Глава 16
Лиза
Я сдала этот чертов зачет с первого раза. Даже не верилось. С начала семестра у меня выдались не самые классные отношения с преподавателем и, если честно, думала, что он меня завалит. Но все обошлось. Не зря вчера весь день корпела над учебниками. Даже с Ирой не встретилась. Я молнией вылетела из аудитории, нечаянно слишком громко хлопнув за собой дверью. Наверняка преподавателю не пришлось по вкусу такое поведение, но, надеюсь, больше он у нас не будет ничего вести...
Я вышла на крыльцо. Вечернее солнце едва касалось верхушек деревьев. Через четыре дня наступит июнь. Я вспомнила о Лазаревой, и на лице моем невольно появилась улыбка. Кажется, это будет самое незабываемое лето в моей жизни.
В кармане брюк завибрировал телефон. Влад.
— Ну, что? Сдала? — быстро спросил друг.
— Конеш-ш-ш, — проговорила я, улыбаясь.
— Сейчас какие планы?
Я задумалась.
— Честно? Пока никаких. Но хотела бы встретиться с Ирой перед завтрашним отъездом.
— А вы еще не виделись? — как-то сдавленно спросил Влад.
— Пока нет, когда бы я успела? Только переписывались, — ответила я.
— Но она тебе ничего такого не сказала?
— Ничего такого, — немного растерялся я. — Что-то случилось?
В трубке странно зашуршало. Затем Влад, откашлявшись, проговорил:
— Нет, ничего. Так просто спросил!
Парень засопел в трубку.
— Братан, с тобой все в порядке? — рассмеялась я.
— Нет. Да. Все в порядке, — сбивчиво ответил Влад. — Просто за рулем сейчас.
— А-а-а...
— Ну, ладно... Поздравляю с первым зачетом! Завтра вечером забегу к тебе, пока не уедешь.
— Давай! — усмехнулась я, сбрасывая вызов. Странный он сегодня какой-то.
Ира. Мне нестерпимо захотелось увидеть Иру снова и как можно скорее. Вчера перед сном мы немного переписывались. Но этого мало. Катастрофически мало.
Я проходила мимо корпуса, в котором занимались филологи. Интересно, а Ира учится по субботам? Хотя дело близится к вечеру, даже если б у нее и были занятия, то не факт, что во вторую смену. Я на мгновение притормозила у небольшого трехэтажного здания. Можно зайти и посмотреть расписание. Правда, я не в курсе, в какой группе учится девушка. Но в деканате наверняка знают студентку Ирину Лазареву, поэтому обязательно подскажут, где мне ее можно найти...
Я уже было направилась к невысокому крыльцу, как вдруг услышала знакомый звонкий смех. По залитой вечерним солнцем аллее, что находилась рядом с корпусом, шли несколько девчонок. Среди них была Ира. Я видела ее профиль и белоснежную улыбку. От нежности у меня сжалось сердце. В светлом полосатом платье и кедах Ира смотрелась так органично...
Странная штука — судьба. Наверняка мы не раз до этого пересекались возле какого-нибудь из корпусов на большой перемене. Но тогда в толпе студентов я не обратила внимание на незнакомку с длинными волосами. А сейчас узнаю этот задорный смех из тысячи.
Я догнала компанию девушек и с невозмутимым видом пошла рядом с Ирой, подстроившись под ее шаг. Лазарева не сразу меня заметила. Она о чем-то увлеченно разговаривала с одной из своих приятельниц. Увидев меня, девчонки примолкли и с интересом уставились. Тогда Ира тоже повернула голову в мою сторону. Встретившись со мной взглядом, девушка смутилась.
— Привет! — быстро проговорила она.
— Привет! — улыбнулась я, положив Ире руку на плечо. — Вы беседуйте, дамы! Я не буду вам мешать!
Мы продолжали в ногу шагать по аллее. Я в окружении нескольких девчонок с филфака, которые по-прежнему внимательно меня осматривали, уже практически не слушая Иру. Видимо, мое близкое присутствие все-таки смущало Лазареву, потому как она сбивчиво начала: — А образ... образ буржуа в произведениях Диккенса? Кто-нибудь готовил этот вопрос?
