Тирион
Нынче ночью в замке вновь было неспокойно. Но дело оказалось вовсе не в сгоревших кораблях, не в очередной волне серой чумы, захлестнувшей город, или даже вражеских войсках, вставших у полуразрушенных стен осадой - Тирион не удивился бы, случись такое, ибо знал: врагов у трона по-прежнему достаточно. Скрытых врагов, прячущих кинжалы под дорогими шелками; тех, от которых исходил приторный, почти тошнотворный запах духов, коими они маскировали исходившее от них зловоние прогнивших насквозь душ.
Чёрные вороны из снов почти каждую ночь выклёвывали Тириону глаза, хотя он почему-то продолжал смотреть. Он регулярно просыпался с полузадушенным криком на сбитых, пропитанных липким потом простынях.
Однако на сей раз не это стало причиной его беспокойства - теперь уже не спалось королю, и Тирион слышал тревожные разговоры, торопливый топот ног слуг и взволнованный голос Сэма, который, очевидно, носил королю какие-то зелья.
Тирион и сам бы не отказался хотя бы от сонного вина: пусть покои короля находились на порядочном удалении от его собственных, ему чудилось, что всё происходит прямо за дверью. Чёрные тени метались в густой темноте - призраки Красного замка, с которыми Тирион обрёл привычку вести душеспасительные беседы, предаваясь размышлениям, тоже были обеспокоены.
Его собственные призраки.
«Вчера, сегодня и всегда, и там они, и тут,
Лишь ты уснёшь, как со двора в дом призраки придут.
Я лучше не дождусь утра, по лестнице спущусь:
Как и любая детвора, я призраков боюсь».
Чёртов навязчивый, невесть откуда взявшийся стишок, который ужасно раздражал, особенно, когда столь не вовремя всплывал в и без того неспокойном сознании.
«Я не боюсь», - попытался убедить он себя.
Коротко застонав, Тирион сел на кровати, чувствуя, как тело затекло из-за неудобной позы, в которой он уснул: рухнул на кровать, как был, даже не потрудившись толком раздеться. Ноги взопрели в так и не снятых ботинках. Тирион поморщился. Шум - на самом деле, отдалённый, но внушающий определённое беспокойство - ввинчивался в мозг. Наутро должно было начаться судебное заседание, и Тирион хотел как следует выспаться, но, видимо, этим планам также не суждено сбыться.
И всё же ему было страшно.
Кое-как поправив измятую одежду и осознавая, что внешний вид - последнее, о чём следует беспокоиться, Тирион прохромал, переваливаясь с ноги на ногу, к выходу из покоев. Его личная стража, облачённая в красные плащи, оказалась на месте - один из них дремал, упёршись затылком в стену. Тирион всегда завидовал умению подобных людей спать в любом положении - и моментально же просыпаться.
Стоило двери скрипнуть, как стражник вскинулся, уставившись на Тириона. Второй, похоже, нехотя повернулся в сторону звука, а после скользнул взглядом вниз.
- Что происходит? - голос Тириона прозвучал хрипло, скрипуче, напомнив о не смазанных дверных петлях.
Один из стражников - тот, кто только что проснулся - пожал плечами и добавил, подавляя мучительный зевок:
- Кажется, это рядом с покоями короля.
- Кто-то прокрался к нему? - холодея, спросил Тирион. И тут же обругал себя за нелепость вопроса: будь это так, вряд ли бы его стража также спокойно стояла у дверей, не предпринимая ни единой попытки разбудить Десницу и сообщить о предателе в замке.
- Нет, милорд, - покачал головой стражник, хмыкнув. - Ни в коем разе. Полагаю, у его величества возникли проблемы иного характера.
«Проблемы иного характера, - подумал Тирион, восхищаясь формулировкой, за которой могло прятаться что угодно. - Уж верно, ничего хорошего».
- Я пойду посмотрю, - коротко бросил он. - Сам, - бросил через плечо, не желая, чтобы за ним, громыхая доспехами, следовала стража. - Сейчас в замке достаточно народа, никто на меня не нападёт.
По крайней мере, Тириону чудилось - из-за пляшущих вокруг теней - что вокруг него собралась целая толпа. Хотя, похоже, ни леди Анья, ни лорд Бейелор не всполошились - наверняка, спали себе мирно, видя десятый сон в своих покоях. Зато Сэмвелл Тарли и в самом деле суетился у приоткрытых покоев короля, там же мельтешили слуги, которых тот гнал прочь.
Если бы Твердыня Мейегора ещё существовала в своём первозданном виде, Тирион бы даже не услышал происходящего, но теперь, когда король временно жил в Кухонном Замке, где нашлись палаты, вполне достойные его милости, ночью всё было слышно прекрасно. Впрочем, Кухонным Замком он звался по старой памяти - ещё при Роберте кухни перенесли в здание, примыкающее к Великому Чертогу.
Теперь для того, чтобы попасть в королевские покои, Тириону требовалось пройти всего двадцать ярдов.
У дверей не было никого из Королевской Гвардии, и Тирион ощутил, как сердце пропустило очередной удар, а после подскочило к самому горлу. Только через мгновение он услышал обеспокоенный голос Подрика, окликающий короля.
Тирион сделал шаг в дрожащий круг света - туда, где беспокойно трепетали потревоженные сквозняком свечи. Никто не попытался его остановить. Вероятно, даже не заметили: одно из немногих преимуществ небольшого роста. Только когда Тирион закашлялся, в его сторону одновременно оглянулся Сэм с обеспокоенным лицом и Подрик, выглядевший не менее растерянно.
- Могу я узнать, стоит ли начинать переживать?
Сэм выдохнул. Взгляд Тириона скользнул по королю, который сидел на кровати в ночной рубашке, от пота прилипшей к груди. Он упирался в подушки спиной, голова его была откинута. Однако прежде, чем испугаться, Тирион заметил, как вздымается от быстрого дыхания грудь, как ходит под кожей кадык.
Он не знал, обрадовало его или нет, что король жив. Впрочем, в данном случае это было куда лучше, чем отыскать здесь мертвеца: ещё неизвестно, как бы всё обернулось в таком случае, когда у Тириона отсутствовал какой-либо чёткий план действий.
- Его величеству приснился... кошмар, - слова Сэма прозвучали не очень-то уверено, словно он и сам не знал, кошмар то был или явь. - Я принёс ему успокаивающих снадобий, - он указал на несколько склянок, стоящих на столе, чьё содержимое поблёскивало в пламени свечей. В помещении витал густой травяной запах, от которого голова едва не пошла кругом.
