игнорируя вежливый вопрос Тириона. - Серая чума не оставляет особенного выбора.
- Понимаю, - хмыкнул Тирион, окидывая взглядом Яру с ног до головы. Растрёпанные волосы, на лице читается явная усталость, однако весь облик её выражал какую-то удивительную решительность. И Тирион хотел бы знать, что являлось тому причиной. - Даже в Королевской Гавани дела обстояли неважно. Вы уже посещали короля?
- Брандон Сломленный, - протянула Яра со странной интонацией, в которой читались одновременно задумчивость и насмешка. Тирион взобрался на прежнее место, решив оставить письма в покое, снова наполнил свою чашу и пригубил вина, внимательно наблюдая за Ярой поверх металлической кромки. - Нет, мы ещё не виделись. Мне сказали, что король занят, - после продолжительной паузы ответила наконец Яра.
- У нашего величества много дел в последнее время, сплошные проблемы, - со вздохом признал Тирион. - Однако он будет рад вас видеть, миледи, уверяю.
- Теперь это так называется? - снова всё тот же насмешливо-презрительный тон. Дерзкая улыбка, порой делавшая Яру почти прекрасной. Тирион залпом осушил половину чаши прежде, чем произнести:
- Прошу прощения? Думаю, что не вполне вас понимаю.
- За что вы извиняетесь? За то, что раз за разом на Железные острова прилетали вороны с требованием явиться в Королевскую Гавань?
- То были приказы короля. Вашего короля в том числе, миледи, за которого вы вместе со всеми голосовали на Совете, - Тирион говорил спокойно, однако внутренне поджался. Нет, он вовсе не полагал, что Яра засадит ему промеж глаз один из своих метательных топориков, однако она была переменчивой и дикой, как само море. Она могла сотворить иную глупость.
- Нашего короля... - Яра отставила в сторону опустевшую чашу, продолжая сверлить Тириона взглядом. В её голосе теперь почти явственно слышалось гулкое рокотание разгневанных волн. - Да, и наш король хочет взять меня в заложники. Даже мой дядя Родрик, далёкий от всех этих вещей, это понял.
- Но всё же вы написали о своём согласии приехать - и сдержали слово, - заметил Тирион.
- Да, я-то сдержала, - похоже, в тот момент Яра подумала о чём-то своём. На лицо её набежала едва уловимая тень грусти - не рассматривай Тирион её столь пристально, то, пожалуй, и не заметил бы этого. - И я здесь.
- Так с какой целью, если полагаете, что его величество желает причинить вам вред? Этого я решительно понять не могу. И к чему высказывать подобные мысли, если вы, по вашим же словам, оказались в логове врагов? - с неподдельным интересом полюбопытствовал Тирион. Руки его невольно скользили по обложке книги, о которой он позабыл.
- Надежда, - коротко объяснила Яра, снова заставив Тириона испытать удивление. - Я хотела отыскать здесь ответы на некоторые свои вопросы. И проигнорируй я все эти письма... вряд ли сейчас мои люди готовы к прибытию королевской армии.
«Если бы та армия ещё была сама к тому готова», - про себя хмыкнул Тирион.
- И, верно, хотели обсудить с Малым Советом возможность независимости Железных островов? - невинным тоном произнёс Тирион. - Вы же понимаете, насколько это безнадёжная затея, верно? Король не может и не имеет право раздавать земли, иначе останется ни с чем.
- Только вот своей сестре он не побоялся отдать Север, - возразила Яра. Снова в её голосе сквозило презрение. Явно заметив помрачневший взгляд Тириона, она вскинула вверх ладони и невесело рассмеялась. - О нет, даже не думайте, что я явилась для того, чтобы сейчас обсуждать такие вещи с вами. Лишь делюсь своими мыслями.
- Очень щедро с вашей стороны, - не без облегчения пробормотал Тирион, очередной раз прикладываясь к вину. Желудок его протестующе заурчал, напоминая о том, что он пропустил обед, посему пренебрегать ужином уж точно не стоит.
- А к вам я зашла отдать книгу, не более того, и получила возможность лично увидеть, во что превратились вы сами.
Тириону подумалось, что прежде, когда Яра называла его карликом и Бесом в словах её звучало даже меньше презрения, которым сейчас сочилось каждое её слово.
- И пришла дать понять, что я не такая дура, не нужно полагать меня глупее себя. Я понимаю, что здесь происходит.
- Значит, вы умнее многих, миледи, - совершенно искренне произнёс Тирион, криво улыбаясь. - Потому что подобным мало кто может похвастаться во всём Вестеросе.
Чуть скривившись, Яра встала со скрипнувшего стула. Тирион вновь испытал облегчение, но не преминул заметить, желая соблюсти хотя бы подобие формального гостеприимства:
- Если желаете, можете присоединиться ко мне и сиру Давосу за ужином... - начал было он, но Яра, как и ожидалось, отмахнулась.
- Я не нуждаюсь в вашем обществе. Оно уж точно отобьёт у меня всякий аппетит.
«Очень жаль, потому что вам придётся к нашему обществу привыкнуть», - с некоторой горечью подумал Тирион. Ему с самого начала было понятно, что именно заставляет Яру испытывать к нему - и всем им, по большей части, - такое презрение. Имя той причине было Дейенерис Таргариен. Конечно, Тирион, сир Давос, Сэм и все остальные были в её глазах предателями.
Кажется, сама Яра явилась сюда лишь потому, что чувствовала и собственную вину, склонив колено перед ними всеми. Смирившись и приняв неизбежное. Тирион надеялся, что всё же ошибается. Ему редко хотелось оказаться неправым, однако то был именно такой момент.
Яра ушла, оставив после себя солоноватый запах моря и терпкий привкус несбывшегося. И, конечно, осознание того, что в ближайшее время деснице короля будет не до чтения книг.
**************
Тирион проснулся рывком: насквозь прогнившая темнота снов изрыгнула его в выстуженную за ночь комнату. В распахнутое окно задувал ветер. Тогда-то Тирион и понял, что его разбудило - одна из ставен протяжно поскрипывала и хлопала на сквозняке. Оплывшая свеча на столе, которую он забыл задуть перед сном, давно погасла.
