35 глава
Ужасно муторное это дело — королевская охота. Особенно когда нервничаешь. Ни с Виландом, ни с Илуватором поговорить так и не получилось, и доморощенные сыщицы остались без профессионального присмотра.
Я выбралась из открытой повозки на холме, возле установленных шатров, прошла к группе кресел под легким тентом и угрюмо устроилась в одном из них. Вопреки моим расчетам “жених” не сопровождал меня на этом мероприятии, — мужчины должны были присоединиться к пикнику уже после того, как притащат в зубах мясо. Свежеубиенное.
Именно поэтому предупредить “начальство” не получилось, и теперь я обреченно следила краем глаза за шпионкой-северянкой, которая с самым невинным видом подсаживалась то к одной группе девушек, то к другой.
Наверное, вид у Лиидии был слишком невинным. Потому что воспитанницы гарема, в ответ на ее приветливость, косились весьма настороженно. Вот же… так бы и отшлепала всю эту компанию идиоток!
Впрочем, спустя какое-то время ситуация слегка выправилась. Видимо, общество сочло, что замужество хорошо повлияло на коммуникабельность северной дикарки, и коситься с недоверием на нее перестали. Пару раз до меня долетали смешки и торопливый шепот, мужественная разведчица, судя по всему, принесла в жертву общему делу собственную скромность. И в расчете на ответную откровенность вовсю делилась впечатлениями и тролльей супружеской жизни.
Ну, тоже польза. В следующий раз кастинг невест, глядишь, пройдет без массового обморока.
Время шло, солнышко начало припекать, даже под тентом, где-то вдалеке время от времени кто-то трубил в рог, или во что они там трубят. Ко мне никто не спешил подсаживаться, видимо, новый статус сумеречной эльфы отпугивал.
Скоро дамы откровенно заскучали, я понимаю, что сплетни сами по себе — дело занимательное, но чисто женское общество обычно быстро утомляет всех дам без исключения.
А я от нечего делать стала украдкой оглядываться — мне стало интересно, как на относительно открытой местности маскируется моя охрана. Если на балу мелкие паучьи лапы иногда высовывались из укрытия, то крупные как прячутся? Я ментально чувствую Ррашшарда, и примерно даже могу определить направление, но и только.
Сколько ни всматривалась — ниоткуда не торчало ни одного паучьего фрагмента. С одной стороны — профессионалы, прямо гордость взяла, а с другой — ну так даже неинтересно…
Лиидия угомонилась и смирно пила сок в тенечке. Вроде бы никто не смотрел на нее взглядом разоблаченного злодея. Да и рожица у доморощенной сыщицы какая-то слегка разочарованная. То есть ничего интересного она не нарыла. Можно выдохнуть…
Н-да, зря я потеряла бдительность. Пока я заботилась о безопасности троллевой женушки, ко мне самой откуда-то из-за спины подкралась натуральная гадюка.
— А ты оказалась умнее, чем я думала, — вот же погань, я едва не подавилась соком. И на платье немного пролила, а эта змея в сиропе улыбается так, словно пятно на моем подоле — лучший подарок для Высокой Леди.
Моя эльфийская “родственница” с улыбкой акулы непринужденно устроилась в кресле напротив и пронзила меня взглядом, словно препарируя и раздумывая, на какую булавку наколоть эту странную козявку. Раз у нее неожиданно выросли такие интересные усики.
— Наивная пустышка с романтическими бреднями в голове, и вдруг такой невероятный взлет, — продолжила Леди, не дождавшись моей реакции.
Я решила, что молчание в моем случае — золото, и чем меньше я буду отвечать на ее злобненько-провокационные речи, тем лучше.
— Зачем же ты травилась, если планировала воспользоваться своим положением? Или это было инсценировкой? Ни за что не поверю, что ты вдруг резко поумнела только после того, как попала в гарем к тварям. Илуваторион — предатель, но не дурак, и на одну смазливую мордашку он бы ни купился.
Похоже, мое молчание и вежливая улыбка леди не понравились. Не то чтобы она вышла из себя, но яду в голосе стало еще больше.
— А как же твой бывший жених? У вас, кажется, была такая любовь… как там его звали, этого мальчика? Альверинион?
Мне стало очень жаль и несчастную девчонку, место которой я заняла, и того неизвестного мне мальчика, о котором змеюка отзывается в подчеркнуто прошедшем времени… но я снова промолчала. С тайной надеждой на то, что выдре либо надоест моя немота, либо она достаточно разозлится, чтобы пойти и обсудить меня с кем-нибудь другим.
