nightmare [J.R.]

Я покидаю бар и выхожу на улицу – там моросит мелкий противный дождь.

Куда мне идти, я не знаю: только домой, но домой – страшно.

Перед глазами мелькает то документ об усыновлении, то свидетельство о смерти, то поцелуй Джоша и Лаурен.

Сегодня меня дважды убили.

Я иду по улице и захожу в небольшую теплую кофейню.

Заказываю безалкогольный горячий глинтвейн и крохотными глотками пью его, пытаясь согреться.

Мне звонит Авани – словно чувствует, что со мной что-то не так.

– Подруга, ты где? – осторожно спрашивает она. – С Джошем?

– Нет, – отвечаю я. – Одна, в кофейне.

– Слушай, мне тут кое-что рассказали про него, несмело говорит Авани. – Но я не знаю, нужно ли тебе сообщать об этом.

– Говори, – резким тоном прошу я. – Пожалуйста, говори.

– Что-то не так? – настораживается она. Поссорились?

– Нет, потом расскажу – не могу сейчас. Иначе заплачу. Просто расскажи, что хотела, – прошу ее я. – Для меня это важно.

– Хорошо. Только учти, что у меня садится батарея. Итак, не знаю, правда это или нет, но есть кое-какие слухи, – аккуратно начинает подруга. – Если бы ты просто познакомилась с Джошем, без всего этого цирка с цветами и анонимностью, то я бы и внимания не обратила. Однако… – Авани замолкает.

– Говори, – снова прошу ее я.

Я готова ее молить, чтобы она сказала.

Мне нужно знать.

– Ричардс долгое время встречался с Лаурен, моделью, ну, той самой… Хотел жениться на ней. Однако у него умерли отец и брат, и что-то у них не срослось. Со временем он переключился на ее лучшую подругу. Она тоже модель. Типаж этой Лаурен один в один. Эффектная брюнетка с умопомрачительными ногами. Только Лаурен из обеспеченной семьи, а эта Марси приехала откуда-то там после победы в конкурсе красоты и звезд с неба не хватала. – Авани переводит дыхание. – В общем, он стал встречаться с Марси. И, как я понимаю, все вокруг недоумевали. Потому что она – это как копия Лаурен, но, сама понимаешь, оригинал всегда лучше. Я тебе даже пришлю ее фото – нашла в соцсети.

Мне действительно прилетают две фотографии.

На первой я вижу Лаурен и Марси в каком-то парке они радостные и красивые.

И действительно очень похожи.

На другом снимке Марси вместе с Джошем.

Они сидят вместе в клубе.

Он хмурый, а она улыбается.

Его рука лежит на ее обнаженном плече – платья Марси предпочитает открытые.

– Эти фотки многого мне стоили! Помог найти Ник – через какого-то своего знакомого, – нервно хмыкает подруга. – Если честно, он меня уже стал ревновать к Джошу – мол, что за повышенный интерес?

– Спасибо большое, Авани. Ты лучшая в мире подруга, правда. А… что было дальше? – спрашиваю я со смесью страха и отвращения, вновь и вновь вспоминая, как Джош целует Лаурен. Интересно, они продолжили или смогли вовремя остановиться?

Авани молчит.

– Говори же!

– Он довел ее до самоубийства.

– Что? – словно очнулась я.

– Джош Ричардс довел эту девушку до самоубийства, – терпеливо повторяет подруга. – Она напилась таблеток, и ее нашли в собственной рвоте с его фотографией в руке. Похоронили в родном городе. Лаурен сама всем занималась, хотя из-за Джоша они и перестали общаться. Потому что у этой Марси нет родственников – только отец-алкаш. Эх, жалко ее. Хотела сбежать из своего маленького городка, а сама..

Авани замолкает.

Ей часто жалко людей.

Какой бы самоуверенной или меркантильной она ни казалась, в душе Авани добрая.

– Но… Разве это говорит о том, что он подтолкнул ее к этому? – переспрашиваю я.

– Разумеется, нет. Просто ходят слухи, что… Джош любит играть с девушками. Ну, то приближать, то отталкивать. То дарить невероятные подарки, то опускать. То совершать ради них безумства, то соблазнять. И Лаурен держит на коротком поводке, и с другими дурочками играет. Так говорят, Изабелла, – вздыхает Алиса. – А еще говорят про какой-то особый клуб, где делают ставки на людей – даже насмерть. И якобы он тоже там состоит, твой Джош. Я, конечно, не знаю, что из этого – правда. Просто решила… что ты должна об этом знать.

