Иллюзия свободы [Грехи отцов]

Улыбка блаженства озаряет мое лицо, и внутреннее ощущение предстоящего чуда волнами прокатывается по моему телу. Склонив голову, тонкими пальцами я начала плавно перебирать струны арфы, и из-под моих пальцев полилась медленная, тихая, но очень нежная мелодия. Она разлилась по комнате, украшенной плюшевыми игрушками, многочисленными произведениями музыкального искусства и огромным количеством роз, она проникала в шкафы и волнами отталкивалась от прикроватной тумбочки, на которой стояли рамки с семейными фотографиями.

Струны арфы наполняют мое сердце ангельским пением. Музыка целиком и полностью захватывает мои мысли, уносит меня на легких облаках в мир радостной светлой мечты. Медленно я начинаю брать резкие ноты, и звуки арфы становятся громче, нежная музыка сменяется резкой, напряженной. Свежий воздух и весенний ветерок, дувший из окна, были приятны, а гармония, заложенная в структуру музыкальной октавы, является основой, позволяющей мне извлекать волшебные чарующие мелодии любви и сострадания. Внезапно раздался стук в дверь, и звуки арфы прекратились. Я подняла голову и широко улыбнулась.

— Аврора?

Я встаю и бросаюсь обнимать свою лучшую подругу.

— Привет, Лотта.

Она радостно раскрывает мне объятия, и мы крепко обнимаемся, как будто давно не виделись, хотя на самом деле вчера мы слишком долго пробыли у нее дома и болтали о всякой ерунде.

— Ты пришла, — пробормотала я, немного ошеломленная.

— Что у тебя с лицом, Лотта? Ты выглядишь так, будто сейчас хлопнешься в обморок.

Я постаралась смягчить выражение своего лица и не упоминать, что с тех пор, как мы стали старше, она начала избегать многих людей и, в принципе, больше не посещает особняк Фальконе.

— Нет, просто ты обычно предпочитаешь, чтобы мы тусовались у тебя дома, — я колебалась, сжимая руками свое пышное лиловое платье.

— Я утром видела из окна, как дядя Савио привез тебя, — сказала она и обиженно посмотрела на меня, — я звонила тебе, но ты не брала трубку.

Я замерла и вздохнула.

— О, я забыла зарядить свой телефон, — неловко рассмеялась я.

— Ты такая сладкая булочка, у тебя просто прелестные щечки, когда ты надуваешь их из-за смущения, — проворчала Аврора и ущипнула за мои щеки, получив мое фирменное сердитое выражение на лице.

Я покачала головой и решила зарядить свой телефон, пока снова не забыла об этом. Если мой старший брат и мама не смогут дозвониться до меня, они будут сильно волноваться, а это последнее, чего бы мне хотелось. Убедившись, что никаких звонков не поступало, я с облегчением выдохнула, мне не хотелось заставлять маму беспокоиться обо мне из-за ее плохого самочувствия в последнее время.

— О, мое расписание, — я случайно издала испуганный звук, когда увидела время. — Мне пора спуститься на кухню.

Я посмотрела на Аврору, догадавшись, что она, вероятно, останется в моей комнате, которую дядя Савио обустроил специально для меня, ведь я часто ночевала в особняке Фальконе и порой пропадала здесь на несколько дней, полностью погруженная в удивительный мир музыки, или, возможно, она уйдет и подождет меня в своей комнате, заранее позаботившись о моем комфорте.

— Я тоже не прочь чего-нибудь перекусить, мой желудок устроил настоящий бунт, чувствую себя несчастным пуловером в стиральной машине, работающей в режиме отжима.

И только сейчас, при словах о еде, ее желудок дал о себе знать. Я сдавленно рассмеялась, немного удивленная ее ответом, прохожу мимо раскрасневшейся Авроры. Я услышала ворчание и сердитые шаги позади себя.

— Эй, Лотта, прекрати уже, — фыркнула она, скрещивая руки на груди, и я прикусила губу, намазанную моим любимым клубничным блеском, чтобы сдержать смех.