Некоторое время он лежал, морщась от неприятного звука, но и не испытывая особого желания вставать. Потому что сегодня должно было продолжиться судебное слушание относительно Мерривезеров, а картина вырисовывалась самая что ни на есть безрадостная.
Вскоре, приказав слуге подать завтрак, Тирион сидел за столом, перебирая возможные варианты развития событий - один другого хуже.
«Интересно, - Тирион отхлебнул густого эля, - явится ли Яра, чтобы посмотреть на это подобие бродячего цирка?»
Он уже представил её обветренное лицо и едкую улыбку. Наверняка зрелище ей понравится, тем более, что на судьбу Таэны Мерривезер, её сына и лорда-мужа Яре плевать. Более того, это станет для неё лишним подтверждением глупости и самодурства лордов Вестероса. Наверное, стоило одёрнуть себя - какое, в конце концов, кому дело до мнения кракена, которого в самом деле собираются взять в заложники? Однако Тирион понимал, как никто другой, что Яра - далеко не тот человек, с которым не следует считаться даже в таком положении.
Особенно, если есть шанс решить всё мирным путём.
«Только она никогда не встанет на твою сторону, глупый ты карлик, - подсказал внутренний голос, на сей раз с интонациями Серсеи. - И ты должен понимать, почему, иначе твоя уродливая голова тебе совершенно без надобности».
С тяжёлым вздохом отодвинув от себя тарелку с заправленной мёдом овсянкой, Тирион соскочил со стула. Желание завтракать окончательно покинуло его. Выпитый же на пустой желудок эль оставил во рту неприятный привкус, который уж ничем не перебить.
В Великом Чертоге, как и прежде, оказалось многолюдно. Однако Тириону подумалось, что сегодня людей сюда набилось больше обычного - кажется, все понимали, что дело движется к своему логическому завершению, поэтому жаждали увидеть развязку. И желательно, чтобы та оказалось жестокой.
Созерцание страданий, разрушений, тлена и распада - слишком давняя традиция, чтобы люди отказывались от неё даже в те времена, когда подобного вокруг и без того в избытке.
Тирион ненавидел их. Ненавидел их всех. Обводя со своего места отрешённым взглядом забитые скамейки, он едва ли не морщился. Потому что раз за разом вспоминал, как точно так же глядели на него - уродца, цирковую обезьянку - посмевшего отравить короля Джоффри. Алкали его смерти. Хотя всем им было плевать на правосудие и самого Джоффри. Их волновала лишь кровавая расправа.
- Мы приглашаем в зал, - возвестил королевский герольд, - лорда Ортона Мерривезера.
Лорд Ортон, этот очевидный простофиля, здорово изменился за время, проведённое в королевских темницах. Нет, его так и не посадили в каменный мешок, но и камер второго яруса оказалось предостаточно. Его грязные, спутанные рыжие волосы превратились в один сплошной колтун, кишащий вшами. Одежда сильно истрепалась и дурно пахла. Цепи, в которые оказались закованы его руки и ноги, словно он являлся опасным преступником, гремели при ходьбе. И этот грохот заполнял собой весь Великий Чертог.
Едва слышный гул со стороны скамеек стих. Леди Анья глядела на подсудимого со свойственной ей беспристрастностью. Лорд Бейелор с серьёзным видом поглаживал бороду. Тогда как король казался совершенно равнодушным к происходящему - и Тирион уже знал, какой он предпочитает выход из ситуации. Самому Тириону тот совсем не нравился, но стоило признать - в определённом смысле это было лучше многих иных перспектив, которые сулили дому Мерривезеров полное уничтожение.
Пришлось пойти на компромисс.
- Лорд Ортон, - начала леди Анья, - признаёте ли вы вину за содеянное?
То был вопрос, с которого начиналось фактически каждое заседание в течение последнего времени. Все свидетели высказались - и каждое из слов защиты посчиталось ничего не значащим, как и следовало ожидать. Когда Тирион осознал, чем пахнет это дело, то вновь явился к леди Таэне с целью поставить определённые условия - те, которые бы позволили сохранить её жизнь и жизнь её сына. От этого, пожалуй, выиграли бы все.
Сцепив зубы и глядя на Тириона сухими, но поблёскивающими в полутьме глазами, леди Таэна согласилась. Осталось надеяться, что лорд Ортон проявит похожее благоразумие, если дорожит жизнями жены и наследника.
Однако теперь тот тяжело молчал - и тяжесть его молчания ощущалась, кажется, всеми присутствующими. Так молчит человек, принимающий судьбоносное решение. Это и не молчание вовсе - давящая тишина, заполненная чужими мыслями.
Тирион чуть оттянул ворот, который, кажется, врезался в шею. Ощутил, как с виска на щёку потекла липкая капля пота, хотя сегодня в Великом Чертоге вовсе не было так жарко, как в предыдущие дни.
- Лорд Ортон? - с вопросительной интонацией повторила леди Анья, которой это молчание также казалось затянувшимся. - Мы все ждём вашего ответа.
- Ваша... - он запнулся, коротко закашлялся. Тириону стало искренне жаль этого ни в чём неповинного, очевидно, дурака, который попал под безобразный молот правосудия. - Миледи... милорды... - наконец произнёс Ортон, переводя болезненный взгляд покрасневших глаз с одного судьи на другого, останавливаясь на короле, а после слегка оборачиваясь в сторону скамеек. Так, словно желал убедиться, что его все внимательно слушают. - Я согрешил и надеюсь на вашу милость... Не ко мне, а по отношению к моей леди-жене и наследнику.
- Так вы сознаётесь? - вмешался лорд Бейелор. Похоже, он был доволен - ещё бы, ведь иначе именно Хайтауэры могли превратиться в главных подозреваемых. Тирион едва не хмыкнул.