— У меня по Дикенсу только положительные и отрицательные герои в его романах, — басом начала подруга Иры. — Девчонки, если хотите, могу на почту скинуть! Или в общий чат...
Девчонки тут же закивали.
— Так... — неуверенно продолжила Лазарева. — А еще... женский образ в творчестве...
Я не удержалась и, нагнувшись, украдкой поцеловала Иру в макушку.
— ... в творчестве Стендаля! — пробормотала девушка.
Меня безумно умиляло то, как Ира смущается. Опускает глаза, на щеках играет румянец...
Поэтому, когда она задала еще один вопрос приятельницам, я снова нагнулась и горячо шепнула ей на ухо:
— Знаешь, я соскучилась.
Ира тут же подняла на меня карие глаза. И в них я прочла: «Знаешь, я тоже! Очень соскучилась...».
Наконец, решив еще несколько организационных вопросов, одногруппницы-трещотки попрощались со мной и с Ирой. Краем глаза я заметила, что отойдя от нас на некоторое расстояние, девчонки еще пару раз обернулись и принялись что-то горячо обсуждать. И вряд ли предметом их жаркого спора стал положительный герой в романе Дикенса.
— Теперь болтать начнут всякое, — поморщившись, проговорила Ира. Она тоже оглянулась на своих приятельниц. И демонстративно показала им кулак. Девчонки рассмеялись.
— Всякое? — переспросила я.
— Ты сегодня отлично выглядишь! — кивнула на меня Лазарева.
Если честно, я совсем уже забыла про образ «чудачки». Не могла же я каждый раз носить рубашку, которую мы купили вместе с Ирой. Поэтому сейчас стояла перед девушкой в своем привычном образе.
— Меняюсь потихонечку, — кратко ответила я.
Ира, будто что-то обдумав, спросила:
— А как тебе мое платье?
Я удивилась этому вопросу.
— Оно тебе очень идет! — ответила я.
Иру мои слова удовлетворили. Девушка широко улыбнулась и взяла меня под руку.
— Перемены — это хорошо! Всем во благо... — звонко проговорила она.
Теперь мы вдвоем побрели по солнечной аллее.
— Вы учитесь по вечерам еще и в субботу? — спросила я.
— Вообще-то нет, — тут же ответила Ира, — сегодня была консультация. Почти у всего потока автоматы, кроме меня и еще вот нескольких девчонок! Ну, ты их видела!
Я кивнула.
— А ты? — спросила девушка.
— Сдавала зачет! — ответила я.
— Круто! Молоток, Лизок! — похвалила меня Ира, к счастью, не спросив, по какому предмету был зачет. Эта ложь доставляет все больше неудобств. Если б не горячая обличительная речь Иры по поводу обманщиков, я бы уже давно раскрыла все карты.
Мы миновали студенческий городок, состоявший из нескольких корпусов, и вышли на широкий проспект. Шли молча, крепко держась за руки и щурясь от вечернего солнца.
— Может, перейдем на другую сторону улицы? — не выдержала я.
— Что? — отозвалась Ира. Девушка с интересом смотрела на меня, приложив руку козырьком ко лбу. — Нет, это не в моих правилах!
— Не в твоих правилах? — рассмеялась я. — Что это означает?
— Ну, ты посмотри через дорогу! — кивнула Ира. — На той стороне уже наступил вечер. Кажется, там так пасмурно и ветрено... Я всегда предпочитаю идти по солнечной стороне. А чем плохо? Жмуришься и улыбаешься. И солнце щекочет щеки и лоб... По моей теории, это очень простой и действенный способ получить положенную на день порцию счастья.
Я снова негромко рассмеялась.
— Интересная теория!
— А то! У меня много всяких теорий, — деловито отозвалась Ира. — Как-нибудь постепенно тебе обо всех расскажу...
Мысль о том, что мне еще предстоит столько всего узнать об этой необычной девушке привела в немой восторг.