Аврора сузила глаза и с неудовольствием бросила на меня угрожающий взгляд, который трудно было принять за предупреждение, ее миловидное личико с веснушками, светлые длинные мелко вьющиеся волосы, ниспадающие на узкие плечи волнами, лицо с молочно-белой кожей, покрывающей яркие веснушки, и глаза лазурного оттенка, похожие на драгоценные камни в сказочной оправе, несколько усложняли этот процесс. Я поджала губы, чтобы снова не рассмеяться.

— Я только утром успела слопать зеленое яблоко, и сегодня у меня попросту не было времени в школе, начались тесты, и я посвящаю свое свободное время только подготовке. Более того, я сразу же пришла за тобой, как только приехала домой, хотела позвать тебя к себе и вынуждена была подняться к тебе, когда ты не взяла трубку, хотя мой желудок настойчиво звал меня домой к щедро наполненному холодильнику, — выпалила Аврора на одном дыхании и сделала глубокий вдох, сердито глядя на меня.

Чувство вины овладело мной гораздо быстрее, чем веселье.

— Прости, — пробормотала я слишком патетично.

Аврора была смущена, ее лицо смягчилось.

— Эй, Лотта, это не твоя вина, что я сегодня такая неудачница, извини, что сорвалась, это все голод влияет на меня, — подсунув руку мне под локоть и прижимаясь ко мне, она улыбнулась.

Мой взгляд скользнул по необычной одежде Авроры, и я удивленно распахнула глаза, не веря, что только сейчас заметила ее наряд.

— У вас сменили форму? — Восхищенно и несколько смущенно ахнула я, прикрывая рот.

Она замерла, заставив меня остановиться, и как будто она тоже только что осознала, как она теперь одета.

— Ох, ну да, эта директриса совершенно сошла с ума. Я не понимаю, как ее наняли на эту должность в таком юном возрасте, — фыркнула Аврора, возобновляя свои движения. — Хотя чему тут удивляться, деньги и связи, скорее всего, тут помогли, — пробормотала она и, неловко одергивая юбку вниз, попыталась принять как можно более равнодушный вид, на который была способна, и с треском провалилась, заметив при этом мой пристальный взгляд.

Белая рубашка, которая прилипла к ее телу так, что ее грудь идеально выделялась, была заправлена в узкую короткую юбку пепельного цвета выше колен, которую Аврора снова раздраженно одернула. Она прочистила горло и неловко откинула волосы за спину, открывая вид на логотип юридической школы, пришитый к короткому бордовому жакету, который длинной доходил только до талии. Я посмотрела вниз на черные чулки и начищенные до блеска туфли на маленьких каблуках.

Я растерянно отвела взгляд, как только поняла, что слишком долго пялилась на Аврору, заставляя ее нервно сжимать лямку рюкзака. Ее редко видели в юбках или платьях, почти никогда, даже если на то пошло, она никогда не носила слишком откровенных вещей, она предпочитала удобный и мальчишеский стиль, и для меня эта форма кажется очень неловкой.

Мы молча прошли на кухню, никого не встретив по пути. Мне хотелось нарушить воцарившуюся странную тишину. Я прочистила горло, незаметно качая головой. Мне не нужно слишком остро реагировать, стоит как можно скорее сменить тему и избавиться от неловкости между нами.

Как ни в чем не бывало, я придала себе спокойный вид и спросила:

— Что будешь?

Аврора задумалась, очевидно, тоже быстро предпочтя забыть то, что произошло и оставив свою юбку в покое.

— Может быть, приготовить что-нибудь? — Предложила я. — Кекс с шоколадной глазурью или может испечь вишневый пирог?

— Я не настолько хороша в готовке, Лотта, — поморщилась Аврора.

— Я знаю, Ро, — засмеялась я и с энтузиазмом продолжила, — я буду готовить, не волнуйся. Тетя Киара часто делится со мной своими секретными рецептами.

Аврора приободрилась и кивнула мне, я улыбнулась, стараясь не опускать глаза на красивые ноги Авроры. Я повернулась к холодильнику и несколько раз моргнула.

