Hunters

19 апреля 2019 года.

Просыпаться в шесть утра и вставать, чтобы собрать продукты на практику и собраться со мной, для меня сейчас было одним из самых великих подвигов, которые я могла совершить в эту пятницу. За окном светало, хоть облака и затянули весь небосвод. Поднимаясь с кровати и пытаясь хоть как-то проснуться, я потянулась к телефону. Будильник уже был выключен, на экране светились сообщения, которые я не проверяла со вчерашнего вечера. Мы с Сашей пришли домой довольно поздно, может, в половину одиннадцатого, на время я не смотрела. Я увидела сообщения от Маши, с которой начала общаться и к которой я довольно быстро привыкла. От Паши, который клялся загонять меня на тренировках и от волнующегося отца. Мама, казалось, и вовсе не переживала. Но нам всё равно прилетело от неё. В особенности брату, который подвернул неудачно ногу и сегодня останется дома.

Я надела свои джинсы и белую футболку. Взяв поварскую форму, я спустилась вниз и начала складывать в пакет продукты, что понадобятся мне на практике. Попутно я поставила греться чайник. Кружка кофе мне не помешает. Приеду домой, скорее всего лягу сразу спать. Впереди выходные, на которых мне придётся охотиться. Да и не могла я подставить маму, ведь в этот раз, она пойдёт на охоту вместе с нами! И это чувство предвкушения будоражит меня. Я ждала этого, как никогда прежде. 

 - Сегодня ты встала раньше, чем обычно. - голос отца послышался за спиной. Он был сонным, но уже собранным. 

 - Мне вчера было слишком лень собирать всё на сегодня. - ответила я, наливая кипяток в кружку не только себе, но ещё и папе, который уж точно не будет против. Размешав кофе, я уселась на стул и начала потихоньку пить напиток. Дождь за окном так и убаюкивал. Может к чёрту колледж? Останусь дома, посплю. Нет. Нельзя. Паша потом прибьёт. Уж слишком он любил учёбу и не любил, когда к ней относились с пофигизмом, как это делала половина всех моих одногруппников, переставших ходить на пары. 

Как говорится, вспомнишь говно, вот и оно... Кхм. Старший брат спустился со второго и пошёл в ванную. Сегодня он наконец спал в своей комнате, а не в библиотеке. Я не слышала, что он там пробурчал нам, но я на всякий случай сказала "Доброе утро". Папа уже выпил кофе и даже не выглядел таким помятым, как пять минут назад и теперь ждал, пока допью кофе я. Вздохнув, я допила напиток, чтобы меня не приходилось ждать. Взяв пакет с формой и едой, я пошла в прихожую, чтобы обуться. 

На улице было прохладно, видимо дождь лил всю ночь. Мда. Сев в машину отца, я поёжилась от того, что в ней казалось было ещё холоднее, чем снаружи. Мужчина включил обогреватель. Через минуту, я словно оттаяла и уже была в лёгкой полудрёме. Этому сопутствовал дождь, тихое рычание мотора машины и такая же тихая музыка в салоне. Папа явно давал мне шанс немного поспать до того, как я приеду в колледж. 

И видимо, я и правда заснула, ведь отец разбудил меня, а перед моими глазами был пятый корпус. 

 - Спасибо большое. - поцеловав отца в щёку, автоматически попав в бороду,  я вылезла из машины и пошла на учёбу. 

На втором этаже, где у нас был учебный цех, уже были тётя Наташа, Миша, Таня, Вадим и Дима, который на удивление сегодня припёрся довольно рано. Да и кажется, по дороге он потерял своего друга Кирилла. Но в любом случае, я сейчас просто хотела очень спать. Тем более, здесь было тепло. 

Как обычно, в 8:20, началось шевеление, пришедшая Галина Владимировна уже рассказывала как и что делать. Я слушала её, параллельно надевая поварскую куртку, фартук и колпак. Уже где-то с месяц мы готовили сами для себя, а не в команде. Поначалу, мне было даже неудобно, непривычно, потом же сыграла моё охотничье одиночество. Хотя, мы всё равно друг с другом советовались и помогали. Вот серьёзно, единственные моменты в нашей учёбе, где мы помогаем друг другу, так это практика. Еда сближает людей. Даже тех, кто раньше срался.

