Глава 10
Давайте продолжать поддерживать нашу, так скажем, традицию и перед началом этой главы нальем чай или кофе (какао). Приятного чтения 💙🌌
В ХРАМЕ ДВЕНАДЦАТИ.
Сорок восемь лет назад....
В Небесном Городе разрешено жить не только отреченным, но и простым смертным. Искупление оно не смотрит, смертный ты или бессмертный.
Два порывистых дыхания сливались воедино, образуя обжигающих тандем. Мужские руки скользили по изгибам талии девушки, пытаясь запомнить каждый миллиметр её прекрасного тела. Нежные руки в белых отметинах зарывались в темно-русые длинные волосы, распускали хвост. Парень замурчал от волны тепла и огня, прошедшего по его телу. Этот парень, и только он мог вызывать табун мурашек, мог убивать и воскрешать лишь, коснувшись её нежной кожи.
- Элеттра... - Выдохнул ей в губы полушепотом парень, а затем тяжёлая мужская рука заправила золотую прядь волос девушки за ухо.
- Что, Кадмус?.. - Спросила девушка между поцелуями.
- Давай уйдём? Уйдём из Небесного города и создадим семью? - Надежда так и теплилась в его нежном тоне, в его порывистом дыхании.
Золотоволосая лишь усмехнулась такому предложению и легонько ущипнула парня за щеку, подмигнув.
- Я похожа на ту, которой нужна семья? Ты же знаешь, моя судьба – это Храм. - Объясняя, девушка была похожа на взрослую женщину, объясняющую простые вещи ребенку. При этом Богиня поглаживала щеку с лёгкой щетиной. - Слушай, мне пора.
- Встретимся следующим вечером? - С надеждой и тоской спросил парень.
Золотоволосая подтянула тонкую лямку своего голубого лёгкого платья и мимолетно поцеловала русоволосого парня в губы. Комната была в полумраке, однако, парню все равно было видно, как уходя, Богиня послала ему воздушный поцелуй и подмигнула.
За дверью девушка уже не вела себя как влюбленная, наоборот, её улыбка стала хитрой, а глаза остановились на своей точной копии, напротив. Точно такая же для того, кто не стремится найти отличия. Лишь самые внимательные и близкие могут заметить, что у девушки напротив есть веснушки, что её волосы на несколько сантиметров короче, а оттенок волос светлее.
- В следующий раз я покусаю ему губы, назови он меня опять твоим именем. - Фыркнула близняшка и, заметив поднятую ладошку сестры, отбила пять.
- Ну он же думает, что это ты Богиня света и мира, Эйнсли. - Усмехнулась девушка, подхватив сестру под руку и повела в сторону Храма, подальше от дома отреченного.
Богини были рождены в один день с разницей в несколько минут, их с трудом отличали друг от друга, и они этим пользовались. Их никогда не смущало то, что они почти точные копии друг друга, наоборот, они считали это своей изюминкой и возможностью повеселиться. Седьмая и восьмая Богини не знали, что такое любовь, это было такое странное и опасное чувство, такое далёкое и близкое одновременно. В Храме любовь считалась ненужной, любовь – это безумие, любовь – это страсть, которая сносит голову, любовь – это то, что убьёт тебя, а затем неведомым образом заставит жить. Любовь срывает все возможные замки, заставляя тебя ходить по раскаленным углям, думая, что это мягкие облака.
А отреченные и люди такие странные создания, думающие, что излишнее чувство привязанности и невозможности жить без возлюбленного – это и есть любовь. Но, что они получают? Разбитые сердца, которые уже никогда не склеишь, даже если попросишь десять тысяч раз извинения, даже если расцелуешь лицо своего любимого.
Близняшкам была чужда любовь, и они хотели узнать, что чувствует парень, влюбившись в девушку, какие мысли его посещают и на что он готов пойти. И они даже не искали этого парня, он сам нашёл одну из них и признался в любви с первого взгляда. Каково же было удивление Эллетры, когда человек ей это сказал. Чувства? Да с первого взгляда? Звучит бредово, а уж как это выглядит. Седьмая тут же рассказала об этом сестре и им подумалось, что это будет самый настоящий эксперимент. Если верить человеческой хваленой любви, как считали юные Богини, парень будет должен полюбить не только их губы, тело и красоту, но и душу.