Что со мной не так? Я начинаю сомневаться в своей ориентации. Это нормально, что я хочу посмотреть на ноги моей лучшей подруги в чулках? В конце концов, вы не часто видите это, когда твой друг сорванец носит только широкие модные штаны, кроссовки, обычные шорты, толстовки или дорогие футболки оверсайз.

Я не одеваюсь в таком стиле, хотя мой брат Диего вовсе предпочитает, чтобы я носила что-то, прикрывающее каждую область моей кожи на теле, ведь мы традиционная семья. Однако мне всегда нравились платья и длинные ленты, банты или заколки для волос. Он не возражал, когда я начала носить то, что мне действительно хотелось, хотя я видела неодобрение в его глазах. Я думаю, это было бы невозможно, если бы не дядя Савио.

Мой взгляд упал на бежевые часы на моем запястье с индикаторами моего сердцебиения. Кроме того, обстоятельства, связанные с моим здоровьем, оказали большое влияние на мою традиционную семью. Я не могу волноваться, бояться и тем более впадать в депрессию, вот почему мне все сходило с рук.

Я чувствовала себя спокойно, потому что, несмотря на первоначальное неодобрение Диего, мама была совсем не против этого, она знала, что я нахожусь под защитой Фальконе, и это действительно принесло ей покой.

— Помолвка Греты состоится послезавтра? — спросила я, доставая свой специальный обед, который заранее приготовила тетя Киара.

Я пробежалась глазами по ингредиентам, которые мне нужны для ягодного пирожного, начала доставать с холодильника молоко, клубнику, малину, смородину, сливки, яйца, слоеное тесто и нашла на полках сахарную пудру, сахар и мед.

— Да, — коротко кивнула Аврора и обеспокоенно посмотрела на меня. — Может сначала ты сама поешь?

Я откусила яблоко и покачала головой, надевая симпатичный кухонный фартук.

— Я в порядке, готовка приносит мне огромное удовольствие.

— Но твоя диета… — начала она, но я прервала ее, мягко сжав ее руку и улыбнувшись.

Аврора вздохнула и молча кивнула, понимая, что я не отступлю. Я откусила еще несколько кусочков красного яблока и приступила к делу. Когда мне было нечего делать, я часто проводила время с тетей Киарой, она научила меня готовить, и часто я помогала своей маме и тете Тони, жене моего брата Диего, готовить ужин для нашей семьи. Я не могла делать ничего, что могло бы расшатать мои нервы или слишком сильно напрячь себя, мне строго запрещено утомлять себя, поэтому готовка стало еще одним моим занятием, помимо посещения хора и игры на арфе.

— Ты готова к завтрашней церемонии? — спросила я, не отрываясь от своих дел.

— Конечно. Я так хочу снова встретиться со своими тетями, — сказала Аврора с теплотой в голосе, заставив меня улыбнуться.

— Расскажи мне потом, как все прошло.

— Это само собой разумеется, — пылко ответила она. — Жаль, что ты не можешь присутствовать.

Я вздохнула, доставая фигурки из верхнего шкафчика.

— Ты сама прекрасно знаешь, что я бы с удовольствием, — сказала я, не знаю, сколько прошло времени, но я надела кухонные перчатки и отправила свое творение в духовку. — Но я обещала маме, что буду присутствовать в нашем скромном семейном кругу, этот день важен для каждой традиционной семьи, и я не могу пропустить это. Больше не хочу расстраивать маму, в прошлом году я не могла из-за плохого самочувствия.

Аврора ничего не сказала, и я восприняла это как ответ.

— Ты бы лучше поела пока чего-нибудь, пирожное еще не скоро будет готов, — снимая перчатки, я кивнула в сторону печенья.

Она не стала возражать и взяла печенье, откусила маленький кусочек, ее глаза загорелись, следующий кусочек был большим. Я ухмыльнулась, она сразу распознала стряпню тети Киары, и я не сомневалась, что вкус был потрясающим.

