Eslel (Надежда)

Мы бродили по лесу уже сутки. Я не мог сосредоточиться ни на чём. Все мысли занимала Эйлин. По словам Арагорна это были следы от обуви девушки. Вот и сейчас я думал лишь о ней.

Такая своенравная, такая храбрая и сильная, но по-детски навиная и чистая, веселая и милая, в те редкие минуты, когда мы были вдвоём...

— Не спится? — рядом сел Арагорн.

— Нет, — вздохнул я.

— Думаешь о ней, — закуривая трубку, сказал он.

— А ты нет? — указав на кулон, что висел на шее друга, спросил я. Арагорн улыбнулся уголками губ.

— Пр крайней мере, я знаю, что она дома, в безопасности и возможно, уплывёт со остатками своего народа в Бессмертные земли, — опустив глаза, я потупил взгляд на обувь. — Возможно, я не представляю какого тебе сейчас, но не теряй веры в лучшее. След был явно женский, быть может это она их спасла... Мы найдём их.

Между нами повисло недолгое молчание, после чего я взглянул на друга.

— Не уплывёт, — сказал я. — Арвен упрямая, сколько я её знаю.

— Как Эйлин?

— Эйлин упрямее, — ответил я, после чего мы с Арагорном тихо рассмеялись. — Безумная, отважная, упрямая девушка.

— Ты привязался к ней, я прав. Не отрицай этого, — я промолчал. — Вы оба гордецы и страдаете от этого. Знаешь, если мы её найдем, ты должен будешь поговорить с ней. В такое неспокойное время глупо отрицать того, что чувствуешь. Кто знает, что ожидает нас в конце.

—Когда ты стал мудрецом? — вновь пошутил я, отчего оба расплылись в улыбке. — Я желаю лишь о тех словах, которые могли ранить её зрупкое сердце, — вздохнул я. — Но, я все еще надеюсь встретить ее вновь. А ты, — я похлопал Арагорна по плечу. — Скажи эти слова еще раз себе, — он вопросительно посмотрел на меня. — Ты не дал возможности Арвен решить самой. Послушался Владыку и обидел Арвен. Неправильно как-то...

***

Рано утром я поднял Гимли и мы вновь пустились в путь. Воздух в лесу был тяжёлым, обстановка нагнетающей. Лес выглядел гораздо хуже моего леса.

— Орочья кровь, — вдруг сказал Гимли.

— Очень странные следы, — поддержал его Арагорн

— Воздух здесь словно загустел.

— Это старый лес, очень старый. Всё помнит и гневается, — неожиданно для себя я уловил шорохи. — Деревья говорят друг с другом!

— Гимли, опусти топор, — тихо попросил Гимли, Арагорн.

— Они чувствуют, мой друг, — сказал я. — Эльфы начали это. Разбудили деревья. Научили их говорить.

— Говорящие деревья? — возмутился гном. — О чём деревьям разговаривать? Разве что о том как белки гадят.

— Aragorn, nad no ennas (Арагорн, там что-то есть), — заметив белый силуэт, сказал я.

— Man cenich (что ты видишь)?

— К нам идёт белый колдун.

— Не давай ему говорить. Он нас зачарует, — сказал Арагорн и взялся за рукоять меча. — Действуйте быстро.

Резко обернувшись, я выстрелил, но моя стрела тут же отскочила. Гимли кинул секиру, но та тоже отлетела в сторону. Рукоять меча Арагорна нагрелась, от чего тот выронил меч с рук. Нас ослепил белый свет, отчего мы не могли увидеть лица колдуна.

— Вы идёте по следам двух юных хоббитов и молодой эльфийки?

От упоминания Эйлин,ю сердце забилось чаще. Значит, она еще жива!

— Где они? — спросил Арагорн.

— Они прошли этой тропой позавчера и встретили того, кого не ждали увидеть. Это успокоит вас?

— Кто ты? Покажись! — сказал Арагорн. Свет медленно угас, отчего мы наконец увидели того, кто стоял перед нами. Гендальф...

— Это невозможно...

— Прости, — я склонил голову. — Я принял тебя за Сарумана.

— Я и есть Саруман, — теплл улыбнулся он. — Вернее тот Саруман каким ему надлежало быть.

— Ты падал! — похоже Арагорн до сих пор не мог поверить.

— Через огонь и воду... Из глубочайшей бездны на высочайший утёс загнал я Морготова Балрога, — начал Гендальф свой рассказ. — Мы бились до тех пор, пока я не сбросил своего врага вниз, размозжив его останки о скалы. Тьма окутала меня и я оказался за пределами мысли и времени. Звёзды неслись передо мной и каждый день казался длинным как земная жизнь. Но это был не конец. Я почувствовал, что жизнь возвращается. Меня вернули назад исполнить что мне назначено

— Гэндальф, — Арагорн подошёл к митрандиру.

— Гэндальф? Да. Так меня раньше звали. Гэндальф Серый. Моё былое имя".

— Гэндальф, — поклонился Гимли.

— Я - Гэндальф Белый. Я вернулся к вам в решающий час. Но всему свое время, — сказал он и посмотрел на меня. — Пройдёмся? — не дожидаясь ответа, он зашагал в праву в сторону. Мы пошли за ним.

