Глава 22. Амина.
Дождавшись, когда совсем стемнеет, и на улице не будет видно ни зги.
Амина осторожно взяла спящего малыша из колыбели в свои руки.
- У Гаяса все готово? - обратилась она к Амис, стоявшей рядом.
- Да, Госпожа. Он усыпил второго стражника, Вы можете спокойно проходить. Остальных служанок я отпустила, сказав, что Вы собираетесь во дворец Султана на несколько дней, и они могут заняться своими делами. - дала краткий отчет служанка.
- Отлично. - обрадованно прошептала Амина, чтобы не разбудить ребенка и жестом указала Амис на вещи, которые служанка в ту же секунду взяла в руки, и тихо проговорила. - Идем, нам пора уходить.
Но перед тем как уйти, она кинула последний взгляд на свою роскошную комнату.
Возможно, больше таких удобств у нее не будет.
А, если ее найдут и вернут обратно, то в этом случае в свой дворец она все-равно больше не вернется, а ее шея будет обвита шелковой нитью, которой она и будет задушена.
Неосознанно, задумавшись об этом, правая рука Султанши невольно потянулась к тонкой лебединой шее, представляя весь ужас картины.
Но это ее не остановило, а лишь заставило действовать быстрее.
У нее в запасе был день, два, максимум три, чтобы полностью скрыться от брата.
Она уже спускалась осторожно по лестнице, не производя от греха подальше лишнего шума, как тонкий голос Амис ее остановил.
- Госпожа, Вы уверены?
Амина замерла, прекрасно понимая сомнения девушки.
Но предпочла не отвечать на этот вопрос, спросив совершенно о другом и продолжая спускаться.
- Нам в дороге будет нужно много воды. В добавок с нами маленький ребенок, который изведет своими капризами. Ты набрала достаточно воды?
Ответ последовал не сразу.
Точнее Амис не сразу поняла, что игнорирование ее вопроса, означал ответ "да".
Всполошившись, и, осознав, что к чему, она кивнула, хотя Амина не видела ее кивок.
- Да. Я все сделала так, как Вы просили. Не волнуйтесь, Госпожа.
Больше ни проронив ни слова, они вышли из дворца в полном молчании.
Все это время Амину не покидало некое тревожное чувство.
Путь им предстоял долгий, нелегкий, но удручало совсем другое - неизвестность.
Она больше не являлась Султаншей.
Отныне она должна была быть сама за себя, ей предстояло самой разбираться во всех своих потребностях и самой добывать себе нужные вещи.
Помимо этого она была в ответе еще за маленького Ибрагима, которого забирала с собой.
Ее приказы больше не имели никакую силу.
Больше она ничего не получит по щелчку пальцев или кивку головы.
Привыкшая к легкой жизни, ей было трудно осознавать, что легкая жизнь закончилась, а впереди ее ждала настоящая борьба за жизнь.
Но успокаивала ее лишь мысль, что мир не без добрых людей, что она сможет привыкнуть к любым условиям, как когда-то привыкла ко дворцу и цивилизованной жизни Аида.
Конечно, экзотической принцессе пустыне пришлось в этом плане легче.
Но и Амина была ничуть не хуже.
Она всегда мечтала сбежать со дворца, где угнетали ее личность и не считали за человека, не давая права голоса.
И ее мечта сбылась, пусть и ценой столь большой жертвы.
- Султанша. - поклонился ей Гаяс, пропуская ее первую к карете.
Но Амина покачала головой.
- Я больше не Госпожа, Гаяс. Отныне я самая обычная девушка, и все эти правила приличия больше ни к чему. - с этими словами она пропустила первой в карету Амис, которая после недолгого сопротивления села первой, забрав ребенка и положив на свои колени.
После Амина, опираясь на руку стражника, села сама.
- Амина Султан...
- Просто Амина. - поправила парня бывшая Госпожа, поправляя на себе чадру.
С собой она взяла только черные абаи - мусульманские женские платья черного цвета, которые обязательно носятся с платком, по сути являющееся хиджабом.
Ничего другого она позволить себе не могла.
Отныне ее жизнь не будет такой насыщенной как раньше, и яркие наряды ей ни к чему.
Ей было нужно что-то незамысловатое, простое, что-то, что не выделяло бы ее среди остальных, прикрывало бы лицо и голову.
И поэтому свой выбор она могла остановить только на этих нарядах.
Одевшись точно так же, как и ее служанка Амис.
- Эм... Амина... - немного неуверенно и смущенно пробормотал Гаяс. - Хочу Вам сообщить, что сегодня было совершенно покушение на Бахтинур Султан.
Девушка застыла словно вкопанная, почувствовав, как в горле у нее от волнения пересохло.
- И что? - спросила она заплетающимся языком, гадая, чем эта затея обернулась для Аиды.
- Султанша после долгих мучений погибла. Ее не удалось спасти. Султан Ахмед, услышав эту новость, в срочном порядке возвращается во дворец, чтобы похоронить жену, а потом наказать виновных.
Но девушка не стала даже дальше слушать, узнав самую главную весть - Аида достигла желаемого и Бахтинур была мертва.
Если честно она не ожидала такой ловкости и прыти от кочевой бедуинки, ожидая, что девушка струсит или слишком поздно примется за дело.
- Аи... - чуть не выдала имя девушки Амина, но быстро поправилась. - А виновных нашли? Кто посмел покуситься на жизнь жены Султана!? - изобразив крайнее возмущение и удивление, чуть повысила голос сестра Султана, стараясь этой реакцией скрыть, что ей все было известно, и она ждала этой новости.
- Все улики указывают на то, что преступление было совершенно Айше Султан, которая пропала в неизвестном направлении, но ее поиски ведутся до сих пор.
- Айше? - постаралась изобразить удивление девушка, внутренне радуясь, что девушке удалось скрыться.
- Да. Айше Султан. - подтвердил парень, замолчав, чтобы ответить на последующие вопросы Амины, но та, как ни странно, больше не стала задавать никаких вопросов. - Госпожа, почему Вы не спрашиваете, как это произошло? И почему все предполагают, что убийца - жена покойного Шехзаде Бахтияра? - показалось странным Гаясу полное безразличие и незаинтересованность Амины, которая чуть было себя не выдала.
