Так близко и так далеко | 18+ ЗАВЕРШЕН

Март, 1988

Сан-Франциско

       Сладкий привкус газировки утаивает тошноту во время приземления самолета. Похоже, это было что-то вроде выброса эмоциональной тревожности, ведь девушка частенько жаловалась на плохое самочувствие во время полетов: она просто ненавидела летать на борту самолета, ну, или делала вид, чтобы не выбираться никуда. Однако в этот раз ей пришлось нарушить собственные принципы и страхи, ведь это касалось человека, который в прошлом разбил ей сердце.

      Да, еще как разбил. Не объяснив причины, посчитав, что именно так будет лучше всего. Лучше всего для его эго.

     Она справлялась с гневом некоторое время, но позже стало только хуже. Она говорила себе тысячу раз: "Делайла, остановись. У него давно кто-то есть. За три года многое поменялось и ехать обратно будет ошибкой". Но слова эти не воспринимались.

      Балет не смог справиться. Дел правда думала, что любит балет больше, чем Итана. Но это всё было связано... никакого удовольствия от танцев уже невозможно было ощутить, когда она всё больше погружалась в думу, рассуждая о тех своих ошибках, которые могли вынудить его уйти.

      Нежеланное замужество в разгар карьеры? Здесь она не смогла переубедить себя, но если б знала, что он уйдет, то наплевала бы на все.

       Частые разговоры с Кристофером после тренировок? Черт, Дел даже не замечала о большом внимании, которое Итан проявлял, когда она о нем рассказывала. Будто он знал что-то или так сильно интересовался... Скорее всего, его это не устраивало, вот и четко всё подмечал. Лучше бы и не разговаривала ни с кем. Кто ж мог подумать, кем окажется такой знаменитый учитель балета. Балетмейстер в Париже с кучей хороших работ.

      Занятия по четвергам, когда у труппы был выходной? Итан много расстраивался, когда узнавал, что девушка снова будет танцевать в единственный свободный для них день. А как банально она отказалась гулять по крышам домов волшебной ночью, будто подросток придумывает причину, чтоб не ехать к родственникам... И как девушка могла забыть о таком его разочаровании?

      Неужто его... не устраивала она в постели? Какой бы странной причиной для ухода это ни было, Дел внесла это в список каждодневных угрызений. Просто во многих выпусках психологических шоу ночью по телевизору мотали одну и ту же тему — секс, не устраивающий одного из партнеров. Если она получала удовольствие, то, может быть, ему не нравилось?

     Одежда, волосы, уборка квартиры, завтраки, ланчи, ужины и даже желание завести собаку — всё это уже становилось причинами для обвинения себя. Три года и она наконец решилась бросить всё из своей головы и спросить его лично. Добиться ответа, даже если у него уже есть жена и дети, куча долгов по квитанциям и шумные соседи. Ей нужно его увидеть и понять, что причина его ухода была правда значимой для них обоих. Извиниться... Девушка даже не знала, как поздороваться, зато могла продумать середину и конец их разговора.

       Зажёвывая мятную жвачку у дверцы таксиста, девушка сунула банку содовой себе в карман без лишней мысли, будто это не было отходом. Водитель с интересом разглядел пассажирку в зеркало, замечая дорогие очки знаменитой марки, какими и были все её вещи, так как это было нетрудно предугадать.

       Делайла просто смотрела в окно, потому что хотелось с увлечением наблюдать за рассветом, ведь она специально выбрала утро.

       Слова па... Кристофера хорошо запечатались в памяти, особенно за месяц до её уезда. Было тяжело, но в Париж она больше не вернется. Нельзя было и подумать, что сказанное в том старом письме, отправленном Хэнку, будет иметь немного другой посыл.

— Я не хотел, чтобы ты узнала вот так, милая...

— Меня зовут, Делайла. Делайла, хорошо?

        Я просто не могла поверить в это. Прожив с детоненавистником ровно двадцать четыре года, подвергаться моральному и физическому насилию с самого детства только, чтобы непонятно кто мог назвать меня милой. Своей дочерью.

— Нет, это не так-то просто, мис-мистер Смит. Он ненавидел меня. Хотел выжечь изнутри, а вы просто... наблюдали? Ждали, пока я вырасту и сама потянусь к вам в объятия? Ну уж нет! Это даже смешно!

       Мужчина просто смотрел на меня своими голубыми глазами, ожидая, что я заговорю снова, но мне хотелось вырвать прямо на его лакированные ботинки. Для чего нужно было разыгрывать этот спектакль "Племянница и её добрейший дядя"? Чтобы сделать её еще более ничтожно жалкой в своей душе. Итан ушел, теперь ещё и это докучающее родство.

— Я смирилась. За двадцать четыре года я смирилась со своими родителями, — с тяжелым вздохом спотыкаюсь, на этом, как бы то ни было, нейтральном слове. — Вас не было, когда он всячески издевался надо мной, а про мать и речи идти не могло. Они оба портили мне жизнь с самого начала и... ДНК тест всегда подтверждал родство...

— Я прошу прощения за всё, дорогая.

— Я сказала, меня зовут Делайла! Не смейте больше никак называть меня. Я не приму извинений. Где вы были, а? ГДЕ вы были, когда я плакала на плече сестры или обнимала руками ноги у кровати, пока ждала очередного наказания? А?

         Кристофер прячет глаза, наполненные слезами, стараясь казаться серьезнее и не распускать нюни. Мне же было плевать. Я просто встала и ушла, забывая напрочь эту ситуацию, будто бы её и не было. Он не заслужил иметь дочь, и мне будет все равно на такого отца. Точка.

       О том дне девушка старается не вспоминать, обозначая свою реальную цель — увидеть Итана. И она сделает это, несмотря ни на что. Сейчас он нужен ей, как никогда раньше.