Я молчала, наблюдая, как Аврора лопает печенье, не решаясь задать интересующий меня вопрос. Я прикусила внутреннюю сторону щек и облизнула губы. Прочищаю горло, привлекая внимание Авроры. Она вопросительно выгнула бровь.

— Ну, — тихо протянула я, — ты говорила с дядей Фабианой о форме? А также о директрисе.

Аврора покачала головой.

— В школе меня не особо жалуют, разумеется не показывают это открыто, ведь придурки боятся при одном упоминании Каморры, все знают, кто мой отец. Но эти чертовы гиены думают, что я покупаю оценки, и это единственная причина, по которой я в списке лучших учеников, — она с отвращением скривила губы, — а эта новая директриса, очевидно, не пришла в эту школу, чтобы выполнять свои обязанности. — Аврора сделала паузу, словно решая, стоит ли продолжать. — Она следит за мной, я… не знаю… просто… она производит неприятное впечатление, она высокомерна и, честно говоря, ее вид меня ужасно пугает.

Я выпрямилась, нахмурившись, слегка наклонив голову, следя за встревоженным выражением лица Авроры.

— Послушай, Ро, если это тебя беспокоит, тогда стоит сказать об этом… — пробормотала я, но она покачала головой.

— Нет, как я уже сказала, я не собираюсь решать все только из-за своей фамилии, — уверенно сказала она. — Может быть, я накручиваю себя, в конце концов, стресс из-за новых перемен в школе и предстоящих экзаменов влияет на меня. Кроме того, она ходит по коридорам и смотрит за другими учениками, кажется это моя паранойя разыгралась.

Я не осмеливалась ничего сказать, ибо чувство тревоги мне чуждо. Я никогда ни о чем особо не беспокоилась и уж точно понятия не имела об этом. Может быть, Аврора была права, но все же ей следовало бы лучше разбираться в этом.

— Так необычно тихо, когда совсем никого нет, и как они вообще умудрились оставить тебя одну, — пробормотала Аврора с набитым ртом.

Сегодня действительно никого не было дома. Все Фальконе разошлись по своим делам, но, естественно, никто никогда не оставлял и не оставит меня одну. И это не потому, что я в какой-то опасности, ведь нет места безопаснее, чем особняк Фальконе, причина была в другом, и все снова свелось к моей болезни.

Меня осенило, почему Аврора так легко последовала за мной в особняк Фальконе, она думала, что никого нет, однако это было не так.

Последовала короткая пауза, прежде чем я открыла рот, но прежде чем я смогла что-либо сказать, мы услышали мрачные смешки и тихий мелодичный голос. На лице Авроры появилась тревога, она застыла на месте с печеньем в руке.

— Мне пора, Лотта, я вспомнила, что обещала Давиде погонять с ним мяч, — Аврора подхватила свой рюкзак и, вскочив со стула, наклонилась, целуя меня в щеку в знак прощения.

Я ответила ей слабой улыбкой, с интересом наблюдая за скоро предстоящим весельем. Она отвернулась и бросилась к выходу, но наткнулась на гору мышц, я прикусила губу, подавила смех и покачала головой, подперев подбородок кулачком.

Алессио подхватил Аврору за локоть, когда она покачнулась назад. Она начала вытирать лоб, сердито глядя на него и отступая на несколько шагов назад, отчаянно сдерживаясь, чтобы ненароком не бросить взгляд на мужчину, который уже давно живет в ее сердце. Грета прошла мимо Авроры, коснулась ее плеча и улыбнулась мне. Она налила себе стакан чистой воды. После несчастного случая Невио, Алессио и Массимо никогда не отходят от нее, она — центр вселенной нечестивой троицы.

Тот день хорошо запечатлелся в моей памяти, ужас на лицах всех Фальконе немного напугало меня, но мне больше не разрешили оставаться и отправили домой, заверив, что с ней все будет в порядке.

— Будь осторожна, принцесса.

— Как оригинально, — Аврора поправила юбку и поморщилась при упоминании о принцессах, по какой-то причине она их ненавидела. И тот факт, что ее имя было названо в честь одной из принцесс, ужасно раздражало ее.

