Глава 20
Представьте себя героиней романтической книги, где звездным вечером вы сидите возле окна с чашкой горячего напитка в руках, укутанные в теплый клетчатый чай. Каждая из нас героиня своей книги и вы вполне можете воссоздать эту страницу, налив чай или кофе и сев читать "Тринадцатую богиню". Приятного прочтения!
Морена.
За окном барабанил дождь, да так противно громко, что заболела голова.
На кровати, расположенной с правой стороны от окна, лежала Морена и буравила взглядом потолок. Сколько кругов она уже на нем насчитала? Тридцать или тридцать пять?
Все пять минут, которые она находится в сознании, Богиня смотрела в потолок, потому что не решалась коснуться шеи.
«Почему я до сих пор жива?» - не понимала девушка.
Решилась и таки дотронулась голыми руками до шеи. Оказалось, что та перевязана.
«Голыми руками?» - не поняла свои ощущения Морена и вдруг осознание накрыло ее. Она поднесла руки к своему лицу и резко выдохнула, казалось, из легких выбили весь воздух.
Богиня попыталась встать, получилось это только с третьего раза. Из-за слабости в ногах пришлось опереться о высокую тумбу, стоящую с правой стороны от кровати, и встать. Медленно, опираясь о борт кровати, потом о стену, Морена дошла до входа в какую-то комнату, ей оказалась небольшая ванная. Зайдя в нее, сразу наткнулась на большое овальное зеркало.
Из него на юную Богиню смотрела невысокая бледная девушка, темно-русые ее волосы собраны в легкую длинную косу, на лбу виднелась маленькая царапина, в больших карих глазах сияла боль и глубокая печаль, а под ними залегли темные круги. Губы были сухими и бледно-розовыми, скорее всего это потому, что пересохли.
«Это я?» - хотела спросить вслух, но не получилось, изо рта вырвался только болезненный хрип.
Стала рассматривать свое отражение, опустила взгляд ниже и увидела, что ее шея перевязана повязкой, в середине она окрашена в темно-красный цвет.
К горлу подступили слезы, которые Морена была уже не в силах сдерживать. Щеки обожгли солоноватые капли.
- Эй, милая, ты чего? – в ванную забежала высокая миловидная блондинка. – тебе же еще рано вставать. – она хотела приобнять Богиню и повести, видимо, в комнату, но та резко отшатнулась.
«Больно», - поморщилась она.
Отреченная, кажется, готова была к такой реакции, поэтому не растерялась, улыбнулась и начала объяснять:
- Не бойся, я тут, чтобы помочь, - сделала аккуратный шаг к Морене навстречу. – это я перевязывала тебе шею, я – гиерия, целительница. К сожалению, полностью исцелить тебя не могу, я плохо владею своей магией.
Богиня знала, кто такие гиерии, и знала, что чтобы кого-то полностью излечить от сильнейших ран – гиерия должна быть очень сильной.
Ноэми, главная советница Богини Жизни, и гиерия по магии, была такой, очень сильной.
- Меня зовут Дакота. – Представилась.
«Думает, я представлюсь тоже? Не могу, к счастью или сожалению». – этот факт Богиню не особо огорчил. Имя свое говорить ей не очень хотелось.
Отреченная одной рукой приобняла Морену за талию, чтобы создать опору, и повела ее в комнату. Осторожно посадила на кровать.
- Ты прячешь руки, - заметила Дакота, как Богиня пытается оттянуть рукава бесформенного розового платья. – Пока ты спала, я попыталась их подлечить, не получилось... - чуть виновато проговорила целительница.
«И не получиться». - мысленно добавила Морена, вспоминая, почему ее руки стали настолько уродливыми.
Перед глазами пронесся эпизод из недалекого прошлого. Тогда болело сердце и жгло душу, тогда хотелось умереть, потому что сил уже не хватало на то, чтобы плакать.
- Но у меня есть два варианта. Я могу дать тебе перчатки или же замотать руки бинтами. Если ты за первый вариант – моргни, если за второй – посмотри направо.
Богине абсолютно не хотелось, чтобы ее руки замуровали в бинты, ведь тогда сразу всем станет ясно, почему она носит, не снимая практически, перчатки. Поэтому просто моргнула один раз.
- Замечательно! – улыбнулась по-доброму Дакота. – Сейчас принесу тебе ужин и перчатки.
«Ужин?» - удивилась Морена. – «Сколько времени я была без сознания?»