В чем-то мои надежды оправдались. Судя по прищуренным глазам и непроизвольно поджатым губам, Леди разозлилась не на шутку.
— Что, до сих пор изображаешь немую куколку? Неужели Илуватор клюнул именно на то, что его жена будет молча кивать на все его приказы? Умно, ничего не скажешь, но передо мной можешь не устраивать представления. Решила, что теперь тебе никто не указ? — ух ты, а шипит она, ну точно как настоящая гюрза. Или как дырявый шланг.
— Не собираешься же ты просто счастливо жить с изменником? Настолько даже у тебя мозги разжижиться не должны были! Или наивно рассчитываешь направлять своего нового жениха так, чтобы послужить великой расе? Думаешь справиться своим куцым умишком с манипулированием таким, как Илуватарион?
Вот где у нее логика? Впрочем, догадываюсь… только что я была слишком умной притворщицей и вдруг тут же оказалась тупой дурындой, которая сейчас должна радостно привязать к рукам и ногам ниточки марионетки и вручить управление более умной змеюке. Тьфу. Могла бы догадаться, к чему она клонит. Нужна бы я была этой грымзе сто лет, если бы не неожиданный “взлет”. Только вот индейская народная изба вам, тетенька. Жаль, вслух послать нельзя. Хотя очень хочется.
Но я же — вежливая девушка, а не какая-то там эльфийская гадюка.
— Да без моей помощи ты вместо супружеской постели быстро окажешься в подземелье у пауков! Забыла, какому роду ты принадлежишь? Эльфийская дева всегда должна быть послушна старшим! А если нет… Или ты думала, я не знаю… — вот на этом месте мне самой стало интересно, чего я о самой себе не знаю, но гадюку перебили:
— Я думаю, моя будущая невестка достаточно умна, чтобы помнить, что ее новый род — это род мужа, — о, еще одна! И такая… на кого-то подозрительно похожая. “Невестка”, говорите? Ага… здравствуй, тетя, новый год. То есть, тьфу, здравствуй, гипотетическая свекровь.
Наверное, в среде Высоких Леди очень ярко выражена внутривидовая конкуренция. И они с трудом выносят на своей территории особь одного с собой вида. А может быть, просто эта конкретная «ледя» эту конкретную свекровь не любит по личным мотивам. Так или иначе, змея разродилась ядовито-сиропной улыбочкой, вежливо сослалась на то, что не успела что-то важное сказать одной из своих подруг, и слиняла.
А вторая пришелица как ни в чем не бывало устроилась в соседнем кресле, взяла со столика бокал с каким-то соком и доброжелательно продолжила:
— От некоторых родственников лучше держаться подальше, деточка.
Еще одна “старушка” нашлась. Ей самой на вид лет двадцать пять, от силы. Впрочем, мне-то какая разница, хоть горшком назови, только в печь не сажай.
— Знаешь, я так рада, что, наконец-то, мой сын решил остепениться.
Ух ты, а ведь разговаривает вполне нормальным тоном, человеческим, можно сказать.
— И пускай для других он сто раз предатель или светлый перебежчик, а для меня Илуватарион прежде всего сын. И я рада, что его выбор остановился на простой девушке, а не на какой-нибудь заносчивой дурочке… из Высоких Леди. Так что всегда можешь рассчитывать на меня и мою помощь.
Не знаю, на что она сама в этот момент рассчитывала. На всякий случай я не стала изменять выбранной линии поведения. Улыбнулась, молча кивнула, хотя при этом постаралась продемонстрировать будущей “родне” искреннюю доброжелательную симпатию.
Да, тетка показалась мне вполне вменяемой и даже интересной собеседницей, особенно потому, что легкий налет эльфийского снобизма если и присутствовал, то очень в меру. Но это не повод растекаться лужицей. Лучше я сначала с самим Илуватором посоветуюсь, как себя вести с его мамой.
А сама мама, ничуть не смущенная моей сдержанностью, продолжала:
— Илуватарион у нас единственный сын, наследник. Мой муж рассчитывал в свое время найти ему “достойную” невесту, — интересно, эта легкая гримаса действительно непроизвольно промелькнула на лице “свекрови” или хорошо сыграна, в расчете на одного зрителя? — И приобщить к делам рода. Однако мой сын оказался слишком самостоятельным и не позволил никому распоряжаться своей судьбой. Это… не принято, противоречит всем нашим законам, но… возможно, сделает его более счастливым, чем…
Все же не играет. Я тут вовремя вспомнила, что, вообще-то, суперкрутой мозгочтец, и все такое. И о-очень осторожно высунулась из-под установленных Илуватарионом щитов, которые должны были ограждать меня от чужих эмоций и мыслей. Так вот… хорошая у него мама. Даже жаль, что не склеится у нас с родством. Первая вменяемая эльфийская леди на моем пути. Даже стало как-то неудобно за свой обман. То есть не мой, конечно, но неудобно-то мне!