        То кольцо... "Какая же дура", — думала Дел, смотря на золотую огранку и большой кристаллик, переливающийся ярко-белыми бликами. Если б можно было только сказать "да" три года назад и лежать сейчас в его объятиях вместо того, чтобы переживать о том, каким он стал сейчас. Тот ли это Итан, что хотел разбудить в ней все краски жизни? Тот ли это Итан, у кого улыбка появлялась на лице при любых ситуациях, даже если сердце разрывалось на части? Тот ли...

       Но надежда умирает последней. Делайла найдет его среди всего населения города, если он решил убежать не только от жизни с ней. Но и от своей прежней жизни.

       Первый пункт назначения — его прежняя квартира. И девушка тихо начала читать молитвы, складывая из обрывчатых кусочков портрет Итана.

***

— Простите, мисс Райдер. Я погорячился в тот последний сеанс...

         Мужчина схватил свою сумку с тревожным видом, пытаясь извиниться как можно более искренне. Это получалось с каждым днем всё хуже и хуже.

— Мистер Ривз, я много раз говорила вам о вашем диагнозе. Биполярное аффективное расстройство. Но вы же никак не беретесь за лекарства. Каким образом мне вас вылечить, если вы отказываетесь от моих рекомендаций? — доктор говорила медленно и четко, чтобы до пациента дошла вся информация. Этого-то она и хочет с самого первого сеанса.

— Меня не надо лечить. Я просто хочу перестать чувствовать себя... наполовину. И ваши таблетки, увы, мне не помогут.

           Хоуп устала выслушивать это каждый раз, когда она просила его о чем-то. Будто человек был зависим от своей болезни. Любил чувствовать себя плохо. Такие люди разве могли вылечиться?

         Она закрыла блокнот и сунула его в сумку, попутно застегивая молнию. Зачем сидеть здесь, если уже никак не поможешь человеку с больной головой. И сердцем.

— Вы закончите в психушке, мистер Ривз. Один. На всю оставшуюся жизнь.

        Он хотел бы возразить, но просто вышел. Хоуп за ним. Так они и разошлись по разным путям: Итан — чтобы никогда не возвращаться, а Хоуп — чтобы в следующий раз придумать какую-то особенную технику общения с таким типом людей, что звучало для него более чем оскорбительно.

        Делайла вышла из такси, оставив хорошенькую сумму водителю и принялась осматривать здание. Все так же, как и было раньше. Абсолютно ничего не изменилось. Всего лишь четыре года осутствия в стране и три без Итана. Она даже не знает, что покажется более болезненным.

       Полчаса и снова никого нет ни рядом, ни около дома. Словно именно сегодня вся улица вмиг опустела, когда её асфальта коснулись туфли от Джимми Чу. Неужели ни одного знакомого лица, с которым она могла поговорить не на французском.

      Интересно было, где пропадала Элайза. Не оставила ни одного сообщения на телефоне, когда Делайла покидала страну. В ту секунду её переполняли эмоции счастья и наслаждения, однако уже в самолете она поняла, что не попрощалась с ней. Но никаких новостей от подруги не было слышно.

        Сразу же после разговора с Итаном, она должна наведаться в дом Браунов.

       Ещё пару минут и девушка сойдет с ума, сидя на голых ступеньках у двери. Провожая мимо уходящих и суетливых прохожих, она считала проезжающие машины. Очень мало. С чего бы так?

        Заметив яркий цвет волос, короткую юбку и особенную походку, которую всё еще помнила Дел, она понимает, что проходит именно Вивьен, знаменитая своей незабываемой манерой вызывающе одеваться. Но всё по моде, так что претензий не было. Дел была рада видеть её. Правда.

— Вивьен! Это я, Делайла. Помнишь?

          Девушка резко поворачивается, наблюдая за тем, как рот девушки приоткрывается, пока она всё еще говорит. В её памяти пронеслось много людей, пока она не вспомнила ту известную балерину, что вскружила голову бедному пареньку, как рассказывалось по слухам в маленьком районе.

— Ого, какие люди! Неужели вернулась за Итаном? — быстро проговорила Вивьен, по-простому приобняв её за плечи.

— Ты виделась с ним? — на свой страх и риск спросила Дел, начав переживать.

— Частенько вижу его в "Stranger", но он пьет в одиночестве. И никого к себе не подпускает. А ты как? Как поживают богатенькие родители?

         Делайла заметила, что девушка изменилась за то время, пока она её не видела. Стала человечнее, даже если не изменяла своим старым привычкам.

       Девушка продолжает говорить, разглядывая кого-то сзади Дел.

— Слушай, ты главное будь осторожна и старайся с ним не ругаться.

         Делайла тихонько развернулась, чувствуя непреодолимое чувство горькости на языке. Она увидела фигуру парня. Его силуэт, но он становился всё четче и четче с каждым замедленным шагом. Вивьен удалилась, и теперь ничто не могло защитить её. Итан почти стоял рядом с ней, скорчив недоуменную гримасу.

         Раз, два, три... Надо что-то сказать, иначе он подумает, что Дел потеряла навыки разговорной речи.

          Но, прежде чем она смогла произнести хоть слово, Итан знал, какие предложения составить:

— Уходи. Уходи отсюда, прямо сейчас, Дел.

         Делайла уже готовила ответ на его примерное приветствие, но он заговорил совсем не о том, чего она ожидала.

— Ч-что? Я здесь, Итан. Я с тобой, смотри.

— Уходи! Ты не можешь быть здесь. Возвращайся, пожалуйста.

— О чем ты? Успокойся, Итан, — сказала Дел, но это не помогло. Парень будто бы потерял какую-то вещь и пытался найти. Не хотел смотреть на неё. Никак.

— Зачем ты так со мной...