- Я вошёл, когда король закричал, - пояснил Подрик, который приобрел хорошо знакомый Тириону немного виноватый и смущённый вид, словно он лично повинен в случившемся. - А потом... так и застыл.
Тирион нервно почесал старый шрам на лице - тот всегда начинал зудеть, стоило ему начать нервничать. Взгляд снова упал на Брана, чьи пальцы с силой вцепились одеяло, как будто он пытался удержаться.
- Ваше величество? - осторожно произнёс Тирион, подходя чуть ближе и потягивая руку. Бран лежал с закрытыми глазами, пот мелкими бисеринками выступил на лбу и висках, волосы были влажными и всклокоченными. Он и в самом деле походил на человека, потревоженного кошмаром. Разве что кошмары Брана, как правило, не сулили ничего хорошего.
Ему никогда не снились просто сны.
- Я дал ему зелье, но он не пожелал его пить, - извиняющимся тоном повторил Сэм.
- А сонное вино? - но и на это Сэм отрицательно покачал головой.
Тирион, испытывая ещё больший страх, протянул руку и коснулся запястья короля. То казалось не только холодным - ледяным - но и твёрдым, словно он притронулся к камню. Мышцы оказались напряжены до предела.
- Кажется, никто не угрожает здесь королю, кроме его собственных видений, - наконец заключил Тирион, оборачиваясь на Пода и почти одёргивая руку: прикосновение к Брану прокатилось по нему смешанным чувством ужаса и отвращения, словно он тронул труп, а не живого человека. - Вы можете отправляться обратно на свой пост, сир.
Тирион испытующе посмотрел на Подрика, рука которого лежала на выкованном из золота навершии меча. Тирион увидел, как сжалась его ладонь и гадал, станет ли тот противиться приказу Десницы.
- Но король... - Подрик всё же попытался возразить. Тирион не дал ему возможности договорить, обрывая это нерешительное «но»:
- Здесь рыцари Королевской Гвардии, к сожалению, бессильны, ибо не могут сразиться с демонами, живущими в сознании короля, и одержать над ними победу. Если только вы не колдун, сир, - речь Тириона звучала холодно, и в ней не было ни грамма насмешки.
Подрик бросил ещё один обеспокоенный взгляд на Брана, потом - на Сэма, ища у него то ли поддержки, то ли пытаясь удостовериться, что слов Тириона можно слушаться. Сэм едва заметно улыбнулся и кивнул.
«Мейстер здесь тоже, похоже, бессилен», - но эту мысль Тирион не стал озвучивать.
Наконец, отвесив короткий поклон, Подрик направился к выходу. Тирион слышал бряцанье его доспехов и тяжёлую поступить, слышал, как скрипнула, но до конца так и не закрылась дверь: Подрик, видимо, всё-таки предпочитал слышать происходящее.
«Слишком он стал подозрительным», - заключил про себя Тирион. Впрочем, после долгого пребывания в Красном замке подобное и не удивительно. Не будешь подозрительным - быстро станешь мёртвым.
Мысль о мертвецах заставила Тириона снова бросить короткий взгляд на Брана, а после - на Сэма:
- Что вы предлагаете? Можем мы привести короля в чувство? Завтра утром ему предстоит присутствовать на суде.
- Следует попытаться дать ему настой, - неуверенно произнёс Сэм. - Но я не знаю, получится ли у нас влить его в короля... силой.
Словно услышав их слова, Бран издал короткий сиплый выдох, больше похожий на очередной вскрик. Тирион и Сэм одновременно обернулись в его сторону, нервно вздрагивая. В проёме тут же появилась голова Подрика, но почти тотчас исчезла.
Тирион вздохнул.
- Ваше величество, вы...
Бран, шумно дыша, но не открывая глаз, заговорил. Голос оказался тихим, на грани слышимости, но вырывался словно не из горла Брана. Жуткий, чужой, холодный, не выражающий ничего - и выражающий при том слишком многое.
- Идёт... она идёт... - первые слова, которые Тирион разобрал в невнятном прежде бормотании. - Двери открыты.
- О ком вы? - это был Сэм, осторожно приближающийся к кровати и протягивающий руку, чтобы коснуться напряжённого плеча Брана. Но стоило ему это сделать, как Бран сам вцепился в запястье Сэма. Последний, судя по лицу, едва удержался от испуганного вскрика, но вовремя смог остановиться. Только глаза панически расширились.
Тирион обрадовался, что на месте Сэма оказался не он сам: он-то бы точно не удержался от истошного, позорного вопля, достойного застигнутой врасплох девицы. Настолько резким оказалось это движение, настолько неестественным и рваным оно выглядело, словно движение поломанной марионетки. А лицо... лицо казалось тёмным, подёрнутым какой-то дымкой, растворяющимся и дрожащим в полумраке комнаты, полной теней. Те свернулись в углах ядовитыми змеями - Тирион почти слышал их разгневанное шипение.
- Они вернутся... Сыновья, - повторил Бран, - Сыновья и Дочери.
- О чём он? - Сэм, чьё толстое запястье до сих пор находилось в стальной хватке Брана, растеряно оглянулся на Тириона. Тот только и мог, что пожать плечами и, пересиливая себя, сделать шаг к кровати. Словно к краю разверзшейся прямо посреди просторных королевских палат бездне. Висящие на стенах полотна картин представлялись открывшимися в глубины ада окнами.
С грохотом захлопнулись и с протяжным скрипом открылись вновь ставни уже на настоящих окнах, заставив и Тириона, и Сэма вновь подпрыгнуть.
- Понятия не имею, мейстер. Ваше величество, вам следует успокоиться, - Тирион говорил осторожно, словно с опасным сумасшедшим, однако его и не думали слушать. С бледных, почти белых губ короля снова сорвался шёпот на каком-то странном, неведомом языке. Лишь спустя некоторое время в бессвязную речь начали вплетаться знакомые слова, на сей раз уже на всеобщем. Смысл их по-прежнему оставался непонятным, но всё же каждое из этих слов пронзало ужасом насквозь.
Чудовищные, зловещие слова, напоминающие молитву тёмному богу - темнейшему из них.