- Ты меня неправильно понял. - начала защищаться девушка. - Насчет того, что все думают на Айше Султан неудивительно, ведь та недавно потеряла мужа, и, вполне возможно, она может быть замешана в этом деле. А по поводу остального я слишком волнуюсь, чтобы отчетливо соображать. Все мои мысли витают вокруг нашего будущего путешествия... Чем оно для нас обернется? - с нескрываемым волнением в голосе промолвила девушка, ища в глазах парня понимания.
Тот состроил понимающее и сострадательное лицо.
- Не волнуйтесь. Я обещаю Вам, что все будет хорошо. И волноваться нет причин. Служанок Вы отпустили, оставшегося сторожа я за чашкой чая усыпил, он проспит до утра, а когда утром проснется, то даже не вспомнит ни о чем, подумав, что заснул на рабочем месте. Когда невольницы вернутся убирать дворец, они сообщат ему, что Вы отсутствуете, решив уехать к брату, и он будет свободен до поры до времени. Султан Ахмед будет занят похоронами жены, а после примется искать Айше Султан. Когда он вспомнит о Вас, то Вы будете уже так далеко, что он никогда не сможет до Вас добраться. - оповестил об обстоятельствах дела Гаяс, уверенный, что их никто не будет искать ближайшее время, пытаясь успокоить и свою Госпожу.
- Я понимаю... Но все-равно лучше не терять напрасно времени, а скорее пуститься в путь. Не искушать судьбу понапрасну. Чем раньше мы уедем, тем раньше достигнем места назначение и тогда только сможем спокойно вздохнуть. - мудро посоветовала девушка, пытаясь донести простую мысль.
И она была услышана.
Парень кивнул, по привычке поклонившись ей, и сел на свое место, позволяя экипажу тронуться и везти их к тому месту, где около 7 часов назад была Аида.
Карета ехала быстро, и девушки постоянно подпрыгивали, когда очередной камень попадался под колеса, чуть не переворачивая всю карету.
Душевное волнение не угасало.
Амина с опаской оглядывалась назад, постоянно смотрела в окна, чтобы убедиться, что за ними не было никакой погони.
Вокруг был сплошной лес, где не было ни единой живой души, но все-равно она жутко волновалась.
И знала, что ее волнения не уляжется в ближайшие дни.
В подобной суматохе, они доехали до места назначения, где Гаяс галантно открыл дверь, подавая Госпоже руку.
Амина оперлась на нее, выходя из кареты, кладя ногу на последнюю ступеньку, замечая под ногами песок пустыни.
Как внезапно услышала неподалеку голоса и с ужасом подняла голову.
Уловив ее страх, парень поспешил объясниться.
- Не бойтесь. Это мои люди, у которых я купил верблюдов, чтобы мы могли пересечь пустыню не только быстрее, но и с большим удобством. Они только привели животных.
Только сейчас взгляд девушки упал на трех горбатых верблюдов, получивших название бедуинами "корабли пустыни".
Эти животные созданы природой для жизни в засушливых местах, поэтому они отлично приспособлены к продолжительным путешествиям в экстремальных условиях жарких пустынь и сухих степей.
Им не страшны ни палящее солнце, ни дефицит воды.
Невольно девушка прониклась уважением к парню.
Как он ловко все продумал!
Ей даже в голову не могло прийти, что в пустыне они никак не обошлись бы без верблюдов, без верных проводников, которые могли не только упростить их передвижение, но и указать нахождение воды, дать молока, в конце концов, в случае наступления голода.
- Без тебя я даже не представляю, что бы мы делали! - восхищенно произнесла Амина, уже смелее подходя к верблюдам и, с помощью находившихся рядом мужчин, садясь на него.
Следом за ней эту процедуру повторила и Амис, на руки которой передали ребенка, после чего только сел Гаяс.
Сказав мужчинам на арабском слова благодарности, он толкнул верблюда в шею, приказав сделать так же и остальным.
После чего умное животное тронулось в путь, уводя своих новых хозяев в совершенно противоположную сторону от той, куда ушла беглянка Аида.
На удивление Амины верблюд двигался быстро, словно не обремененный тяжелой ношей.
Она ожидала, что животное будет идти намного медленнее.
Конечно, и эту скорость нельзя было назвать особо быстрой, но это было намного лучше того, что она представляла в своем воображении.
Девушка то и дело постоянно оглядывалась назад, кидая тревожные взгляды на Амис и маленького малыша на ее руках.
На удивление малыш терпеливо держался, не плача и не хныча, хотя изнуряющая жара давала о себе знать.
Девушки полностью укрыли себя от солнца, а Амис было особенно тяжело, ведь ей приходилось следить за ребенком, чей комфорт был превыше своего.
Всю дорогу они молчали, не тратя свою энергию на пустые разговоры.
К тому же от лишней болтовни хотелось пить, а экономия воды на данный момент была превыше всего.
За всю дорогу они перекидывались лишь парочкой, но необходимых фраз.
Единственное, что беспокоило Аиду, что при такой жаре могла испортиться еда, которую они взяли с собой.
Если они еще могли пережить голод, то что им нужно было делать с маленьким ребенком, который постепенно начинал капризничать, недовольный сильной жарой и отсутствием любимых игр?
Малыш не понимал столь резкой перемены климата, не привыкший, что его слезы игнорируют, когда во дворце ему сразу же предоставляли то, что он хотел.
Но и ребенка нельзя была винить в этом.
Взрослым было тяжело в дороге, они мучились, молясь, чтобы скорее пришла охлаждающая ночь, так что было говорить о маленьком ребенке, которому не было и года?
Впереди их ждала еще минимум недельная дорога, а Амину уже беспокоило состояние ребенка.
Только сейчас она отчетливо понимала, какую глупость совершила.
Ребенка ни в коем случае нельзя было брать с собой, поскольку уже через пару дней малыш мог бы скончаться.
Но и отдать его кому попало она не могла.
Что же ей оставалось делать?
Как быть?
И сейчас она лишь полагалась на милость Бога, который не должен был оставить их в беде.