— Счастье — оно вокруг нас? В мелочах? — вдруг спросила я.
Ира снова удивленно на меня покосилась.
— Конечно, в мелочах! — проговорила быстро девушка. — Знаешь, когда я чувствую себя особенно счастливой? Весной, когда, наконец, можно впервые оставить балкон распахнутым настежь. На целую ночь! А вообще мне для счастья мало надо. Солнце за окном, хорошая книга и чай с молоком...
— А туфли от Джимми Чу? — улыбнулась я, вспомнив наше первое официальное свидание. Будто все это было так давно, хотя прошла ровно неделя. Казалось, все это время мы были чужими. А теперь, наконец, стали собой.
— Джимми Чу? — растерянно отозвалась Ира. А затем сердито проговорила: — К черту туфли от Джимми Чу. Кеды рулят! Это так круто, Лиза, быть собой. И никого из себя не строить.
С этими словами Ира вскочила на высокий бордюр и далее шагала исключительно по нему. А я все так же крепко держала ее за руку.
Немного побродив по центральным улицам, мы остановились у небольшой палатки с уличной едой. Сто лет я не ела ничего подобного...
— Здесь очень вкусные горячие вафли! — довольно проговорила Ира.
— Вафли? — переспросила я.
— Такие ароматные! Не пробовала?
Я отрицательно помотала головой.
— Ха! Да, ты, салага, значит и жизни не видел! И мороженое здесь вкусное...
Мы взяли на пробу приготовленные на гриле котлеты, завернутые в свежеиспеченный хрустящий хлеб, несколько вафель с разными начинками на десерт и горячий чай в картонных стаканчиках. Недалеко от палатки под яркими симпатичными зонтиками стояли два столика. Мы с Ирой расположились там, глядя на украшенный огнями оживленный проспект. Запах уличной еды в майском густом воздухе смешался с вечерней прохладой.
Из кафе по соседству доносилась ритмичная музыка. Ели молча, оглядывая в сумерках многочисленных прохожих, которые спешили куда-то в этот субботний вечер. Только мы неторопливо жевали, время от времени поглядывая друг на друга.
— А знаешь, когда я чувствую себя особенно счастливой? — спросила я у Иры, которая в это время потянулась за вафлей.
— Когда? — оживилась девушка.
— В эту минуту.
Девушка рассмеялась:
— О-о, Лизок, ну, ты такая очаровашка!
— Знаю! — усмехнулась я. Хотя про счастье сказал совершенно искренне.
— Хочешь попробовать мою вафлю? — тут же предложила Ира. — С сахарной пудрой и растопленным шоколадом! Ох, вкуснотища!
— Давай! — согласилась я.
Ира протянула мне кусочек вафли на вилке, но я так и не успела ее попробовать, потому как откуда-то сбоку раздалось удивленное:
— Ли-из?
Я повернула голову. А Ира так и замерла с вытянутой перед моим лицом рукой.
Перед нами стояла Ариночка. Черт возьми, она следит за мной что ли? Девушка стояла чуть поодаль, внимательно разглядывая нас. В особенности Иру. Ира заметно нахмурилась и отвернулась.
— Что ты тут делаешь? — несколько брезгливо осмотрев яркие симпатичные зонтики, воскликнула Арина.
— Ем, — вполне логично ответила я.
— Ну, спасибо, кэп! — фыркнула Арина, вновь покосившись на Иру. Лазарева продолжила невозмутимо жевать, теперь время от времени бросая любопытные взгляды на Ариночку. — И как? Вкусно?
— Очень! Хочешь что-то попробовать? — спросила я.
— Н-нет, спасибо! — усмехнулась Арина.
Я отвернулась и уткнулась в пластиковую тарелку, давая понять, что сейчас, мягко говоря, не до Ариночки. Я думала, блондинка уйдет, но она решительно направилась к нашему столику и с вызовом произнесла:
— Лиз, а ты нас не представишь?