- Я слышу, - говорил Бран, обращаясь явно не к Тириону или Сэму. - Я здесь... кто ходит внутри стен, бродит средь могил. Хозяин троп Богов и путей Хищных тварей Запределья. Мастер Углов и Владыка Лабиринта. Владелец печатей, знаков и слов Силы. Кто разверзает колодцы Хаоса и Пустоты! Тот, кто правит Узором Формы и Пустоты! Древние боги, Хищники Пустот, Владыки Стихий, Жнецы Смерти ступают, ведомые Вратами... Я сосуд вместилища силы твоей, я проводник воли твоей, я есть продолжение тела твоего. Владыка, повелевающий временами, разрушь зеркала времён, пред взором моим разбей мои отражения в них! - Бран замолчал, захлебнувшись звуком собственного голоса. Снова откинул голову, в горле его что-то заклокотало. Глаза закатились, оставив видимыми лишь белки. Тело сотрясали судороги - казалось, сейчас на губах вскипит пена.
Рука Сэма оказалась на свободе, и тот, не теряя времени, не дал Брану упасть. Тириону на мгновение показалось, что это приступ трясучки или чего-то подобного, однако Бран оставался неподвижен, словно вновь одеревенел. Лишь белёсые глаза глядели в недостижимую пустоту, губы шевелились - беззвучно. По счастью, беззвучно. Тирион был вовсе не уверен, что хочет вновь выслушивать всю эту безумную жуть.
- Что это было... что? - Сэм, не оборачиваясь к Тириону, потянулся за зельем, надеясь, видимо, всё-таки влить его в короля.
- Хотелось бы и мне знать, - и Тирион растерялся, однако думал об одном: письме Марвина, старых книгах, которым не мог поверить до конца. До этого самого момента. Тирион был уверен ещё в одном - Бран бы не стал всего этого говорить, если бы не потерял контроль над происходящим. Если бы не случилось нечто, выходящее далеко за рамки привычного.
Бран - или то, что им было - явно в ярости. Это Тирион хорошо понял по тому, как звучал тот голос, принадлежавший чему-то непостижимому.
- Должно быть, это какое-то... кошмарное видение, - продолжил Тирион, наблюдая за манипуляциями Сэма, который промокнул холодной тряпкой лоб короля, глядящего в пустоту.
- Никогда прежде не слышал подобного, - признался Сэм, глядя на почти серое лицо.
«Я тоже».
- Сыновья и Дочери. Понятия не имею, что он имел ввиду. Что мог увидеть, - Тирион пытался рассуждать спокойно, хотя внутри него всё дрожало. Ему хотелось убраться поскорее из покоев короля и выпить столько вина, чтобы сознание окончательно отрубилось, провалилось в зияющую пустоту тёмного забытья.
- Сыновья, - Сэм обернулся к Тириону. Глаза его всё ещё были наполнены неподдельным испугом. - Так жёны Крастера называли своих сыновей. Они говорили: Сыновья идут.
- К чему ты это вспомнил? - нахмурился Тирион. - Даже если и так, Король Ночи и его армия давно уничтожены. Ты и сам прекрасно знаешь. Ты видел.
Сэм кивнул, но тут же пожал плечами:
- Видел, но, возможно, эти Сыновья... и Дочери - ещё хуже. Как знать? Ведь не зря же король настолько... настолько... - он не нашёл нужного слова.
- Потерял контроль, - подсказал Тирион. В руках Сэма оказался какой-то настой, всё так же остро пахнущий горьковатыми травами. Горлышко коснулось чуть раздвинутых губ, несколько капель сорвалось, скатываясь в глотку короля, из которой вырывалось неровное хриплое дыхание.
- Да... Пейте, ваше величество, - попросил Сэм и с облегчением выдохнул: кадык Брана двинулся - он явно проглотил то, что ему давали. - Пейте, это успокоит ваше сознание.
Бран вдруг моргнул - и глаза его снова стали нормальными. Тёмными. Человеческими - почти. Однако Тирион никак не мог забыть того потустороннего голоса, того звука, который - он был уверен - не способны издавать человеческие связки. Сэм поглядывал на Брана с не меньшей опаской. В руке его подрагивал опустевший сосуд.
- Что это? - еле слышно спросил Бран.
- Травяной настой. От нервов, - пояснил Сэм. Ему бы, похоже, тоже не помешал глоток-другой.
«Да и я бы не отказался», - подумалось Тириону.
- Спасибо... Но вряд ли это поможет, - голос звучал безжизненно. Только сейчас, кажется, Бран осознал, что в покоях его находится ещё и Тирион, попытался сфокусировать взгляд на нём. - Давно вы здесь, лорд-Десница?
- Нет, - покачал головой Тирион.
- Я потревожил и вас своими криками?
- Мне просто не спалось, - хмыкнул Тирион. - Можно сказать, почувствовал, что что-то не так. Всё моя потрясающая интуиция.
Настала очередь Брана хмыкать. Он вновь перевёл взгляд на Сэма.
- Никто не должен об этом знать. Никто из тех, кто прибыл сюда недавно, - заключил король, неотрывно глядя в тёмные глаза Сэма, наверняка видя на самом дне зрачка потаённый страх. - Пока что - не должны.
Тирион до определённой степени был с этим согласен: сейчас совсем не время, чтобы пошли слухи о нездоровье короля, ибо в таком разе сразу налетят стервятники, жаждущие наживы. По мнению Тириона, нынче лишь безумец мог желать стать правителем наполовину разорённого Вестероса, однако лишённых разума среди достопочтенных лордов всегда хватало.
- Я понимаю, - произнёс Сэм.
- Кто ещё знает о случившемся?
- Здесь были только Подрик и мейстер, когда я пришёл, - настала очередь Тириона отвечать. - Кажется, ваше... нездоровье больше никого не потревожило. Если, конечно, не считать слуг... Но они не видели и не слышали прочего.
Бран кивнул, похоже, удовлетворившись ответом. Тогда прозвучал осторожный, немного боязливый вопрос Сэма, который словно опасался разгневать короля:
- Вам... вам что-то привиделось? Прежде с вами такого не происходило, - добавил он, торопливо поясняя причину своего любопытства.
- Да, - Бран потёр лоб, чуть нахмурившись. - Дейенерис...
Тирион заметно напрягся, как и Сэм - это было заметно даже под просторной мантией мейстера.
- Дейенерис вернулась, - продолжил Бран бесцветным голосом. - Как и Дрогон.
Сэм коротко выдохнул, Тирион сжал пальцы. Если это правда, значит, стоило готовиться к чему угодно, даже к тому, что Королевская Гавань скоро вновь будет объята огнём. Однако Бран, словно прочитав чужие мысли, медленно покачал головой.
- Но это ещё не всё, и не самое неприятное.
- Куда уж дальше, - пробормотал Тирион. В голове беспорядочно метались мысли.