Аси, Васи и Иры сейчас не было, так как те готовили во вторую смену. Из-за того, что наша группа была многочисленна, а цех не такой вместительный, нас разделили на смены. С утра готовили те, кто жил в других городах, а с обеда те, кто жил в Лермонтове и Вин-садах. Получилось даже так, что нас поделили поровну. Вася хоть и был с Пятигорска как и я, но его вместе с Артёмом поменяли с двумя девчонками из второй смены. 

На практике всегда так получалось, что мы заканчивали раньше часа и нас отпускали домой, если не ставили пары после. Так было и сегодня. Приготовив еду и отчитавшись перед преподавателем, я собралась и направилась на остановку. Спать уже хотелось не так сильно, всё-таки оживлённые разговоры с одногруппниками, да и музыка из колонки Димы заставила проснуться. По дороге я встретила уже идущих на практику Иру с Мариной. Перекинувшись несколькими фразами, я всё же дошла до остановки и стала ждать маршрутки. Воткнув один наушник и включив музыку, я стала лазить по соц.сетям. Немного пообщалась с Машей. Вновь спросила у Дениса про Ваню и вновь получила тот же ответ. О, Паша написал, что будет сегодня поздно и если что, чтобы мы ему звонили, трубку он возьмёт. Сев в подъехавшую 112-ую, я передала за проезд и продолжила бездумно листать ленту ВК. Из приоткрытого окна, за которым я села, не сильно дул ветер, развивая пряди моих волос, отчего я постоянно их поправляла. 

На Верхнем рынке было оживлённо как и всегда. Пересев на свою маршрутку, которая уже отъезжала, так же передала мелочь. Я просто смотрела в окно, наблюдая за машинами, мчащихся по Калинина. Дождя уже не было часа два, если верить тому, что я не видела его в окне ещё находясь в цехе. 

Выйдя на своей остановке, обходя лужи и грязь, я пошла к своему дому. Достав ключи и открыв калитку, проверила почтовый ящик. Какая-то газетёнка. Взяв её и закрыв калитку, пошла в дом. Открыв дверь и опустив пакет на пол, я узрела то, что никогда не хотела узреть в своей жизни.

Кровь.

Она была везде. 

Когда-то белоснежная кухня окрасилась в мерзкий алый цвет. Все тумбы, шкафчики, даже грёбанный потолок был в крови. За столом я увидела тело.  Я осторожно подошла к нему. 

Голова с рыжими волосами, ввела меня в ступор, заставив забыть, как дышать. На лице головы был явный ужас и страх. Как и на моём.

Это была мама. Её обезглавленное тело и сама голова. 

На шкафчиках была надпись: "Всё только началось".

 - Папа?! - я надеялась услышать его голос, надеялась найти его живым. Обежав первый этаж и не найдя его, помчалась на второй. 

Нога предательски подскользнулась на чём-то мокром и вязком. Я упала и еле удержалась чтобы не скатиться с лестницы. Абсолютно весь пол был покрыт кровью, а на стене, прибитыми гвоздями, были части тела. 

Части тела папы. Ноги, руки, пальцы, голова. Разрубленное туловище. 

У меня потемнело перед глазами. Я еле поднялась. Из комнаты брата послышался грохот. Я достала нож, который был у меня за поясом. Открыв дверь, я увидела шевелящегося и истекающего кровью Сашу, который что-то пытался мне сказать. 

 - Не говори ничего! Я сейчас вызову скорую! - я достала из кармана телефон и пыталась набрать дрожащими руками заветное "03". 

И как назло, ничерта не вышло! Они тупо не брали трубку, поэтому я решилась на 112.

 - Служба спасения, слушаю. - голос явно молодой девушки послышался из телефона, когда я поставила на громкую связь.

 - Произошло нападение, двое мертвы, один раненный, с перерезанным горлом, ещё дышит. - тараторила я, перед этим назвав адрес.

