Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 27
Публика аплодировала стоя. Людям было настолько хорошо на душе от увиденного, что находились и те, на чьих слезах Делайла могла увидеть собственное отражение. Складывалось такое ощущение, будто они здесь только ради неё. Не из-за шикарно проделанной работы всей команды, не из-за выхода в свет и публичного роста, не из-за чужих убеждений в улучшении собственного ума, проводя время в театрах и культурных местах, ведь в восемьдесят четвёртом это начинало все меньше ценится среди младшего поколения, а взрослые всё пытались доказать им, что это куда лучше, чем Billie Jean.
Но это же молодость. Такая, какая она есть. И разве можно составить правила для тех, кто им не следует? Пытаясь ответить на этот вопрос, можно просто задать следующий — а возможно ли загнать в клетку бушующий ветер?
Так вот есть два очень отличных друг от друга человека, чьи характеры даже не могут устоять на ровном месте. Их головы заняты всегда абсолютно разными мыслями, и ко всем ситуациям они относятся по-другому. Не могут даже провести и дня без какой-нибудь перепалки, боясь увидеть это различие ещё ярче. Но всё бы в этой истории было печально и темно, как во многих сюжетных линиях сериалов или фильмов, если бы только не тот самый удар, притягивающий два сердца, пытающийся без боли и страданий соединить их воедино. Один ритм, одно чувство, обьединяющее луну и солнце...
Однако этим двоим будто все ещё недостаточно.
Итан смотрит на Дел так, словно сейчас разорвётся на кусочки, и все эти части его будут близиться к ней, как к магниту. А Дел не видела толпу людей, хлопающих ей. Она видела только Итана среди всей этой толпы и продолжала бы смотреть на него с любовью, если бы не вспомнила о том, что нужно завершать постановку. Занавес закрывает от чужих глаз сцену, танцоры с облегчением выдыхают.
Дело сделано. История свершилась.
Миссис Бродерик выходит из концертного зала в попыхах, заметив довольные лица оценщиков. Ей больше себя самой не терпелось узнать, кто же станцевал поистине воодушевляюще, сумев опередить в их глазах стольких талантливых ребят.
— Вот увидишь, меня выкинут отсюда с воплями! - начала свое унизительное нытьё Софи. Элайза лишь качала головой на все её сомнительных утверждения. Про себя она и говорить не хотела: что ж тут было непонятно? Балет — худшее, что случилось с ней в жизни, и больше всего на свете она хотела бы исчезнуть из этого места как можно скорее.
Делайла глядела на подругу утешающим взглядом, когда к Софи прибавились и остальные участницы, недовольные собственными результатами. Они словно сдали экзамен и ждали получения оценки. Для Дел все обстояло куда хуже — она тихо ждала своего выговора, не обращая внимание на других девушек. Элайза быстрее остальных переодевалась, стараясь сдерживать свой гнев, от которого никому нельзя было бы ждать пощады. Если рот юной мисс Браун откроется, то никто не услышит от неё чего-то добросовестного или мотивирующего. Это наоборот будет самое жёсткое, что они когда-либо слышали и, возможно, никогда больше ни от кого и не услышат. Такие рывки балерина давала только в случае самого зловещего происшествия. И этот момент ещё не настал, так что Делайла хотела убежать поскорее, пока не пришлось извиняться перед всем составом, а это было куда унизительнее, чем нытьё балерин.
Элайза выпустила свой пар на Дел, пока они выбирались из вечной толпучки, проговорив фразу "поцелуйте меня в задницу" более пяти раз за пару минут, а ещё она повсюду добавляла "очуметь", чтобы легче было ориентироваться в своих фразах. Всё бы ничего, если б им удалось быстро выбраться. К несчастью, миссис Бродерик остановила Дел и прижала к себе, словно свою родную дочь. Этот жест для девушки показался чересчур ненатуральным и наигранным.
— Вот она, наша прима! - воскликнула учитель так, что многие зрители мигом примкнули к беседе.
— Меня зовут Аннет Нильсон, я представительница Оперы Гарнье из Парижа и...
— Мисс Смит, ваш отец прямо сейчас хочет вас видеть.
Делайла была поглощена только двумя мыслями: Аннет и Итан. И ей было ужасно тяжело разорваться между этими двумя полюсами, отчего она пошла на поводу человека, что позвал её, и миссис Бродерик стала заглаживать данную ситуацию, как могла. В душе она хотела бы убить балерину тут же, но эта мисс Нильсон была уж очень восхищена танцем девушки и не хотела упускать никакого шанса. Аннет попросила номер телефона примы и сотню раз повторила, что такой шанс даётся немногим, а учитель тут же без сомнений передала ей номер ученицы, будто именно сегодня носила в своей сумочке телефонную книжку. Эта женщина была готова ко всему, но не к халатности и безответственности своей лучшей ученицы.