- Она не придёт... сейчас, - спокойно пояснил Бран. - Куда больше меня беспокоят другие личности, способные создать проблемы посерьёзнее. Те, кто вернул её.
- Кто? - Сэм чуть подался вперёд, жадно впитывая слова. Однако Бран неопределённо покачал головой. - Красные жрецы?
- Я не смог толком разглядеть, однако почувствовал исходящую от них угрозу.
- Нехорошо, - заключил Тирион, потирая подбородок.
- Вы говорили кое-что ещё, - тихо пояснил Сэм. - Что-то про... - он задумался, пытаясь припомнить слова. Зловещие слова, произнесённые чужим голосом. Повисла пауза: Тирион тоже пытался припомнить сказанное, однако с удивлением, от которого позабыл даже недавний ужас, обнаружил, что не может припомнить ни самих слов, ни их сути. Память, что твоё решето, позволило услышанному ускользнуть куда-то.
- Что-то про... про Врата... кажется... - пробормотал он, явно озадаченный. Бран посмотрел вначале на Тириона, затем - снова на Сэма. Губ его коснулась почти что сочувственная улыбка, хотя взгляд оставался таким же отрешённым и равнодушным ко всему.
- Я и сам не помню, - Бран покачал головой. - Должно быть, это уже не имеет такого значения.
«Ещё как имеет, - с неожиданной злостью и раздражением подумал Тирион. Ему было до крайности неприятно осознание того, что с его памятью творится неладное. - Иначе бы мы прекрасно помнили, что он там бормотал».
- Сыновья! - вдруг выдохнул Сэм, явно обрадованный тем, что всё же удалось выудить что-то из недр памяти. - Вы говорили о возвращении Сыновей и я подумал...
- О Белых Ходоках, - довершил за него Бран.
- Да, но ведь они и Король Ночи...
- Король Ночи был не единственным из Сыновей, - тихо произнёс Бран и снова внимательно посмотрел на Тириона, который по-прежнему пытался припомнить слова чудовища. Но на память в душе его остался только страх. - Его Братья жили не только в Землях за Стеной.
Сэм громко вздохнул, явно взволнованный и напуганный.
- Значит ли это, что... что мы снова будем иметь дело с чем-то подобным в ближайшее время? - напрямую спросил Тирион.
- Пока что я не могу сказать вам точно, - уклончиво ответил Бран, посмотрел куда-то в сторону окна. Приоткрытая ставня всё ещё слегка покачивалась, издавая негромкое поскрипывание. Сквозняка в покоях не было. - И я бы предпочёл ещё... понаблюдать прежде, чем делать выводы. Пока что у меня будет просьба к вам, милорд, коль скоро вы здесь.
Чёрные глаза уставились на Тириона, словно вгрызаясь в его душу. Его пронзила неприятная дрожь.
- Я здесь, чтобы служить, - выдавил он, криво улыбаясь. - Денно и нощно.
- Я бы хотел, чтобы завтра вы начали судебное заседание без моего участия. Уверен, вы и леди Анья справитесь с поставленной перед вами задачей. Новый мастер над законами - мудрая женщина.
- Но как же... - Тирион несколько растерялся. - Что прикажете доложить, чтобы не сообщать о вашем самочувствии?
- Дело в нём. Я просто буду... занят, - последнее слово прозвучало весьма многозначительно. - Я присоединюсь к вам как только закончу с некоторыми своими делами. Это касается в том числе и Дейенерис. Того, что я почувствовал и увидел.
Тирион предпочёл пока что ничего не уточнять и лишь коротко кивнул.
- А теперь мне и правда стоит немного поспать, - Бран едва сдержал зевок. - Вероятно, я был несправедлив по отношению к зельям Великого Мейстера.
Не став дожидаться их реакции, Бран откинулся обратно на подушки, с шумом выдыхая и смежив веки. Тёмная тень от ресниц упала на по-прежнему бледные щёки. Вскоре дыхание его выровнялось - и Тирион сделал осторожный шаг назад, отходя подальше от кровати и стараясь почти не дышать. Он не желал будить Брана, не желал будить то, что говорило...
«Говорило - что?»
Тирион не помнил. Знал только, что голос тот ему вовсе не понравился, хотя уже не был так уверен в том, что им с Сэмом не почудилось. Эта мысль нравилась Тириону ещё меньше, поскольку привык доверять собственному разуму. А теперь тот, похоже, решил сыграть с ним в злую шутку.
Сэм последовал за Тирионом, всё так же периодически оглядываясь. Вскоре они оказались в смежной комнате, где на крепком дубовом столе горело несколько больших свечей. Как и прежде, стол был завален пергаментом и книгами. Именно здесь Бран имел обыкновение вести разговоры с глазу на глаз.
- Прикрой окно, - чуть нервно попросил Тирион, глянув в сторону распахнутых ставен, выходящих на укрытый чёрным пологом ночи город. Сэм последовал его просьбе, а после обернулся, вопросительно глядя на Тириона.
- Такого и правда раньше не происходило, - было очевидно, что он имеет ввиду. - Он как будто...
- ...потерял контроль, - напомнил Тирион. - Вероятно, в самом деле произошло нечто серьёзное. Будем надеяться, что время у нас ещё есть.
- Время на что? - не понял Сэм.
- На всё, - махнул рукой Тирион. Поискал глазами штоф с вином, не сразу вспомнив о том, что король воздерживается от алкоголя. - И всё же я бы предпочёл, чтобы сегодняшнюю ночь он провёл под присмотром мейстера.
Ему не хотелось вынуждать Сэма спать здесь после случившегося, однако иного выхода не видел: обнаружить в кровати мертвеца на утро оказалось бы некстати. Не сейчас, когда Тирион совершенно не был готов к решительным действиям. Пока не разобрался в происходящем. Сейчас он напоминал самому себе слепца, бредущего в неизвестность. Впереди могла оказаться как ровная дорога, так и бездонная пропасть.
Сэм бросил тревожный взгляд в сторону смежной комнаты. С его места прекрасно можно было разглядеть королевскую кровать: Бран, откинувшись на подушки, спал. Грудь его вздымалась от мерного и глубокого дыхания, которое вырывалось изо рта с тихим свистом. И уже почти ничего не напоминало о случившемся. Ничего, кроме потустороннего холода, расползающегося по помещению.
- Я понимаю. Переночую здесь, - взгляд Сэма упал на кушетку, - вдруг понадобится что-нибудь ещё.
- И то верно, - голос Тириона прозвучал почти сочувственно. - Спасибо.
