Джашин
- Хидан!
Хидана уже не существует. Его тело занимает сам Бог - великий, всевмещающий, безжалостный, но прекрасный, недостяжимый Джашин.
Хидан танцует босыми ногами по битому стеклу, что-то кричит и размахивает косой как умалишенный - такова цена принятия Бога.
По пяткам как будто скользит жидкое пламя, но Хидан знает - это всего лишь недавно пролитая кровь. Она распускается алыми цветами в его волосах, она заполняет собой его тело и его душу.
Он был рожден в крови.
- Хидан!
Крик такой отчаянный, что Хидану становится даже жаль свою мать.
Или ему показалось?
Нет, голова отсечена и лежит рядом с уродливый мясным мешком - телом. Когда-то, когда он был маленьким, это тело ласкало его, целовало в пепельные волосы и в нежные, с детским пушком, щеки.
Сейчас это просто мешок, сосуд жертвоприношения Богу.
Хидан задыхается в безумном смехе - его ломает, ему хочется хохотать так, чтобы услышал Бог, такой далёкий, такой любимый.
Он может временно занимать тело Хидана, но скоро, очень-очень скоро, Джашин выберет его - как вечное пристанище.
Как же он ждёт этого дня.
Хидан лежит в полуразрушенном доме, грустно уставившись взглядом в деревянный потолок.
Хидан убил всех, и Бог покинул его.
Несчастному, вечно рождающемуся и вечно умирающему Джашину, слишком мало вместилище Хидана.
Страждущий Бог.
Прекрасный Бог.
Справедливейший Бог.
Хидан из последних сил, засыпая, смеётся.