- Думаю, тебя волнует ответ на вопрос, сколько времени ты была без сознания, - правильно поняла вопрос по выражению лица Богини.
- День, ну, то есть, вчера днем Энтони порезал тебе горло, сегодня вечером ты проснулась, - рассказала она. – Все, я ухожу, скоро приду, никуда не уходи, - попросила девушка и буквально убежала из комнаты.
«Да куда я уйду?» - пессимистично заметила Морена. – «Разве что в окно, но оно заколочено снаружи прутьями».
Остается только сидеть и ждать Дакоту с перчатками, ждать, пока она излечит ее шею, ждать, ждать...Или?
Разве может она, Богиня, сдаться? Ни за что, даже если хочется лечь на кровать, закрыть глазки и реветь, себя несчастную жалея.
Морена кое-как, шатаясь, добралась до двери и закрыла ее за защелку, которая, слава Высшим Богам, на ней была. Также медленно подошла к шкафу и стала искать в нем нужные для задумки вещи. На внутренней стороне дверцы шкафа заметила листок, детский рисунок, на котором была карандашом криво нарисованы две девушки, двое мужчин и мальчик с девочкой. И подписи: Мама, папа, тетя, братишка и дядя. Не заостряя на этом внимание, присела и стала копаться на нижней полке. На ней нашла коробочку с иголками и ножницами, а рядом с коробкой пару отрезов ткани.
«Вот это мне и нужно» - улыбнулась девушка уголками губ, и прямо на полу принялась шить. Благо Морену этому научили ее сестры.
На то, чтобы сшить то, что задумала она, ушло минут десять от силы. Поднявшись с пола и скривившись от боли в шее, дошла до двери и открыла ее.
Сшитый отрез ткани спрятала в кармане безвкусного розового платья, в которое она была одета.
Дакота пришла спустя пару минут с подносом в руках. Поставила его на кровать рядом с Богиней. Сразу с него взяла красивые фиолетовые перчатки и с улыбкой вручила их Морене.
«Спасибо» - мысленно поблагодарила она и надела перчатки на руки. Теперь она чувствовала более уверенно.
- Тут супчик, он горячий. Хочешь, я покормлю тебя? – слишком по-доброму говорила Дакота, Морене становилось труднее принять решение сделать то, что она задумала.
Богиня покачала головой, и сама взяла с подноса глубокую тарелку и ложку, зачерпнув суп, поднесла его ко рту. Подула. И выпила. Вкусный. Но по горлу ужасно больно прошелся.
Морена резко вздрогнула, якобы от боли, и опрокинула суп прямо на живот и ноги рядом стоящей Дакоты, та воскликнула от неожиданности и от боли (ведь суп горячий был). Богиня же словно испуганно попыталась подняться и скривилась снова от боли.
- Я сейчас схожу в ванную, а потом принесу тебе новый суп. Не переживай, - взяв себя в руки и решив, что Морена совершенно случайно опрокинула тарелку с горячим супом, отреченная подошла к шкафу, взяла из него вещи и ушла в ванную.
«Наверное, это ее комната». - решила Богиня и поднялась с кровати и подошла тихо к двери.
Еще когда проснулась, девушка увидела рядом с ней крючок, вот на него и на ручку двери она и нацепила сшитое тканевое «кольцо».
«Ты ненормальная». - вспомнились слова Дариана Морене. И она с ними была согласна. Нормальная бы ревела в три ручья и жалела себя, а Морена определенно была ненормальной, раз решила, что, устранив Дакоту, сможет выбраться из места, куда попала.
***
Девушка аккуратно подошла к двери, открыла ее и едва не врезалась в невысокого молодого человека, русоволосого и голубоглазого.
- Куда ты? Тебе же вставать нельзя! – не понял парень.
А Морена, когда услышала его голос, испугалась, по-настоящему и тут же поругала себя. Она испугалась за свою жизнь? Так ведь она и жить не хотела, так как ее родные умерли.
Сделала сначала один шаг назад, потом другой, а затем и третий, приближаясь все ближе к кровати, на которой все еще стоит поднос с столовыми приборами.
- Морена, я понимаю, почему ты меня боишься...- начал Энтони, желая объяснится.
«Да ничего ты не понимаешь», - испуг смешался со злостью за то, что этот парень с ней сделал.
Морена приблизилась к кровати и, чуть наклонившись, взяла с ней, а, вернее, с подноса, ложку.
- Зачем тебе ложка? – удивился парень.