- Теперь это моя забота, - Сэм с каким-то виноватым видом развёл руками. Он не был дураком, и явно заподозрил что-то неладное, но предпочёл не произносить этого вслух. За это Тирион мысленно его похвалил. Вполне может статься, у него появится ещё один союзник. - Вам потребуется что-то для сна, милорд?
Тирион покачал головой вопреки всем прежним мечтаниям о сонном вине.
- Нет. В противном случае весь день прохожу, как в дурмане, а мне нужна ясная голова, - Тирион неловко похлопал Сэма по запястью. - Я на вас рассчитываю.
Больше не оборачиваясь и не желая задерживаться в королевских покоях, Тирион торопливо направился к выходу, искренне надеясь, что всё это не походило на трусливое бегство.
**************
Сон сморил Тириона лишь под утро, однако, когда в комнату его явились, чтобы напомнить о скором начале королевского суда, он с удивлением обнаружил, что даже умудрился отдохнуть. Случившееся ночью казалось не более, чем сном. Пожалуй, Тирион бы даже уверился в этом, если бы не обнаружил отсутствие Брана в комнате Малого Совета.
- Король попросил передать, что занят решением некоторых важных вопросов и присоединится попозже, - стараясь сохранять ровный тон,Тирион направился к высокому стулу, на который ему предстояло взобраться под внимательными взглядами леди Аньи и лорда Бейелора. Сир Давос, как обычно, тактично глядел в другую сторону. На сей раз не было ни Сэма, ни Бриенны. - Так что я буду представлять его на этом суде.
Леди Анья скептически осмотрела Тириона с ног до головы. В глазах её скользнуло презрение, но Тирион вдруг обнаружил, что ему решительно всё равно. Главное, чтобы эта женщина выполняла возложенные на неё обязанности, в остальное время Тирион с успехом мог её избегать.
Сир Давос закашлялся, а после произнёс:
- Полагаю, моё присутствие на сегодняшнем заседании также не потребуется.
Лорд Бейелор широко усмехнулся. Не зря его, помимо прочего, называли Яркой Улыбкой. Впрочем, Тириону она в тот миг в большей степени напомнила оскал.
- Сир Давос принёс нам занимательную весть, - пояснил мастер над монетой, сцепив руки в замок.
- В самом деле? - стараясь сохранять равнодушный тон, поинтересовался Тирион. Хотя сердце его колотилось: неужели что-то о Джой? Впрочем, в таком разе Давос почти наверняка отправился бы к нему напрямую, не став извещать о подобном в присутствии посторонних. И всё же опасение больно кольнуло его. - Что же за весть?
- Леди Меларио убита в Квохоре, - едва ли не с победным видом произнёс лорд Бейелор.
- Леди Меларио... - пробормотал Тирион, припоминая. - Вдова Дорана Мартелла, - он пожал плечами. - Нам-то что с того? Она давно покинула Вестерос и уж точно не претендовала на власть в Дорне. Её смерть - прискорбное событие, но...
- И всё же её смерть кому-то понадобилась, - возразил лорд Бейелор.
Давос коротко прокашлялся и пояснил:
- В Квохоре говорят, что это лишь несчастный случай, стечение обстоятельств.
- Как бы там ни было, - не особенно прислушиваясь, продолжил лорд Бейелор, - мир между Норвосом и Квохором нарушен, это может вылиться в очередную войну между Вольными Городами.
- Полагаю, нас это пока что беспокоит с точки зрения торговли и возможного роста цен, - Тирион коротко выдохнул. - Иначе бы с чего мастеру над монетой так переживать о войне на другом континенте?
- Хотя бы это вы в состоянии понять, - вмешалась в разговор прежде строго молчавшая леди Анья. Голос её звучал холодно. Она посмотрела сначала на Тириона, а потом - на Бейелора так, словно те были дурно ведущими себя мальчишками. - Есть ещё кое-что, лорд Тирион. Но всё-таки я бы предпочла, чтобы мы продолжили этот разговор после суда. Время не ждёт, заключённых уже наверняка привели.
Тирион кивнул, соглашаясь: вопросы и проблемы стоило решать по мере их значимости, и сейчас ему предстояло присутствовать на проклятом заседании. Как бы он ни жаждал правосудия, ни желал поквитаться за смерть Бронна, однако всё это вызывало в нём очередную волну неприятных воспоминаний.
Тех самых, в которых он сам находился на месте подсудимого без малейшей возможности оправдаться за то, что родился карликом.
- Пойдёмте, - он спрыгнул со стула. - Наш мастер над законами права - настало время вершиться королевскому правосудию.
************
На сей раз в наполовину восстановленном Великом Чертоге народу собралось немного, хотя Тириону хватило и того - толпа на наспех сколоченных скамьях возбуждённо гудела. Просторные галереи, которые всё ещё не были отстроены до конца, сегодня пустовали. И всё же здесь хватало стервятников, желающих посмотреть на чужой страх. Питающихся им, словно падалью. Тирион испытывал лишь отвращение, садясь у самых ступеней на специально подготовленный для него низкий стул.
Король велел сделать трон на свой вкус и себе под стать - из белой древесины чердрева. Искусно вырезанный рукой столяра, он стоял на некотором возвышении. И не в Тронном Зале, где прежде находился Железный Трон - тот был оставался заколоченным и нетронутым - а именно здесь, словно Бран не желал тревожить покой расплавленного трона. Сегодня место короля пустовало, но Тириону всё равно казалась, что кто-то внимательно глядит в его спину. Возможно, виной тому было лицо, вытесанное у изголовья, по обе стороны от которого виднелись очертания воронов.
Порой Тириону чудилось, что лицо искажает недобрая усмешка, а резные крылья воронов вот-вот придут в движение.
Густая тишина, царившая в зале, нарушалась всё тем же едва слышным гудением со стороны скамей - словно там роились недовольные, потревоженные пчёлы, уже готовые пустить в ход свои жала. Лица давно сменились другими, но Тирион, со своего места обводящий их хмурым взглядом, помнил, как точно также они ждали приговора для него самого.
Когда королевские гвардейцы привели закованную в цепи Таэну, держа ту под обе руки, Тирион испытал к ней даже сочувствие. Настолько беспомощной казалась сейчас эта женщина - и настолько же прекрасной, несмотря на проведённое в темнице время, которое потребовалось, чтобы собрать всех необходимых свидетелей.