С того дня девушки и стали меняться ролями, пытаясь понять отреченного, пытаясь дать ему возможность доказать, что любовь есть. Однако Кадмус лишь доказывал совершенно обратное, он наслаждался красотой и своеобразной близостью, банально даже не замечая, что каждый раз целует разных девушек.
- Как думаешь, если уже понятно, что любви не существует, то и нормального зрения тоже? - Хмыкнула Эйнсли, раздумывая над их экспериментом.
До Храма девушки шли, размышляя, существует ли настоящая любовь.
А вот возле ворот в Храм сестер уже ждала Аввалин, которая в буквальном смысле слегка дрожала. Волосы Богини развивались от малейшего движения, а зелёное платье порядком потрепалось. Близняшки переглянулась друг с другом и в немом вопросе уставились на младшую сестру, Богиню страха, узковатые глаза которой выражали страх и непонимание.
- Некогда объяснять. - Сбившимся голосом заявила Аввалин и повела сестёр за собой.
Близняшки Богини не понимали, что происходит, в чем суть такой спешки. Через пару минут они уже были в приёмной зале и с ужасом смотрели на присутствующих сестёр. На лицах каждой сияло неприкрытое замешательство с удивлением и лишь Рьяна сидела полностью расслабленно и постукивала ноготками по подлокотнику. Ничего в зале не изменилось, кроме стоящим рядом с матерью стульчиком со спинкой, на котором сидела маленькая двухлетняя, по человеческим меркам, девочка в белом милом платьице, подпиравшая свою крохотную щёку кулачком.
Седьмая и Восьмая заняли свои места и выжидающе смотрели на Богиню Жизни.
- Девочки, нам пришло четыре письма с дипломатичными угрозами. А Темный Клан прислал с посланием трех своих Теней. Они потребовали, чтобы мы отдали им Тринадцатую Богиню. Либо же, чтобы мы убили ее. – Женщина держала себя в руках, на ее безупречном красивом Лицо женщины исказилось болью.
Близняшки сцепили свои руки и сами были взволнованы. Они чувствовали ответственность за свою маленькую сестру. Какими безбашенными они не были и какие глупости не делали, они не бессердечны и любят свою семью. Никогда их не касалось это разделение на хороших и плохих, ведь, их мама умела любить одинаково всех и дать каждому почувствовать себя важным и нужным. Хотя, было бы странным отрицать, что именно с рождением тринадцатой все начало катиться по наклонной, все начало набирать совершенно не безоблачные обороты. И из-за чего все? Из-за маленькой девочки, которая даже не знает, кем является, которая только начала познавать этот сложный мир.
- Почему бы нам не показать им свою силу? Мы – Богини и только нам решать судьбу нашей сестры, - предложила такой вариант Рьяна.
Все Богини любили свою младшенькую сестренку, но Рьяна любила ее по-особенному. Практически каждый вечер нянчилась с ней, пела ей колыбельную (хотя слухом была обделена), читала сказки, играла с ней.
- Наше предназначение в том, чтобы защищать, оберегать и наставлять людей и отреченных, - покачала головой Сильветрис, в ее светло-голубых глазах засверкала печаль и боль. – Мои бабушки, ваши прабабушки, так прогневали Тьму и Свет, что мы итак наказаны.
- Ну, не особо мы и наказаны. Живем в свое удовольствие, помогаем отреченным и людям, - заметила Кирино, нервно наматывая кудрявую прядку рыжих волос на палец.
- Смею напомнить тебе, сестра, что мы обречены на одиночество и служение, - с горечью в голосе сказала Иллерия. - Мы никогда не сможем жить, как обычные люди и отреченные. Не сможем любить, мечтать. Я бы, например, хотела бы открыть шахматный клуб. Элле – стала бы флористкой, продавала бы цветы, ты бы, Кира, бы стала бродячей художницей, твоими пейзажами восхищались бы все, уверена.
- Илла права, - поддержала ее Эллетра. – Мы лишены свободы выбора того, кем нам быть, как нам жить. Нам дана бессмертная жизнь, а мы...
- А мы проживем ее и даже в Загранье не попадем, - закончила мысль своей близняшки Эйнсли.
В главном зале повисла тяжелая пауза. Каждая из девушек, наделенных божественной силой, красотой и бессмертием, представили, что бы было, если бы не прабабушка Алая королева.