«Сейчас узнаешь», - усмехнулась мысленно девушка и, невзирая на боль в горле, кинула ложку в Энтони. Удача была не на его стороне, Богиня была меткой, и попала большей частью ложки прямо ему в лоб.
Отреченный довольно нецензурно выговорился, ладонью хватаясь за свой ушибленный лоб.
- Что происходит? – в дверях появился высокий брюнет, очень знакомый Морене.
«Дариан?», - сразу узнала его Богиня.
- Тот же вопрос, - в комнату зашел еще один парень, только, в отличие от двух других, он был со светло-серыми глазами и черты лица у него были довольно мягкие.
- Я зашел, Бездна, в комнату, а она у двери стояла, - тараторил раздраженно Энтони, зло смотря то на Морену, то на отреченных. – потом она подошла к кровати и как кинет мне в лоб ложку. Дар, она что – стрелок?! Мне бы ее меткость, Бездна забери.
Дариан и русоволосый парень удивленно посмотрели на Богиню, потом переглянулись и, как по команде, начали смеяться.
Морене же было не до веселья, она не понимала, что происходит. Почему ей перерезал этот идиот горло, почему Дакота была с ней так добра и, главное, откуда здесь Дариан и почему он так спокоен.
Девушка почувствовала себя преданной, снова.
Глупая.
Богиня просто стояла и смотрела на того отреченного, который врал ей, шантажировал, использовал. Только для чего? Зачем нужно было калечить ее? Зачем нужно было вести в этот лес? Где Олли и Катрина?
- Морена, - успокоившись, обратился парень к ней. Взгляд его красивых, глубоких глаз цвета моря, прошелся от ног ее к шее и на ней остановился. Отреченный нахмурился. – У тебя шея снова кровоточить стала. Это все ты, идиот! – направил он свой гнев на Энтони.
- Да я знал, что ли, что она твоя? – поймав еще более гневный взгляд Дара, поспешил исправится. - Что не шпионка, в смысле.
Богиня не обратила внимание на оговорку Энтони, потому что ее мысли занимала обида на Дариана и злость на себя.
Хотелось высказать Дариану очень многое, но возможности не было.
- Почему ты вообще поднялась с кровати? Тебе нужно отдохнуть, - он подошел к девушке и попытался коснутся ее шеи, чтобы посмотреть, но Морена резко отшатнулась в сторону.
Скривилась от боли.
Взгляды отреченного и Богини встретились, в его читалось непонимании, а в ее – обида и злость.
В этот момент, как кстати, в дверь ванной забарабанила Дакота, видимо, поняла, что ее закрыли.
- Морена? Ты закрыла Дакоту? – поразился молчаливый парень с светло-серыми глазами.
- Мид, да она не только меткая, но и боевая. Может, предложим ей остаться? – предложил Энтони.
Его ситуация уже начала забавлять, ну, когда еще тебе в лоб попадут ложкой, а твою девушку закроют в ванной?
- Я понял, в чем дело, - вдруг заявил Дариан, и обратился к отреченным. – Ребят, выпустите Дакоту и выйдите. Нам с Мореной нужно поговорить.
***
Спустя пару минут в комнате остались только парень и девушка. Морена сидела на кровати, а Дариан стоял рядом с ней.
- В этом лесу живут мои давние знакомые, они относятся к клану лесному. О них мало, кто знает. Предводительница этого клана – Марша, ее сын, Мид – мой друг. Его сестра – Дакота и ее парень – Энтони проверяли территорию на нахождение нежданных гостей. К сожалению, я не предупредил Мида, что мы придем, поэтому Энтони и воспринял тебя как шпионку.
Морена закатила театрально глаза, говоря сим то, что «это не оправдание».
- Они все добрые, особенно Дакота. Она в особенности не желала тебе зла, наоборот, помогала тебе вылечится.
Девушка ссутулилась, глаза потупила в свои руки, слава Высшим Богам, облаченным в перчатки. На душе было паршиво на самом деле. Какой-то парень порезал ей горло, она просыпается в незнакомом доме с перевязанной шеей. Плюс к этому оказывается, что навредили ей, Морене, не специально.
Все это просто не укладывается в голове.
- Ты в безопасности, поверь, - попытался успокоить Дариан девушку. Присел перед ней на корточки и взял ее руки в свои.
На душе Богини стало еще паршивее, захотелось плакать, но при отреченном этого делать не хотелось. Не хотелось при нем быть слабой.
- Ты не можешь говорить, правильно? – мягко поинтересовался парень.
