Глава 4: "Голос занпакто"
Подземная база. Полумрак. Пульсирующие мониторы показывают сцены из мира шиноби.
Айзен сидит в высоком кресле, скрестив пальцы перед лицом. Его взгляд спокоен, но в воздухе - лёгкое напряжение, как перед бурей.
Из тени за его спиной появляется она - Кьёка. Лисьи уши, девять хвостов, хитрая улыбка и взгляд, прожигающий насквозь. Она ходит босиком, её шаги почти неслышны.
- «Ты наблюдаешь. Как всегда. Ты любишь смотреть... но не действовать.»
Айзен не поворачивается.
- «Просто жду момента. Ты знаешь, как это работает.»
Кьёка смеётся.
- «Момента? О, милый мой Айзен... Если бы ты использовал абсолютный гипноз на Ичиго сразу - он бы никогда не эволюционировал. Никто бы даже не понял, что они уже мертвы.»
Он хмурит брови, но не отвечает.
- «Ты знал, что они слабы. Ты мог уничтожить всех ещё до начала войны. Но ты... играл. Потому что в глубине души ты хотел быть побеждённым.»
- «Ты ошибаешься.»
Она приближается, касается его плеча. Губы почти касаются уха.
- «Нет. Просто ты всё ещё хочешь, чтобы кто-то увидел тебя. Услышал. Признал. А не просто боялся.»
Тишина.
Айзен наконец поворачивает голову и смотрит прямо на неё:
- «Я дам им шанс. Я позволю им надеяться. Чтобы потом... всё это уничтожить одним взглядом.»
Кьёка улыбается.
- «Вот он - мой Айзен. Не забывай, мы теперь одно целое. Но я всё ещё могу кусаться.»
- «Я помню.»
Тем временем в Конохе всё менялось. После разрушительных событий, устроенных Айзеном, деревня лихорадочно пыталась восстановиться. Но даже в этом хаосе важные фигуры начали действовать.
Трое легендарных саннинов - Джирайя, Орочимару и Цунаде - приняли непростое решение. Их целью стало восстановление баланса сил, подготовка новой генерации.
Саске, потрясённый, униженный, обманутый абсолютным гипнозом, изломанный чувством вины и страха, стал одним из подопечных. Второй - сестра Айзена, девушка, которую воспитывали родители, ушедшие из деревни ради своей великой цели. Её звали Химэко, и в ней было всё то, что должно было быть у «дитя пророчества» - ярость, мощь, интеллект.
- Мы уходим, - сказал Джирайя, когда они собрались за пределами деревни. - Вас ждёт путь длиной в несколько лет. Но если вы выживете... вы сможете дать этому миру надежду - или уничтожить его.
Химэко смотрела на горизонт. В её глазах не было сомнений. Её брат - Айзен - показал ей, что такое власть и одиночество. Она не собиралась повторять его путь. Она хотела доказать, что способна достичь своей цели по-другому.
Саске же шёл позади, с опущенной головой. Он всё ещё чувствовал на себе осуждающий взгляд деревни. Он всё ещё слышал насмешку Айзена: «Как тебе мой гипноз?» Он чувствовал себя раздавленным... но где-то внутри пульсировала решимость. Он хотел ответить. Он хотел вновь стоять перед ним, но уже не жертвой.
Орочимару, наблюдая за ним, едва заметно улыбался. Он знал, что такие чувства - лучшее топливо для роста.
Цунаде же шла с Химэко. Разговаривала с ней, наблюдала за её реакциями, проверяла потенциал. Химэко не уступала по силе Наруто в его расцвете, но была более хладнокровна.
Их путь начался. За пределами Конохи, в дикой, опасной стране, они начали своё обучение. Джирайя обучал Саске контролю чакры, новому взгляду на ниндзюцу. Орочимару - техникам, запрещённым и смертельно опасным. Цунаде работала с Химэко, пробуждая в ней силу, схожую с медицинским ниндзя, но куда более разрушительную в потенциале.
Каждый вечер они сидели у костра. Молчали. Обдумывали. В этот момент камера Айзена на экране показывала именно это - их лица в огне.
- Они растут, - произнёс он вслух.
- Они будут сильными, - ответила Кьёка, - но недостаточно, чтобы победить нас.
Айзен усмехнулся. Впервые за долгое время в его глазах появился огонёк интереса. И может быть, глубоко внутри - слабая тень надежды.