Глава 2. Первое осознание жизни.
Чтобы правильно начать эту историю, нужно упомянуть о первом осознанном поступке Валентина в жизни. Без него история не может развиваться.
Для Валентина первое осознание жизни пришло, когда он был моложе и нежнее, в 15 лет.
Я попаданец, и это место прямо сейчас находится внутри книги, которую я читал в своей прошлой жизни.
Это осознание пришло самым ужасным образом, перед самым ужасным человеком.
Валентин регулярно пил чай с третьим принцем, который был его женихом по устному соглашению между их семьями, и в тот момент его рот был полон крепко заваренного чая «Эрл Грей».
– Пфффффф!
И вот чай «Эрл Грей», который был во рту у Валентина, очень равномерно растекся по лицу и одежде третьего принца, и к нему пришло внезапное осознание.
Валентин, который обычно не считал, что ему не везет в жизни, убедился, что с того момента, как он осознал это, все пошло наперекосяк.
Если не так, то прямо сейчас! Перед человеком, которого он меньше всего хотел видеть!
Более того, перед человеком, который его ненавидел и недолюбливал, он не мог предстать в таком ужасном виде.
Третий принц, которого крестили чаем, смешанным со слюной... Это произошло потому, что он был слишком потрясен внезапным осознанием реинкарнации. Чай даже очень аккуратно попал на его красивое лицо, не оставив ни одного пятна.
Он, который уже недолюбливал Валентина и относился к нему холодно, бросил грязный носовой платок, которым вытирал лицо, с еще более неприятным выражением, чем обычно. И ушел, даже не поздоровавшись и не попрощавшись.
Однако для Валентина, столкнувшегося с невероятной ситуацией осознания своего попаданчества, гнев и уход третьего принца не были проблемой. Даже несмотря на то, что он был женихом, который нравился Валентину.
Настоящая проблема заключалась в чем-то другом.
«Я облажался».
Впечатление от этого первого осознания было таким же, как и во второй раз.
Так и должно было быть.
Валентин был злодеем в романе, который он читал в прошлой жизни.
Жених, который ненавидел и до смерти изводил 3-го принца, главного героя, и его нежную омегу-возлюбленную, и в конце, когда его злодеяния были раскрыты, он столкнулся с крахом своей семьи и жалкой смертью.
Как только Валентин вернулся домой с осознанием этого, он замотал голову, как корейская бабушка, и лег.
И он начал так усердно думать, что у него чуть голова не взорвалась, чтобы решить эту проблему.
В своей прошлой жизни Валентин получил степень бакалавра в области западной живописи в лучшем университете Кореи и, следуя наставлениям старших, что искусство нужно изучать на родине, отправился учиться за границу.
Однако воодушевление от новой обстановки, картин из разных фондов, отличных методов обучения и ярких впечатлений, которые он впервые увидел, было недолгим. Не прошло и года, как он впал в уныние, и, начиная с тоски по дому, у него начали проявляться симптомы депрессии.
В таком состоянии его сосед по комнате, приехавший из Кореи, протянул ему книгу.
«Что это?»
«Раз уж ты так подавлен. Прочти это и хотя бы взбодрись».
Книга, которую дал сосед по комнате, была веб-романом, который было так легко читать, что его издали в бумажном виде.
«Это была чрезвычайно популярная книга».
Тело, которое лежало, не желая ничего делать из-за депрессии, постепенно набиралось сил, когда его встретили корейцы, которые, по крайней мере, были рады.
Содержание книги было действительно простым клише.
Клифтон Леопольд, третий принц династии Соновер, с прекрасными рыжими волосами, которые горели, как закат.
Типичный трудолюбивый главный герой, который преодолевает комплекс неполноценности из-за того, что является альфой, близкой к рецессивной, и побеждает в борьбе за престол. У него был возлюбленный. Ивенер из семьи виконтов Лувин, который был с ним с детства. Он тоже был рецессивной омегой, всегда преданным возлюбленным, который помогал третьему принцу, которого любил, преодолеть ограничения, связанные с его особенностями.
Однако кризис настиг и их. Было бы досадно, если бы в романе не было кризиса. Но этот кризис был таким простым клише, с развитием через злодейского второстепенного персонажа, что это было нелепо.
Семья Виконтов Уич не была благородным родом, гордящимся своей родословной и традициями голубой крови. Два поколения назад они оказались в конце списка знатных родов и превратились в семью с большим капиталом благодаря значительному расширению своего бизнеса в эпоху перемен, когда происходила индустриализация.
Валентин, единственный сын в этой семье, родился с очень редкой чертой доминантным омегой. Поэтому герцогская семья Хеддерфилд, семья 3-го принца по материнской линии, и его мать, императрица Беатриса, хотели сделать Валентина Виче своим женихом.
От чести и статуса до черт характера и финансовых аспектов было ясно, что их политический брак будет выгоден обеим сторонам.
Однако 3-й принц, у которого был друг детства, которого он очень любил, не обрадовался этому факту. Валентин, который считал, что помолвка была его собственной, столкнулся с холодным отношением человека, которого он любил, и безответной любовью. Его гордость была уязвлена, и он начал совершать злые поступки, чтобы восстановить ее.
Начавшись с таких пустяков, как пролитый на одежду Эвенера Лувина, любовника принца, чай, это позже переросло в вылитый на его лицо яд. Злые поступки из ревности, направленные на то, чтобы разлучить двух влюбленных, постепенно превратились в преступления.