Волосы её были растрёпаны, одежда измята, грудь вздымалась от быстрого, взволнованного дыхания, тёмные глаза горели, вперившись в Тириона. Похоже, как обычно, именно он представлялся ей главным виновником случившегося. Взгляд этот невольно напомнил о сестре - Серсея всегда глядела на него с похожим выражением в глазах.
- Таэна Мерривезер, жена лорда Ортона Мерривезера, подозреваемая в преступном сговоре с целью умертвить сира Бронна Черноводного, - с мрачной торжественностью объявил королевский герольд.
Тирион бросил короткий взгляд на леди Анью, занявшую положенное ей место судьи. Та осматривала Таэну с совершенно равнодушным и присущим ей строгим выражением лица.
- Сознаётесь ли вы в том, что виновны, леди Таэна? - голос леди Аньи гулко разнёсся под сводами Тронного Зала, прокатился по пустующим галереям.
- Нет, - последовал твёрдый ответ. Леди Таэна вскинула голову, с вызовом глядя прямо в глаза леди Аньи. - Я не признаю себя виновной. Мой муж и мой сын...
- Их мы спросим сами, - прервала её леди Анья. Тирион заметил, как внимательно, даже немного хмуро поглядывал на леди Таэну лорд Бейелор. В душе Тириона шевельнулось сомнение: слишком многое было в том взгляде, но прежде всего - недовольство. Словно ощутив на себе этот взгляд, Таэна повернулась в сторону нового мастера над монетой и криво улыбнулась.
Тирион нахмурился. Определённо, здесь имело места какая-то странная, замысловатая игра, суть которой он пока не до конца понял.
- Что ж, - тем временем продолжала леди Анья, делая вид, что не заметила этих переглядываний. - Как тогда вы можете объяснить то, что сир Бронн был найден мёртвым под вашим кровом? Так же, как и пребывавшие с ним в покоях женщины.
- Так меня судят ещё и за убийство шлюх? - с насмешкой поинтересовалась леди Таэна.
- Вас судят за убийство члена Малого Совета и верховного лорда Простора, - леди Анью нисколько не смутил этот вопрос. - Мёртвые женщины лишь подтверждают тот факт, что яд был добавлен в питьё сира Бронна.
- Допустим, - также спокойно продолжала леди Таэна. - Но, милорды и миледи, при чём же тут я и моя семья? По-вашему, я столь глупа, чтобы сотворить подобное в стенах собственного дома?
- Мы оцениваем не ваши умственные способности, миледи, - леди Анья на сей раз недовольно поджала губы, - а содеянное вами.
- Я ничего не делала, - настаивала леди Таэна.
- Что ж. Тогда приведите к нам первого свидетеля обвинения, - велела леди Анья, обращаясь к королевским гвардейцам. Вскоре перед всеми присутствующими предстала перепуганная девушка, растерянно и робко поглядывающая на внимательно изучающих её высоких гостей.
Одна из служанок леди Мерривезер.
- Назовите своё имя, - попросила леди Анья.
- Меня зовут Бетс, м'леди, - пролепетала она. - Я служу в доме лорда и леди Мерривезер.
- Это нам известно, - почти благосклонно произнесла леди Анья. - Расскажи то, что знаешь.
Бетс снова огляделась по сторонам и нерешительно произнесла:
- Я толком ничего и не знаю. Я не относила еду и питьё для сира Бронна. Видела только, как он отводит к себе тех девушек, - на щеках её появился румянец, делая почти что привлекательной. - И только на утро мне стало известно, что сир мёртв. Однако весь вечер я прислуживала лорду и леди.
- Возможно, ты ещё что-нибудь слышала или видела? - вмешался вдруг лорд Бейелор. Тирион снова обернулся на него. Беспокойство не давало ему покоя.
- Я... я не... - пролепетала Бетс, потупив глаза. Бедняжка явно была напугана - или лишь хотела таковой показаться. - Я не слышала ничего такого. Хотя его милость лорд Ортон был в гневе из-за того, что случилось за ужином и... и поведения сира Бронна.
- Что же не так было с его поведением? - спросила леди Анья, хотя уже, конечно, знала всю историю от и до, да и сама не питала к сиру Бронну добрых чувств, вероятно, помня наглого наёмника ещё в Долине Аррен.
- Он глядел на леди Мерривезер... и говорил м'лорду недостойные вещи... так я поняла, - пояснила она, не поднимая глаз. - Сир Бронн не вызывал у них тёплых чувств, это точно.
Леди Таэна, молча слушавшая рассказ своей служанки, сверлила ту пристальным взглядом, раздувая ноздри. Тирион знал, что долго та не выдержит - и оказался прав.
- Леди Таэна и лорд Ортон хотели проучить сира Бронна... говорили, что, не будь сир Бронн мастером над монетой, давно бы распрощался с жизнью.
- Это ложь! - взвилась леди Таэна. История была хорошо известна Тириону, и он едва удержался от усмешки. - Я не намеревалась убивать его, я лишь говорила, что сир Бронн ведёт себя недостойно, и королю следовало бы знать о его поведении...
- Вам никто не задавал вопросов, - снова вмешался лорд Бейелор. - Вы знаете правила: отвечать лишь тогда, когда к вам обращаются, если желаете сохранить хотя бы остатки собственного достоинства.
Дыхание леди Таэны вновь участилось от ярости: то было заметно по тому, как часто началась вздыматься её высокая грудь. Служанка же, даже не глядя на свою госпожу, продолжила, когда леди Анья подала ей знак:
- Больше мне нечего сказать, разве что... смерть сир Бронна явно не опечалила лорда и леди.
- Нас интересуют факты, а не ваши предположения, - наконец заговорил Тирион. Он чувствовал себя до крайности глупо. Пожалуй, даже нелепо, потому что речь шла о смерти человека, которого он полагал своим другом. И всё же Тирион желал наказания для настоящих убийц, а не тех, кто был ими назначен. - Вам доподлинно известно, что лорд и леди Мерривезер замышляли убийство?
- Я такого не говорила! - нахмурившись, выдохнула служанка.
«Никакого тебе «м'лорд», - с мысленной усмешкой подметил Тирион, однако то его беспокоило мало.
- Но вы сказали, что они мечтали отправить его на тот свет, - напомнил он. - Мы все это слышали, - он небрежно махнул рукой в сторону скамей и оглянулся на лорда Бейелора с леди Аньей. - Вы сказали, что...
- Мы все помним, что она сказала, - оборвал Тириона лорд Бейелор, недовольно поморщившись. Леди Анья кивнула.
