Часть 30
Октябрь в Казани выдался промозглым и серым. Дожди сменялись мокрым снегом, который тут же таял, превращая улицы в кашу из грязи и воды. Мирослав стоял у окна в их общей тренировочной квартире — большой, светлой, с панорамными окнами, которые выходили на бесконечные спальные районы. Команда арендовала её для совместных сборов: пять человек, пять комнат, общая гостиная, кухня, тренажёрный зал. Всё для того, чтобы быть максимально близко друг к другу. Чтобы тренироваться, есть, спать и дышать одной игрой.
Он привык к этому ритму. За чуть больше полгода — с того момента, как они уехали — он научился существовать в этом режиме. Подъём в восемь, завтрак, разминка, тактическая теория, обед, тренировочные матчи, ужин, разбор демок, сон. Повторять каждый день. И так — месяцами. По одному выходному. Почти никаких прогулок. Только игра, игра и ещё раз игра.
Он знал, что это работает. Команда росла. Team Spirit поднималась в рейтингах, побеждала на турнирах, держалась в топ-10 мирового рейтинга. Их имена звучали в комментариях, их фотографии мелькали в спортивных новостях. Мирослав стал тем, кем хотел быть — профессиональным игроком, рифлером, о котором говорят с уважением. Но внутри, где-то глубоко, оставалась пустота. Та самая, которую он забивал тренировками, победами, режимом. Которая не проходила, сколько бы он ни старался.
Он научился засовывать чувства далеко. Так далеко, что сам почти забывал об их существовании. Почти. Иногда, ночью, когда он не мог уснуть и смотрел в потолок, они возвращались. Её зелёные глаза. Её смех. Её голос, который когда-то говорил: «Ты слишком серьёзный». Он прогонял эти мысли. Вставал, шёл в тренажёрку, делал упражнения до изнеможения. Чтобы не думать. Чтобы не чувствовать.
Сегодня был обычный день. Утренняя тренировка закончилась, команда разбрелась по комнатам. Кто-то сидел в телефонах, кто-то смотрел стримы. Мирослав стоял у окна, глядя на серое небо, когда услышал голос Дани. Тот разговаривал по видеосвязи — с Аней. Они встречались уже несколько месяцев, и Даня каждый день звонил ей в перерывах.
— Привет, Ань, — голос Дани был мягким, тёплым. — Как ты?
— Всё хорошо, — ответила Аня. На экране мелькнуло её лицо — улыбчивое, счастливое. — Я по тебе скучаю.
— Я тоже. Что у тебя там?
— Да ничего особенного. Учёба. Сейчас погоди я выйду на улицу. А то Лия стримит, чтобы ей не мешать тренировки. Мы спрашивали как у нее дела со стримами, у неё уже больше тысячи зрителей.
Мирослав замер. Его рука, державшая кружку с остывшим чаем, чуть дрогнула.
— О, — сказал Даня, не замечая его реакции. — Она уже стримит? Ты не говорила такого. — он немного засмеялся.
— Да, — подтвердила Аня. — Она этим уже несколько месяцев занимается. Почти полгода. Там зрителей прибавилось, она хорошо играет. Даже на FACEIT поднялась, ну это ты знаешь. А еще, кажется, у неё появился кто-то. Ну, я думаю это просто друг, еще не успела у нее спросить.
Даня хмыкнул.
— Это хорошо, — сказал он. — Пусть у неё всё будет хорошо. Она заслужила.
— Да, — согласилась Аня. — Ладно, я побежала, у меня пара скоро. Люблю тебя.
— И я тебя. Пока.
Даня отключил звонок и, обернувшись, встретился взглядом с Мирославом. Тот всё ещё стоял у окна, глядя на него. На лице не было эмоций — только лёгкое, почти неуловимое напряжение.
— Ты слышал? — спросил Даня.
— Слышал, — коротко ответил Мирослав.
— Она стримит. Говорят, уже нормально так.
— Угу.
— И у неё, кажется, кто-то появился.
Мирослав не ответил. Отвернулся к окну и сделал глоток холодного чая. Внутри что-то ёкнуло — больно, резко, неожиданно. Он думал, что уже забыл, как это чувствовать. Оказывается, нет.
— Ты как? — спросил Даня тише. — Всё нормально?
— Да, — ответил Мирослав. — Всё нормально.
