2 страница27 апреля 2026, 01:38

Предчувствие и сожаление.

Сидеть на балконе и встречать рассвет под прохладным ветром, обдувающим кожу и заставляющим покрываться мурашками, оказывается, очень расслабляюще. Хочется вот так смотреть на длинные облака, что плавно и медленно двигаются под воздействием слабого воздуха, но через полчаса прозвенит будильник и тогда придётся собираться в офис для съёмок.

Так надоело.

Этой ночью он плохо спал, постоянно просыпаясь и размышляя обо всём. Странное предвкушение в перемешку с лёгким трепетом сливаются в груди и заставляют вдыхать воздух чаще. Что-то явно скоро произойдёт, он понимает, и это не совсем хорошее ощущение.

— Скоро корпоратив в честь очередного десятка миллионов подписчиков, — огласил как-то на днях Кобяков, привычно прожёвывая еду, собранную с собой на работу.

Точно. Корпоратив. Вот откуда непонятная тревога.

Влад вздыхает и ёжится от утренней прохлады, но так и не решается зайти назад в квартиру. Наоборот отрывает окно полностью и вдыхает свежий воздух, подперев подбородок рукой. Для полной картины не хватает зажать сигарету меж пальцев, но парень крайне против алколя, курения и прочего. Приходится довольствоваться свежезаваренным кофе, который стремительно остывает.

«Помню, как этот кофе ему не понравился, — усмехается Бумага, аккуратно качая небольшую чашку и наблюдая, как напиток наровит вылиться за края при одном неосторожном движении, а после принимает хмурое выражение лица, — Опять. Ни одного дня без этих мыслей».

Кофе остаётся недопитым в посудине, окно — так же открытым на всю, раздражение и разочарование в себе — витать в задушенном воздухе на балконе.

Что же, пора собираться и показывать всем, как хорошо ему живётся.


***


Сергей вздыхает и поворачивается вновь к собеседнику.

— Ты как побитый котёнок, вот правда.

— Чего? — тот непонимающе отрывает взгляд от парня, сидящего неподалёку от них на диване.

— Я не про какое-то милое сравнение или что-то такое, — продолжает друг, смотря так серьёзно, что становится неуютно под таким взглядом, — Ты смотришь на него как ебаная нищенка, но при этом боишься любого движения сделать, вдруг что.

— Нормально я смотрю, — фыркает Чашейко, упираясь глазами в стол, рассматривая на нём узор, при этом понимая, что друг прав. Прав хотя бы потому, что Глент даже сейчас боится посмотреть в сторону Влада, чтобы ни в коем случае не словить в ответ вопросительный взгляд.

— Открыл бы ты глаза и наконец понял, что он ведёт себя также. Вы два идиота.

— Не неси херню. Он уж точно не такой, чтобы... влюбится в собственного друга, — кареглазый кусает изнутри щёку, лишь бы не выдавать, насколько собственные слова ранят.

Антонов молчит, только кладёт ладонь на плечо, сжимая в качестве поддержки и становится ясно — его не проведёшь, он всё видит.

Ещё в первый день знакомства Серёга показал себя излишне дружелюбно — так сначала показалось Владу, но потом он понял, что этот парень и в самом деле такой. На него легко можно положиться, он понимающий, но главное его преимущество — видеть людей насквозь. Поэтому, пока Чашейко разбирался со своими не очень дружескими чувствами к одному из товарищей, Антонов уже давно всё понял. Всё-таки сложно не заметить, как эти двое ведут себя крайне странно в компании друг друга. Вся эта неловкость между ними, красные лица в случае полетевшей двусмысленной фразы в их сторону, глупые оправдания после... Всё ясно стало сразу.

— Двум влюблённым идиотам нужно помочь открыть глаза, — сказал как-то однажды Серёжа Кобякову, и тот согласно кивнул, тоже прибывая в курсе дела, — Нужно их подтолкнуть, а дальше они сами.

Пока они ещё не знают, как именно осуществить план, но активно пытаются придумать.

— Ладно, пойдём, скоро перерыв закончится, а нужно ещё к визажисту заскочить.

Другой просто встаёт из-за стола и идёт в нужном направлении.

От прежнего настроения как след простыл, но на камеру всё равно придётся улыбаться, хочешь ты этого или нет.



***


Помещение хоть и большое, но в нём всё равно очень душно, ведь собрался весь коллектив.