– Спасибо, – благодарю я подругу.

И вдруг понимаю: а ведь он послал меня к черту после нашей первой ночи.

Может быть, все подстроено?

Может быть, Габриэль давно ему все рассказал?

Может быть, они просто наблюдали за мной и делали ставки?

Я не знаю, я отказываюсь что-либо понимать.

Однако я чувствую, что все еще жива – мою грудь разрезает изнутри боль.

И снова по лицу текут слезы.

Как же мне надоело плакать.

– Мне стыдно, – говорит Авани. – Надо было не говорить.

– Ты правильно сделала, – возражаю я и вдруг говорю о том, что узнала… что я приемная.

– В смысле? – не понимает подруга.

– Сегодня нашла документы, что меня удочерили. Случайно нашла. Знаешь, все всегда говорили, что я не похожа на маму, и теперь я понимаю почему. Я боюсь идти домой.

– Подруга, ты чего, – растерянно говорит Авани. – Не смей расклеиваться! Слышишь? Не знаю, приемная ты там или нет, но мама у тебя классная! И очень тебя любит! Поэтому даже не думай о всякой чуши! Возвращайся домой и поговори с ней, слышишь?

– Слышу, – всхлипываю я.

– Тетя Луэлла в тебе души не чает… – На этом связь обрывается. Я перезваниваю Авани, но ее телефон отключен.

Разрядился, как она и предупреждала.

Тогда я зачем-то набираю телефон мамы – она несколько раз мне звонила, но я не брала трубку.

Боялась с ней говорить.

– Иза, ты где? Почему не дома? Почему не берешь трубку? Что-то случилось? – обрушивается она на меня, и я слышу в ее голосе беспокойство.

Она ведь действительно любит меня, моя мама?

Даже если я неродная?

– Извини, я не слышала звонков, поставила на беззвучный режим, – говорю я.

Я не хочу плакать, но слезы стали моим проклятием.

Они текут и текут.

– Ты плачешь? – настороженно спрашивает мама. – Веточка, что случилось? Это из-за Джоша?

– Да, мы поругались, – снова лгу я. – Мам, я…

Я хочу сказать, что нашла документы об удочерении и смерти ее родной, настоящей дочки, но не могу.

Просто не могу открыть рот.

Мне кажется, что мое горло забито стеклянной крошкой.

– Все ругаются, Веточка, – уверенно говорит мама. – Помиритесь. А если… если Джош обидел тебя, я сама с ним разберусь, хорошо?

Я закрываю рот ладонью и беззвучно плачу, чтобы не слышала мама.

Она говорит мне добрые, успокаивающие слова и зовет домой.

Там меня ждут горячий ужин и любимые клубничные пирожные.

– Давай сегодня вместе посмотрим какой-нибудь фильм? – мягко предлагает мама.

* * *

Я почти успокаиваюсь и обещаю маме приехать домой.

– Слушай, когда я убиралась, такую странную штуку нашла… – говорит вдруг мама. – На телевизоре.

– Какую? – спрашиваю я без интереса.

– Маленький черный квадратик – помещается на пальце. Знаешь, очень похоже на миниатюрную камеру… Хотя я в этом, конечно, не разбираюсь…

– Что? – удивленно спрашиваю я. – Камеру?

– Я думала – может быть, это твое. Но как-то подозрительно.

– Я приеду домой и разберемся, – испуганно говорю я. – Может быть, это просто какая-то деталь отпала?

– Как знать. Жду тебя, Веточка, – говорит мама со вздохом и отключается.

Я залпом допиваю глинтвейн со вкусом собственных слез и хочу уже встать, однако передо мной вдруг появляется Марк.

Он без разрешения садится за мой столик.

Его светлые глаза наполнены тревогой.

– Марк? – удивленно спрашиваю я и понимаю, что из-за Джоша ни разу о нем не думала. – Что ты здесь делаешь?

– Изабелла, – говорит он отрывисто. – Ты в опасности.

– Что? Ты о чем?..

– Ричардс хочет тебя убить.

Мне кажется, что на меня обрушилось небо.

– Что за чушь? – едва слышно произношу я.

– Это не чушь. Господи, Изабелла, вставай и идем со мной! – в отчаянии просит Марк, хочет поднять меня, но я отталкиваю его.

Почти в это же время мне приходит сообщение от Джоша.

Я читаю его, и мои глаза округляются.