Он пошёл в свою комнату, закрыл дверь и сел на кровать. Посмотрел на телефон. Открыл поисковик, набрал: «Lliiuul CS2». Появилась всего лишь одна ссылка. Twitch, где был её канал. Он открыл. На экране только игра, аватарка — её глаза, и все. Он смотрел на эту аватарку несколько минут. Потом перешёл на стрим.
Она играла на Mirage. Тот самый мид, который он когда-то показывал ей, объяснял позиции, учил смокам. Сейчас она сидела на той же позиции, которую когда показал ей он. Её голос — спокойный, ровный, почти без эмоций — комментировал игру.
— Забираю мид, — говорила она в микрофон. — Один пробежал, второй в коннекторе. Иду на Б.
Мирослав смотрел и не верил своим глазам. Она играла хорошо. Намного лучше, чем он мог предположить. Холодно, выверенно, без лишних движений. Как он когда-то. Как он учил её.
— Спасибо за донат, — сказала она на пару секунд отвлекаясь на чат. — Да, я играю в соло. Нет, не ищу команду. Мне просто нравится играть.
«Она стала такой, как я. Холодной. Собранной. Неуязвимой».
И это было хуже, чем если бы она ненавидела его. Хуже, потому что он узнавал в ней себя. Себя того, который сбежал, который не сказал ни слова, который сделал вид, что её не существует.
Он лёг на кровать и уставился в потолок.
Даня постучался через полчаса.
— Мирик, ты как? У нас через час разбор, — сказал он через дверь.
— Я в порядке, — ответил Мирослав. — Выйду через пять минут.
Он встал, подошёл к зеркалу. Посмотрел на своё отражение — тёмные волосы, карие глаза, никаких эмоций. Идеальная маска. Он улыбнулся — холодно, пусто — и вышел из комнаты.
Команда уже собиралась в гостиной. Кто-то шутил, кто-то спорил. Мирослав сел на своё место, открыл ноутбук, посмотрел на экран. На заставке горел логотип Team Spirit. Его команда. Его жизнь. Его выбор.
— Начинаем, — сказал тренер.
Мирослав кивнул. Он больше не думал о ней. Он засунул это чувство туда же, куда засовывал все чувства — глубоко, на самое дно. Там было темно и тихо. И безопасно. А завтра — новый матч. Новая победа. Новая тренировка. И так liiuul пока не закончится сезон. Или пока он не научится чувствовать по-другому.
Но сегодня он чувствовал. Больно. Остро. Как в тот день, когда уезжал. И это было хуже, чем он мог себе представить.
***
Астана встретила их довольно хорошей погодой и бесконечным синим небом, которое почему-то казалось чужим. Мирослав стоял у окна гостиницы и смотрел на город, раскинувшийся до горизонта. Тренировочные дни закончились, начался турнир. То, ради чего они работают.
Он играл на автомате. Все карты, все раунды, все победы — как во сне. Команда прошла групповой этап без потерь, спокойно, уверенно, оставляя соперников с разбитыми надеждами. Тренер хвалил их за дисциплину, парни шутили, обсуждали тактики на плей-офф. А Мирослав просто сидел и смотрел на экран, делая своё дело. Как механизм. Как робот. Как он привык за этот год.
Но внутри, под слоем режима и побед, что-то начало шевелиться. Она.
Его мысли возвращались к ней всё чаще. Каждый вечер, когда он ложился спать. Каждое утро, когда просыпался. Он не видел её, не слышал её голоса. Он точно знал — её здесь нет. Но она была внутри. В каждом его молчании, в каждом сдержанном жесте, в каждом взгляде в пустоту.
Он заходил на её стрим только один раз после того, как услышал разговор Дани. Боялся, что войдёт в привычку. Что снова начнёт зависеть от неё, как раньше. Но не заходить тоже было тяжело — он постоянно ловил себя на мысли, что хочет услышать её голос, понять, как у неё дела.
Он боролся с этим. Закрывал ноутбук, шёл в тренажёрку, опять тренировался. Но она всё равно была там, в его голове. В его памяти. В его незажившей ране.
Выходной перед плей-офф выдался свободным. Команда разбрелась по гостинице, кто-то пошёл гулять, кто-то спал. Даня, как обычно, не мог усидеть на месте.
— Мирик, пошли на арену, — сказал он, появляясь в дверях. — Там стримеры сидят, кастят. Познакомишься.
Мирослав хотел отказаться. Но Даня уже схватил его за руку и потащил к выходу.
— Там будет Строго! Ты же знаешь его.
— Знаю, — ответил Мирослав. — И что?
— Пойдём, онлайна им поднимем. Он мне уже писал.