Эллетра сразу же представила себя, живущую в маленьком, но уютном доме на Земной Твердыне. В уютном садике своем она выращивала бы разные виды цветов, потом срезала бы их и несла бы на рынок. Там бы собирала букеты и отдавала бы их людям.
Рьяна представила, как она и сестры живут в Большом, не дорогом, но тоже уютном дома. Каждое утро их семейной жизни пахнет выпечкой и ягодами. Каждый день наполнен счастьем и смехом. А вечерами она, Рьяна, с младшей сестренкой, Артемией, читали бы книжки и обсуждали бы их.
Кирино представила себя, с мольбертом, бумагой и красками, себя, в рубашке, измазанной красками, в широких штанах, потрепанных от долгого путешествия.
Эдвис же была единственной среди сестер, которая ничего бы не стала менять. Она первая и самая старшая дочь Богини Жизни. Так уж вышло, что Эдвис больше всего мечтала стать похожей на нее. Сильной, уверенной и сострадательной.
- Дети, я понимаю, как вам тяжело, - поднялась Богиня жизни со своего кресла, которое больше походило на трон, - вы не виноваты в том, что натворили ваша прабабушка и ее лучшая подруга.
- В частности, одна прабабушка, - не смогла сдержаться и не поправить маму Рьяна.
- Не перебивай мать, - осадила младшую сестру Эдвис.
- Справедливости ради, мама договорила, - театрально сложила руки на груди Богиня хаоса и взглянула на сестру старшую очень недовольно.
- Эдвис! Рьяна! – окликнула дочерей строго Сильветрис. – Успокойтесь. Ваша прабабушка и ее подруга очень сильно прогневали не просто Высших Богов, но и Тьму и Свет, первооснователей нашего мироздания. Они и наказали весь наш род. И не нам с вами судить, справедливо это или нет.
Женщина уже дважды сказала одно и то же словосочетание: «прабабушка и ее лучшая подруга», а не одна прабабушка. Внимательно посмотрела на своих дочерей, но они, видимо, вообще не заметили ее слов. Значит, им еще рано знать правду.
А ведь Богиня Жизни – единственная, кто знает правду о событиях тысячелетней давности, так как мама и бабушка давно мертвы.
«Они должны знать правду, но на мне клятва. Пока не спросят – рассказать не смогу», - горько подумала она. А ее дети не спешили задавать вопросы.
- И нам Тьмой и Светом дарована Артемия, в ее руках изменить все. И, может, благодаря ей все вы сможете жить так, как давно мечтаете, - поддержала маму Эдвис.
Богиня мудрости оправдывала свой титул, за свои 49 человеческих лет она многое поняла и осознала, на многие вещи и события смотрела иначе.
- В руках маленького ребенка судьбы всех жителей двух Твердынь? – засомневалась в услышанном Аввалин.
Впервые с тех пор, как родилась Артемия, Богиня страха заговорила на общем собрании. До этого она предпочитала молчать. Может быть, не знала, что сказать. А, может, опять погрязла в своих мыслях. Это у нее часто бывает, так как сама по себе девушка очень закрытая и задумчивая.
- Да! Да это же бред! – впервые поддержала сестру, с которой постоянно ссорилась, Рьяна. В порыве эмоций поднялась со стула и гневно сжала руки в кулаки. – Артемия не должна отвечать за всех нас, за нашу прабабушку! Почему именно она пророческая Богиня? Почему не я или кто-то из вас? Мы пожили достаточно, чтобы отдать жизнь за ошибки Алой Королевы.
- Мама! Я нашла класивый цыточек в саду, смари, - в Главный Зал вбежала четырёхлетняя девчонка, карие глаза ее блестели радостью, а на губах сияла улыбка. – На, это тебе.
Эллетра с Энсли с любовью смотрели на свою маленькую сестренку, обратили внимание и на потертости на белых брючках ее. Значит, малышка Богиня искала самый красивый цветок в саду, ползая.
- Ой, сестлы, - малышка Богиня повернулась и нахмурилась, а в глазках ее засверкали слезы. – я вам не принесва...
И ведь ей действительно стало грустно оттого, что она принесла цветочек только маме. Все одиннадцать Богинь переглянулись, у всех на лицах сияла трогательная улыбка.