Морена не понимала, почему он такой осторожный, мягкий. Тот ли это Дариан, который шантажировал ее, раздражал и бесил? Сейчас определенно нет.
- У меня есть идея, - улыбнулся вдруг он, поднялся и вышел из комнаты.
Морена растерянно смотрела в след парню и не могла понять, что с ним произошло. Странный.
Вернулся Дариан спустя пару минут, в одно руке он держал стопку листов, а в другой два карандаша.
- Возьми отсюда половину, - предложил парень, протянул Богине листы. – и вот карандаш, - поймав не понимающий взгляд, пояснил: - если мы не можем так разговаривать, будем общаться письменно. Ну же. Я первый.
Отреченный сел напротив Морены на пол, и стал что-то увлеченно писать на бумаге, а затем поднял лист и торжественно показал:
«У тебя красивые глаза».
Богиня прочла и не смогла сдержать улыбку, так и нравящуюся расцвести на ее лице. С особым интересом взяла лист и тоже написала на нем кое-что, для Дариана.
«У тебя ничего такой торс».
Прочитав это, парень возмутился и тут же написал:
«Ничего так? Ты просто его не трогала, у меня самый красивый и рельефный торс!».
Морену позабавила его реакция на ее слова, поэтому на следующем листе она написала:
«Да ладно тебе. Зато у тебя глаза цвета моря. Правда».
Треснутое самолюбие Дариана конечно же зажило после комплимента-извинения. Однако в мыслях возник вопрос, который давно хотелось задать Богине.
«Ты любишь голубой цвет, но носишь красный и черный чаще всего. Почему?».
Прочитав эти слова, Морена нахмурилась, вся игривость и веселость разом спала, а в сердце всколыхнулась давно притупленная временем, боль. Хотелось ли ей поделится? Разделить ее с кем-то? Безусловно, ведь страдать в одиночку невыносимо больно.
Когда, спустя пару мину, написав на листке болезненные, но правдивые слова, девушка подняла взгляд, то первым делом Дариан посмотрел в ее карие глаза. Они стали темнее и в них проявилась эмоция. Тоска.
Посмотрев на написанное Мореной, отреченный прочел предложения и нахмурился.
«У мамы глаза были голубыми. И носила чаще всего она голубой».
Всего пара слов, но сколько в них боли!
Дариан понял, что хочет сделать что-то, что хоть на грамм уменьшить ее страдания, даже пусть ему придется частично раскрыть себя и свои способности.
- Позволишь мне посмотреть на твою рану? – полушепотом спросил парень, смотря прямо в карие беспокойные глаза.
Морена чуть нахмурилась, потому что боялась то ли того, что рану на ее шее увидит он, Дариан, то ли боялась быть настолько близко к нему.
- Твои раны – твоя особенность, твоя сила, Морена. Они нравятся мне также, как и ты, - то, как искренне он произнес эти слова, тронуло сердце девушки. И она кивнула.
Отреченный сел рядом с ней на кровать и, внимательно смотря сначала на лицо Богини, на то, как она отвела взгляд, то, как нахмурилось – сильно волновала парня.
Аккуратно он поддел бинт и стал аккуратно снимать его с шеи, пару раз при этом он задевал подбородок девушки.
Морена едва заметно вздрогнула от прикосновения рук Дариана к своему лицу, к своей шее. Сердце забилось чаще, а дыхание едва заметно сбилось.
Не хотелось признаваться даже себе в том, что прикосновения этого странного парня – волнуют ее.
Дариан продолжал снимать бинт с хрупкой девичьей шеи, делал он это так осторожно, будто Морена – фарфоровая принцесса, которая от неосторожного прикосновения может разбиться.
Когда парень разбинтовал шею полностью, то увидел, на ее передней части, кровоточащую длинную, но узкую рану.
Морена закрыла глаза, представив, что видит Дариан. Непонятно что было бы, если бы он увидел то, какими были ее руки.
Вопреки ожиданиями Богини, отреченный наклонился к шее ее и поцеловал ее там, где начиналась рана. Морена слегка вздрогнула. Прикосновение губ Дариана к ее шее было настолько нежным, настолько приятными, что сердце девушки сжалось.
«Дариан, хватит», - хотела попросить она его, потому что то, что он делал усложнить их отношения. Усложнить ее отношение к нему.
Но парень не мог слышать ее мысли, продолжал целовать каждый сантиметр ее раны до тех пор, пока не перешел на подбородок и сам не заметил, как остановился в паре сантиметров от чуть приоткрытых губ Морены.
