chapter twenty-seven
глава двадцать седьмая
Рождественские огни мерцали на деревьях и кустах. Гигантские изображения персонажей Диснея и Санта-Клауса были разбросаны по лужайке, дети играли вокруг них с улыбкой на лицах. Ночной воздух не был морозным, но все же холодным, когда дул ветерок. Семьи, пары и друзья болтали и смеялись, укутывались в свои пальто и согревались доброжелательной компанией.
Рука Гарри была теплой, хотя оба наших носа были слегка красными от пронизывающего ветра. Мама и папа шли впереди нас, папа обнимал ее, а ее голова лежала на его плече. Не думаю, что они потеряли хоть каплю любви друг к другу за эти годы. Во всяком случае, она стала сильнее. Конечно, они ссорились, как и все пары, но ссоры были недолговечными и мелочными. Наихудшее, что я помню, когда папа всю ночь спал на диване, я была подростком. Но это было всего одну ночь.
Натан разговаривал с Заком позади нас, а Джемма пыталась не отставать от Дез. Гарри спросил, могут ли они прийти, так как Дезире любила все блестящее и яркое, и, очевидно, никто не возражал. Джемма и мама долго разговаривали, когда встретились, казалось, они довольно быстро поладили, и то же самое произошло с Натаном и Заком.
- У меня есть каламбур, про который я забыла на днях, - сказала я, взглянув на ухмылку Гарри.
- Оу, правда? Разве одной каламбурной войны было недостаточно?
- У нас не было явного победителя.
- Я полагаю, мы не ... Продолжай.
- На днях я пошла в магазин. Кассир должен был вернуть мне доллар, но он дал мне две четверти. Он обманул меня. (Прим. В оригинале Egypt me созвучно с He gypped me, что переводится как Он обманул меня)
Гарри смущенно нахмурил брови. Потом понимающий взгляд промелькнул в его глазах, и он сказал: - О! Он обманул тебя! Я впечатлен, Делайла, это было умно.
Я немного поклонилась. - Спасибо. Я буду здесь всю ночь.
- Пожалуйста, скажи мне, что я не просто слышал каламбур, - простонал Натан через мое плечо.
Я посмотрела на него, затем посмотрела на Гарри. - Как ты про него сказал тогда?
Он усмехнулся. - Нетерпим к смеху.
- Вам нужно идти быстрее, или мне нужно замедлиться, потому что меня уже тошнит, - проворчал он, наполовину поддразнивая и, вероятно, наполовину серьезно.
Зак смеялся. - Что? Тебе не нравятся шутки, Натан?
- Он не ценит карательное искусство, - сказала я ему.
- За стыд.
- Не ты, Зак, черт возьми. Подумать только, мы так хорошо ладили.
Зак ткнул большим пальцем в сторону Джеммы, которая пыталась помешать Дезире украсть Минни Маус вдвое больше ее. - Вы забываете, что Джемма и Гарри связаны. В их семье каламбур не бывает односторонним.
Гарри пошевелил бровями. - Хотя мой лучше.
- Они оба довольно ужасны.
- Значит ли это, что я выиграла? - спросила я.
- Не забегай вперед, Делайла, - ответил Гарри. - Победителя все еще нет.
Я нахмурилась. - Ты не можешь позволить мне выиграть только из-за собственного эго?
Он поцеловал меня в кончик носа. - Нет. В каламбуре и войне все честно, детка.
Мама остановилась перед большим деревом, размером не меньше двухэтажного дома. Под ним были фальшивые подарки, но он был украшен настоящими игрушками, огнями и ярко-красной мишурой. Она показывала на него и говорила всем нам встать перед ним и сфотографироваться.
- Я не люблю фотографироваться, - пробормотала я.
- Не повезло, - сказала она, похлопывая меня по спине. - С помощью них можно вспомнить прошлое, дорогая.
- Я могу думать о нем и без фото, - предложила я.