Вскоре потухает свет и начинает играть музыка. На самом деле Влад не любит подобное, поэтому просто становится у стены и краем глаза наблюдает за происходящим, основную часть времени сидя в телефоне. Пару тройку раз к нему подходят поздравить с событием, он вежливо отзывается тем же, уже планируя в скором времени уехать домой. Проще сидеть одному в глухой квартире этим вечером, чем терпеть громкую, так раздражающую сейчас музыку. Он осматривает людей, которых нанимал, и вдруг вспоминает, как всё начиналось. А ведь даже не было представления, что обычный блогер с несколькими тысячами вскоре наберёт команду, благодаря чему после станет уже блогером-миллионником. Слишком многое поменялось.

1:34

«Наверное, пора», — думает Владислав, планируя попрощаться с друзьями, а после уехать.

Только Бумага собирается уходить, как поднимает голову и натыкается взглядом на парня, что долго не покидает его мысли, и, кажется, лучше не стоило этого делать. Возле него, мило воркуя и получая взамен заразительный смех, стоит Вика, девушка, являющаяся одной из гримёров. Помнится, что она довольно в хороших отношениях с Глентом, и это очень не нравится смотрящему на пару Владу.

Гарбуз с достаточно ясными намерениями касается предплечья молодого человека рядом с ней, и того совершенно ничего не смущает.

Шатен словно врастает в стену, возле которой находился всё время, не в силах перестать наблюдать за двумя друзьями, весело проводящими время. Режущее чувство неприятно заполняет грудь, оставляя глубокие кривые кровоточущие царапины после себя. Челюсть сама сжимается так, что от напряжения желваки выделяются достаточно сильно. Он сам не замечает, как начинает тише и медленнее дышать, что даже в тишине вряд ли было бы слышно его дыхание.

Парень выхватывает стакан у подошедшего что-то сказать Серёги и выпивает за два подходя, морщась от того, как с непривычки на трезвую голову отдаёт напряжением в виски и начинает немного кружится голова.

— Ты же не пьёшь, — хмыкает тот, будто не обратив внимание на нагло забранный стакан.

— Обстоятельства, — безразлично отвечает он и снова уставляется на Гарбуз, которая уже танцует с Чашейко, притягательно тому улыбаясь.

Хотелось бы её ненавидеть, скинуть всю ответственность на неё, мол: «это всё она, она уводит его у меня!», но мерзость окатывает только Бумагу и он вздыхает, нечитаемым взглядом гипнотизируя девушку. Она ни в чём не виновата и если так посудить, то является вполне хорошим вариантом в качестве партнера для Глента. Явно лучше будет, чем Влад.

Боже, он ещё и мечтает быть кем-то больше, нежели другом, какой же жалкий!

— Следи за принцем своим. Ещё один стакан и его понесёт, — кидает Антонов на последок и сливается с толпой.

И чего проходил то?

Повернув голову обратно, внезапно замечает, что Вика уже болтает с другой девушкой, которая, вроде, занимается монтажом, а после макушку стремительно пропадающего с поле зрения того, за кем он наблюдал последние несколько минут. Ноги сами несутся сквозь толпу и вот он оказывается перед дверью ванной комнаты, в которою заходит немного помедлив.

— По-моему, ты немного перебрал, — констатирует факт Влад, смотря на Чашейко, который вздрагивает от внезапного голоса.

Брюнет последний раз умывается холодной водой и оборачивается к другу, протирая лицо от лишней влаги рукавом рубашки. Он согласно кивает и немного улыбается, подтверждая чужие слова.

— Ну-у, если только чуть-чуть. Хотя голова, — тот прикладывает ладонь к виску, — болит нормально так.

— Может тебя домой?

— К кому?

— К тебе, дурень.

На том и порешали. Сейчас они едут в машине Влада, который, к слову, тоже выпил, но совсем немного. И тем не менее у него кружится голова от того, что случилось несколько минут назад в том же туалете. Порой его удивляет смелость и решительность этого парня в таком состоянии.

Наверное, Бумага навсегда запомнит взгляд, когда парень подошёл к нему, остановившись в опасной близости и медленно облизнув губы, — тревога затрепыхалась в голове в ожидании следующих действий — лишь невинно улыбнулся.

Глаза с едва зажёгшимся в них игривым огоньком вспыхнули ещё больше, стоило Гленту увидеть реакцию на такое, казалось бы, незначительное действие. Он придвинулся ещё чуть ближе и заметил, как трудно было другу удерживать зрительных контакт, ведь тот хотел отвести взгляд, но попросту не мог. Чашейко буквально заставил его вжаться в находящуюся позади стену и нервно выдохнуть, как в сторону комнаты послышались шаги. Это единственное, что заставило молодого человека нехотя — Влад был уверен —отстраниться и, ещё раз как бы невзначай мазнув языком по губам, сказать: «поехали».