Так как после легких поцелуев отреченного от раны на шее девушки остался лишь едва заметный шрам, горлу стало легче и Богиня поняла, что может говорить. Тихо, но может.
- Можно? – прошептал Дариан.
Девушка понимала вопрос его, бледные щеки ее покрыли легким румянцем, а в сердце засиял только зарождающийся огонек какого-то нового чувства. Смущения ли, или желания, Богиня понять не могла. Но знала лишь то, что она хочет понять, что значит целовать кого-то, и что значит целовать именно Дариана.
Неуверенный и смущенный взгляд Морены встретился с его, внимательным.
Отреченный что-то увидел в карих ее глазах что-то такое, что вызвала в его сердце какую-то, несвойственную щемящую нежность, граничащую с острым желанием оставить на губах Богини поцелуй.
Дариан потянулся к лицу Морены и, смотря в ее глаза цвета горького шоколада, заправил выпавшую кудрявую прядку волос за ухо.
- Я научу, - мягко произнес парень и, положив одну руку на талию, а вторую – на щеку девушки, коснулся ее губ своими.
Сначала это было просто прикосновение, отреченный дал Богине привыкнуть к новым ощущениям, а потом, когда девушка сама, по наитию, раскрыла губы и стала неумело, но более уверенно целовать парня, поцелуй перестал быть детским и невинным.
Сердца обоих громко бились о грудную клетку. Разум переполняли новые ощущения – Морены, и новые чувства, возникшие в давно умершем сердце Дариана.
Это был поцелуй, от которого мутнел разум. Поцелуй, полный нежности, неведомой ранее ни Дариану, ни Морене. Это был поцелуй, который реанимировал давно погибшие сердце. Поцелуй – исцеление.
Богиня ощутила острую тягу к тому, чтобы быть к отреченному как можно ближе, поэтому руками обвила его шею.
Дариан же с трудом сдерживал себя от того, чтобы запустить руку в кудрявые и наверняка безумно мягкие волосы Морены, чтобы расстегнуть пуговицы странного розового платья, одетого на нее, и ощутить нежность кожи на худой спине.
- У нее же шея болит, идиот! – воскликнула Дакота, которая зашла в комнату и увидела целующуюся пару. – Подождать вообще нельзя?
Богиня и отреченный, не заметившие этого, услышав голос отреченной, отскочили друг от друга, как ошпаренные.
- Дакота, - узнала девушку Морена, встала с кровати и подошла к ней. – с шеей все в порядке, - бросила косой взгляд на Дариана и невольно покраснела. – Прости меня за суп. И спасибо, что помогла.
- Ничего страшного, милая! Это было заслуженно, ведь мы с Энтони перед тобой виноваты. Кстати, как тебе платье? – блондинка очень быстро перескакивала с темы на тему, приходилось очень внимательно ее слушать, чтобы успевать за ней. – я обычно такое не ношу, у меня два платья, одно из них на тебе.
Морена не хотела обидеть девушку словами, что ее платье очень ванильное и слишком кружевное, в такие детки кукол одевают, поэтому просто сказала:
- Спасибо, оно красивое.
- Не верь ей, Дакота, она терпеть не может платья такого стиля, - вклинился Дариан, незаметно подойдя к отреченной и Богине.
«Вечно все портишь!» – возмущенно подумала девушка, но вслух сказала другое:
- С чего взял? Ты меня два дня от силы знаешь.
- Я просто наблюдательный. Дизайн одежды в ателье «Сияние звезд» полностью на тебе.
Глаза Дакоты распахнулись то ли от восхищения, то ли от удивления, и она схватила на эмоциях руки Морены и спросила:
- Так ты дизайнер «Сияния звезд»? Да мы с мамой каждый месяц выходим из леса, идем в Громвиль только чтобы купить одежду, сшитую по твоим эскизам! – отреченная взяла Богиню с собой и потащила куда-то из комнаты. – Пойдем, я вас познакомлю!
Зачем в лесу красивые наряды – было не понятно пока что. Может, лесной клан раз в неделю где-то собирался, на празднике каком-нибудь. Или, быть может, им по лесу в красивой одежде ходить нравилось. Морена обязательно про это спросит, интересно же.
Я редактирую сейчас главы, меняю местами, чтобы довести до того идеала, который поможет книгу издать. Поэтому комментарии могут не совпадать с содержанием главы. Простите.
Ребята, рада представить вам новую главу. Пишите свои эмоции в комментариях и ставьте звездочки. Буду стараться выпускать продолжения чаще.