- Встань перед деревом, Делайла.
Я издала громкий стон, но все же заняла свое место. Сначала она сфотографировала нас с Натаном, затем Джемма сфотографировала маму, папу, Натана и меня, а затем мама спросила, не возражают ли Гарри, Джемма, Дес и Зак сделать снимок. Я спросила, почему у них есть выбор, а у меня нет, на что мама ответила, что это потому, что я ее родственник, а они нет. Она должна была быть доброй к гостям, но мучила дочь.
После сотен фотографий спустя, мы продолжили прогулку по парку. Дезире продолжала убеждать Джемму в том, что воздушный шар в форме Минни проживет с ней намного лучшую жизнь, и что она вела себя хорошо весь год, поэтому она заслужила это. Джемма попыталась вбить ей в голову, что это воровство, но Дезире назвала это "усовершенствованнием", поскольку она находилась бы в лучшем доме. Она выучила это слово на днях и очень им гордилась.
Обогнув большую дубовую аллею, у мння перехватило дыхание, когда я увидела слишком знакомое лицо Джастина примерно в пятидесяти метрах от меня. Я не могла уйти от него, как ни старалась; даже, когда я была в больнице, а теперь он разрушает рождественскую традицию. Он всегда был в стороне, когда был со мной, однако половину времени он жаловался. Ему не нравилось видеть одни и те же огни каждый год, независимо от того, сколько нового появлялось в парке. Он никогда не мог быть удовлетворен.
Рядом с ним была его новая девушка, она держала его за руку. И все же ее тело было напряженным, а глаза не были такими яркими, как свет вокруг нее. На ее губах была натянутая улыбка, которую я хорошо знала. Я думала, что я изобрела ту фальшивую улыбку, которую когда-то считала убедительной. Увидев это на ком-то, можно было понять, насколько это на самом деле она ложна. Боль пронзила мое сердце, когда я вспомнила, когда впервые использовала эту улыбку.
Это было после того, как Джастин впервые ударил меня.
Я не могу забыть причину нашего спора, это была мелочь, но она привела к чему-то более жестокому. Это произошло, когда мы закончили школу. Он и его отец ссорились, игнорировали друг друга и тому подобное. Отец Джастина, как известно, время от времени бил его или его мать, так что, возможно, Джастин такой из-за него.
В любом случае, у Джастина не было денег, чтобы переехать - ну, у него были, он просто не хотел ими пользоваться. Его отец практически выгнал его, и, учитывая, что Джастин только что окончил школу, это определенно был резкий шаг. Он пришел ко мне с жалобой, и я попыталась разобраться. Я знала, что Джастин хотел сэкономить свои деньги, но он получал полную стипендию в колледже из-за футбола. Мне не следовало сравнивать наши ситуации, но я сказала ему, что он должен быть благодарен. Он мог проучиться четыре года в школе практически бесплатно, но после первого года у меня начались проблемы (вот почему я, к сожалению, бросила учебу). У меня были приличные оценки, но мой средний балл был несколько ниже, чем требовалось для стипендии.
Джастин назвал меня эгоисткой, когда я всего лишь посоветовала ему использовать свои деньги, чтобы найти место рядом с университетским городком. Он мог бы получить хорошую комнату в общежитии, или мог бы найти небольшую квартиру по более низкой цене, но далеко от универа. Однако он сказал, что все, о чем я беспокоюсь, - это мои собственные проблемы. Что я не слушаю ничего, что он говорит, и никогда не слушала.
Это был действительно первый раз, когда я грубо ответила ему. Наши аргументы были плохими, но раньше я всегда молчала. Я назвала его избалованным, и это было правдой. Его отец всегда за все платил. На шестнадцатилетие ему подарили новенькую машину, и при этом она была хорошей. Он постоянно получал все эти дорогие вещи, большие телевизоры, новые игровые консоли или компьютер, ему ни в чем не отказывали.