- Да... я сознаюсь, - лорд Ортон опустил голову с выражением такого покаяния на измождённом лице, что Тирион на мгновение усомнился, не заблуждался ли он сам всё это время. - Это было моей, и только моей идеей отправить к богам лорда Бронна Черноводного.
Произнося эти слова, падавшие тяжёлыми камнями, лорд Ортон глядел на своих грязные, закованные в цепи руки. Говорил он негромко, однако голос его прекрасно слышали все присутствующие. Хотя в Великом Чертоге вновь начал подниматься тихий гул - люди были взбудоражены сказанными.
Они, подобно стае пираний, почувствовали кровь.
Тирион поискал глазами Яру, однако, не заметив знакомого лица, немного успокоился. Сир Давос также сегодня отсутствовал - у него были другие дела, о которых Тириону было прекрасно известно.
- Вы добавили в питьё сладкий сон, который и стал причиной его смерти? - уточнила леди Анья. - Расскажите нам об обстоятельствах этого ужасного преступления, лорд Ортон, чтобы мы могли вынести касательно вас справедливое решение.
«Точнее, озвучить то, что и без того уже решено», - мысленно поправил её Тирион, однако взгляд его не отрывался от фигуры лорда Ортона, который сейчас выглядел куда старше своих лет.
Почти согбенный старик. Его облик не был столь болезненным даже третьего дня, когда проходило очередное слушание. Нечто сильно изменилось в нём.
Лорд Ортон испустил очередной выдох - столь тягостный и громкий, словно намеревался тем отдать душу богам. Возможно, для него это было бы лучшим исходом.
- Да... да, я велел подать лорду Бронну и шлю... тем женщинам, что находились в его покоях, вино со сладким сном, - голос его звучал как-то мёртво, безучастно. Так, как будто он повторял хорошо заученные слова, не отдавая себе в том отчёта. - Лорд Бронн... - слова вновь прервал кашель. Наконец он вновь поднял взгляд, и Тирион ужаснулся. Но не тому, что в нём читалось, а запёкшейся в уголках глаз крови. На первый взгляд не особенно заметной на грязном, осунувшемся лице, имеющем и без того до крайности болезненный вид, но всё же теперь Тирион хорошо её разглядел. - Он имел неосторожность быть не обходительным с моей супругой, леди Таэной, и меня обуял гнев, - продолжил лорд Ортон, но взгляд Тириона теперь не отрывался от его глаз и уголков рта. - Я подослал к нему одну из девиц, имени коей уже и не помню, пообещал хорошее вознаграждение, если она окажет мне услугу. Остальное вам известно...
Он замолчал, теперь уже прямо глядя на своих судей. Гул возмущённых голосов в Великом Чертоге усилился. Словно все здесь присутствующие искренне любили лорда Бронна. Те самые, которые за спиной называли его варваром и зарвавшимся наёмником без чести.
- Что ж, в таком разе, - леди Анья откинулась на высокую спинку судейского стула, - мы будем учитывать, что вы сознались в содеянном добровольно и раскаиваетесь.
- Раскаиваюсь, - тот же ничего не выражающий голос.
- Ваша леди-жена и наследник... - подхватил лорд Бейелор.
- Они не знали! - впервые проявил подобие эмоций лорд Ортон. - Клянусь богами, Старыми и Новыми, и могилой своей матери, они ничего не знали о задуманном мной! Пощадите!
В этот момент прежде сохранявший молчание Бран поднял руку - от чего гул в зале заметно притих, умолк и лорд Ортон, вновь потупившись. В голове же Тириона билась лишь одна тревожная, страшная мысль.
- Мы выслушали ваше признание, лорд Мерривезер, - тихим, спокойным голосом произнёс король. - Разумеется, вы совершили злодеяние. Ужасное и непростительное - не только убили члена Малого Совета, Верховного лорда Простора и Хранителя Юга, но и сделали это под кровом собственного дома. Подобного боги не прощают.
- Да, да, я... - забормотал лорд Ортон. Кажется, его начало слегка покачивать. Но теперь Тирион понимал, что причиной тому было не помешательство и не страх. Болезнь.
- Однако же вы признали свою вину перед королевским судом и раскаялись в своём поступке. Правосудие может быть жестоким, однако на то оно и правосудие. Посему мы приговариваем вас к ссылке в Ночной Дозор, где вы будете служить на благо государства. Либо же вы можете выбрать смерть.
Разумеется, сейчас от Ночного Дозора осталось одно лишь гордое название. И дело не в численности - и составе - этого древнего ордена, а в том, что защищать границы оказалось уже не от кого: Король Ночи и его армии были разбиты, с одичалыми установлен мир. Однако Ночной Дозор продолжал существовать - скорее как напоминание о давно ушедших днях, и как место, куда всегда можно отправить неугодных.
- Ваше величество, - вмешался Тирион, поднимаясь со стула, - могу я сказать вам пару слов?
- Вы можете дождаться окончания суда, милорд, - вмешалась леди Анья, недовольно поджимая губы. - Неужели это столь срочно?
- Это жизненно важно, миледи, - отчеканил Тирион, поворачиваясь к ней. - Если, разумеется, присутствующие в этом замке дорожат своей жизнью.
Слова эти прозвучали достаточно громко, чтобы стать причиной очередной волны обеспокоенных голосов, тут же заполнивших Великий Чертог, поднимаясь к самым его сводам. Бран поглядел на Тириона вопросительно:
- Я вас слушаю.
Тирион подошёл к Брану вплотную - так, чтобы можно было шептать ему почти на ухо.
- Ваше величество, - едва ли не одними губами произнёс он, не желая, чтобы неприятное открытие не стало причиной настоящей паники и давки в Великом Чертоге. Новые жертвы были ни к чему, - если вы смотрели внимательно... нам стоит позвать мейстера, а также оградить стражников и всех тех, кто касался лорда Ортона и заходил в его камеру в последние несколько дней. В том числе его жену. У него кровь, и весь его вид... как бы не оказалось, что он заразился серой чумой.
Бран слушал его, не меняясь в лице, однако Тирион заметил, как его сцепленные в замок пальцы на короткое мгновение сжались. Такая малость, которую легко было не заметить, могла стоить всем жизни.