Мирослав нехотя согласился. Ему было всё равно, но спорить с Даней было бесполезно.
Арена гудела. Тысячи зрителей, яркие огни, софиты, звуки игры, доносящиеся из динамиков. Кастеры сидели на своих местах — с одной стороны комментаторская будка с одними стримерами, с другой — другие стримеры. Там, за прозрачным стеклом, сидел Строго — один из известных стримеров СНГ, тот, кто не комментировал, а просто разговаривал со зрителями, делая эфир живым и тёплым.
Даня подошёл к нему, пожал руку, представил Мирослава. Строго — высокий, с доброй улыбкой и уставшими глазами — кивнул, улыбнулся, и они начали разговор о турнире, о командах, о тактиках.
Мирослав сидел на самом крайнем месте, слушая краем уха. И вдруг услышал имя.
— Да, кстати, мы один раз с Тимуром играли, — говорил Строго. — на FACEIT, этот смок там постоянно рандомы мажут. Я иногда с ним играю, он мой кент все таки. Мы в Москве даже пару раз пересекались.
— Тимур? — переспросил Мирослав, неожиданно включаясь в разговор. — Какой у него ник?
— Skywhywalker, — ответил Строго. — Знаешь такого?
Мирослав покачал головой, но внутри всё оборвалось. Skywhywalker. Тот самый ник, который он видел в стриме Лии. Ник, с которым она играла дуэтом на её трансляциях.
— Нет, — сказал он. — Просто слышал.
Строго пожал плечами и продолжил смотреть матч, параллельно комментируя его, даже успевал еще у Дани разные вещи узнавать.
Мирослав слушал и не мог поверить. Skywhywalker. Тот, кого он видел на стриме Лии. Тот, кто был рядом с ней. Тот, кто, возможно, стал её новым человеком.
Вечером, когда он вернулся в гостиницу, он открыл ноутбук. Зашёл на стрим Лии. Она играла — как всегда спокойно. Чат летел, она отвечала на вопросы, иногда комментировала свои действия. В углу экрана мелькнул ник. Skywhywalker. Его убили, он сказал что-то смешное про врага, она ответила — коротко, но с той интонацией, которую Мирослав знал.
Она улыбнулась. Той улыбкой, которую он помнил. Но теперь она была для другого.
Он закрыл вкладку. Потом открыл старые стримы. Листал их, искал моменты, где появлялся этот ник. Skywhywalker. Он был почти везде. Каждый второй стрим, каждый третий матч. Они играли вместе, они общались в голосовом чате, они смеялись над одними шутками.
Мирослав смотрел и чувствовал, как внутри разворачивается что-то холодное и тяжёлое. Не ревность. Или ревность.
Она стала счастливой. Без него. Она нашла того, с кем ей хорошо. Того, кто не сбежал. Того, кто остался.
Он закрыл ноутбук и лёг на кровать. Завтра плей-офф. Завтра финальные игры. Завтра он должен быть собранным. Но сегодня он позволял себе чувствовать. Боль. Потерю. Осознание, что он потерял её навсегда. Что она больше не его.
И в этой боли было что-то освобождающее. Как будто он наконец разрешил себе признать, что всё кончено. Что он сделал свой выбор, и теперь нужно жить с ним. Что она счастлива — и это главное.
Он закрыл глаза и уснул. Проснулся, когда кто-то звонил на телефон. Это был Даня.
— Ало?
— Мирик, пошли на ужин. Все уже сходили.
— Я не думаю, что.. — темноволосый не успевает договорить.
— Мне без разницы, я уже у тебя под дверью.
Мирослав сбрасывает, тяжело вздыхает и переодевает футболку. Даня будто все чувствовал, не говорил прямо, но знал, что-то не так.
Мирослав сидел в ресторане отеля, напротив Дани, и чувствовал, как внутри всё сжимается. Полупустой зал, тихая музыка, за окнами — ночная Астана, подсвеченная огнями. За столом было тихо, только иногда звякали приборы и доносился шум из соседнего зала. Даня не сводил с него глаз, будто пытался прочитать что-то между строк.
— Ты знаешь Тимура? — спросил он наконец, решившись.
— Какого Тимура? — Мирослав старался говорить ровно, но знал — друг чувствует его напряжение. Они вместе столько времени, что у него невозможно было что-то скрыть.
— Я знаю, что знаешь, — мягко сказал Даня. — Кто он? Ты же не просто так среагировал на это имя. Ты весь вечер был отстранённым, спокойным, а когда услышал его имя, замер.