Я получила расплату за отстаивание своих интересов. Один удар по щеке, и было совершенно очевидно, что мне следовало молчать. Сначала никто из нас не отреагировал, оба были слишком шокированы. Джастин стоял, сжав кулаки, явно дрожа от ярости, а у меня были слезы на глазах, когда я приложила руку к щеке. Затем его охватило чувство вины, он выглядел искренне сожалеющим, когда взял мое лицо руками и покрыл его поцелуями. Ему было жаль; он не хотел; он не мог контролировать свой гнев; он никогда не сделает этого снова.
На следующий день и каждый день после этого я улыбалась, кивала и вела себя так, как будто все было хорошо.
Лейси, я полагаю, так ее звали, делала то же самое. Джастин говорил с ней, а она улыбалась и целовала его в щеку. Но она выглядела истощенной, совершенно измученной.
- Эй, - Нат похлопал меня по плечу. - Он похож на того засранца, с которым ты встречалась.
Поскольку Нат не видел Джастина много лет, я сказала: - Да, похож… Я не думаю, что это он.
Конечно это он. Я никогда не могла ошибиться в этом лице.
Гарри, однако, очевидно, не слышал нашей светской беседы или ему было все равно. - Делайла, там Джастин.
Я взглянула на него, и он нахмурился, прежде чем взглянуть на Натана, а затем ответил на мой взгляд извиняющимся взглядом.
- Так это он, - сказал Нат, начиная идти.
- Натан!
- Я просто хочу поговорить с ним.
К счастью, Гарри положил руку ему на плечо. - Мы должны просто оставить это, приятель. Ты ведь не хочешь начинать ненужную драму, да?
Нат сжал челюсть и посмотрел на Гарри, но тот не дрогнул. Наконец Нат проворчал. - Хорошо. Но только потому, что приближается Рождество.
Мама и папа повернулись к нам. - Все в порядке? - спросил папа.
Подошли и Джемма с Дезире. - Почему мы остановились?
- Я думала, что увидел кое-кого, - солгала я, качая головой. - Давайте продолжим.
Все они бросили на меня забавные взгляды. Нат же посмотрел рассерженно. Я послала ему умоляющий взгляд, и он вздохнул, прежде чем обнять меня за плечи. - Один удар? - прошептал он.
- Нет.
- Пощечина?
- Нат.
- Хорошо, хорошо, хорошо. Но я не понимаю, почему ты его защищаешь.
- Я не защищают его, - возразила я. - Я защищаю всех нас, оставляя это в покое. Я не хочу больше иметь с ним дело, хорошо? Я просто... Я хочу побыть со своей семьей и друзьями...
Гарри откашлялся.
- и парнем прямо сейчас.
- Я понял, - сказал Нат и кивнул. - Но поскольку я знаю, как он выглядит, ты не сможешь его спасти, если я встречу его, когда буду без тебя.
Я впилась в него взглядом.
- Шучу, шучу... может быть.
Из любопытства я оглянулась на Джастина и Лейси, надеясь, что они нас не заметили. К сожалению, они оба смотрели в нашу сторону. У Лейси было странное выражение лица, но Джастин казался обезумевшим. Его глаза встретились с моими и задержались там на мгновение. Потом он увидел Натана, и я могла поклясться, что его кожа побледнела. Если он и думал о том, чтобы подойти ко мне, то при виде Натана это желание пропало. Он схватил Лейси за руку, посмотрел еще раз, затем пошел в противоположном направлении.
Я выдохнула, не осознавая, что задерживала дыхание.
***
- Привет, Джемма, могу я тебя кое о чем спросить?
Парни шли чуть впереди, а мы с Джеммой и Дез сзади.
- Конечно.
С моих губ сорвался преувеличенный вздох. - Можешь подсказать, пожалуйста, что я могу подарить Гарри на Рождество?
Она смеялась. - Он не говорит тебе, верно?