- Хм, - выдохнул Бран, а после устремил взгляд на лорда Ортона. - Да, он и впрямь выглядит больным, но разве причиной тому не измождение и скудное питание?
- Хотелось бы мне в это верить, и я надеюсь, что это так, - также тихо продолжил Тирион, - и всё же следует предпринять меры на случай, если это и в самом деле серая чума. Вам так не кажется?
Бран коротко кивнул, кажется, сознавая, что Тирион прав: уж лучше предупредить распространение заразы, чем позволить ей вновь разгуляться. Однако делать это следовало осторожно.
- Мой десница, - уже громче, во всеуслышание проговорил Бран, когда Тирион вернулся на прежнее место, - сообщил мне кое-что крайне важное, на что я не могу закрыть глаза в свете последних событий.
Лица леди Аньи и лорда Бейелора выглядели озадаченными - похоже, они пока не понимали, в чём всё-таки дело, да то и к лучшему.
- Отведите лорда Ортона обратно в камеру, - продолжил Бран, поворачиваясь к золотым плащам, - и оставайтесь поблизости, не покидая темниц, я хочу, чтобы за ним как следует присмотрели. Именно вы двое, раз уж сегодня вам выпала честь сопровождать нашего высокородного пленника. Передайте и начальнику темниц, чтобы он не отпускал своих людей с постов. И сам оставался там же до королевского распоряжения. В ближайшее время я дам ряд указаний.
- Что происходит? - голоса со стороны скамеек стали громче. Кто-то вскочил со своего места, словно надеясь увидеть нечто, вынудившее короля отдать подобный странный приказ, когда судьба лорда Ортона уже, казалось бы, решилась. Золотые плащи, похоже, тоже немало удивились, однако ослушаться приказа не посмели - по крайней мере, пока что. Тирион надеялся, что они сделают всё в точности, как велел им Бран, иначе жди беды.
Заседание суда превращалось в настоящий сумбур.
- Ваше величество... - хотел было вмешаться лорд Бейелор, но Бран вновь вскинул руку, вынуждая умолкнуть на полуслове.
- Когда все вопросы будут решены, лорд Ортон отправится в Ночной Дозор, судьба его жены и наследника будет оговорена отдельно, - Бран произнёс эту фразу так, чтобы дать понять: на сегодня слушание уж точно окончено. - Все могут быть свободны. О дополнительных заседаниях, если мы найдём их обязательными, станет известно позже. Я жду своих советников в зале заседаний Малого Совета. Немедля.
Он дал знак Подрику, который тут же оказался рядом и вцепился в ручки кресла, покатив то к выходу из зала. Лорда Ортона уже торопливо вывели прочь, однако Тирион несколько опасался идти тем же путём. Следовало немедленно позвать Сэма и отдать приказ закрыть темницы. Узнать, кто ещё в последние дни подходил близко и прикасался к лорду Ортону. И почему, гори они все в седьмом пекле, никто не заметил тревожных симптомов раньше?!
Если же это окажется другая хворь, вызванная скудным питанием и дурными условиями содержания, и Тириона сочтут дураком, он нисколько не огорчится.
- Что ты сказал королю, Бес? - ничего не понимающий, от того потерявший терпение лорд Бейелор ухватил Тириона за плечо у самого выхода из Великого Чертога, который почти опустел - основная часть людей вытекала через главные ворота, недовольно гудя. Зрелище это заставляло судорожно сглатывать солёную слюну. Никого из них, по большему счёту, не следовало отпускать. - Ты слышишь?
Тирион недовольно повёл плечом, сбрасывая с него чужую руку.
- Я - десница короля, лорд Бейелор, и прошу вас об этом помнить.
- Полдесницы, если совсем честно, - знакомый женский, чуть насмешливый голос заставил их обоих обернуться. И всё-таки Яра была здесь, а Тирион её попросту не увидел среди прочих лиц. Лорд Бейелор хмыкнул, окинув её оценивающим взглядом с головы до ног. Яра же, заметив это, изогнула бровь. Тирион закатил глаза - сейчас не было времени на эти игры в гляделки. - Так что же произошло со столь справедливым королевским правосудием? Окончание суда выглядело несколько... странным.
- Полагаю, король не будет против, если вы к нам присоединитесь, миледи Грейджой, - стараясь сохранять спокойствие, сказал Тирион, игнорируя лорда Бейелора. - Следуйте в зал Малого Совета. Там вы и получите ответы на свои вопросы, - последнее было в большей степени адресовано уже лорду Бейелору, равно как и хмурый взгляд.
Тот только фыркнул, как породистый кот, который остался недоволен поданным ему кушаньем.
Однако вскоре он уже побледнел, услышав от самого Брана о наблюдениях Тириона. Сэм, явившийся по первому зову, выглядел скорее озабоченным, а не испуганным. Он и прежде в достатке насмотрелся в Королевской Гавани на жертв серой чумы, однако заразе так и не удалось проникнуть в Красный замок, и вот теперь...
- Я не могу позволить Великому Мейстеру так рисковать, - изрёк Бран.
- Однако то моя обязанность, государь, - возразил неожиданно Сэм. - В Цитадели...
Бран отмахнулся от его слов нервным движением руки, давая понять, что не принимает никаких возражений.
- Это и прежде было слишком рискованно. Сейчас вы стали ещё ценнее, учитывая, что хворь, возможно, и в самом деле оказалась в замке и каждому из нас может потребоваться ваша помощь.
- Как же, по-вашему, следует осматривать пострадавших? Или вы предлагаете выжидать, когда болезнь окончательно проявит себя, теряя тем драгоценное время? - спросила леди Анья. Она сама выглядела на удивление спокойной, словно серая чума никак не могла затронуть её, хотя от смертельно опасного заболевания почти не было спасения. - Здесь нужен мейстер. Насколько я знаю, в Красном замке он сейчас только один. Мой собственный мейстер явится сюда только через неделю.
- Нам следовало бы покинуть это место, - вмешался лорд Бейелор.