Делайла повсюду высматривала образ Итана, не отвлекаясь и от Элайзы, что вела её прямиком к скорой погибели. У нее не было ни примерной лжи, что она пролепечет отцу, ни хорошей актёрской практики, чтобы все это выглядело менее никудышно. Её не волновало то, как люди воспримут её озабоченность парнем из низших слоев общества, её беспокоил он сам. Она не хотела вот так с ним попрощаться, хоть теперь Дел и знала, где его можно найти.
Неожиданно кто-то грубо притянул её к себе за плечо, когда она поворачивалась к потоку людей. Перед ней возник отец, строгим возгромождением тела своего прикрывающий лица многих её знакомых. В нем не было прежнего равнодушия, что-то вдруг зародилось, но она не знала корни этого зарождения.
— Ты хотя бы понимаешь, с чем играешь? - сказал наконец он, срывая пелену горького молчания.
— О чем ты? Со своей карьерой я не стану играть, откуда это могло взяться?
— А с моим терпением вдруг вздумала?
Это выражение было созвучно удару стекла о кафельный пол. Оно также принесло Дел массу неодобрения, и она хоть и старалась с уважением смотреть ему в глаза, вспоминала всю боль, что этот человек ей причинил и уже не видела ничего дальше этих событий.
Делайла отчетливо помнила по рассказу Руби их совместный ужин в шестьдесят девятом, когда малышке Дел было всего восемь лет.
"Она хотела подольше поиграть со своими игрушками, а не бежать к столу, как голодный волчонок. Аппетит что-то не появлялся, ведь мозг был занят игрой и ни на что пока ещё не было времени. Она не замечала жизнь реальную, а видела сейчас перед собой только две любимые куклы, что связала няня и миниатюрные чашечки чая. Их она была готова угощать целую вечность, а самой не хотелось спускаться в столовую. "Ещё пять минуточек, миссис Уизли", — тонким по-детски нежным голоском попросила Дел свою няню отложить трапезу.
В руках были две девушки, которые резвились на лужайке, устроили милейший пикник и довольствовались хорошей погодой. Солнышко светило, облака медленно проплывали на небе и искали завершения пути, а две подружки с искрами в глазах наблюдали за всем происходящим. Они были так юны и прекрасны, полны надежд и желаний. Но вот злая королева ворвалась к ним на территорию и окружила девушек тьмой непросветной, одарила их страхом и жизнь их превратила в бедствие.
Грейс, громко стуча каблуками, взяла за руку Дел и насильно лишила её детской забавы.
— Мама, отпусти, мне больно! - кричала малышка, пытаясь отцепить свою руку от крепко сжимающей ладони. — Больно, отпусти меня! Я хочу к Руби!
Но крики её ничуть не остановили жестокость матери. Она посадила непослушную за стол и одним лишь касанием руки снесла всю еду со стола на пол, разбив при этом не меньше десятка тарелок.
— Ты не дождёшься от меня еды, ясно?! Умоляй свою няню принести тебе хоть крошку за сегодня — это продолжится и завтра, и послезавтра, пока ты не уяснишь! Слово матери — закон!", — вот, что услышала тогда Руби за стенкой, рассказывая этот случай самой Дел, когда та нашла под кроватью свои старые игрушки. И больше девушка не слышала о миссис Уизли, которая была добра к ней, чего не смогла дать ей родная мать.
Отец напомнил ей этот случай, но она вернулась обратно к разговору с ним, нехотя разглядывая стены по сторонам, чтобы перестать принимать близко к сердцу его бессмысленные слова. Внезапно на стене выхода Делайла заметила необычный постер. Не подходил он всей важности этого вечера и всему официальному стилю, только вот текст был непонятен издалека.
— Прошу прощения, - прервала Дел Хэнка, который безумолку толковал свои нотации не хуже матери. Наверное, он даже не заметил, как она исчезла.
Девушка пробралась через толпу к той самой стене и прочитал надпись.
"САМАЯ ЛУЧШАЯ БАЛЕРИНА — МОЯ ДЕВУШКА!"
Дел улыбнулась. Жизнь без этого человека теперь просто не имела смысла.
Опера Гарнье — театр в Париже, один из самых известных и значимых театров оперы и балета мира. Расположена во дворце Гарнье в IX округе Парижа, в конце проспекта Оперы, около одноимённой станции метро.
Billie Jean — песня американского музыканта Майкла Джексона. Второй сингл из шестого студийного альбома певца Thriller. Выпущен на лейбле Epic Records в январе 1983 года.
Комментарии