- Мама, давайте все продолжим обсуждение завтра вечером? – предложила Эдвис, и первая пошла к маленькой сестренке, присела перед ней на корточки: - милая, ты – наш цветочек и самый главный подарок.
- Поддерживаю Эдви. Завтра все обсудим и предложим свои идеи, - поддержала Кирино и тоже подошла к двум сестрам. Первой сжала их двоих в объятиях.
Все остальные девушки последовали примеру сестер и обняли друг друга.
- Ладно, милые, - согласилась с дочерями Сильветрис.
Она не спешила подходить к ним, стояла в стороне и с какими-то щемящими сердце нежностью и болью смотрела на них.
Вот бы этот момент можно было навсегда сохранить в памяти. Момент, когда все счастливы и любимы.
***
Близняшки первыми вышли из Главного Зала. Коридоры снова мелькали перед ними, пока они продолжали идти к своим комнатам. Через пару минут седьмая и восьмая Богини уже сидели на кровати, Эйнсли с бумагой и кистями, а Элеттра с книжкой. У каждого помимо их обязанностей были хобби, однако посвятить этому жизнь не могли.
- Элле, - позвала сестру золотоволосая старшая близняшка, Богиня любви, заплетая волосы в легкую гульку.
- Что? - Оторвалась от чтения младшая.
- Я тебе так и не рассказала, что говорил Кадмус. Оказывается, он хочет сбежать со мной, то есть с тобой, в общем, с нами из храма и создать семью. - Богиня мира фыркнула, ей абсолютно не нравились такие решения, принятые в порыве страсти.
- Хочет сделать из нас типичную мать семейства с десятью детьми, забившую на свою силу и обязанности? - Книга из рук Элеттры с грохотом полетела на тумбочку.
- Именно. Я не понимаю этих чувств, когда один пожертвует всем, став домохозяйкой, при этом второй не потеряет ничего. - Не целясь Эйнсли замахнулась и кинула в мишень на стене кисть, которая с точностью разрезал острием середину материи. Немного магии и никакого мошенничества.
- Спрашивается, кто из нас Богиня любви. - Усмехнулась Элеттра, и была права в своем саркастическом высказывании. Эйнсли не верила в любовь, как и любая её сестра, однако она все же пыталась помогать своему народу обретать это жуткое чувство, и сама являлась покровителем влюблённых.
- А ты – Богиня мира, а читаешь про войны. - Пробурчала старшая близняшка и вытащила из тумбочки новую кисточку. – Так, что будем с ним делать?
- Давай признаемся. Скажем, что нас двое. - Предложила богиня света и мира, на что Эйнсли издала истерический смешок.
- В таком случае придётся откачивать его всем Храмом, мама будет недовольна. - Хмыкнула Эллетра, макая кисточку в зелёную краску.
- Ну можно позвать Аввалин, она использует свою силу и все будет нормально. - Девочки отбили друг другу пять ладошками и стали обдумывать, как бы выглядела эта ситуация.
- Можно. Пора бы это заканчивать. - Вынесла вердикт Эллетра.
Девушки знали, что рано или поздно это все нужно заканчивать, Кадмус все же хороший отреченный, и ему нужно дать возможность создать семью. Дать ему шанс найти девушку, которая действительно будет его любить.
- Элле, я крайнее время чувствую себя плохо, будто бы сердце сейчас вовсе перестанет работать, если учесть, что я бессмертна. - Полушепотом сказала Богиня любви и встретилась взглядом с обеспокоенными голубыми глазами.
- Я чувствую то же самое, хотя, конечно, я могу на себе ощущать твои страхи и опасения, но... это и мои тоже... мне кажется, что ничего хорошего в будущем не будет... такое чувство, что меня начали сжимать и не могут отпустить... - Через каждое предложение произнесенное, Элеттра задумчиво оглядела свои руки, которые сейчас горели голубым цветом
- Надо спросить у других сестёр, может, они чувствуют тоже самое.
У Богинь на лице не царила привычная ухмылка и не было азарта, сейчас они были в растерянности и неизвестности.