- Нет, - твёрдо ответил Бран. - Или вы позабыли, чем это может обернуться? Некогда ваш предок во время эпидемии Весеннего поветрия велел убивать любого, кто пожелает покинуть Старомест. Клянусь, что я последую его примеру, если кто-то ослушается.
Голос его был тихим, но жёстким. Лорд Бейелор шумно сглотнул, привычная белозубая улыбка, похоже, надолго покинула его лицо. Тогда голос подала Яра, о которой, кажется, все снова успели позабыть. Она сидела за дальним концом стола в расслабленной позе, но всё прекрасно слышала.
- Я могу посмотреть на этого вашего больного, - неожиданно предложила она.
- И вы не боитесь? - спросил удивлённый Сэм. - Да и как...
- Очень просто. Вы же не думаете, что эта зараза миновала Железные острова? - Яра хмыкнула. - Как и всем вам, мне хорошо известно, как выглядят её симптомы. Наш мейстер велел использовать один интересный рецепт, чтобы избежать заражения. К тому же я большую часть своей жизни провела в море и уж точно не хуже любого мудрого старца знаю, как выглядит человек, страдающий от скудности пищи. Мне нужно увидеть его дёсны и кожу, тогда я скажу вам точно. Что до страха... - Яра обвела выразительным взглядом зал Малого Совета, а после уставилась на Брана, искривив губы в невесёлой улыбке. - Я уже здесь. Так чего мне бояться? Смертельной хвори?
Все разом умолкли, поражённые сказанными словами. Один лишь Бран выглядел безучастным, словно ждал чего-то подобного. Тирион попытался отогнать от себя очередную неприятную, но всё же не дававшую ему покоя мысль - неужто и в самом деле ждал? Однако как такое вообще возможно?
«Ты забыл, что он из себя представляет», - верно подсказал ему голос Джейме.
- Миледи, - прокашлявшись, вновь заговорил Сэм. - Ваше... ваше желание помочь похвально, и я... я готов предоставить вам всё, что необходимо.
Яра и его смерила полным презрения взглядом, а после встала со своего места и чётко произнесла:
- Крепкий уксус, полынь, если найдётся - шалфей и камфара.
- Да, у меня... - однако Сэму снова не дали договорить. Кажется, Яра его даже и не слушала.
- ...чистые отрезы ткани. Пусть всё это принесут в выделенные мне столь милостиво покои, - продолжила она, не отрывая пристального взгляда от Брана. Тирион поглядел вначале на неё, а потом - на кажущееся равнодушным лицо короля. Тот первый отвёл взгляд, переведя тот на Сэма:
- Вы слышали, мейстер? Принесите миледи всё, о чём она попросила. Остальные же... каждому лучше не покидать своих покоев. В Красный замок никого более не пускать - и не выпускать до особого распоряжения. Это относится к каждому, - взгляд Брана остановился на лорде Бейелоре, однако тот более и не думал возражать.
- Да хранят нас всех боги, - посетовала леди Анья. - Искренне надеюсь, что лорд Тирион заблуждается.
- Я тоже, миледи, - едва заметно улыбаясь в тон её произнёс Тирион. - Я тоже...
Яра уже вышла из зала Малого Совета, потому не могла слышать, как Тирион вновь обратился к королю, испытывая очевидное недоумение относительно происходящего.
- Вам не кажется, что леди Грейджой не менее ценна, чем мейстер? - он старался не отводить взгляда от чёрных глаз Брана. - И, как бы там ни было, её возможная смерть от серой чумы в Королевской Гавани не принесёт Вестеросу никакой пользы.
- Тут я вынуждена согласиться с лордом Тирионом, - заметила леди Анья, что тоже бросила быстрый взгляд в сторону двери, за которой скрылись Яра и Сэм. - Это безрассудно. Она, что бы не представляла из себя, всё же леди, наследница благородного дома, а не мейстер.
- Она сама вызвалась! - лорд Бейелор нервно хлопнул открытой ладонью по столу. Разумеется, он никогда не испытывал симпатии к дому Грейджоев. - И я согласен с тем, что кракены в нашем положении менее ценны, чем человек из Цитадели.
- Не сомневался, что вы скажете нечто подобное, - невесело улыбнулся ему Тирион, барабаня пальцами. - И всё же, что скажет его величество?
- Я понимаю ваше беспокойство, - заговорил Бран, прежде молча выслушивающий вопросы от своих советников. - И, разумеется, я не желаю леди Грейджой смерти, ещё и такой жуткой... Однако её поступок кое о чём говорит.
Теперь Тирион посмотрел на короля вопросительно, как и леди Анья с лордом Бейелором. Впервые за долгое время Тириону не хватало отсутствующей сейчас Бриенны: та, пожалуй, молчать бы тоже не стала.
- Я бы ни за что не отправил туда леди Яру, если бы не почувствовал: она уверена, что не подхватит заразу, - пояснил Бран. - И теперь я хочу понять, почему. Неужели никто из вас не хочет в этом разобраться? Да и потом - никому не показалось удивительным это совпадение?
**************
Тирион вернулся в покои с больной головой, стараясь даже не задумываться о том, чем закончится вся эта история с серой чумой. Разумеется, он полагал, что в ходе заседания могут произойти какие-то накладки... но случившееся явно не входило ни в чьи планы.
Помассировав виски, он опустился на край кровати. Велел подать ему обед, хотя за весь день так и не испытал чувства голода. Напротив - при мысли о еде желудок подкатывался к горлу. И меньше всего хотелось сейчас кого-то видеть, хотя Тирион понимал, что сие неизбежно, поскольку, помимо текущих проблем, существует и ряд других важных вопросов, которые требовали участия Малого Совета.
- Принести вам вина, милорд? - голос служанки вырвал его из тягостных мыслей. Тирион даже вздрогнул, однако ему чудом удалось выдавить из себя подобие улыбки.
- А море мокрое? Конечно, неси, милая, - фыркнул он, невольно - совершенно не желая того - представляя, как будет выглядеть обезображенное мокнущими, кровоточащими язвами лицо этой пока ещё миловидной девушки, если хворь всё-таки пробралась в замок.