Леди, между тем, решила пооткровенничать совсем уж по-родственному. Я почувствовала — с одной стороны, ей действительно смертельно надоело всеобщее эльфийское вежливое чванство, а с другой, очень хотелось меня все же расшевелить.
— Теперь муж требует другого наследника, — ага, судя по ее лицу, требовать он может хоть до посинения. — А я внуков хочу… и счастья своему сыну. И очень горжусь тобой, — леди (вот же ж… я даже не знаю, как ее зовут, и переспросить не могу! Хороша невеста, не в курсе, как будущую свекровь величать!) доверительно кивнула и положила узкую, потрясающе красивую (как музыкант говорю!) руку поверх моей. — Вчера я поняла, что вы действительно любите друг друга. Ведь с танцем этим что-то пошло не так, верно? Можно подумать, я не почувствую растерянность моего мальчика. Ты его не оставила, не сбежала и поддержала, зная, что станешь таким же изгоем, как и он. Значит, любишь. Это хорошо. Он заслужил счастье.
Ну и что теперь делать? Нет, улыбнуться и ответить на пожатие — мне ума и выдержки хватило. Но кое-кто… ушастый сегодня вечером огребет по ушам! Не мог мать предупредить?! Ни за что не поверю, что он не знает — уж она-то его искренне любит и поддерживает!
Я вздохнула с облегчением, когда она мило извинилась и ушла, чтобы пообщаться с кем-то из своих знакомых. Ну, Илуватор, держись… ладно. Надо срочно выдохнуть и оглядеться. У меня тут детский сад с детективным уклоном на выгуле.
Слава октаве, все детективщицы были на месте и ничем особенно подозрительным не занимались. И я со спокойной совестью сконцентрировала свое внимание на Жизель.
Девочка, видимо, уже какое-то время терпеливо ждала в сторонке, пока я останусь одна. А теперь притопала с самым решительным видом и немного настороженно поздоровалась.
Я ответила на приветствие, и ребенок тут же деловито уселся в то самое кресло, которое только что освободила “свекровь”.
— Ты его, и правда, любишь? — и смотрит внимательно, неумело, но ощутимо растопырив ментальные щупальца. Да оркестровую яму навстречу этим конспираторам, ненавижу врать, когда серьезно и искренне спрашивают!
Поэтому щиты на полную мощность — не знаю как, но вроде получается, чисто на инстинктах, и молча кивнуть.
— Даже такого?! — на этом месте она споткнулась и слегка покраснела, но тут же решительно вздернула подбородок. — Он, оказывается, совсем не тот, каким я его себе представляла.
— Ничего, — я ободряюще улыбнулась. — Это со всеми бывает. Первая любовь часто оказывается больше придуманной, чем настоящей. Мы, девочки, такие — сами полюбим, сами пририсуем, чего нам нравится. А потом смотрим — безобразие, понимаешь, совсем не похож! Мало того, что баллады не поет и стихами не разговаривает, так еще и носки по полу разбрасывает, бумаги свои раскидал по всему дому, и вообще, зануда.
Девчонка не выдержала и хихикнула. Было очень заметно, что ее так и распирает спросить — действительно ли Илуватор разбрасывает везде свои носки, но она еще помнит об этикете.
— Ты не похожа на эльфийку.
— Бывает, — кивнула я. — Илуватарион тоже не похож на большинство наших сородичей. Во многом это нас и сблизило. Гораздо важнее, когда с мужем есть о чем поговорить, посмеяться, даже поспорить, чем когда он годится только на то, чтобы поставить его на полочку и любоваться красотой. Пока молчит.
Мы посмеялись вместе, а потом Жизель кто-то позвал, и она упорхнула. И слава богу, а то меня неожиданно накрыло. Нет, я понимаю, что с ребенком в кои-то веки хоть кто-то поговорил на равных… но нотки-линейки!
Бабка я, древняя, как златая цепь на дубе том. Что бы там ни говорили про молодое тело, а привычка поучать настолько въелась в подкорку, что постоянно прорывается, и по поводу, и без. Кто меня за язык тянет? Чего я лезу не в свое дело?