— Одну задачу вы выполнили, теперь вас ждёт другая. Рохану грозит война. Мы должны мчаться в Эдорас как можно быстрее.

— Путь не близкий, — сказал Гимли.

— Мы слышали о бедах Рохана. Что-то недоброе творится с королём, — добавил Арагорн.

— Да, и это будет нелегко исправить.

— Значит мы зря проделали весь этот путь? — спросил Гимли. — Покинем бедных хоббитов здесь, в этом ужасном тёмном сыром кишащем деревьями, — услышав шорох веток, Гимли замер. — То есть милом, совершенно очаровательном лесу.

— Мы искали не только хоббитов, — сказал я, отчего волшебник остановился и обернувшись загадочно посмотрел на меня.

— Я знаю, Леголас, — улыбнулся он, и указал рукой на одно из деревьев. Сделав пару шагов вперёд, я увидел большое дерево, у которого росла высокая трава. Эйлин лежала безсознания. Выронив от удивления лук, я подбежал к девушке и сел рядом. Сюда попадали лучи солнца, которые играли на лице Эйлин, но она не просыпалась.

— Что с ней?

— Спит, — ответил маг. — Можете быть спокойны. Её жизни уже ничего не угрожает.

— Уже? — переспросил Арагорн, садясь рядом со мной.

— Она была ранена отравленным клинком, — отвптил Гендальф, подходя к нам. — Я даже не знаю, как она продержалась столько дней и как силы не покинули её. С такой раной, она держала орудие в руках, спасла хоббитов.

Я всматривался в любимые черты лица, густые, длинные ресницы и в алые губы. Она спала... Это так радовало меня.

— Проснись, — проведя рукой по лбу девушки, произнёс Гендальф. Девушка поморщилась и медленно открыла глаза. Серо-голубые глаза с простни посмотрели на меня непонимающим взглядом, затем перевели взгляд на Арагорна, Гимли и Гендальфа, затем снова на меня. — Как ты себя чувствуешь?

— Хоббиты, — Эйлин медленно поднялась, но зашипела от боли, придерживая плечо. Я приобнял её, помогая сесть.

— Они с Древнем, — ответил Гендальф, тепло смотря на Эйлин. — Успокойся...

— Как я рада вас всех видеть, — оглядев по очереди нас, сказала она. Затем раскрыв объятия, потянулась к Гендальфу, который тут же ответил на ее жест. — Это правда ты? Мне это все не снится?

Сейчас Эйлин была похожа на маленького ребёнка, которому приснился плохой сон. Я улыбнулся уголками губ, наблюдая за ней с любовью и поймал взгляд Арагорна на себе.

— Это не сон, Эйлин, — поцеловав ее в макушку, сказал Гендальф. — Мы все здесь, живы и здоровы... И ты на свое счастье тоже. Мэрри и Пиппин останутся в лесу, под присмотром Древня. Если хочешь, можешь остаться тут.

— Нет, я с тобой пойду, — ответила девушка и попыталась встать. Я вновь приобнял ее, помогая ей встать на ноги. — Спасибо. Вы в порядке, верно?

— В порядке, — улыбнувшись, ответит Гимли.

— А Боромир? — Эйлин посмотрела на Арагорна, полными слезами глаза. — Он не с вами, это значит он... Он...

— Да, Эйлин, — ответил Арагорн.

— Фродо и Сэм? — вновь спросила она.

— Фродо и Сэм ушли, — ответил я. — Мы видели их, они в порядке...

— Мы правда оставим Мэрри и Пиппина здесь? — спросила она Гендальфа.

— Ты сведешь с ума своими вопросами, Эйлин, — улыбнувшись, сказал Гендальф и посмотрел на меня. — Нечто большее чем простой случай привело Мерри и Пиппина в Фангорн. Великая сила спала здесь долгие годы. Приход Мерри и Пиппина будет сродни падению мелких камней, что начинают лавину в горах.

— В одном ты не изменился, дорогой друг. По-прежнему говоришь загадками, — сказал Арагорн.

— Случится... то, чего небывало с древних дней. Энты пробудятся и поймут, что они сильны, — сказал Гендальф и вновь прошёл вперёд. Арагорн пошел за ним, и Гимли... Мне так много хотелось сказать Эйлин, но все, что мог это просто стоять и смотреть на неё, также как и она на меня.

— Сильны? О, это хорошо! — сказал Гимли, чем вывел нас из мыслей.

— Пойдём? — спросил я. Эйлин молча кивнула и пошла за гномом. Поровнявшись с ней, я нерешительно коснулся её ладони пальцами. Ее руки как всегда были холодными. Эйлин мельком взглянула на руки, затем перевела взгляд на меня.

— Оставь свои тревоги, почтенный гном. Мерри и Пиппин в полной безопасности. На самом деле они сейчас в гораздо большей безопасности, чем ты!

— Новый Гэндальф ещё более ворчливый, чем прежний, — буркнул Гимли, чем вызвал улыбку Эйлин. Взгялнув на меня еще раз, она смущенно опустила глаза и ушла вперёд к Гендальфу.