«Довольно», - велел он самому себе, садясь за стол. Тирион с тоской повозил ложку в сливочном супе с каштанами, а после поковырялся в белой фасоли с беконом и луком, постоянно напоминая себе, что стоит наполнить свой желудок чем-то, кроме эля и вина. Ему сейчас нужна была более или менее светлая голова.
Еда не имела особого вкуса, когда он её тщательно пережёвывал. Тирион морщился, но продолжал есть. Даже вино отдавало какой-то тухлятиной, которую он прежде не замечал. Пришлось с неудовольствием отставить чашу прочь, чтобы не перепачкать ковры собственной блевотиной.
- Когда-нибудь ты окончательно сопьёшься, - с привычным поучительным недовольством заметил Тайвин Ланнистер, но Тирион весело отмахнулся:
- Может статься так, отец, что мы с тобой вскоре побеседуем на самом деле. Расскажешь, каково оно, в седьмом пекле, а?
- Милорд? - чуть испуганный голос служанки, вернувшейся с тарелкой острого сыра, едва не заставил Тириона выронить чашу. Он вздрогнул, оборачиваясь. - Милорд...
Она глядела на него, словно на сумасшедшего, однако её можно было понять: только что лорд-десница отмахивался от невидимого собеседника, которым является призрак его отца. Существующий, безусловно, лишь в воображении самого Тириона.
- Не обращайте внимания, - как можно беззаботнее произнёс Тирион, желая её успокоить. - Я безумец, однако не из буйных. Да и кого может напугать сумасшедший карлик?
Девушка, явно растерянная, так и не нашлась, что ответить: поставила на стол ту самую тарелку с остро пахнущим сыром и стремительно шмыгнула за дверь, забыв даже поклониться.
- Моя улыбка всегда действовала на дам безотказно, - Тирион пожал плечами и сунул в рот ломтик сыра.
**************
К королю он направился уже ближе к вечеру, искренне опасаясь той беседы, поскольку не желал слышать последние новости - о Яре пока никто ничего не знал. Переваливаясь вдоль длинных переходов, он не без некоторого, впрочем, оптимизма отметил, что скоро в Королевскую Гавань прибудет человек, который вполне годится на роль мастера над шептунами.
Сейчас Тирион чувствовал себя без глаз и ушей, поскольку не мог доверять почти никакой информации, поступавшей извне, а случай с леди Таэной лишний раз показал, насколько ему необходим хоть один доверенный информатор. Сир Давос всем хорош, только шпион из него был довольно посредственный.
«Но поспеет ли Лиман до того, как мы все тут перемрём?» - с этой почти весёлой мыслью Тирион вошёл в покои короля, которых тот не покидал, согласно собственному же предписанию.
- Лорд Тирион, - проговорил Бран, не оборачиваясь. Взгляд его, казалось, был устремлён на Королевскую Гавань, что отсюда казалась почти вымершей.
- Ваше величество, - он прошествовал внутрь, прикрыв за собой дверь. - Я хотел узнать...
- Яра. Я понимаю, - Бран кивнул и, наконец, развернул кресло в его сторону. - Не только вас беспокоит этот вопрос.
- Так что? - нетерпеливо спросил Тирион, как никогда раздражённый этими паузами, которые казались сейчас совершенно неуместными. И откуда только в Брандоне Старке взялась эта театральность?
- Яра в своих покоях и она здорова... по крайней мере, пока что. Возможно, её новый настой и в самом деле работает. Хотя я пока не понял, в нём ли дело. Мысли Яры по некой причине пока что... частично недоступны для меня.
Тирион ощутил, как во рту у него моментально пересохло. Он судорожно сглотнул, но слюны не оказалось. Ему стало жутко.
- Это то, что я и думал... Он болен серой чумой?
Бран медленно, словно нехотя кивнул. На лице его и в самом деле отразилось недовольство, хотя Тирион мог ручаться, что и напуганным он не выглядел.
- И что же вы планируете делать дальше, ваше величество?
- Ждать. Что же нам ещё остаётся, милорд? - Бран едва заметно пожал плечами. - Думаю, достанет двух дней, как и говорил Великий Мейстер, чтобы понять, кто успел заразиться. Симптомы проявляются довольно быстро.
- Боги, - Тирион опёрся рукой на ближайший стул, не находя в себе сил на него взобраться. Сердце болезненно ухало в груди. - Сир Давос, - вспомнил он вдруг, вскидывая голову, - он отлучился на это время. Должен был прибыть как раз к вечеру.
- Что ж, ему повезло, надо сказать. Хорошо, что в Королевской Гавани успели отстроить хотя бы несколько постоялых дворов.
- Главное, чтобы в самом замке не начались беспорядки. Стоит велеть страже быть более бдительной - и более настойчивой, если возникнет надобность.
Всё-таки было досадно, что нет никакой возможности поговорить с Давосом - Тирион надеялся не только обсудить с ним последние новости, но и расспросить, слышно ли что-нибудь про Джой. Он не мог смириться с тем, что его кузина канула в неизвестность - Дорна любила её... и Джейме любил её.
Тирион стиснул руки, чувствуя, что те начинают предательски подрагивать. Говорить о дальнейшей судьбе Яры он пока не смел: чувствовал, что то не принесёт никаких результатов.
- Есть ещё несколько вопросов, ваше величество. Конечно, их лучше бы обсудить, собравшись в зале совета, но раз уж я всё равно к вам зашёл... Это касается вашего недавнего приказа и ордена, который мы планируем организовать в Харренхолле. Наш давний разговор, - дополнил Тирион зачем-то.
- Я слушаю. Есть какие-то известия? То, о чём я ещё не знаю? - последний вопрос прозвучал, кажется, несколько насмешливо, словно Брандон Старк в действительности знал уже всё.
- Лишь хотел напомнить вашему величеству, - Тирион прочистил горло, - что ваш дядя, Эдмар Талли, направляется в Королевскую Гавань прямиком со свадьбы вашей сестры Сансы. Не так давно я получил известие от мейстера Уолкана - он отправил ворона по поручению лорда Эдмара...