- Тем более, - нисколько не смутился Тирион, вновь впиваясь взглядом в лицо служанки. Та, не выдержав, вновь опустила глаза в пол. - Так неужели они столь глупы, чтобы при слугах обсуждать подобные вещи?
- Я уже сказала, что... - снова начала было Таэна.
- Довольно! - оборвала её леди Анья. Теперь лицо её выражало негодование. - Ведите следующего свидетеля.
Тирион никак не мог взять в толк: сговорилась она что ли с лордом Бейелеором? Похоже, она или не заметила, или просто не обратила внимания на странность происходящего. Впрочем, Тирион не исключал того, что теперь страдает излишней мнительностью, поскольку леди Анья в последнюю очередь станет вступать в сговор с Хайтауэрами - на кой ей это сдалось?
Следующим оказался мейстер, прислуживающий в доме лорда Ортона. Тот самый, который вынес заключение о смерти.
- Мейстер Колдер, назначенный Цитаделью, - объявил герольд, пока к кафедре свидетеля двигался престарелый человек. Цепь на его шее тихо позвякивала в такт шагам. Похоже, почти все домашние лорда и леди Мерривезер чудесным образом превратились в свидетелей обвинения. Неужели те не были достаточно добры к ним? Похоже, и сама леди Таэна оказалась тем до крайности озадачена, снова глянув на Тириона.
- Расскажите нам, мейстер, о своих находках, - попросила леди Анья.
- Суду о них прекрасно известно, - вздохнул мейстер. - Сир Бронн был отравлен «сладким сном», иного объяснения тому быть не может.
- И ты понял это только от того, что не нашёл следов яда, старик? - снова взвилась леди Таэна. Тирион мысленно застонал: как он мог хоть чем-то помочь этой женщине, если она губит сама себя? А ведь он и в самом деле считал её умной. Гнев, похоже, окончательно лишил её рассудка.
Мейстер Колдер посмотрел на леди Таэну почти сочувственно, даже виновато, и пояснил, обращаясь не то к ней, не то к судьям:
- Коварство этого яда именно в том, что он не оставляет никаких следов в теле того, кто был им отравлен, а также прекрасно растворяется в вине, не придавая ему никакого вкуса. Однако отравленный напиток так и не был обнаружен в комнате, где проводил время сир Бронн. Характер смерти, как и смерть его спутниц, указывают именно на это вещество. Тем более, как известно суду, сосуд с ним был обнаружен в замке лорда и леди...
Зал снова недовольно и возмущённо загудел, хотя - вот уж в чём Тирион точно не сомневался - всем им было плевать на смерть Бронна. Тирион снова подал голос:
- И вы, как мейстер, конечно, ничего не знали о том, хотя именно вам полагалось заведовать такими опасными веществами, как яд.
Мейстер Колдер, в отличие от служанки, посмотрел на Тириона с вызовом:
- Яд хранился не в моих покоях. Прежде мне не было известно, что в замке и вовсе могут находиться подобные вещи. Я ведаю зельями и настоями, которые предназначены для того, чтобы спасти жизнь, а не на то, чтобы её отобрать.
Тирион хмыкнул.
- Насколько мне известно, у мейстеров всегда припрятано определённое количество ядов, и они уж точно хорошо знакомы с ними. Как иначе можно бороться с их воздействием?
- На что вы намекаете? - нахмурился мейстер. - Я назначенный Цитаделью мейстер, который не стал бы творить подобных вещей. И не в моих правилах лжесвидетельствовать.
«Мейстер из Цитадели Староместа, это верно», - Тирион посмотрел на леди Анью.
- Вы считаете, что это сделала леди Таэна, её муж, а то и вовсе их сын? - напрямик спросил Тирион. На сей раз мейстер замялся, явно не зная, что ответить. Спасло его только появление короля, о котором возвестил звучный голос герольда, заставивший Тириона вздрогнуть:
- Его Величество король Андалов, Ройнаров и Первых людей, Хранитель Шести королевств и Защитник государства, Брандон Сломленный!
Зал затих. Тирион глядел на то, как верный Подрик ввозит Брана в чертог. Другие гвардейцы помогли ему поднять кресло по ступеням, а после перенесли короля на предназначенное для него место. Теперь Тирион, чьё сиденье находилось прямо перед ним, почувствовал внимательный взгляд в спину.
Сам Бран выглядел уставшим, если не сказать - измученным. Лицо было бледным, под глазами залегли тёмные тени, словно он вовсе не спал. Странно, что король решил показаться в таком виде - никаких домыслов о его нездоровье не потребуется, если всё и так очевидно.
- Продолжайте, - тем временем возвестил Бран, поднимая вверх руку. - Я хочу послушать ответ мейстера Колдера на вопрос, заданный лордом-Десницей.
- Который, видимо, решил стать защитником прекрасной леди, - еле слышно хмыкнул лорд Бейелор, но так, чтобы эти слова услышал и Тирион.
Мейстер прочистил горло. За то время, пока король занимал положенное ему место, он, похоже, успел как следует обдумать ответ на вопрос.
- Я не утверждал того, что это сделал лорд, леди или их сын, однако присутствие яда, которым был отравлен сир Бронн, нахожу подозрительным... К тому же, он довольно популярен в Вольных городах, откуда родом миледи.
Тирион увидел, как леди Таэна с силой вцепилась руками в кафедру, оставляя на дереве глубокие борозды.
- При всём моём уважении, решение этих вопросов оставьте суду, - произнесла леди Анья, тем приятно удивив Тириона. - Однако спасибо вам за предоставленную информацию. Теперь нам всем хотелось бы послушать свидетелей защиты, которых назвала леди Таэна.
На сей раз гвардейцы привели одного из стражников лорда Ортона, который, едва представившись и выслушав вопрос леди Аньи, принялся с жаром уверять присутствующих в невиновности леди и лорда Мерривезеров:
- Я готов поклясться Старыми и Новыми богами, что ни лорд, ни леди, ни их наследник не совершали подобного злодеяния! Всю ночь я простоял у дверей в их покои, кои они не покидали!
- Это нам известно, - вздохнула леди Анья. Кажется, от неё тоже не ускользнуло то, какие взгляды бросал стражник на леди Таэну, хотя та сейчас даже не глядела в его сторону.
«Несчастный влюблённый дурак», - подумал Тирион.
- Это не свидетельствует об их непричастности, - продолжила леди Анья.
- Но послушайте, - настаивал стражник, подаваясь вперёд от обуревавшего его волнения, - сказанное мною - чистая правда. Лорд и леди были возмущены недостойным рыцаря поведением, которое продемонстрировал сир Бронн, но всё же не походили на людей, замышлявших убийство.