Девчонку жалко. Но! Не стоит думать, что я тут самая умная, а все вокруг идиоты. Так что, попридержу-ка я коней… а чужой ребенок, если не дурак, и сам разберется рано или поздно. В конце концов, у нее есть родители. И дядя с мозгами.
Насчет “жениха” своего тоже… собралась взрослому мужику нотацию читать. Дура, что тут скажешь. Хорошо хоть опомнилась вовремя. Конечно, поставить его в известность о разговоре с матерью надо. Но лучше обойтись без оценочных суждений и тем более без претензий.
Наверное, дело в том, что я уже почти освоилась в этой реальности. Нет, какое-то слегка шальное чувство “взгляда со стороны” все еще присутствует, и я умом понимаю, что не всегда реагирую на события так, как отреагировала бы раньше. Будь благословен кошачий дзен, как говорится, но хорошо бы иногда мозги включать.
Наверняка еще и природная лень во многом стоит за моим спокойствием… всегда так было, — я начинала активно шевелиться и барахтаться только тогда, когда любимую пятую точку уже откровенно припекало. Искала новую работу, знакомилась с новым мужчиной, шампунь варила. Эльфов по лесу на себе таскала. А пока все относительно нормально — зачем напрягаться?
С одной стороны, правильно. Нечего умножать энтропию вселенной излишней суетой. С другой… в идее дожидаться конкретного попоприпекания тоже есть что-то глубоко нерациональное.
Вот взять мое нынешнее положение. В принципе, особенно бояться нечего. Голод не грозит, скитаться по лесам тоже никто не гонит, даже в перспективе. Либо замуж, либо здесь останусь, в качестве… ну пусть наложницы. Мне это мешает? Нет. Мне плохо живется? Нет.
Тем более что Властелин к гарему прилагается такой… весьма и весьма. Даже если когда-нибудь мы друг другу наскучим, как любовники, я уверена, дружеское расположение останется. Да и… не знаю. Чувствую, что зашла с Виландом уже немного дальше, чем в “дружеский секс”. И он не отказывается шагать навстречу. Но тех страстей и переживаний, как в юности, нет… ровное тепло. Уютное, такое, возле которого хочется остаться надолго.
От размышлений меня отвлек шум, который стремительно приближался к нашей милой полянке откуда-то с запада. Крики, мужской хохот, ржание коней, свист…
Понятно, все мясо в близлежащем лесу поймали, теперь везут хвастаться.
У эльфийского тела, однако, есть и свои минусы. В частности обострившееся обоняние. Нет, я все понимаю, душ в лесу не предусмотрен, а настоящий охотник просто обязан пахнуть чуть-чуть получше матерого кабанища. Но когда этих настоящих охотников под полсотни, и они все радостной толпой надвигаются на слегка прифигевшую стайку дам…
Дамы, похоже, втихаря паниковали, но в целом держались мужественно — кто-то схватился за веер, кто-то украдкой нащупал в сумочке у пояса флакон с нюхательной солью. Какая-то незнакомая Высокая Леди из тех, что помоложе, судя по ее лицу, отчаянно мечтала о флаконе духов, размером с цистерну, и шланге к нему, чтобы струей сбивать с ног всякого охотника, который рискнет приблизиться на расстояние отчетливого обонятельного контакта…
Ну да, на месте мужиков, причем не обязательно темных, я бы тоже не удержалась и потроллила всю эту компанию утонченных куриц. Заигрывающий тролль — это, судя по всему, не частое переживание для эльфийской леди, зато очень хорошо расширяет кругозор. Тем более что паршивцы просто так развлекаются, без всяких нехороших намерений. Я бы даже ответила вон тому смешному мужику с рогами и рыжей косой, который мне задорно подмигнул… но, увы, я тут вся из себя при женихе.
Пока нежные девы переживали культурный и обонятельный шок, я еще раз принюхалась и мысленно пожала плечами — не ездили эти девы в метро летом… а нормальный, здоровый, разгоряченный охотой мужик пахнет вовсе не так противно. Эльф вот так почти вообще не пахнет. Этот, во всяком случае, конкретный — который “жених”.
Илуватор, издалека изобразив на лице приличествующую случаю радость, добрался до моего кресла и элегантно поцеловал мне руку, после чего счел свой долг выполненным и с тихим вздохом упал напротив.