А впереди была лишь бескрайняя пустыня и золотой песок под ногами, который когда-то вел Аиду к ее судьбе, а теперь сыграет немаловажную роль в жизни Амины.
А время шло, наступила долгожданная холодная ночь, где попутчики пустыни остановились передохнуть, поесть, поспать, чтобы рано утром снова двинуться в путь.
И вновь испепеляющая жара, вновь солнце и желтый песок.
И так из-за дня в день.
Амина уже потеряла счет дням.
Сколько они были в дороге?
Сколько дней провели в пустыне?
С каждым днем становилось все невыносимее и невыносимее.
Сестра Султана раздражалось по пустякам, желая скинуть с себя одежду и окунуться в холодную воду, чего на данный момент она была лишена.
Ребенок молчал, больше не имея сил плакать, обессиленно лежа на руках Амины, что еще больше тревожило ее, заставляя испытывать угрызение совести за состояние невинного малыша.
Что будет, если он умрет?
Она никогда себе это не простит! Зная, что сама стала причиной его такого состояния.
Вечерело, предвещая наступление очередной ночи.
Усталые путники собирались остановиться на ночлег, как девушка резко закричала, заметив впереди лачужки, которые принадлежали людям.
- Смотрите, смотрите! - повторяла она, обезумев от радости. - Там люди! Нам нужно идти к ним! Они нам помогут!
- Нельзя. - устала покачал головой Гаяс. - Это палатки кочевых бедуинов. Они могут нас принять за врагов и будут не особо рады гостям.
- А что, если они обрадуются нам? - упрямо твердила Амина, уставшая от нескончаемой дороги. - Тем более у нас на руках маленький ребенок, который нуждается в помощи... Разве, могут они остаться равнодушными к его судьбе? К тому же я себе никогда не прощу того, что имея возможности, я даже не попыталась его спасти! - твердила девушка, останавливая верблюда и не собираясь отступать от своего плана.
Все уговоры и просьбы не рисковать оставались безуспешными.
И Гаясу с Амис не оставалось ничего другого, как последовать за Аминой, которая пусть и потеряла статус Султанши, но все-равно оставалось их Госпожой, все-равно была уважаема ими.
- Кто-нибудь! Помогите пожалуйста! - старалась не кричать громко Амина, чтобы не распугать всех жителей пустыни.
Ей было достаточно, чтобы ее услышал хотя бы кто-то один, кто-то, кто смог бы помочь в ее беде.
Но никто не отзывался, словно палатки были совершенно пусты.
Она собиралась снова закричать, только уже чуть громче, как услышала шорохи с лачужки, находящейся справа от нее.
С замиранием сердца она стала ожидать того, что будет дальше.
Сердце гулко билось в груди.
Вдруг эти люди примут ее враждебно?
Она не знала их, не была знакома с их традициями, обычаями, с их правилами поведения, поэтому она не знала, что от них ожидать.
Но вот из палатки показалось лицо женщины, которое показалось Амине знакомым.
Девушка пыталась вспомнить, где видела ее раньше, но в голове не было ни единой мысли.
- Вы кто? Что случилось? - недоверчиво спросила она, оглядывая девушку и ее спутников подозрительным взглядом с ног до головы.
- Госпожа, - обратилась сестра Султана к женщине от лица всех. - Мы гости в этой пустыне, собираемся через нее пробраться, но нас постигла беда. - она показала взглядом на ребенка. - Пожалуйста помогите... - взмолилась девушка, но быстро поправилась. - Не нам, а хотя бы ему. - посмотрев жалобно на женщину добавила Амина.
Жительница пустыни сделала осторожные шаги в сторону ребенка, убрав с его лица платок и разглядывая его лицо.
Пораздумав пару секунд, она убрала свою руку, снова прикрывая лицо ребенка.
- Я не могу чем-либо Вам помочь без разрешения вождя. - дала свой вердикт она.
- Но... - хотело было возмутиться девушка, но осеклась, вновь попросив. - А где вождь? Где мне его найти?
- Ждите здесь. Я сама с ним поговорю. - вновь серьезно проговорила бедуинка, кинув еще один взгляд на малыша.
- Хорошо... - согласилась она, понимая, что другого ей в этой ситуации не остается.
Она снова смиренно ждала, надеясь, что вождь не останется равнодушным к их беде, изредка кидая взгляды на Амис и Гаяса, которые стояли неподалеку.
Ее взгляд остановился на парне.
Гаяс явно был неравнодушен к ней, согласившись на эту авантюру.
И признаться честно, она тоже испытывала к нему симпатию.
В памяти всплыли слова гадалки, которая в день рождения Ибрагима перекрыла ей путь, сказав, что ее ожидает трудная и долгая дорога, которая приведет ее к любви... и чтобы стать счастливой, ей нужно отказаться от своего статуса.
"Неужели, моя вторая половина - Гаяс?" - невольно подумала Султанша, задержав взгляд на парне.
По сути, слова ведьмы сбылись.
Она отказалась от статуса, она находилась в дороге, которую нельзя было назвать легкой.
Единственное, что удивляло ее, так этот тот факт, что она не чувствовала, что этот парень и есть ее судьба.
А, может, так и должно все быть?
Может, одной симпатии достаточно?
Но когда девушка повернула голову, услышав голоса, один из которых был мужским, и столкнулась со взглядом молодого человека, то поняла - не может.
Амина и сама не могла объяснить, что с ней произошло.
Было ощущение, что что-то внутри "щелкнуло", обозначая, что больше ничего не будет иначе.
Она смотрела на этого рослого молодого человека со смуглой кожей, который направлялся к ней, испытывая странные чувства, которые посещали ее впервые.
Наверно, это выглядело слишком глупо.
Она стояла, онемев, словно рыба, не в состоянии произнести ни слова, лишь очарованно смотря на него.
Пока она молчала, пытаясь прийти в себя, боясь даже поздороваться с ним, их души уже поняли все без лишних слов, ведя в стороне от них разговор.
Странно, девушка видела его впервые, но у нее было ощущение, словно она всю жизнь скучала по нему и именно его ей не хватало.
