15
После пресс-конференции Соник, Шэдоу и Макс вернулись в боксы. Атмосфера там была странной. С одной стороны, команда ликовала, поздравляя Макса с героическим вторым местом и проходом в следующий этап. Шампанское уже было открыто, смех и радостные крики разносились по всему гаражу. С другой стороны, над частью гаража, где стоял обгоревший болид Соника, висела напряжённая тишина.
Соник крепко обнял Макса.
— Ты сделал это, парень! Я знал, что ты сможешь! — его голос был полон искренней радости за друга, но за этой радостью скрывалась глубокая боль от собственного схода.
Макс улыбнулся, но его взгляд был полон сочувствия.
— Мы сделали это, Соник. Твои подсказки были на вес золота. Но мне жаль, что так вышло с твоей машиной.
— Не бери в голову, — отмахнулся Соник, уже повернувшись к обгоревшему болиду. — Сейчас главное – понять, что произошло.
Шэдоу уже был там, окружённый инженерами. Его лицо было напряжённым, рубиновые глаза внимательно осматривали останки двигателя. Как только Соник подошёл, Шэдоу посмотрел на него. В его взгляде читалась не только решимость найти причину, но и обещание защитить Соника от подобных проблем в будущем.
— Мы начинаем полный демонтаж, — сообщил Шэдоу, его голос был сухим и деловым. — Ни один винтик не останется без внимания. Я не успокоюсь, пока не найду причину.
Соник кивнул. Он тоже чувствовал, что это не обычный отказ оборудования. Болид был новый, двигатель прошёл все тесты. Что-то было не так. Он остался в гараже, наблюдая, как механики и инженеры начинают свою кропотливую работу, разбирая обугленные детали.
***
Последующие часы превратились в целую ночь. Пока остальные члены команды праздновали, Шэдоу, Соник, директор и несколько ключевых инженеров работали без устали. По мере того, как обгоревший двигатель разбирали по частям, напряжение росло. Каждый элемент был тщательно изучен, каждый показатель проанализирован.
Шэдоу, со свойственной ему дотошностью, лично осматривал каждую деталь. И вот, уже под утро, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь окна гаража, он замер. Его взгляд был прикован к одному из элементов системы охлаждения – небольшому, казалось бы, незначительному клапану.
— Стойте! — его голос прозвучал резко, привлекая внимание всех.
Директор, который дремал на стуле, тут же вздрогнул. Соник, который сидел рядом, наблюдая за процессом, мгновенно напрягся.
Шэдоу осторожно извлёк клапан. Он был едва заметно повреждён. Но не огнём, и не естественным износом. Это был микроскопический, почти невидимый надрез, сделанный с невероятной точностью. На первый взгляд, он казался незначительным. Но Шэдоу знал, что эта крошечная царапина могла вызвать микроутечку, которая под огромным давлением и температурой гонки привела бы к перегреву, а затем и к возгоранию.
— Вот оно, — тихо сказал Шэдоу, его голос был полон холодной ярости. Он протянул клапан директору и Сонику. — Это не случайность.
Директор взял клапан, внимательно осмотрел его через лупу. Его лицо побледнело.
— Что… это? — прошептал он.
— Это саботаж, — Шэдоу посмотрел на них, его рубиновые глаза горели недобрым огнём. — Кто-то преднамеренно повредил этот клапан. Сделано это было так ювелирно, что обнаружить это при обычных проверках практически невозможно. Он бы выдержал все стендовые испытания, но не выдержал бы гоночных нагрузок. Цель была очевидна – вывести болид из строя. И они это сделали.
Соник почувствовал, как по его телу пробежал холодок. Неисправность, которая казалась просто неудачей, теперь обрела зловещий смысл. Кто-то хотел, чтобы он проиграл. Кто-то хотел причинить вред команде.
— Саботаж… — прошептал Соник, сжимая кулаки. — Кто? Кто мог это сделать?
Директор был в шоке. Такое происшествие в мире Формулы-1 было огромным скандалом.
— Мы должны немедленно обратиться в федерацию! Это… это неприемлемо!
Шэдоу поднял руку.
— Нет, — его голос был твёрд. — Пока нет. Если мы сделаем это сейчас, это вызовет огромный резонанс, и виновник скроется. Мы сначала должны понять, кто за этим стоит. Мы должны найти того, кто это сделал. Кто имел доступ к болиду, кто знал, как нанести такой ущерб, чтобы он не был сразу обнаружен.
Он посмотрел на Соника.
— И мы сделаем это. Мы найдём виновного. И он пожалеет, что когда-либо посмел связываться с нашей командой.
Соник кивнул. Его разочарование сменилось холодной решимостью. Теперь это было больше, чем просто гонка. Это была битва за честь и справедливость.
— Согласен. Мы не будем делать из этого цирк. Мы будем работать тихо. Но когда мы узнаем, кто это, они пожалеют.
Директор, немного придя в себя, кивнул. Стратегия Шэдоу была рискованной, но она давала им шанс поймать настоящего преступника.
— Хорошо. Тогда с этого момента – полная секретность. Никто не должен знать о нашем открытии. Только мы втроём. И теперь… к подготовке к следующему этапу. Теперь мы знаем, что нас ждёт не только борьба на трассе, но и за её пределами.
Шэдоу и Соник обменялись взглядами. Их связь, уже такая крепкая, стала ещё прочнее перед лицом общей угрозы. Они были готовы к любому вызову.