Лицо Брана стало несколько скучающим.
- Это мне хорошо известно.
- Нам следует обсудить с Малым Советом кое-что относительно Харренхолла, - продолжил Тирион, почему-то чувствуя себя до невозможности глупо. - Это касается отбора добровольцев.
Думать о грядущем и строить планы оказалось даже легко. По крайней мере, это отвлекало от мыслей о мрачном настоящем и нависшей над всеми ними вполне реальной угрозы.
- Безусловно, - едва заметно кивнул Бран. - Лорд Бейелор и леди Анья, насколько я помню, также обещали выделить людей.
- По этому поводу я успел получить парочку недовольных посланий от Бракенов, Харлтонов и Дарри. Они обеспокоены. Но это мы как-нибудь уладим, - тут же добавил Тирион. - Тем более, скоро у нас будет возможность обговорить подробности лично с их сюзереном.
- Лучше скажите, получали ли вы какие-либо известия из Штормовых земель, от Джендри Баратеона? Что сейчас происходит с флотом? Как вы знаете, ситуация с Дорном остаётся шаткой, принц Морион пока не дал внятного ответа ни на одно из наших посланий, - Бран подкатил кресло к столу, принимаясь что-то искать среди бумаг. Наблюдая за его действиями, Тирион ответил:
- Всё так, как вы и говорили. То есть, скоро он явится в столицу. Остаётся только надеяться, что к тому моменту, как все наши высокие гости окажутся у порога Красного замка, мы будем живы, - Тирион не сдержал невесёлой улыбки, к которой примешивалась некоторая нервозность: мало кто действительно хотел бы умереть от серой чумы. Жуткая смерть в течение двух дней, растянутых в бесконечную агонию.
- Будем.
- Вы полагаете?
- Я уверен. Нам давно следовало созвать знамёна, тем более, теперь есть повод...
- Вы говорите о Дейенерис Таргариен? - осторожно поинтересовался Тирион, забыв даже удивиться этой уверенности. Словно серая чума была простым насморком.
- И о Джоне Сноу, - вдруг огорошил его Бран, протягивая очередное письмо, которое, конечно, прошло мимо Тириона. - Ещё один ворон от мейстера Уолкана.
Тирион, вопросительно вскинув брови, рефлекторно взял протянутый ему небольшой свиток и с шорохом развернул. Пальцы едва не смяли письмо, которое пришлось перечитать несколько раз прежде, чем вникнуть в смысл.
- Но откуда... - после продолжительной паузы Тирион поднял растерянный взгляд на короля. Тот улыбнулся уголками губ, словно неразумному ребёнку. Впрочем, иногда Тирион рядом с Браном и правда чувствовал себя, словно малое дитя, хотя годился ему в отцы.
- Я увидел его, милорд, он направлялся через снега туда, куда его вела судьба, - пояснил Бран. - Он и Арья, Призрак и Нимерия... Все, чьи жизни так или иначе связаны, вскоре сойдутся. И серая чума явилась к нам не просто так. Я уже упоминал об этом...
Тирион нахмурился, однако прежде всего, потому что не совсем понимал, кто и где должен сойтись. А главное - зачем? Или же всё это имеет некое отношение к Дейенерис? Однако при чём тут серая чума? Вряд ли Дейенерис была способна насылать болезнь через огромные расстояния. Бран же подтвердил иные догадки Тириона:
- Я говорю о Дейенерис Бурерождённой, что принесёт с собой огонь. И о тех, кто идёт вместе с ней. Я должен поговорить с Джоном прежде, чем всё начнётся.
- Вы полагаете, он согласится... - Тирион не договорил, потому что не нашёл в себе для того сил. Подобного не пожелаешь и врагу, а к Джону он всегда относился хорошо.
- Нет. Даже не намеревался - я не настолько глуп, чтобы не сознавать положения вещей. Но хотел бы с ним поговорить. Лично, с глазу на глаз. Надеюсь, это поможет мне сделать некоторые выводы.
«Какие выводы?» - вспыхнуло в мозгу, однако Тирион сдержал этот нервный, полный непонимания вопрос. Он не мог взять в толк, к чему Брану вообще просить Джона прибыть в столицу - и что он ему написал? Тирион прекрасно помнил тот день - последний день - когда он видел Джона Сноу. Опустошённого, но силящегося выглядеть, как человек, который исполнил свой долг.
«По-вашему, мы поступили правильно?»
Нет, Тирион и теперь полагал, что Джон сделал всё правильно. Ведь какой иной был выход из сложившегося положения? Останься Дейенерис в живых, полыхал бы весь мир, не только Королевская Гавань. Однако, кажется, сам Джон в конечном итоге не считал себя правым.
Как и Джейме, он стал клятвопреступником и цареубийцей. А Джейме - Тирион то прекрасно помнил и знал - несмотря на всё своё показное равнодушие к этим прозвищам, отнюдь не гордился своими поступками. Что уж говорить о Джоне Сноу? До тошноты правильном и верном.
Иногда Тирион вспоминал все свои разговоры о любви и долге... Боги, потом он не раз спрашивал себя - как бы он поступил на его месте? Вспоминал, как собственными руками задушил Шаю. Однако Шая никогда его не любила на самом деле, и Тирионом руководила лишь горечь. Обида. Уязвлённая гордость и осознание её представительства.
Дейенерис же не предавала Джона Сноу, и сдержала все данные ему обещания.
Смог бы Тирион убить Шаю, если бы любовь её не касалась исключительно золота и украшений? Если бы она не сказала всего того на суде и не легла - какая ирония - в постель к его отцу? Даже если бы она сама была повинна в чьём-то убийстве. Думал ли бы сам Тирион о долге в тот момент?
Тирион не знал ответа на этот вопрос. Точнее, знать его не хотел.
Но прекрасно помнил, что чувствует человек, который своими руками уничтожает то, что когда-то любил. Даже если эта любовь в конечном итоге никому не принесла счастья.