Наконец, неловкое молчание было нарушено бедуинкой, и девушка второпях отвела взгляд, стараясь не смотреть на парня.
- Это вождь нашего племени - Кямран. - представила она парня Амине, которая лишь кивнула. - Я объяснила ему Вашу ситуацию. И он не пожелал остаться в стороне.
Девушка подняла свой взгляд полный благодарности.
- Правда? Вы поможете? - заговорила она с ним, не зная, что бедуинские женщины ведут себя более скромно и сдержанно.
- Бедуины - очень гостеприимный народ, и Вы можете в этом убедиться на собственном примере. Оставайтесь на столько, сколько Вам понадобится. Только при условии... - взгляд Кямрана столкнулся со взглядом Гаяса.
- Каком? Мы согласны на любые условия! - даже не выслушав условия, согласилась девушка.
- Вы...
- Амина. - поняла немой вопрос девушка. - Вторую девушку зовут Амис, а нашего сопровождающего - Гаяс. - коротко осведомила она его.
- Вам придется вместе с Госпожой Амис и ребенком побыть первое время у Госпожи Ады. - только сейчас Амина узнала имя женщины, которая не отказала ей в помощи. Ее лицо все так же казалось ей знакомым, но это имя она слышала впервые. - А Вашему сопровождающему придется быть в мужской половине. - выдвинул условия вождь племени, заметив облегченный вздох Амины, которая ожидала чего похуже.
- Спасибо Вам большое. Мы в неоплатном долгу перед Вами. Надеюсь, что мы не будем для Вас обузой. - смущенно пробормотала Султанша, чувствуя себя неловко.
- Ну что Вы. Мы всегда рады гостям.
Парень улыбнулся ей, получив ее ответную, искреннюю улыбку.
Но их идиллия не продлилась долго, разорванная Адой.
- Идемте. Вы устали в дороге, я помогу Вам. Тем более нужно осмотреть ребенка.
Сестра Султана не стала спорить, кивнув Амис, чтобы та шла за ней.
Гаясу не оставалось ничего другого, как повиноваться решению Султанши, хотя оставаться среди бедуинов ему не хотелось.
Девушки вошли в маленькую, но удобно устроенную лачужку, даже не в силах внимательно осмотреться по сторонам.
Тело ныло после долгой и утомительной дороги, и Амина лишь обрадовалась, когда бедуинка забрала у нее ребенка, устроив ее место на полу и подав одеяло.
Конечно, Амине было непривычно сидеть на полу, а тем более спать на нем, ей было непривычно, что теперь она была самым обычном человеком, про прошлое которого не было никому известно.
Но она старалась привыкать к подобному раскладу вещей, понимая, что сама этого хотела, а теперь должна с гордостью выдержать эти испытания.
- С ним все хорошо? - обеспокоенно спросила девушка на следующий день, наблюдая, как Ада ловко справляется с ребенком.
- Спешу Вас обрадовать, с ним все в полном порядке. Здоровый мальчик, правда, сильно переутомлен, устал и истощен, но это исправимо. - после этих слов Амина успокоилась, отогнав от себя угрызения совести.
Значит, с ребенком было все хорошо и ему ничего не угрожало.
- Мы потесним Вас, буквально, пару дней, а затем двинемся дальше в путь.
Но женщина предосудительно покачала головой.
- Такая трудная дорога представляет большую опасность для ребенка. Если хотите сохранить ему жизнь, то не подвергайте его больше таким угрозам.
- Но нам же нужно продолжать путь? Как нам быть? - в голосе Амины сквозило сплошное разочарование и отчаяние.
- Я понимаю... Но и так тоже нельзя... Возможно, за пару дней мы что-то придумаем. - попыталась обнадежить девушку кочевая бедуинка, размышляя, какой выход можно найти из этой ситуации.
Но Амина словно упала духом.
Она понимала, что не может рисковать жизнью Ибрагима, но точно так же она не может долго пользоваться добротой этих людей.
- Думаю, вождь обязательно что-то придумает. - вновь заговорила женщина, напоминая Амине про молодого парня.
Впрочем, напоминать о нем не было необходимости, она так и не переставала думать о нем со вчерашнего вечера.
- А не слишком ли у вас молодой вождь? - перевела тему в другое русло заинтригованная девушка, которая желала утолить свое любопытство. - Обычно я всегда вождей представляла мужчин в возрасте или стариков.
- Кямран совсем недавно стал вождем. После смерти своего отца. - пояснила женщина. - Племя не было против, поскольку парен умен не по годам и сможет справиться с этой задачей.
- Ваше племя значит постигли серьезные перемены. - задумчиво проговорила Амина.
- После событий, которые произошли пару лет назад, смена вождя для нас не такая уж и серьезная перемена. - заинтриговала девушку еще больше Ада.
- Если не секрет, что за события произошли? - осторожно поинтересовалась девушка, стараясь не быть навязчивой и не настаивать, если женщине не хочется об этом говорить.
Но Ада совсем не была против с кем-то поделиться своим горем.
Тем более, вдруг Амине было что-то известно?
Вдруг Амина могла чем-то помочь?
Женщина тяжело вздохнула.
- Несколько лет назад бесследно пропала моя дочь вместе со своей подругой.
- Но, разве, здесь возможно потеряться? Тем более девушки всегда же были в племени. - прервала ее рассказ удивленная Амина.
- Мы тоже думали, что нельзя. Вокруг нас всегда бескрайняя пустыня, а девочкам было известно, что если отойди от племени, то можно умереть мучительной смертью. Но как факт - ни на утро, ни в последующие дни, мы не нашли их, словно их не было никогда вовсе.
Мурашки пробежались по телу Султанши, от чего та передернулась.
- Но что с ними могло стать? Может, их украли кочевые бедуины другого племени?
Но женщина отрицательно покачала головой.
- Это невозможно. Мы живем в мире друг с другом. Тем более мы проверяли, там их нет.
-Тогда что стало с ними? Не могли же они просто взять и испариться? - не понимала Амина происходящего.