- Он просто говорит, что ничего не хочет, но я просто не могу ничего не подарить, понимаешь?
Она поджала губы в глубокой задумчивости.
Дезире взволнованно подняла руку. - О! О! Я знаю! Ты можешь подарить ему блестящего единорога! Я видела его вчера в магазине, но мама сказала, что Санта скоро придет, поэтому мы не смогли его взять, - затем она надула губы.
Я улыбнулся. - Спасибо, Дез. Но я не думаю, что Гарри любит единорогов.
- Она ахнула, ее глаза расширились. - Не любит?
- Ты можешь подарить ему носки, - предложила Джемма. - Зная его, он не будет жаловаться.
- Я пригрозила подарить ему носки, а он засмеялся, - сказала я ей. - Но он подарил мне кое-что, так что я не хочу покупать только носки...
- Блестящая краска! - сказала Дез. - Он мог бы рисовать красивые картинки.
- Он настоящий зануда, - сказала Джемма. - Что-нибудь из Звездных войн, Властелина колец или что-то в этом роде.
Я немного подумала, пытаясь решить. Может быть, я пойду в торговый центр, просто похожу и помолюсь, чтобы ко мне пришла идея. Почему было так сложно что-то выбрать? С Джастином было проще - что-то связанное со спортом , и он на седьмом небе от счастья. Но Гарри... он не намекал, у него не было явной страсти. Конечно, ему нравится спортзал, но что я подарю? Абонемент? Он тренер, поэтому он ему не нужен. И я совершенно не могла позволить себе тренажерный зал или что-нибудь еще. Может быть, я смогу подарить ему годовой запас коктейлей из капусты и испечь торт...
Дез потянула меня за рубашку. - Кто тот мужчина, который смотрел на тебя ранее?
Я почувствовала, как Джемма посмотрела на меня. - Просто старый друг, - сказала я ей.
- Почему Натан выглядел расстроенным?
- Он не был хорошим другом.
Она нахмурилась. - Он был злым с тобой?
Джемма сказала: - Дезире, хватит.
Она повернулась к Джемме, выглядя потрясенной. - Если он плохо обращался с моей принцессой, мне нужно поговорить с ним, как и хотел Натан.
Мое сердце, наверное, просто взорвалось.
- Он больше не злой, - заверила я ее, сверкнув искренней улыбкой маленькой девочке. - По крайней мере, не ко мне... - я продолжала думать о Лейси и о том, как ее выражение лица отражало мое собственное в прошлом.
- Ты обещаешь? - она протянула мизинец.
Я протянула в ответ. - Обещаю.
- Хорошо, потому что ты моя принцесса, и никто не может плохо относиться к принцессам. Поскольку я королева, я подумала, что мне, возможно, придется сказать это засранцу.
Прежде чем я успела ответить, Гарри окликнул нас. - Твоя мама хочет сфотографироваться с настоящим Олафом.
Дезире чуть не выпала из рук Джеммы. - Настоящий Олаф? - завизжала она. - Где где где где? - она говорила очень быстро, спеша к Гарри.
Гарри взял ее за руку и ухмыльнулся. - Пойдемте, дамы. Олаф ждет.
Джемма закатила глаза. - Ты такой мерзавец, Гарри. Звучит так, будто Дисней это сборище педофилов.
Он закрыл уши Дезире, как будто она знала, что означает это слово. - Стыдно, Джемма. Держи свои мысли невинными рядом с детьми, ладно?
Я засмеялась над подшучиванием брата и сестры, но мой смех разделил кто-то еще. Мое сердце сжалось, волосы на затылке встали дыбом. Я знала этот смех и хотела бы его не знать. Мне потребовалось все, чтобы заглянуть через плечо и подтвердить свои мысли, и когда я это сделала, у меня закружилась голова.
Три девочки и два мальчика показывали на меня пальцем и смеялись.
Извините, что так долго не было продолжения, сессия имеет во все дыры 😒