- Что-то не так, милорд? - без особого интереса спросил Бран. Разумеется, мнение Тириона, которого он, верно, назначил десницей лишь для того, чтобы помучить, его мало волновало.
- Вы - король, - устало ответил Тирион вместо того, чтобы признаться: не так почти всё в сложившейся ситуации, - и вам открыто куда больше, чем любому другому человеку, так что, как и прежде, я полагаюсь на вашу мудрость. И, как я понимаю, Ортон Мерривезер... - он резко сменил тему разговора на первоначальную, не желая прямо сейчас обсуждать Джона Сноу. Тириону следовало хорошенько переспать с этой мыслью.
- Вряд ли он доберётся до Ночного Дозора, даже если мы отправим его туда немедля. К леди Таэне сейчас также запрещёно приближаться, еду оставляют у порога камеры. Если окажется, что и она больна...
«То все заинтересованные избавятся от ещё одной головной боли, а случившееся с супругами можно объявить волей богов», - довершил про себя Тирион, едва заметно хмурясь. Вовсе не такие планы у него были касательно леди Таэны, которая, похоже, знала намного больше, чем говорила. Но, о боги, как всё же серой чуме удалось проникнуть в замок? Прежде никто из немногочисленных узников королевских темниц не подхватывал там эту заразу.
В Королевской Гавани, насколько Тирион слышал и знал, уже давно не видели её разносчиков - серых корабельных крыс. Почти все они были уничтожены. И Тирион не мог не думать о том, что совпадение это очень уж удачное, как и выбор узника.
Он не принесёт клятву Ночному Дозору, а его жена не отправится обратно в замок вместе с сыном - они станут жертвами божественного правосудия. Тоже своего рода суд поединком, в котором лорд Ортон был безосновательно обвинён.
- Буду надеяться на лучший исход. Для всех, - заметил Тирион. - И надеюсь, что прибытие миледи Грейджой также не станет для неё самой роковым. Позвольте отклоняться, ваша милость.
Бран кивнул, позволяя ему уйти. Тирион уходил, унося с собой куда больше вопросов и мыслей, чем было прежде. Так нередко случалось в последнее время, поскольку его почти с самого начала не покидало ощущение, что он - очередная фигура на доске. И хорошо, если действительно фигура, а не бесполезная пешка. Болванчик, обречённый на смерть.
Тирион не хотел умирать - особенно так глупо и бессмысленно. Джон Сноу, Арья Старк, Яра Грейджой, в конце концов, возможно, даже Лео Тирелл очевидно имели некое отношение к происходящему. По поводу последнего Тирион, впрочем, надеялся узнать побольше. И он надеялся, что ситуация немного исправится, когда в Королевскую Гавани прибудет Лиман, любезно согласившийся помочь.
Тогда Тирион больше не будет слепым и глухим, к тому же - безнадёжно глупым карликом. Если, разумеется, доживёт до того момента. Он не забывал постоянно напоминать себе об этом незначительном факте.
Перебирая в голове эти хаотичные мысли, Тирион сказал себе: Яра Грейджой. Вот с кем бы ещё ему следовало поговорить. Прежде всего, чтобы узнать, зачем она вообще решилась посмотреть на лорда Ортона, на которого ей было плевать. Ради людей, к судьбе которых, очевидно, была также равнодушна? Есть ли у короля основания полагать, что Яра уверена в своей неуязвимости? Или в Красном Замке давно обитает другая, куда более опасная болезнь, именуемая безумием?
Та, что поначалу не заметна глазу, однако так или иначе проникает всё глубже и пожирает изнутри, лишая разума. И в итоге все они будут блуждать по мрачным, увешанным паутиной коридорам, гремя цепями и горестно завывая.
Тирион нервно хмыкнул, представив себе эту картину. Резко остановился, столкнувшись с одной из прачек, которая несла чистое бельё. Она вышла из-за угла, не заметив его.
- О, м'лорд, простите... Я вас...
- ...не заметила, - отмахнулся Тирион, заметив, как она покраснела от неловкости. - Такое со мной случается не впервые. Это я должен извиниться за то, что бросился под ноги.
Он помог поднять с пола несколько простыней, то и дело выслушивая извинения. Однако мысли находились далеко - Тирион мысленно видел то Джона Сноу, стремящегося в столицу и встречавшего на пути разбойников, то Яру Грейджой, умирающую от чумы. То Дейенерис с глазами, что сияли, как синие звёзды, пришедшую уничтожить тех, кто предал её.
- Тирион... - гулкий голос прокатился по коридору вместе со сквозняком, обдавшим могильным холодом. Волосы на загривке встали дыбом, ледяные мурашки пробежали по коже, хотя толком нельзя было сказать, кому принадлежит этот голос - мужчине или женщине.
«В любом случае я просто схожу с ума», - почти равнодушно сказал сам себе Тирион. Его это уже не удивляло. Однако подняв взгляд на прачку, заметил её вытянувшееся, побледневшее лицо. Губы мелко дрожали, глаза округлились, как чайные блюдца. В них плескался неприкрытый ужас.
- Тирион... - голос вновь прошелестел, неся с собой холод и ветер, от которого погасло несколько факелов. Служанка коротко вскрикнула и выглядела так, словно готова была лишиться чувств.
- Что ты, это лишь ветер, - неловко попытался успокоить её Тирион, протягивая руку, чтобы коснуться дрожащих пальцев девушки, однако та, прижав к груди бельё, ринулась в ту сторону, с которой и пришла, явно позабыв о прежней цели.
Тирион глядел ей вслед, чувствуя, как и его самого бьёт дрожь. Живые тени плясали вокруг него, сужая кольцо. Он слышал гневное потрескивание огня и биение собственного сердца в горле. Чёрный, как непроглядная бездна, безобразно покорёженный силуэт лёг на ближайшую стену, словно проламывая в ней дыру в некое иное пространство. Казалось, что кто-то действительно стоит за спиной, готовясь опустить руки - длинные крючковатые пальцы - на напряжённые до судороги плечи. Тирион зажмурился, готовясь обернуться.