По мере развития сюжета события становились все более банальными, но постепенно приобрели форму, в которой добродетель вознаграждается, а порок наказывается.
Злые поступки Валентина вызывали осуждение людей, и по какой-то причине его семья начала постепенно распадаться, начиная с помолвки. В отличие от него, главный герой, 3-й принц и Эвенер, преуспевали во всем, что делали, и им везло во всех делах. По мере повторения этой ситуации Валентин становился все более и более злодеем.
В конце концов, постепенно усиливающиеся злые деяния привели его к гибели.
Во второй части романа подробно описываются все его злодеяния и коррупция в его семье.
Валентин, который был отрицательным второстепенным персонажем, исчез из истории, покончив с собой, а у главных героев был счастливый конец. Это была история, в которой главные герои становились все более светлыми, а злодей погружался во тьму, как будто все истории делятся на хорошие и плохие.
Это был роман с простым сюжетом, но история взросления главного героя в стиле «лестницы», как в комиксах для мальчиков, была достойна внимания. Может быть, это произошло благодаря тому, что автор правильно расставил различные события и трехмерных второстепенных персонажей? История была достаточно увлекательной.
Но я задумался, закрывая книгу.
Почему-то вместо того, чтобы сочувствовать возлюбленному принца, который тоже был рецессивным омегой, я не мог перестать думать о Валентине, банальном злодее, поддерживающем доминантную омегу.
Может, это из-за того, что я недавно расстался с парнем, не сумев преодолеть ограничения, накладываемые на омегу-рецессива?
«Родиться доминантным омегой в богатой и хорошей семье, жить, получая всевозможные похвалы от красивых людей, но в конце концов зациклиться на том, чего у тебя нет, и разрушить свою жизнь. Как жалко».
Не знаю, как он жил после этого, но последнее, что он помнил, это как бросил закрытую книгу на пол и лег обратно на кровать.
И я хорошо жил как тот Валентин, но внезапно в 15 лет ко мне вернулись воспоминания о прошлой жизни...
Я действительно не знаю, почему и как произошло это сверхъестественное событие, но важно не прошлое и не причина, а то, что произойдет в будущем.
Валентин, который лежал на кровати и смотрел в потолок, как в прошлой жизни, начал так усердно думать, что у него разболелась голова.
«Как мне теперь жить этой жизнью, не похожей на роман?»
Решение было простым.
Избегайте 3-го принца, не причиняйте вреда этой паре, а лучше поддерживайте их любовь и живите как посторонний человек, никак не связанный с ними.
«Живи свободной жизнью, ни с кем не связываясь».
Это казалось идеальным решением, и я думал, что смогу жить, не умирая.
Так, с простым решением, пришедшим в голову после прочтения романа о перерождении в прошлой жизни, я спокойно заснул, но на следующее утро этот краткий миг покоя был нарушен разговором с родителями за завтраком.
– Что? Вы хотите сказать, что помолвку нельзя разорвать? – спросил Валентин с резким криком.
Он так испугался и закричал, что виконт с сожалением раздавил желток яйца, которое ел, волны ударили по чашке виконтессы, а юный дядюшка уронил вилку.
– Ты же не думал, что переговоры о браке с императорской семьей были такими же простыми, как обмен товарами в магазине, не так ли?..
Виконт Уайч с обеспокоенным выражением лица посмотрел на своего любимого единственного сына. Его рука уже отпустила ложку, которой он зачерпывал яйца.
– Не думаю, что я воспитал такого глупого сына...
Сын, который, казалось, в эти дни был не в себе, вызывал беспокойство.
– И все же мы еще не обменялись документами о помолвке!...
«Верно? Отец? Пожалуйста, скажи, что это так. Пожалуйста, скажи, что ты не обменял их тайно, пока я был не в себе эти несколько дней».
Валентин был в отчаянии. Это был вопрос жизни и смерти.
Если бы что-то пошло не так, это был бы действительно конец. Это было бы все равно что получить билет на экспресс, который сильно усложнит ситуацию и приведет к гибели. Валентин печально улыбнулся, вспомнив, что в оригинальном произведении все несчастья начались с помолвки Валентина и третьего принца.
– Конечно, документы о помолвке еще не были официально обменены.
Сказав это, виконт полностью поставил посуду на стол.
Даже вздыхая с облегчением и бормоча «фух», Валентин сглотнул, увидев, что отец, похоже, собирается начать серьезный разговор, – он поднес сцепленные руки к подбородку. Было ясно, что он хочет сказать что-то еще.
– Но устный контракт это тоже контракт.
Брови виконта, у которого был сын-подросток, сошлись на переносице, предвещая серьезный разговор.
– Дорогой, ты обязательно должен говорить об этом за обеденным столом в понедельник утром...?
Увидев, что лицо ее сына постепенно синеет, словно он потерял всякую надежду на спасение, виконтесса отговорила мужа.
– Валентин тоже уже взрослый. Ему нужно знать о таких разговорах.
Более того, тем более, если это касается его самого. – тихо добавил виконт.
Сказав это, он взглядом подозвал слугу, стоявшего позади, и тот быстро и бесшумно подошел, убрал тарелку виконта, а дворецкий наполнил чашку виконта крепким кофе.