Эйнсли продолжила рисовать, сейчас на её холсте вырисовывали Храм с большими окнами, возле него на поле занимается несколько фигур, а на лавочке сидит силуэт Богини Жизни с ребёнком на руках. Эйнсли выкладывала всегда в свои рисунки какой-то только ей известный смысл. Однако никто не придавал картинкам молодой Богини значения, все просто восхищались её талантом. Вот и суть всех существ, мы все видим поверхность.
Эллетра же читала книгу о войнах. Вот такая ирония, Богиня мира читает как люди убивают друг друга, заливая зелёные поляны багровой кровью. Они смеют отнимать друг у друга жизнь, смеют забирать будущее и счастливые моменты, смеют творить беспорядки и войны, когда можно решить все мирно. Смеют сжигать города и шпионить. Это немыслимо, убивать таких же как ты, наносить смертоносные раны и сражаться. Когда Элеттре сказали, что необходимо обучаться искусству боя, она сбегала с занятий, ломала мечи, лишь бы не быть похожей на воинов из книжек, на бойцов, не имеющих милосердия.
Близняшки могли заниматься своими хобби с заката до самого рассвета, а потом валяться на кровати и обсуждать какие-нибудь темы. Например, прошлым утром девушки обсуждали одну земную проблему, там постоянно происходят беспорядки, царят воровство и скандалы. Естественно, для жителей Небесного города такое было чуждо. Конечно, они знают, что такое ссоры и что такое хамство, измывательства и ненависть, но что такое воровство они не знали. А все потому, что в их городах люди не нуждались в воровстве, каждый имел возможность приобрести красивую безделушку, купить семена воздушных цветов или же построить новый дом.
Небесный город был загадкой для земных жителей, наземных или подземных, это место всегда сравнивали с чем-то за гранью жизни и смерти, здесь в большинстве случаев было спокойно и каждый мог исполнить свою мечту.
- А вот где т... - Пробасил давно знакомый голос, доносящийся от двери. Близняшки удивлённо и синхронно подняли головы и увидели того самого человека, который не знает об их эксперименте.
- Какого Кошмара тебя сюда пустили? - Раздраженно сказала Эйнсли, которая была похожа на грозу, которая сейчас взорвётся молнией. Она ненавидела, когда что-то идёт против её планов, а сейчас какой-то умник додумался провести человека в покои самих богинь!
- Ч-что? - Начал заикаться парень, переводя взгляд с одной сестры на другую. Может, он просто понял, как оплошал?
Богиня мира поднялась с кровати, оставив книгу на ней, подняла руки в примирительном жесте.
- Понимаешь ли, нас двое и ты, в общем-то был и с ней, и со мной. Её зовут Эйнсли. Мы просто проводили эксперимент и....- Начала было объясняться девушка, но была прервана сестрой.
- И ты его, кстати провалил. Фиговенько. - Подытожила рассказ в своей манере Эйнсли, на что Эллетра шикнула.
- Ты... Вас...Вы? - Русоволосый не мог остановить взгляд и было заметно, что он уже на грани истерики.
«Он что, никогда близняшек не видел?» - Фыркнула своим мыслям Эйнсли и подошла поближе к парню, у которого уже пот от обдумывания на лбу выступил.
- Слушай, все не так плохо, как говорит моя сестра. Ты просто не смог доказать любовь, с кем не бывает...
Как бы Элеттра не пыталась успокоить парня, это было напрасно, он облокотился сначала об стену, спустился на корточки, а затем провалился в обморок. Младшая из близняшек сразу же подбежала к человеку и проверила его дыхание и пульс.
- Я же говорила. - Фыркнула Эйнсли, но к парню не подошла. - Пойду, что ли, Аввалин звать и требовать объяснений от служителей, какого Кошмара они этого сюда пустили.
Обе девушки были до жути недовольным тем, как получилось это объяснение и тем, как нелепо Кадмус все узнал. Они же хотели спокойно, подобрав нужные слова, в красивой обстановке. А тут кто-то, явно знавший об этом их эксперименте, решил открыть отреченному истину. Кто бы это ни был, он поплатиться за то, что нарушил планы Богинь. А с ними нужно быть осторожными, потому что, если бросаешь вызов двум, твоими врагами становятся остальные десять, а уж если все силы соберутся воедино, то можно стереть с лица мира целые половину континента.
......................................................................
Я рада, что представила вам десятую главу 💫
Пишите свои эмоции в комментариях, ставьте звёздочки✨
Следующая глава блмде к воскресению)