- Таковые вопросы будет решать суд, - вновь напомнила леди Анья. Тогда же заговорил и король, однако обращался он не к свидетелю, и не к леди Таэне, а к судьям:
- Почему же привели только леди Таэну? - спокойно поинтересовался он. - Пред королевским судом должны были предстать все трое.
Леди Таэна вскинула голову: похоже, сама мысль о том, что Рассел будет осуждён вместе с ней, вызывала в ней немалый ужас. Тирион мог её понять - как и любая женщина, Таэна любила своё дитя.
- Мы сочли разумным выслушать всех троих по отдельности, - пояснила леди Анья. - Однако, если вам будет угодно...
- Мне угодно, - заверил Бран. - Пускай сюда приведут лорда Ортона и его сына.
Тирион на мгновение закрыл глаза: суд грозил затянуться надолго.
*************
Слуги, мейстер, сопровождавшие Бронна гвардейцы... все они свидетельствовали против. Лишь некоторые уверяли, что ничего не ведают, да и те слова звучали не слишком-то уверено. Как Тирион и опасался, первое слушание затянулось до глубоких сумерек. Они прерывались лишь для того, чтобы наскоро отобедать и вернуться в зал.
Тирион нисколько не сомневался в том, что вся эта комедия затянется не менее, чем на несколько дней. И то - если повезёт. Хотя не приходилось сомневаться в том, что виновные уже найдены и приговор того и гляди окажется приведён в действие.
- Я обещал помочь Таэне, - доверительно сообщил Тирион штофу с вином, который сопровождал его скромный ужин. - Помочь спасти хотя бы её сына, если она сама будет обречена. И, похоже, снова придётся говорить с королём...
Мысль эта стала Тириону поперёк глотки.
Уверенность Тириона в причастности лорда Бейелора крепла. Но не в том, что Хайтауэры приложили руку к смерти Бронна - похоже замысел был куда менее коварен: пусть все полагают, что Мерривезеры отравили сира Бронна по собственной инициативе.
- Как бы при дворе не появилось ещё одной должности, вроде Десницы, на которой никто не умирает мирной смертью, - мрачно шутил Тирион. Вино приятно согревало, но никак не могло унять внутренней дрожи. От усталости слипались глаза, и Тирион понял, что лучше бы ему перебраться в постель: завтра утром суд продолжится, и ему самому следовало отдохнуть и привести мысли в порядок.
Однако тягостные размышления всё равно не давали ему покоя, даже когда одежда оказалась сложена на кушетке, а голова покоилась на подушке. Тирион глядел в покачивающийся потолок, по-прежнему ощущая на языке терпкий привкус вина.
Сир Давос, который так и не принёс вестей о Джой. Яра Грейджой, напротив, сообщившая о том, что наконец-то направляется в Королевскую Гавань, как и велит король. Она должна была вскорости прибыть с несколькими кораблями.
В глубине души Тириону вовсе не хотелось, чтобы леди Грейджой появлялась при дворе: не только от того, что понимал - король хочет держать её поближе к себе, но и от того, что самому Тириону было тяжело глядеть на Яру. Ощущать исходящее от неё презрение к жалкому карлику. Слышать её небрежное «Бес». В Красном замке и без того хватало людей, которые его ненавидели.
- Но на этот раз я сделал всё сам, - посетовал он, обращаясь то ли к темноте, то ли к призраку Тайвина Ланнистера, регулярно посещавшего его мысли. - Смотри, - пробормотал он, - я так долго искал твоего расположения и... Смотри внимательно, отец, я стал достаточно взрослым, чтобы пить вино, трахать шлюх и ломать собственную жизнь. Чужие, впрочем, тоже, - мысли путались, запинались друг о друга, словно пьяные, кружились в тошнотворном хороводе, уволакивая засыпающий разум в неизвестность.
Дыхание Тириона выравнивалось, сознание растворялось в зыбкой тишине, но всё же - он слышал. Не голос отца и не свой собственный голос. Тирион был почти уверен, что это происходит наяву, и говорят с ним стены Красного замка. Что именно от них исходит этот жуткий холод, и не менее жуткий шёпот просачивается сквозь сон, неосязаемым ядом отравляя сознание.
Тирион чувствовал сковавший его ужас, а Красный замок продолжал нашёптывать ему голосами обитающих в нём и не находящих покоя призраков с наполненными темнотой глазницами. Стены вибрировали, словно живые, потустороннее пение напоминало об увиденном и услышанном Тирионом прошлой ночью в королевских покоях.
Одно счастье: всё услышанное, как и прежде, не оседало в сознании, задевая то лишь самым краем; оно уходило в забытье, растворялось в глубинах разума, утекая тягучими чёрными ручейками, словно сквозь решето. Всё, что оставалось после этих слов - не воспоминания, но страх.
Слова вначале звучали на незнакомом языке, звуки которого, казались, дробились во рту, подобно каменной крошке, а потом начали складываться в хорошо известные фразы, от которых тело прошибала холодная дрожь. Тирион напряжённо прислушивался, не смея даже громко дышать, пусть и понял: к утру в памяти его не останется ничего.
- Он подаст знак, когда звёзды укажут время их прихода. Ибо он - те Врата, через которые они вернутся. Ему ведомы лабиринты времени, ибо всё едино для него. Ему ведомо, когда они появились в прошлом и где появятся вновь, когда завершится очередной оборот колеса...
И ушей Тириона коснулась та самая молитва, которую нараспев повторяли тысячи тысяч голосов из мрака необъятной бездны. Злобные завывания чудовищ, обитающих на самом дне забытых снов, но жаждущих вырваться наружу:
...Услышь глас у жертвенного алтаря, пламени свечи!
Учуй силу скорби, силу ярости и пустоту сосуда!
Слушай стоны жертв, принесённых во славу Великих!
Зри деяния, кои суть воля прибывающих за Гранью!
Услышь зов, Владыка бесконечных пространств! Разрушитель Миров, хранитель тайн, открывающий Путь, Древнейший!
Тот, кто взывает к тёмному миру!
Тот, кто слушает шум Хаоса!
Тот, кто идёт тропою древних, по дороге мёртвых!
Тот, кто идёт во пламя Пустоты!
Сын Силы, творение Воли, потомок Хаоса, Наследник Бездны!
Владыка Врат, подыми Завесу! Открой Врата, пока на Пороге стоит Та, что Была Прежде! Открой Врата! Открой Врата!..