— Все зверье в округе распугали? — я лучезарно улыбнулась жениху, незаметно косясь на взрывающуюся громким хохотом компанию всяческих темных товарищей, среди которых веселился и Виланд. Хм… настроение как-то само собой исправилось. Приятно мне на него смотреть…
— Кое-что осталось, — ушастый притворщик так радостно оскалился в ответ на мою реплику, что я почти не заметила его слегка нервный взгляд искоса в сторону группы вампиров. Ах да, Кларисса тоже принимала участие в охоте, в компании сородичей. И тот смазливый мальчик, с которым она танцевала танго, все еще трется вокруг нее, ловя редкие снисходительные улыбки.
— Как провели время, леди?
— Во вверенном мне подразделении за истекший период происшествий не было! — бодро доложила я, сдерживая смех. — Дежурная по женскому батальону Диндэниэль пост сдала!
Илуватор отвлекся от Клариссы, посмотрел на меня с прищуром… настоящий гебешник, прямо-таки образцовый. Как глянул, так сразу и думай — то ли он сейчас от смеха лопнет, то ли в казематы упечет за просто так, для профилактики.
— Это хорошо, леди дежурная, — хмыкнул Ил. — А в батальоне сколько солдат? Или вы всех присутствующих здесь дам посчитали?
— Пожалуй, что всех, — согласилась я после короткого раздумья. — Батальон — это от четырехсот до восьмисот человек.
— Много… — задумчиво выдал Ил, явно думая о чем-то другом и взглядом разыскивая кого-то в толпе. Нашел маму, слегка удивился, но больше обрадовался. Даже несмотря на внушительного зеленоватого дядьку, с проседью в густой гриве, с которым его родительница вполне мило и элегантно кокетничала, на зависть всем остальным пугливым эльфийкам.
Ага, рассмотрел зелененького кавалера, нахмурился:
— Извините, леди, мне надо вас ненадолго покинуть, — и ринулся в направлении матери.
— Лорд Илуватарион, задержитесь, пожалуйста, на секунду, — позвала я, не давая ему сходу разрушить такое милое межрасовое общение. — У меня важная новость.
— Она не подождет пару минут? — обреченно уточнил лорд, поглядывая на виртуозный родительский флирт все неодобрительнее.
— Ил, девчонки решили устроить свое расследование и уже начали расспрашивать соседок Аины, — мысленно выдала я. — С утра ничего страшного не произошло, я все время наблюдала, но сейчас здесь слишком много народу. Я чувствую Ррашшарда, и он тоже присматривает за Лиидией, но… сам понимаешь.
— Уверен, Царреш гор Аррош присмотрит за своей молодой женой получше, чем Ррашшард. — у Илуватора лицо закаменело, но и только. — А кто еще участвует в этом расследовании?
Конечно, я сдала всю компанию, как стеклотару в приемный день. Все равно собиралась.
Пока Илуватор вникал в подробности женских детективов, а потом переваривал новости, его маман испарилась куда-то вместе с зелененьким, а у меня появилась возможность оглядеться.
Жизель о чем-то разговаривала со своим женихом. Лоуренс, и так гордый по самое не могу своим участием во взрослой крутой забаве, сиял как новенький золотой. Зельма кокетничала с каким-то очень бородатым юнцом из сородичей. Ришшика с самого начала устроилась в сторонке, и сейчас ее не было видно в толпе. Лиидия тоже не мелькала, надеюсь, ее надежно прибрал к рукам муж.
Все же народу тут собралось много. Хотя, например, светлый гарем был представлен далеко не в полном составе. Не сразу, но я вспомнила, что одно дело — воспитанницы, которых надо лелеять и всячески готовить в высший свет, брать с собой на охоту и на бал, а другое — просто наложницы.
Я вдумчиво созерцала местное высшее и разноцветное общество, когда вдруг совершенно каменный и выдержанный Илуватор выдал в пространство длинное заковыристое эльфийское ругательство. Очень неприличное и полное экспрессии.
Я резко обернулась к нему, а потом проследила взглядом, на кого это он так эмоционально реагирует.
Хм… невысокая, стройная кареглазая брюнетка в бежевом наряде для верховой езды. Довольно миленькая, даже на фоне скульптурно красивых эльфийских дев, умно сыгравшая как раз на контрасте своих теплых, живых человеческих черт и холодной мраморности Высоких Леди.
И все бы ничего, но эта незнакомка стояла рядом с Виландом и что-то ему убежденно доказывала. Видимо, неприятное, потому что Повелитель, хотя и старался сохранить невозмутимое лицо, уж очень зло сверкал глазами и сжимал губы.