Я закашлялась. Тогда Ариночка с неестественно дружелюбной улыбкой похлопала мне по спине. Затем с неприятным скрипом придвинула стул и села рядом.
— Это — Арина, — откашлявшись, сказала я.
— Ее девушка! — добавила она тут же, тряхнув волосами.
Ира перестала жевать и растерянно посмотрела на меня.
— Бывшая девушка, — раздраженно тут же поправила я Арину.
— Меня зовут Ира, — пробормотала в ответ Лазарева.
— И мы с Ирой встречаемся, — вновь вклинилась я. Было ужасно неудобно из-за сложившейся ситуации. И если сейчас Арина выставит меня перед Ирой в дурном свете...
Блондинка фыркнула:
— Ну да! Если ты серьезно с кем-то встречаешься, то я космонавт и в космос лечу...
— Поздравляю! Когда? — спросила я.
— Что? — откликнулась Ариночка. — Ты опять...
— А с вами, Арина, у Лизы все было несерьезно? — задала невинный вопрос Ира, откусив вафлю.
— Ну почему же! — с вызовом ответила Арина. — Очень даже серьезно! И я, если хочешь знать, первая Лизу бросила.
— М-м, вот как, — протянула Ира. — Хотите чаю?
Ариночка растерянно посмотрела на меня. Я пожала плечами.
— Чаю? — переспросила Арина.
— Угу! — Ира постучала ногтем по картонному стаканчику. — С облепихой и мятой... Очень вкусный!
— Нет, спасибо! — сквозь зубы процедила Ариночка.
Мы молча продолжили есть, но Арина все не уходила. Демонстративно достала из сумочки смартфон и начала проверять социальные сети.
— А говорят, в космосе не храпят, — задумчиво проговорила Ира. — У вас, Арина, как с этим дела обстоят здесь, на Земле? Храп не мучает?
Ариночка оторвалась от лицезрения телефона.
— Что ты сказала? — прищурилась она. — Какой храп? При чем тут это?
— Вы ведь в космос собрались?
— Ты типа намекаешь, что у вас с Лизой все серьезно? Нет, ничего меня не мучает...
Немного подумав, Арина продолжила:
— А если не веришь, у Лизы спроси... Мы с ней много раз вместе ночевали, да, Лиз? Там нам вообще не до сна было...
Я напряглась. Но Иру эта информация, похоже, никак не смутила. Потому что Лазарева продолжила:
— Это хорошо, если не мучает. А то, так на будущее, народный метод: два-три листа свежей капусты помельче покрошить и добавить ложку меда...
— Зачем она несет какие-то глупости? — зло прищурившись, обратилась ко мне Арина.
— Почему глупости? — притворно оскорбилась Ира. — Моему дедуле очень даже помогло... Спит теперь как младенец.
Я снова закашлялась. На сей раз, чтобы скрыть смех. Нужно было видеть невозмутимое лицо Иры и озадаченную Ариночку рядом.
Арина поднялась и схватила со стола сумку.
— Что ж, спасибо, не тупая! Теперь я все поняла! — сердито проговорила она, убирая телефон.
— По поводу храпа? — спросила я.
— По поводу вас двоих! — нахмурилась Ариночка. — Ты выбрала себе в пару такую же чокнутую. Поздравляю! Эта, — девушка кивнула головой в сторону Иры, — точно полезла бы с тобой под воду глазеть на больших морских черепах...
— Ты до сих пор не можешь простить мне намоченные волосы?
— Волосы? — возмутилась Арина. — Ты столкнула меня с лодки! А я только нанесла крем...
— Надеюсь, вы не из-за этого расстались? — решила уточнить Ира.
Ариночка только презрительно посмотрела на Лазареву:
— Удачи тебе с ней! Она — невыносимый человек!
С этими словами Арина резко развернулась и, звонко стуча каблуками по асфальту, быстрым шагом направилась прочь от нашего столика. Вскоре она затерялась в толпе.
— Народный метод от храпа? — рассмеялась я. — Ты серьезно?
— Ее за наш стол никто не приглашал, — пожала плечами Ира.