- Нам до сих пор неизвестно. Обе девушки не нашлись. Единственное предположение, которое у нас есть, что они могли сбежать, но в этой версии много вопросов, на которых нет ответов, либо же они умерли, заблудившись в пустыне, и их останки сейчас лежат под песком.
Девушка поежилась, задумавшись о чем-то.
Как в голове всплыл образ Аиды.
Точно!
Ведь с этой девушкой во дворце была связана немалая шумиха, когда всем стало известно о ее корнях.
Она была куплена у пустынных пиратов и, скорее всего, ими же и была похищена.
Только сейчас до Амины дошло, кого ей напоминала Ада.
Мать и дочь были очень похожи, и девушка ругала себя за то, что не догадалась об этом раньше.
Как она сразу не подумала об этом, когда увидела кочевых бедуинов?
Насмешка ли судьбы эта была, но она попала именно в то племя, где провела свое детство Аида.
А сейчас здесь была Амина вместе с ее ребенком.
- А как звали Вашу дочь? - чтобы развеять оставшиеся сомнения решила уточнить Амина, хотя было и так прекрасно ясно, что они говорят об одном и том же человеке.
- Аида. Ее звали Аида. - поделилась женщина, даже не подозревая, что на ее руках сейчас - сын Аиды, ее собственный внук.
С минуты девушка раздумывала: сказать или не сказать?
Как независимо от нее, будто она перестала контролировать себя, свое тело, свою речь, она выпалила.
- Я знаю, что с ней произошло.
В эту же секунду она столкнулась с удивленным взором Ады, которая словно спрашивала: "Не врешь ли ты? Мое сердце не выдержит обмана."
Эта надежда, которая появилась в ее глазах после фразы Амины.
За эти года она уже похоронила свою дочь, как случайным стечением обстоятельств нашелся человек, который что-то о ней знал.
Но, разве, случайно ли это было?
- Что с ней? Она жива? - прошептала женщина одними губами и вмиг оказалась у Амины, требовательно схватив Амину за руку, и, смотря ей в глаза, повторяя громче. - Что с ней!?
- Сядьте. - усадила она женщину, понимая, что назад пути нет, и ее нужно, как можно скорее успокоить, пока она не натворила делов. - Сядьте и успокойтесь, я Вам сейчас все расскажу. - вновь настоятельно попросила Амина, присаживаясь рядом.
- С ней же все хорошо? - не унималась убитая горем мать, потерявшая единственную дочь, единственную отраду.
- Я Вам сейчас все по порядку расскажу. Только терпения и прошу не перебивать. - заметив, что женщина успокоилась, точнее сделала вид, что спокойна, хотя ее выдавали дрожавшие руки, Амина начала рассказ. - Чтобы Вы понимали откуда мне известно об Аиде, то уточню, что сейчас перед Вами сидит сестра Султана Ахмеда - Амина Султан. - она видела, как множество вопросов пронеслось в глазах Ады, но та с усилием воли промолчала, терпеливо ожидая продолжения рассказа. - Ваша дочь, Аида попала в гарем к моему брату. Предположительно, она была продана в гарем пустынными пиратами... Больше мне о ее появление ничего неизвестно. Возможно, они украли ее, возможно, она случайно попала к ним в руки... Но она оказалась в нашем дворце, где в последствии была подарена сыну Падишаха - Шехзаде Бахтияру. Она стала его законной женой, родила ему прекрасного сына, но по велению судьбы рано потеряла мужа, оставшись одна с ребенком на руках.
- Бедная моя девочка. - женщина ахнула, еле сдерживая слезы, не зная радоваться ей или плакать.
Ее дочь жива, она вышла замуж и родила ребенка, но при этом рано попрощалась с мужем, и женщина понимала каково ей сейчас.
А Амина тем временем продолжала.
- Согласно нашим обычаям, когда на трон сядет новый Повелитель, то остальных Шехзаде убивают. А так как отец ребенка Аиды умер, то и ее сын должен был повторить участь отца. Но ребенка удалось спасти. Перед Вами сидит сбежавшая сестра Султана, которую, возможно, ищут уже везде. На этот поступок у меня были свои причины, но договорившись с Аидой и с ее позволения, я убежала не одна, а с ее ребенком...
- То есть... - бедуинка переводила взгляд с Амины на ребенка, даже не догадываясь, что когда-то судьба преподнесет ей такой удар.
- Да. - подтвердила девушка. - Это сын Аиды.
Женщина убрала свою руку, на ватных ногах подходя к малышу.
Только сейчас она замечала схожие черты этого ребенка с ее дочерью.
Она была, будто во сне, даже не подозревая, куда занесло ее дочь и никогда не ожидавшая услышать о ней такое.
- Я так понимаю, Ваше появление здесь случайность, Султанша? И если бы не плохое самочувствие ребенка, то, возможно, мы бы не встретились и этого разговора бы не произошло? - словно в пустоту задала вопрос она, всматриваясь снова и снова в черты малыша и не веря своему счастью. - А как Аида? Почему она не с Вами? Как она пережила разлуку с собственным ребенком?
- Смерть с ним она пережила бы тяжелее, поэтому ей пришлось довериться мне и пойти на такой шаг. - мудро изрекла Амина.
- А что с ней? - вновь задала самый волнующий вопрос Ада.
- Она... она находится в старом дворце, под охраной. Туда оправляют вдов, женщин, потерявших детей... и Аида среди них. - соврала девушка, боясь даже моргнуть, и выдать себя - ведь она говорила ложь.
Аида не могла сейчас быть жива.
Но она не могла сообщить подобную весть ее матери.
Пусть женщина думает, что ее дочь жива, не убивает себя напрасными терзаниями.
- Надо рассказать Икраму! - в радостном волнении проговорила Ада. - Надо показать ему внука!
- Нет, нет! - резко запротестовала Амина. - Ни в коем случае никому нельзя знать о том, где находится Аида. К ней никого не пустят. Пусть все в племени так и думают, что она пропала без вести. Я лишь пожалела Вас, сказав правду. Тем более Вы сделайте не только хуже Аиде, но и подставите меня. - пыталась убедить женщину девушка.
- Султанша...
- Я больше не Султанша. Просто Амина.
