Часть 9
11 лет назад. Июль.
Перед глазами стоял мальчик, мой ровесник и по совместительству друг детства. Макар что-то воодушевлённо рассказывал, пока я копалась в песочнице, иногда концентрируя внимание на друге.
В руке я держала пластиковую лопатку салатового цвета. Это было давно забытое чувство детской непринуждённости.
- Мне мама утром сказала, что Вадим уехал, - Внезапно проговорил мальчик, упоминая нашего общего знакомого. Вадим Русаков жил с нами в одном дворе и по совместительству был моим лучшим другом. С ним я провела большую часть своего детства, пока Марк подключился в компанию год назад.
Мои глаза опустились, и мы оба замолчали, после чего я воткнула лопату в песок. За нашими спинами раздались пронзительные визги и машину, колёса которой заскрипели по асфальту, стали обступать люди с разных боков.
Водитель выскочил из автомобиля и начал судорожно оглядываться по сторонам, пока его полностью не накрыло паникой.
Мужчина на тротуаре не двигался, не подавал признаков жизни. Лицо неизвестного было до ужаса бледным, веки плотно сомкнуты, а тело оставалось неподвижным.
Я застыла на месте, пока Макар осторожно встал с деревянного бортика песочницы, вытягивая шею.
Через несколько минут во дворе раздался вой сирены, а из окон домов выглядывали обеспокоенные ситуацией люди. Шестилетнего Макара подхватил на руки его отец, кидая на меня озадаченный взгляд.
- Карина, где твои родители? - поинтересовался мужчина, хватая меня за руку.
- Дома, - Сосед повёл меня к подъезду, однако я успела обернуться в последний раз и задержать взгляд на врачах, которые метались из стороны в сторону.
Поднимаясь в свою квартиру, звук спасательной сирены не утихал.
Настоящее время. Через 20 минут.
- Кис, успокойся, всё с ней нормально будет! Самое главное — скорая успела вовремя приехать, - Проговорил Гена, наблюдая за тем, как друг швыряет один из стульев в пыльный угол.
- Да я, сука, не понимаю! Каким образом она там оказалась с пораненным животом? Кто ей скорую вызвал? Мы когда пришли, там никого кроме врачей не было! - Волосы Кислова были взлохмачены, на лбу выступила испарина.
Машина скорой помощи уехала минут тридцать назад, а парни остались на базе, чувствуя себя полностью беспомощными. Каждый оставался поникшим и обескураженным, что ещё больше давило на нервную систему.
- Вы как хотите, блять, а я прямо сейчас еду туда! - подорвался Ваня, а в след за ним и все остальные. Каждый из них чувствовал вину по отношению к подруге, ведь были бы они рядом, этого бы не произошло.
Все четверо выскочили из гаража, словно ошпаренные овцы. Кислов запрыгнул на свой мотоцикл, наблюдая как товарищи усаживаются в тачке Зуева. Обычная земля казалась минным полем, где встань ты не туда или потеряй слишком много времени на решения, за тобой скорая уже не успеет.
На часах было два с лишним часа ночи, а спешка и тревожность словно росли и возрастали с каждым усиленным движением. Больницу окружали машины скорой помощи, на крышах которых едва успокоилась яркая сине-красная лампочка.
Небрежно припарковав мотоцикл у поворота, Ваня соскочил с него, как со спортивного козла в спортзале. Машина Гены остановилась не далеко от него, откуда вылезли остальные. Хенк напялил капюшон на белёсую макушку, заприметив две полицейские машины рядом со входом.
- Вот дерьмо, - ругнулся под нос блондин, опуская голову.
- Идём уже, харе ссаться в штаны от одного его присутствия! - рявкнул Кислов, боком разворачиваясь к другу. Тот с пониманием кивнул и выпрямившись, последовал за товарищами. Однако Хенкин-старший не заметил сына.
Попасть в больницу получилось успешно, однако в реанимации их с полпинка задержала охрана, стоящая на входе. Их присутствие весьма озадачило парней.
- А что мы тут делаем, молодые люди? - высоко подняв бровь, недоуменно посмотрел мужчина в белом халате и копной тёмных волос.
- Мы к Карине Буровой! - проговорил Зуев, с которым одновременно поднялся и Киса.
- Та девочка, которая со скорой приехала сегодня? - поинтересовался, - к сожалению, к ней нельзя. Тем более, сейчас.
Тело брюнета хотело пересечь короткую дистанцию между ними с врачом, однако этому помешал рукастый охранник, подцепивший Кислова совершенно неожиданно.
- Приходите завтра, парни. Возможно, её состояние улучшится и вы сможете её посетить, - закончил диалог мужчина, после чего его образ затерялся в длинном коридоре.
- Пусти, - сквозь зубы процедил Киса, после чего за руки его схватили парни. Оказавшись на улице, все четверо обречённо вздохнули, вглядываясь в многоквартирные дома, построенные через дорогу.
Усевшись на ступеньках, они и не заметили как полицейские автомобили отъехали в сторону, а сейчас к парням смело направлялся Хенкин-старший.
- Борис, подойди сюда, - по военному отчеканил мужчина, подзывая к себе сына, - ты что тут, чёрт подери, делаешь, а?! Два часа ночи, а тебя дома нет! Мать места себе не находит!
Слушая бесконечные нравоучения отца, Боря не замечал проницательных взглядов парней, направленных прямиком на них.
- И опять с Кисловым, - гневно выложил Константин Анатольевич, испепеляя взглядом ненавистного друга сына, словно устанавливая между ними невидимый барьер, - я тебе сколько раз говорил, не шляться с этим наркоманом?! Когда наконец перестанешь?
- Никогда, - оборвал того Боря, наблюдая за искосившейся физиономией отца. Хенкин-старший одновременно и посинел, и позеленел от злости. - Отвали от меня со своими принципами, хотя бы сегодня.
Отворачиваясь, он направился в сторону друзей, однако те остались незамеченными, из-за чего торопливо поспешили за Борисом.
- Хенкалина, ну даёшь! Я такого и в снах своих не видел, - прерывисто говорил Кислов, жестикулируя руками, - думал у тебя стали яиц на такой подвиг не хватит!
- Ошибаешься, - прервал его блондин, однако все предыдущие шутки не обвенчались успехом, когда на глаза попался мотоцикл Кислова.
Горящий мотоцикл Кислова.
Недавно блестящая, теперь уже истлевшая и обугленная сталь ярко выделялась огнём на фоне серой стены. Казалось, пламя давно заволокло средство передвижения парня и теперь, будучи сожжённым куском металла, его оставалось отправить на металлолом.