Я с интересом посмотрела на Иру. Несмотря на скромность, эта девушка может постоять за себя. Хотя мне показалось, что-то изменилось в ее взгляде.
— Бывшая, значит? — спросила строго Лазарева. — А-ри-на!
— Ты уже ревнуешь? — улыбнулась я.
— Она эффектная, — ответила Ира, пристально глядя мне в глаза. — Даже слишком... Настоящая топ-модель.
И тут я поняла, к чему она ведет.
— Хочешь сказать, она слишком хороша для такой, как я?
Я не отводила взгляд. Тогда Ира смутилась:
— Нет, что ты... Видела себя в зеркало? Если только хороша для тебя прежней. Ой, что я несу? Я не то имела в виду! Не обижайся! Ты классная и интересная, и вполне можешь заинтересовать любую девушку...
Ира так быстро тараторила, что в какой-то момент я просто накрыла своей ладонью ее руку.
— Прогуляемся еще? Кое-что тебе покажу...
Ира послушно закивала. Если честно, я хотела привести ее туда еще в наше первое свидание. Думаю, девушка оценила бы мой душевный порыв. Но Лазарева предпочла просветить «чу» и сводить меня в «Черемуху».
— Я завтра вечером уезжаю до вторника, — сообщила я по дороге. — В глухую деревню. Возможно, связь не будет ловить. Не теряй.
— М-м, ну, хорошо... — негромко отозвалась Ира.
Я сжала ладонь девушки крепче.
— У бабушки юбилей, — улыбнулась я. — Приедут все родственники. Мама устроила незапланированный отгул. Такое нельзя пропустить!
— Конечно! — расслабленно засмеялась Ира.
— Но во вторник железно вернусь. С утра сложный зачет.
Девушка кивнула.
— У меня в понедельник зачет, будь он неладен...
— Дикенс или Стендаль? — улыбнуась я.
— Главное, чтобы не «Госпожа Бовари», — проворчала Ира. — Я так и не успела толком ее изучить с тобой...
— Со мной? — переспросила я. — Я тут при чем?
— Ничего ты не понимаешь! — рассмеялась Ира. — Втемяшилась мне в голову и как-то уже не до Флобера!
— Мне еще ни разу не признавались в симпатиях таким образом, — засмеялась я в ответ.
Тут же пришла в голову мысль, что бабушке бы очень понравилась моя девушка. Скорее всего, когда-нибудь я их познакомлю. И маме бы искренняя Лазарева тоже пришлась по душе. Определенно. Странно, но до встречи с Ирой я ни разу не задумывалась о подобном.
Следуя к цели, мы вышли на улицу, где находился тот самый бар. Там я впервые встретилась глазами с девушкой. Когда проходили мимо, оттуда доносилась глухая музыка. Мы тут же, не сговариваясь, переглянулись. Мне снова показалось, что Ира вдруг стала другой. Нахмуренной, сосредоточенной и какой-то колючей. Практически весь оставшийся путь Лазарева молчала.
— Все в порядке? — спросила я.
— Угу, — пробормотала Ира. — Куда ты меня ведешь?
— Видишь ту недостроенную высотку?
Кажется, ровно неделю назад я спрашивала о том же совершенно другую девушку. Это была не Ира. Но уже в ту минуту мне хотелось, чтобы на месте незнакомки оказалась именно она. И это озарение стало для меня настоящим открытием.
— Ты боишься высоты? — спросила я, заглянув Ире в глаза.
— Я ничегошеньки не боюсь, Лиз! — с вызовом ответила она.
Где-то вдалеке раздался пронзительный визг автомобильной сигнализации. Мы, держась за руки, перешли на бег.
— Солнце еще не до конца зашло! — сказала я, обернувшись к Ире. — Должны успеть.
Я слышала, что эта высотка пользуется в городе большим спросом у молодежи. Поэтому, поднявшись наверх, мы обнаружили на крыше сразу несколько компаний. В стороне парни и девушки, бренча на гитаре, о чем-то негромко переговаривались и смеялись. Чуть поодаль, обнявшись, стояли парочки. Все эти люди пришли сюда полюбоваться теплым закатом. Солнце уже неторопливо закатилось за горизонт, окрасив небо в розовый цвет.