- Султанша, - проигнорировала ее замечание женщина. - Икрам - он мой муж, отец Аиды. Он имеет право знать, что произошло с его дочерью. его сердце разрывается точно так же, как и мое. И еще... я должна сообщить вождю. - увидев, сердито нахмуренные брови Амины, та объяснилась. - Не бойтесь, я не подставлю ни Вас, ни Аиду. Все и так же будут считать ее пропавшей, как и раньше, но пусть хотя бы нужные люди знают правду. Пусть их сердце успокоится так же, как и мое.
- Хорошо. - сдалась под натиском Амина. - Я доверяю Вам.
Бедуинка поцеловала маленькие ручки внука, прижав их к лицу.
- Как его зовут?
- Ибрагим.
- Такое же красивое имя, как и он сам. - восторженно проговорила женщина, до сих пор не отойдя от новости, которая ошарашила ее - ее дочь не только жива, но и стала матерью. - А Суфия? - внезапно проговорила женщина, резко вспомнив о подруге Аиды.
- Что? - переспросила Амина, не понимая вопроса.
- Суфия... подруга Аиды. Она пропала вместе с ней. Что с этой девушкой? - уточнила женщина, ожидая ответа.
Но ответом ей были пожатые плечи.
- Я не знаю никакой Суфии. В гареме была только одна кочевая бедуинка - Аида. Про другую мне ничего неизвестно.
- Как так? Они же пропали вместе.
- Но это не означает, что, если их украли вместе, то и продать должны были в одно и тоже место. Скорее всего, Суфия была продана на рынке, в гарем она не попадала. - парировала в ответ Амина.
- И то верно... - невольно пришлось согласится Аде.
Возможно, придет время и когда-нибудь они и узнают о судьбе второй девушки, но это будет точно такое же чудо, как и то, что происходило сейчас.
- Госпожа, - вновь окликнула ее женщина, сомневаясь: говорить или не говорить.
- Да? Говорите. - поняв ее сомнения, разрешила Амина.
- Не сочтите за дерзость, но, может, Вы оставите ребенка нам? К чему Вам лишняя обуза? Тем более мы родители Аиды, мы не причиним Ибрагиму зла, вырастим его в любви... Вы все-равно не сможете продолжить путь вместе с ним. Совсем недавно об этом говорили, а сейчас решение проблемы нашлось само. - приводила доводы Ада, которую внимательно слушала Амина.
А ведь и в правду.
Она же искала семью, в которую можно пристроить ребенка, боясь, что с ним будут плохо обращаться, а сейчас семья нашлась сама, причем этим людям можно было полностью доверять.
- Но что Вы скажите людям? Что я кукушка-мать, которая оставила своего ребенка? Ведь никому неизвестна правда. - взволновал этот вопрос сестру Султана.
- Скажем, что это был вынужденный шаг, иначе ребенок бы погиб. - вмиг придумала Ада, добавляя. - К тому же, мы всегда мечтали с Икрамом о детях, но наши дети умирали один за другим, пока на свет не появилась Аида, которая пропала будучи взрослой девушкой. Ибрагим - будет утешением для нас. Никто не удивится, что мы взяли ребенка себе.
Доводы женщины показались Амине убедительными.
Она слабо улыбнулась.
- Думаю, и в правду так будет лучше всем. - невольно согласилась она, хотя очень привыкла к этому маленькому существу, практически, принимая за своего ребенка.
Теперь они могли спокойно пустится в путь, но от чего-то ей не хотелось так скоро покидать это место.
С этими мыслями она вышла из палатки, глубоко и тяжело вздохнув.
Она даже не заметила, как следом за ней проскочила и Ада, собираясь разнести вождю и мужу радостную весть.
Девушка не стала останавливать ее, уходя с головой в свои размышления, пока не была прервана, внезапно появившимся, словно из неоткуда Гаясом.
- Султанша...
Она выразительно посмотрела на парня.
- Я хотел позвать Вас, но случайно услышал ваш разговор с этой женщиной. Получается, все проблемы улажены? Мы можем спокойно продолжать путь? - с надеждой спрашивал Гаяс, словно боялся отказа. - Мне немного неуютно в обществе дикарей. - весело признался он, но Амина не оценила его шутки.
- Я, думаю, нам нужно все-равно остановиться здесь на пару дней. Лишний отдых не помешает, зато потом с полными силами двинемся дальше. - пыталась протянуть время Амина, сама не зная почему.
- В этом нет необходимости. Вы тянете время, только не пойму почему. - понял ее уловку парень.
- Я не пытаюсь тянуть время. - возразила девушка, хотя прекрасно понимала, что сейчас врет. - Просто я устала с дороги, и нам нужно отдохнуть.
- Чем быстрее мы уйдем отсюда, тем быстрее пересечем пустыню и окажемся в более менее нормальных условиях. - настаивал Гаяс, даже не подозревая, как сзади него появилась грозная фигура Кямрана, который не стал молчать в стороне.
- То, что Вы предлагаете - вздор. - резко отчитал он парня. - Вы один не сможете защитить двух девушек. К тому же Госпожа права, вам нужно передохнуть, всего пару дней, а после этого пуститесь в путь вместе с нами. Так будет безопаснее, и с моим племенем вы доберетесь легче. - разумно предложил вождь, что разозлило Гаяса, который, видимо, почувствовал в нем соперника.
- Это не чему. Мы прекрасно доберемся и сами. - с вызовом в голосе ответил он.
- Думаю, этот вопрос будете решать не Вы, а Госпожа. Она имеет право выбора. - не отставал Кямран, выделяя каждое слово.
- Да, пусть решает Госпожа. - неожиданно согласился Гаяс, переводя взгляд на Амину, которая раздосадованно стояла в стороне, не зная, что ответить.
Точнее она знала ответ.
Она хотела остаться.
И это читалось даже в ее взгляде.
Но она не хотела обидеть Гаяса, который бросил все, согласившись помочь ей.
Она была в неоплатном долгу перед ним и сейчас разрывалась, желая выбрать предложение Кямрана, но голос совести не давал ей это сразу сделать.
- Мне нужно подумать. - вежливо отклонилась она, возвращаясь в палатку, не замечая, что за ней шел Кямран.