Невио намеренно прислонился плечом к дверному проему, ни разу за эти несколько секунд пребывания здесь не оторвав от нее глаз, зная, что она не посмеет пройти мимо него слишком близко.

Я не могла ошибиться в своих догадках. Он знал, что Аврора избегает его любыми возможными способами и отгораживается от своих собственных чувств к нему. Ни для кого не секрет, что Аврора не могла нормально вести себя с тех пор, как ей исполнилось пятнадцать лет, когда на горизонте появлялся Невио. Она также понимает, что он собой представляет и кто он такой.

Возможно, она поступает правильно, но сколько бы она ни бегала, у нее ничего не получится, и будущий капо Каморры подтверждает это. Я прищурилась, задумчиво наблюдая, как его глаза хищно скользят по ее телу.

Он никогда не интересовался Авророй, и прекрасно зная это, ей было легко игнорировать свои чувства к нему через боль, дядя Фабиано тоже подливает масла в огонь, он будет категорически против их отношений, но сейчас все идет совершенно не так, как ей хотелось бы.

— Эй, Аврора! — Внезапно раздался недовольный голос.

— Я здесь! — крикнула она, совершенно не осознавая, как испустила вздох облегчения.

Давиде вошел в кухню и раздраженно уставился на свою старшую сестру.

— Ты обещала, что мы сегодня сыграем в футбол. Что ты здесь делаешь? — Скрестив руки, проворчал он.

— Я не забыла об этом, маленький негодник, — фыркнула Аврора. — Я собираюсь надрать тебе задницу, так что тебе лучше не действовать мне на нервы.

Я вздохнула и покачала головой, эти двое всегда соревновались друг с другом, будь то гонки или футбол. Однако, несмотря на споры, я видела, как Давиде порой ревновал свою сестру к Невио. Это было видно невооруженным глазом. Он всячески помогал ей не пересекаться с Невио. Как бы он ни доказывал обратное, Давиде заботился о благополучии Авроры и никогда бы не захотел видеть ее слезы.

Он раздраженно поджал губы, прожигая дыру в Невио, заметив его голодный взгляд на сестре, когда она проскочила мимо него. Давиде снял свой блейзер, протягивая его ей, на что Аврора ухмыльнулась и потрепала его по волосам. Он закатил глаза и на этот раз не стал отмахиваться, глядя на Невио с легким гневом. Похоже, у кого-то пробудился защитный инстинкт.

Массимо холодно ухмыльнулся, наблюдая за небольшим шоу, а Грета с нейтральным выражением лица, но все еще с едва заметной улыбкой на лице, сделала глоток воды, делая вид, что не замечает звенящего напряжения в воздухе.

— Мне пора, — я поднялась со своего места, привлекая к себе внимание. — В духовке есть ягодный пирог.

— Я отвезу тебя, — Массимо выпрямился, отодвигаясь от кухонного стола, и ушел, не дожидаясь ответа.

Я была в замешательстве, не зная, как поступить, и у меня не было другого выбора, кроме как последовать за ним. Я подозрительно прищурилась, не ожидая такой чести, обычно он, Невио и Алессио обходили меня стороной, и если мне требовалась помощь, они поручали это дело своим приспешникам. Меня это нисколько не обижает. Все же кому захочется связываться с больной девочкой, которая к тому же одевается как ребенок?

Но отношение Массимо несколько отличалось от двух других. Невио и Алессио не связывались со мной в принципе из-за их плохого влияния на любого человека, я была не против этого, я знала, какую тьму они несли в себе, Массимо вел себя так, как будто меня не существовало. По какой-то причине мои губы растягиваются в грустной улыбке.

Я встряхиваю волосами, прогоняя подобные мысли, и догоняю его. Он, в свою очередь, открывает передо мной двери своего Bugatti La Voiture Noire, и я проскальзываю в дорогой салон, ощущая прохладу и дорогой запах. Я устраиваюсь поудобнее и, поправляя платье, резко останавливаюсь, заметив своего водителя, который кивнул Массимо. Если мой водитель не был занят и был здесь, то почему бы ему не отвезти меня домой? Кроме того, знает ли об этом дядя Савио?