 - Я вызвала скорую и полицейских. Попытайтесь остановить кровь у раненого, не дёргайте его лишний раз. Вы убедились, что двое мертвы?

 - Моей маме отрезали голову, а папа расчленён и его части тела прибиты к стене за дверью этой комнаты, этого достаточно?! - я начинала срываться, хоть и старалась держаться, что подобает охотнику. Брат что-то пытался сказать. - Санёк, держись, скорая уже едет, тебя спасут...

Голос дрожал, а слёзы непроизвольно потекли по щекам. Диспетчер что-то говорила, но я не слышала его, слушая лишь редкие вздохи брата. Я посмотрела на стену, на которой были пятна крови. На ней виднелись гвозди и ошмётки человеческого мяса. Парня тоже прибили к стене, но он смог отодрать руки от неё.

 - Не плачь, дурёха... - тихий голос брата, который вызвал новую волну боли. Парень сжал мою руку и закрыл глаза. Он улыбнулся.

 - Нет-нет-нет, не смей! - я переходила на крик. 

Но он уже не дышал. Я проверила пульс.

Его не было.

За окном послышался вой сирен, а после в дом ворвалась полиция вместе с медиками. Меня оттащили от тела брата и отвели вниз. У меня спрашивали номера ближайших родственников, подробностей и то, что нужно было полицейским. Через пятнадцать минут я увидела подскочившего ко мне Пашу.

 - Они мертвы, Паш... Мертвы. - я не узнавала своего голоса, не могла понять, что происходило дальше. Старший брат прижал меня к себе не смотря на то, что я вся была в крови. Когда из дома выносили тела, я почувствовала судорожный вздох Паши. Он не заходил в дом, успел только увидеть меня. 

Полицейские, знавшие об охотниках, сказали, что они уберут здесь и подготовят всё к похоронам. А нас отправили в участок.

***

Возле леса собралось много народу. Я стояла возле брата и не могла отцепиться от его руки, боясь сделать хоть одно лишнее движение, дабы не вызвать очередной приступ истерики. Сейчас, я была на грани. Я отчётливо осознавала происходящее, держала себя в руках, старалась выглядеть сильной. Но каждое слово о соболезновании со стороны полицейских и охотников, от каждого человека было как удар ножом. Паше, казалось, было всё равно. Что меня немного пугало.

Стоявшая в стороне бабушка ничего не говорила и просто смотрела на тела, обернутые в ткань. Дядя рядом был явно в таком же состоянии что и я. 

 - Я осмелюсь в данный момент сказать слово о погибших. - с правой стороны стоял охотник пожилого возраста. Это был один из S-ранга. - Я знал Андрея всю его жизнь. Я знал его родителей, погибших в начале девяностых. Это были одни из самых добрых и хороших людей, которых я когда-либо знал. Когда Андрей сказал мне, что нашёл девушку и что в скором времени он женится, я был счастлив. Он заслуживал хорошей жизни. 

Я сжала руку брата.

 - Лена была добрейшей души человек. Я видел её зашуганной охотницей, которой никогда не везло в охоте. Но она поднялась и смогла стать одной из самых лучших. Воспитала троих детей, любила свою семью. - охотник тяжело вздохнул.

Паша обнял меня. Дядя закрыл глаза рукой.

 - Их младший сын был таким же целеустремлённым, как и его отец в его годы. Саша был лучшим товарищем и хорошим другом.

Мы с братом ничего не сказали. Парень достал спички. Сердце словно перестало биться в моей груди. Он зажёг её и кинул на политые жидкостью для розжига тела. 

Словно в замедленной съёмке я видела как летела спичка.

Как загорались тела.

Как огонь охватывал их.

Охотников не хоронили, не отдавали холодной земле. Их сжигали. Ведь они всегда сражались огнём. Они им и были. Огонь - это мы.

Люди начали расходиться почти сразу же. Бабушка и дядя тоже ушли, просто не трогая нас. Мы стояли долго. До того, пока от тел ничего не осталось и пока огонь просто не потух. 

Это было объявлением войны охотникам. "Всё только начинается".