— Дух захватывает! — проговорила Ира, поправив прядь волос, которой играл вечерний ветер.
— Да! — Моему восторгу не было предела. — Подойдем ближе?
— Страшно...
Все же я провела девушку к краю.
— Прыгаем? — спросила я, рассмеявшись.
— Ты, правда, чокнутая...
— На раз-два-три?
— Лиза, перестань! Эта Арина была права: ты невозможный человек!
Мы отошли от края крыши и уселись на небольшой выступ. Любовались утонувшими в последних лучах заката крышами многоэтажек. В оконных стеклах дома напротив отражалось красное небо. Ира болтала ногами под общий смех, что доносился до нас со стороны шумной компании, и бренчание гитары.
— Это кайф, — проговорила я, глядя на вечерний город.
— Да, — согласилась девушка. — На свете столько хороших вещей, которые мы обычно просто не замечаем. Думаем: ну, заходит каждый день солнце... И что с того? А на самом деле это такое волшебство. Сидеть с тобой здесь и смотреть на этот золотой закат.
Ира замолчала.
— И все-таки, несмотря на всю эту атмосферу, меня весь вечер не покидает какое-то странное чувство...
— О чем ты? — заинтересовалась я.
— Будто вот-вот произойдет что-то неизбежное. Но принесет мне это беду или счастье... Сложно в этом разобраться...
— Ты экстрасенс? — задумчиво спросила я, разглядывая вдалеке шпиль высокой башни.
— Нет, я мастер говорить глупости, — проворчала Ира в ответ. — На самом деле, почти всегда мои опасения оправдываются. Может, мне правда пойти на битву?
— Поборешься за хрустальную синюю руку! — рассмеялась я.
Ира толкнула меня плечом.
— Перестань! — рассмеялась в ответ девушка. — А если серьезно, такое же чувство было ровно год назад, в прошлом мае. Тогда все закончилось не очень хорошо. Но не бери в голову!
Я некоторое время внимательно рассматривала профиль Иры. Ветер трепал ее русые волосы. В рюкзаке у меня лежала легкая куртка. Я вытащила ее и накинула девушке на плечи.
— Замерзла? — негромко спросила я.
Девушка неопределенно пожала плечами и все-таки утвердительно кивнула.
— Один момент! — проговорила я.
Достала из кармана той же куртки маленькую шоколадку. Неровно разломала ее на две части и протянула Ире ту, что вышла больше.
— Не думай о всяких глупостях, — шепнула я задумчивой девушке на ухо и поцеловала в висок. — Все хорошо.
Ира посмотрела мне в глаза и слабо улыбнулась. Нужно быть слепцом, чтобы не заметить изменения, которые произошли сегодня с девушкой. Вероятно, после того, как я появилась перед ней в своих обычных шмотках, после встречи с Ариной, после того, как мы прошли тот самый бар... Она все поняла. Я другая. Я совсем не та, за кого себя выдавала всю эту неделю. Она поняла. Но почему-то молчала.
Я обняла ее. Девушка тут же положила мне голову на плечо.
Лазарева сказала, что должно произойти что-то неизбежное. Так и есть. Спрятавшееся солнце вскоре заменил полупрозрачный бледный месяц. В темнеющем небе заплескались первые звезды.
Мы молчали. Невнятное бренчание сменилось на неуверенно подобранные аккорды. Снова раздался громкий девичий смех. А затем один из парнишек хрипло запел:
— Для тебя все это чудо,
Для тебя все это мило.
На тебя глазеют люди,
На тебя летят витрины...
Его приятели тут же подхватили эту песню.
Ветер продолжал трепать наши волосы. Я наклонилась и поцеловала Иру в губы. И мир вокруг будто снова замедлился. Смех, разговоры, гитара... все стало глуше. Теперь я слышала только свое сердцебиение.