Глаза не лгут — в этом парень убедился, заметив, как Влад стойко смотрел в карие глаза, но пару раз, не сдержавшись, опускал взгляд на чужие губы. Глент знал, о чём тот думал, потому что хотел того же.

Бумага отчаянно пытается не представлять, что было бы, если бы не Кобяков, зашедший в туалет, но получается, откровенно говоря, не очень.

Лицо, что совсем недавно было так близко, мелькает перед глазами, пока они едут по ночной Москве. Он пытается больше обращать внимание на огни расплывающихся от быстрого движения домов, всё крепче сжимая руль.

— Знаешь, ты очень хороший... друг, — прерывает тишину Чашейко, пока они поднимаются на лифте до его квартиры.

Другой только хмыкает, но ничего не отвечает.

Он бегает по стенам железной кабины, лишь бы не смотреть ему в глаза, иначе...

Они и так стоят близко. Слишком опасно.

— До кровати проводить? — с насмешкой спрашивает Бумага, укутываясь в тонкую куртку посильнее — в квартире довольно прохладно, от чего он вспоминает, что в собственной целый день открыто окно.

Парень на всякий разувается, но не успевает больше ничего произнести, как его разворачивают и впечатывают в стену, что тот даже немного ударяется затылком.

— Влад...

Он поднимает голову и видит чужое лицо снова слишком близко, но из-за темноты слабо удаётся различить хоть какие-то черты. Дыхание отражается такими же тяжёлыми вздохами. Куртка шелестит, когда его хватают за грудки так, что точно не получится вырваться — сколько пробуй, всё без толку.

— Пожалуйста.

Он сглатывает, слыша такой молящий шёпот на грани срыва. И сам тоже, блять, на грани. Чашейко пьян и ничего не вспомнит.

Ничего не вспомнит...

Это окончательно развязывает руки и Бумага поддаётся вперёд, сокращая расстояние между ними. На пробу мягко касается своими губами, срывая судорожный вздох — или это его собственный? — и уже смелее примыкает полностью.

«Так нельзя!» — кричат настойчиво мысли в голове. Но.

Вспоминая все свои желания даже о незначительных касаниях, нельзя прекратить. Он не знает, как потом будет себя вести рядом с ним, что вообще будет дальше, ведь сейчас плевать.

Влад кладёт руку на шею, ощущая быстрый пульс под кожей — у самого такой же — и притягивая сильнее, боясь, что другой отстранится, передумает. Но этого явно не произойдёт, потому что парень перемещает руки на чужую талию, жмётся сильнее, хотя больше, вроде как, некуда.

— Стой, — говорит Владислав, прерывая попытки снова приблизиться, — тебе нужно... нужно проспаться. Ты не понимаешь, что творишь.

«Да и я тоже».

Уложив и накрыв молодого человека пледом, другой выходит из квартиры, чувствуя пожирающую вину за содеянное.

— Идиот, — сквозь стиснутые зубы шипит он, смотря на своё отражение в зеркале машины и вспоминая мольбы Чашейко остаться, — Чем только думал? — только сейчас доходит, что теперь будет вдвойне сложнее вести себя как обычно и он даже не знает, лучше, чтобы тот ничего не помнил или же наоборот.

«Теперь видеть его просто невозможно», — понимает Влад, когда на следующий день приходит и смотрит на трёх товарищей, пришедших раньше него — из-за неудавшихся попыток заснуть, рассеянность и тревога перед предстоящим днём только усугубили положение.

Невыносимо.

Невыносимо понимать, что он всё-таки ничего не помнит.

н и ч е г о

От воспоминаний чужих рук на теле и того взгляда вчерашней ночью становиться только хуже и Бумага сворачивает на второй этаж в свой кабинет, ни с кем не поздоровавшись.

Подальше от всех. Подальше от него.

— Влад, ты куда?

Нет-нет-нет, только не он. Не сейчас.

Идиот.

Придурок.

зачемзачемзачем

— Для чего я это сделал? — парень хватается за волосы и сильно тянет, пытаясь прийти в чувство, — Как я теперь буду смотреть ему в глаза? Блять, блять, блять...



☆ ☆ ☆



(слова — 1853)
все больше и больше, хехех.
что ж, по традиции, пишите как вам.
а димка на связи!'☆
7:10ам
13.7.2024

2 страница27 апреля 2026, 01:38

Комментарии

0 / 5000 символов

Форматирование: **жирный**, *курсив*, `код`, списки (- / 1.), ссылки [текст](https://…) и обычные https://… в тексте.

Пока нет комментариев. Будьте первым!