Я вспомнила, какая странная атмосфера царила в особняке, когда я поднималась в свою комнату, чтобы заняться музыкой. И перед моими глазами мелькнуло искаженное напряжением лицо какого-то охранника. Тогда я не придала этому особого значения, но теперь, как слой карамели, во мне разлилось липкое чувство опасности.

— Кое-что случилось, — произнесла я как факт, заставив Массимо замереть всего на долю секунды.

Он ничего не сказал, завел машину, и мы достаточно быстро покинули особняк. Он вел уверенно и контролируемо, также как ходил и разговаривал, не отрывая глаз от дороги. Я уже думала, что не дождусь ответа, как он внезапно заговорил своим обычным тоном, который обычно звучал как предупреждение тем, кто был достаточно глуп, чтобы думать о том, как перейти ему дорогу, потому что в таком случае это было бы для них смертным приговором:

— У тебя есть какие-то основания так думать?

Его голос хрипловатый, безумно тихий.

Я пожала плечами, прислонившись к окну, чувствуя, как тихие басы музыки в машине отдаются в моем сердце с каждым метром.

— Не молчи, если тебя что-то беспокоит, — добавил он, спокойно продолжая крутить руль, вписываясь в мягкий поворот дороги.

Я вздохнула и искоса взглянула на него.

— Разве это не очевидно?

— Нет. Никто, кроме тебя, этого не заметил.

— Это потому, что у каждого есть гораздо более важные дела, я в принципе наглая бездельница, мне не трудно следить за эмоциями дорогих мне людей в течение двадцати четырех часов.

Он хмыкает, видимо, оценив юмор. Но нет, показалось.

— Не принижай свои заслуги. Не думай, что я не заметил твоей проницательности.

Эти слова поразили меня как электрическим током, заставив почувствовать удовлетворение.

— Откуда тебе знать? Мы на самом деле не общаемся, ты ведешь себя со мной так, как будто боишься подхватить какую-нибудь глупость, — тихо пробормотала я, поджимая губы.

Последовала короткая пауза, и только сейчас до меня дошло, насколько оскорбленно это прозвучало. Я даю себе мысленный шлепок по затылку и лихорадочно ищу в своих мыслях слова, которые исправили бы эту ситуацию.

— Ты ошибаешься, — твердо сказал Массимо.

Я бросила на него недовольный взгляд и скрестила руки на груди.

— О, пожалуйста, не отрицай этого, дело не в том, что это расстраивает меня, я просто говорю это как факт, — я промолчала и мягко продолжила. — И я совсем не сержусь, ведь прошло много времени, мы были детьми и часто играли вместе, теперь мы достаточно взрослые люди, чтобы решать, с кем поддерживать общение.

— Взрослые, — мрачно пробормотал он, и краем глаза я заметила, как сжалась его челюсть, а руки вцепились в руль.

Я кивнула, глядя вниз на свои руки, разглядывая ногти, испачканные блестками, и пытаясь спрятать их.

— Да, ты повзрослела, Карлотта, я это вижу, — усмехнулся Массимо, откидывая голову на спинку сиденья, и короткие черные пряди небрежно легли ему на лоб.

Моё лицо заливает краска. Я прочистила горло и сменила тему:

— Ты не ответил.

— Да, случилось кое-какое дерьмо, но тебе лучше держаться от этого подальше.

Я кивнула, соглашаясь с ним. Меня это не касается, дядя Савио и его братья решат все. Так было всегда, что бы ни случилось, они с легкостью решали все проблемы, именно поэтому Лас-Вегас долгое время остается мирным городом. Однако какое-то едкое чувство поселяется в моей душе, словно заранее предупреждая о надвигающейся катастрофе. Я смотрю на часы и вижу, как мое сердце начинает биться немного быстрее, и я пытаюсь успокоиться, вспоминая слова Авроры. Паранойя. Да, это верно, мне не о чем беспокоиться. Все будет хорошо.

•°•°•°•°•°•°•

П/А: Глава с Карлоттой получилось очень большой.