«Даю тебе фору в сутки. Убегай, принцесса. Я объявляю на тебя охоту. Жаль, что я не столкнул тебя в море, но так будет даже интереснее. Игра началась!»

– Он убийца, – тихо говорит Марк. – Играет со своими жертвами. У нас мало времени, умоляю, уходим! Я не хочу, чтобы и с тобой что-то случилось.

– И со мной?.. – повторяю я за ним. – А с кем еще?..

– Он убил мою сестру, Марси. Следил за ней, понаставил всюду камер, а потом убил. Идем, я тебе все расскажу.

И море внутри высыхает, становится жгучей солью.

Перестав осознавать реальность, не различая цветов, почти ничего не слыша, я послушно иду за Марком и сажусь в его машину.

Он спешно заводит ее, и мы куда-то едем сквозь усилившийся дождь.

– Что происходит? – спрашиваю я, бездумно наблюдая за тем, как работают дворники.

Эмоций снова нет –мое сознание притупилось.

А ощущение, что я безвольная кукла, усилилось.

– Долго объяснять, Изабелла, – отрывисто говорит Марк, вцепившись пальцами в руль. – Расскажу очень кратко, чтобы ты понимала. Ричардс – убийца. Играет с девушками, но не просто играет, а на смерть. Понимаешь, он не в себе. У его матери шизофрения, и брат был ею болен – это семейное. Брат покончил с собой, и Ричардс вбил в голову, что он сделал это из-за какой-то девушки. И теперь он эту девушку ищет. Находит, играет и убивает – в его сознании все перепуталось. Он псих, но при этом расчетливый. Его сложно поймать.

Я молча слушаю Марка.

А небо внутри все рушится, рушится, рушится.

Пронзает осколками сердце.

– Моя сестра, Марси, была одной из его первых жертв. Только следствие пришло к выводу, что она покончила с собой – спрыгнула с крыши, как и его брат. Но я-то знаю, что это он убил ее. – В голосе Марка звенит горечь. – У меня даже доказательства есть, только кому они нужны? Сама понимаешь, кто он, а кто я. У меня есть правда, а у него – деньги и власть. Ясно, что побеждает в современном мире. Меня с моими доказательствами просто вышвырнули вон. Но я обещал себе, что отомщу за Марси. Я должен.

Марк останавливается на светофоре и внимательно смотрит на меня.

Глаза у него больше не лучистые, под ними залегли круги.

– Теперь этой девушкой стала ты, – говорит он. – Джош считает тебя убийцей брата. И хочет отомстить. Поиздеваться. Убить. А я не могу допустить этого, понимаешь?

Я только пожимаю плечами.

Эмоциональная анестезия все еще не дает мне ничего чувствовать, делает равнодушной и отстраненной.

Но я знаю, что это пройдет, и я очнусь на обломках своего неба.

– На самом деле я познакомился с тобой не просто так, Изабелла, – продолжает Марк, снова двигаясь вперед. – Я знал, что ты стала следующей жертвой Ричардса, и хотел спасти. Но он ловко избавился от меня. Во-первых, наплел тебе обо мне чуши, во-вторых, пригрозил, что убьет Эллу. Прости, Элла – моя девушка, а не сестра. Мне стыдно, что я обманывал тебя, но я не мог иначе. Прости, Иза. Я написал тебе сообщение, что все кончено, и, чтобы Ричардс мне поверил, сделал вид, будто оставил его в покое. Но я не хотел, чтобы он что-нибудь с тобой сделал. Осторожно следил за вами. Честно, я боялся, что этот урод убьет тебя на море. К сожалению, полететь следом я не мог и просто ждал. К моему облегчению, ты осталась жива. А вот Лорен… Ее он убил.

– Лорен? – спрашиваю я тихо.

– Да. Она была подругой моей сестры и все знала. Забавное совпадение – вы учились в одной группе. Лорен хотела тебе все рассказать, когда поняла, кто твой таинственный поклонник, но не успела. Она пошла в туалет, позвонила мне, рассказала о вашей встрече, а после пропала. Этот сукин сын загнал ее, как животное, забил ее насмерть в лесу и спрятал тело. Но ее быстро нашли.

Я снова беззвучно плачу – эмоции постепенно возвращаются.

Мне так жалко Лорен.

Господи, она ведь мучилась.

Как же ей было страшно и больно.

А в земле… в земле ей было так холодно.

Бедная девочка.

Неужели Джош действительно убил ее?

Неужели хотел убить меня?

Неужели он чудовище?

______________________________________
Бойтесь продолжения))

Тт : riqwln.

1866 слов.