Мирослав молчал. Внутри всё кипело, но лицо оставалось спокойным — привычка, выработанная месяцами дисциплины и самоконтроля.
— Какая разница, кто он? — ответил он, отводя взгляд.
Даня тяжело вздохнул. Он всегда был прямолинейным, но сейчас старался подобрать слова. Осторожно, чтобы не ранить.
— Это тот самый Skywhywalker? Да? Ее новый друг.
Мирослав промолчал. Но молчание было красноречивее любых слов.
— Ты же поэтому спросил? Потому что он на стримах у Лии появляется. И она с ним играет. Это про него Аня говорила.
— Дань, — Мирослав резко поднял глаза и откинулся на спинку дивана, — если это всё, то я пойду лучше.
Он уже хотел встать, но Даня схватил его за руку и удержал.
— Подожди, — сказал он тихо. — Давай я у Ани попрошу, чтобы она узнала о нём. О них. Может, она что-то узнает.
— Зачем? — ответил Мирослав холодно. — Мне неинтересно.
— Понял, — Даня отпустил его руку и посмотрел в пустоту, — спрошу.
Мирослав хотел возразить, но язык не слушался. Он просто смотрел на друга и понимал, что спорить бесполезно. Даня сделает так, как считает нужным, — так было всегда. И где-то глубоко внутри он и был рад этому, но понимал, что так нельзя. Он переживал за всех, лез во все дела, пытался помочь. Не потому что не уважал чужое пространство, а потому что не мог смотреть, как близкий человек страдает.
— Не надо, — наконец сказал Мирослав, и его голос прозвучал тише. — Не надо спрашивать у Ани. Оставь её в покое.
— Ты уверен?
— Да, — кивнул кареглазый. — Она заслужила быть счастливой. И если она нашла того, кто остался рядом, кто её не бросил, — он сделал паузу, и на лице у него промелькнула горькая усмешка, — то кто я такой, чтобы лезть?
Даня хотел что-то сказать, но передумал. Просто положил руку на плечо друга и сжал.
— Ты тоже заслуживаешь быть счастливым, — сказал он. — Просто ты не позволяешь себе этого.
Мирослав ничего не ответил. Просто развернулся и пошёл к выходу. Даня смотрел ему вслед и не пытался остановить.
Вернувшись в номер, Мирослав упал на кровать и уставился в потолок. Слова Дани застряли где-то под рёбрами. «Ты тоже заслуживаешь быть счастливым». Он сжал зубы и закрыл глаза. Счастье — это выбор. И он сделал свой выбор несколько месяцев назад. Уехал. Не сказал ни слова. Оставил её там, в её окнах, в её улыбках, в её жизни. И теперь жалеть об этом поздно.
Он открыл телефон. Зашёл на стрим Лии. Она играла — спокойно, отстранённо. На экране мелькнул ник Skywhywalker. Они общались в голосовом чате, смеялись, обсуждали какой-то неудачный раунд. Лия улыбнулась — это было слышно по голосу.
Он выключил телефон и отложил его в сторону, закрыл глаза, и внутри разлилась тихая, горькая ясность. Он не злился. Не ревновал. Он просто... понял. Понял, что любит её. По-прежнему. Сильно, глубоко, безнадёжно. Но при этом не мог быть зол на то, что она живёт дальше. Она не предала его. Она просто перестала ждать. И это было правильно.
Он сам сделал этот выбор. Сам ушёл. Сам оставил её. И теперь, когда она нашла того, кто остался рядом, он не имел права вмешиваться. Он не имел права злиться, что она счастлива без него. Потому что это счастье — её. И он не мог требовать, чтобы она хранила верность его тени.
«Я люблю тебя, — мысленно сказал он. — И поэтому я не буду мешать. Ты заслуживаешь быть счастливой. Ты заслуживаешь того, кто сможет быть рядом. Кто не сбежит. Кто не испугается».
Он открыл глаза и посмотрел в окно. За стеклом — ночная Астана, огни, пустые улицы. Где-то там, в Москве, она спит. Или играет. Или смеётся с кем-то. И это правильно. Это тоже хорошо.
Завтра — игра. Плей-офф. Финал. Завтра он выйдет на сцену и сделает то, что умеет лучше всего.
—————————————
Сейчас некоторые проблемы в жизни, стараюсь по чуть-чуть писать. Надеюсь, не сильно сказывается по тексту.
Подписывайтесь на мой телеграмм канал! Всех жду 🫂: https://t.me/defbyff