- Вы считаете достойным Ваше поведение? - прогрем его голос за спиной, от чего та вздрогнула.
- О чем Вы? - не понимающе захлопала глазами она.
- Вы бросили свою семью, сбежав с этим парнем, втянув в эту историю невинную девушку и ребенка. Разве, так подобает вести себя Султанше? - выдвинул обвинение он, сверкая глазами.
- Да, как Вы смете так со мной говорить?! На чем основаны Ваши предположения!? - вспылила Амина, но неожиданная догадка осенила ее.
Что было с Кямраном?
С чего он так налетел на нее?
Неужели, он ревнует?
Или, на самом деле, пытается выглядеть благородным?
- Вы хотите сказать, что я Вас сейчас незаконно оскорбил? - пытался вывести Амину на чистую воду парень, чтобы узнать о ее истории побольше.
Да, он ревновал, сам не понимая почему.
Что было в этой девушке такого, что она заставляла его злиться лишь своим присутствием рядом с другим мужчиной?
Он знал ее день, а общался так, словно она что-то была ему должна, чем-то была обязана.
Словно она уже была его, а еще не было произнесено ни слова.
- Я ни с кем не сбегала. Гаяс мне никто, а лишь человек, который согласился помочь! - начала оправдываться она, никогда этим не занимающаяся. - Я убежала только от брата, от его вечных приказов, от ощущения, что я нахожусь в золотой клетке, от 2-х неудачных браков! Я сбежала, чтобы обрести свободу, а Вы сейчас обвиняете меня в каких-то гнусных предположениях! - на духу выпалила сестра Султана, выбешенная мнением, которое сложилось у парня о ней.
- Значит, я неправильно все понял. - после минутного молчания, мягче признался Кямран. - Извините за мое поведение, но эта была первая мысль, которая посетила меня. - растерявшись от своей глупости, он сделал пару шагов к выходу, но остановился, не повернувшись и кинув напоследок. - Но мое предложение остается в силе. Я хочу, чтобы Вы остались здесь.
Такие простые слова, но сколько тепла в них, сколько смысла...
Амина не могла не улыбнуться, предаваясь мечтам.
Как же ей хотелось прямо сейчас ему сказать, что она согласна, что она остается, но было одно "но" в лице Гаяса.
Что ей ему сказать?
Как подобрать правильно слова?
Она металась от одной стороны палатки в другую, ломая руки.
Сколько всего может произойти за короткое время, а иногда один день может изменить всю нашу жизнь.
Словно чувствуя ее метания, в палату вошел Гаяс.
Увидев парня, Султанша потупила взгляд, махнув рукой.
- Гаяс, поговорим позже, я сейчас не расположена разговаривать.
- Султанша...
- Гаяс. - резко прервала его Амина, но это не возымело должного эффекта, парень продолжил говорит как не в чем ни бывало.
- Султанша, Вы мне ничего не должны, ничем не обязаны. - начал издалека он, заставив выслушать себя. - Если Вы хотите остаться - оставайтесь, не считайте, что Вы виноваты передо мной. Я помог от чистого сердца, ни на что не рассчитывая... Точнее рассчитывал, но силой никого я рядом с собой оставлять не собираюсь. - будто поняв следующий вопрос, он ответил. - За меня не волнуйтесь, мне есть куда идти. Если Амис хочет, то я могу взять ее с собой...
Гаяс отступал, бросая девушку на полпути.
- Гаяс, я не собираюсь здесь оставаться надолго. Всего лишь на пару дней, а после этого вместе с племенем мы пустимся в путь. Вы бросаете меня, словно я здесь остаюсь навсегда. - искренне негодовала Амина.
- Нам не за чем ждать. Был ребенок, но сейчас и его нет. Не вижу причин оставаться. Либо Вы сейчас идите со мной, либо я ухожу один. - поставил он ультиматум своей Госпоже.
- Ты ставишь меня перед выбором? Вот так просто уходишь, бросив на произвол судьбы? - возмутилась девушка, но быстро взяла себя в руки. - Ты показал, что тебе нельзя доверять, на тебя нельзя положиться. Ты в любую минуту можешь оставить меня одну. И поэтому я остаюсь здесь, а дальше... дальше обойдусь как-нибудь вдвоем с Амис, которая уверена, меня не бросит. - она отвернулась от него, давая понять, что разговор окончен.
- Вы неправильно меня поняли...
- Довольно! - жестом остановила она его. - Можешь уходить. - жестоко сказала она, давая понять, что разговаривать им больше не о чем.
И он ушел.
Ушел не на пару часов, а навсегда, когда время близилось к вечеру.
Садясь на верблюда и отправляясь в путь один.
Амис не пожелала оставлять Госпожу, в принципе, Амина знала, что девушка ее не оставит, но поступок Гаяса ей не давал покоя.
Она все прокручивала и прокручивала в голове их разговор, смотря в след его удаляющейся фигуре.
И именно за этим занятием ее и поймал Кямран, ни капли не расстроившийся отъезду Гаяса, который изначально ему не понравился.
- Не переживайте, Султанша. Вам здесь понравится. Мы бедуины, как никто другой, умеем ценить свободу, предоставленную нам. Ни один бедуин не выдаст свою дочь человеку не из пустыни, пусть он будет самым богатым и уважаемым на всей Земле, потому что никто не может быть богаче нас. Самое дорогое сокровище у нас. И эта наша пустыня. Не верите? У Вас будет время, чтобы убедиться в этом. Я открою Вам наш мир, и он вам обязательно понравится. - клятвенно пообещал вождь Амине, которая не сомневалась в правдивости его слов.
А после он лишь еще раз доказал, что ему можно доверять.
Все последующий дни, она училась жить в пустыне, словно ребенок, открывала для себя новый мир, который не переставал ее удивлять.
С первого взгляда обычная пустыня таила в себе столько секретов.
Простая снаружи, но сложная, интересная, необычная внутри.
Девушка жила, ощущая жизнь каждой клеточкой своего тела.
Она цвела, находясь рядом с Кямраном, беседы с которым становились не только частыми, но и более душевными.
Они говорили и не могли наговориться.
Ей было мало даже 100 лет рядом с ним, да что там... даже вечности мало.
Она полностью, с головой, ушла в новую жизнь и даже не хотела вспоминать о старой.
Да, в прошлом у нее были все удобства, но рядом не было нужного человека, и вся эта роскошь меркла перед глазами.
А сейчас, когда она обрела свою половинку, даже пустыня ей казалась раем со своим экстремальным климатом.
Проблемы были, их было даже больше, чем раньше, но они были мизерны, поскольку рядом был он.
Тот, при взгляде на которого, она трепетала всем сердцем, понимая, что со всем остальным справится без труда. Главное - его присутствие рядом.
Сестра великого Правителя полюбила вождя пустыни.
Разве, такое было возможно?
По статусу они не имели право на счастье, но, разве, счастье смотрит на статусы?
Ее тревожило и гложило лишь одно.
Приближался день, когда она должна была расстаться с тем местом, которое полюбила благодаря ему.
Их отношения не переходили за рамки дозволенного.
Они говорили обо всем, не разрешая себе большего.
С одной стороны, это радовало, но с другой...
"Почему он медлит?" - спрашивала снова и снова у себя Амина, понимая, что сегодня ее последний день нахождения в пустыне.
Она чувствовала, что ее чувства взаимны, она не могла в этом ошибаться, но не понимала, почему парень ничего не предпринимает.
Может, его смущает, что у нее было 2 мужа до него?
Но это такой пустяк, когда дело касается настоящей любви.
Она постоянно копалась в себе, анализируя любую мелочь в его поведение.
И с нетерпением ожидала того часа, когда он признается ей во всем, боясь, что этого не будет.
Последний день ее пребывания в пустыне подходил к концу, и девушка собирала вещи со слезами на глазах, готовая вот-вот расплакаться, от того, что ее в очередной раз ждал крах и все ее надежды, мечты оказались напрасными.
- Амина, - раздался неожиданный до боли родной голос Кямрана за спиной, от чего сердце застучало быстрее.
Собрав всю волю в кулак и сдерживая свои чувства, она повернулась, как не в чем ни бывало улыбнувшись ему.
- Да? - как можно непринужденнее ответила она.
- Я... - начал с запинками парень. - Мне кажется нам нужно поговорить.
Амина лишь кивнула, не поднимая взгляда.
Неужели, это час настал?
Не снится ли ей это?
Неужели, он сейчас признается в своих чувствах и скажет ей остаться?
- Помнится, когда-то, около недели назад, я попросил Вас остаться...
- Помнится, Вы тогда не попросили, а изъявили свое желание, чтобы я осталась, в форме приказа. - постаралась разрядить обстановку Султанша.
Кямран улыбнулся, оценив ее высказывание.
- Ну раз так. - не растерялся он, мигом продолжив. - Я приказываю Вам стать моей женой и остаться навсегда.
Так просто?
Именно так просто, без лишних разговор о любви, объяснений, которые и так были понятны и которые можно было сказать потом, он сразу перешел к делу, сказав главное, от чего Амина опешила.
Находясь в состоянии крайнего удивления, она не сразу нашлась с ответом, ошарашенно смотря на него.
- Это отказ, я так понимаю? - неправильно истолковал ее молчание парень.
Но девушка улыбнулась, покачав головой.
- Разве, я могу отказать, когда дан был приказ? - задала риторический вопрос она, не отрывая счастливого взгляда от нее. - Я могу только послушаться и повиноваться.
Кямран от души расхохотался, чувствуя, как тяжелый груз спал с его плеч после этого признания, и даже дышать стало легче.
- Только... - начало было Амина, но прикусила губу.
- Только что? - потребовал объяснений он выразительным взглядом.
- Что, если меня найдут? Что будет тогда? - поделилась своими опасениями девушка.
Но вместо ответа получила крепкие и самые уютные объятия в мире - объятия любимого человека.
- Ты - моя жена. Кто посмеет забрать тебя у меня? Во-первых, никто не додумается, что ты прячешься здесь. А, во-вторых, никому не разрешено кроме мужа смотреть на свою жену. Как тебя узнают? По глазам? По ним тебя могу узнать лишь я. Это мой океан в этой жаркой пустыне, где я охлаждаюсь после знойного дня. - смотрел он внимательно в ее глаза, говоря эти слова от сердца.
- А что делать с Ибрагимом? Все считают, что это мой ребенок, не подозревая, что он сын Шехзаде. Ада с Икрамом признали в ребенке родного, я не хочу его отнимать у них. - задала еще один вопрос она, не забывая про Амис. - А Амис? Что мне делать с ней?
- А мы не будем отнимать ребенка у Ады и Икрама. Пусть даже, если все думают, что это твой ребенок. Мы бедуины живем одной дружной семьей. К тому же все знают страсть этой пары к детям, никто не удивится. В начале они помогали тебе, а потом привязались и к малышу. Ибрагим вырастет и будет считать нас родителями. Не знаю, по поводу места Падишаха, но места вождя в этой пустыне я ему предоставлю. - пошутил Кямран, но доля правды в этих словах была.
Ибрагим - ребенок, в котором течет наполовину бедуинская, наполовину султанская кровь, станет новым вождем в далеком будущем. Вождем пустыни.
- А что ему еще нужно? Он будет богаче самого Падишаха! - вторила ему в ответ Амина, вспоминая Амира, для которого теперь был открыт беспрепятственный путь к трону, ведь теперь его жизни ничего не угрожало.
- А Амис тоже давно пора подумать о себе. Ей тоже нужно выйти замуж. Я заметил, что она понравилась моему двоюродному брату, и мне кажется, это взаимно. Пусть тоже выйдет зауж. Она не только останется рядом с тобой, но и построит свою семью.
- Ты прав. - одобрительно закивала головой Амина, отрываясь от него и осознавая, что ее сердце полностью успокоилось, найдя свой дом, обретя свой уют.
Она вышла из палатки, вдыхая полной грудью воздух пустыни.
На небе светило яркое солнце, освещая все вокруг, а под ногами лежал теплый, золотой песок, который уже не один раз вершил судьбы.
Конец...