Жюли

Он был очень огорчён и ничего не говорил, лишь отчуждённо глядел на всё вокруг, А Жюли ничего не понимала.
Она боялась спрашивать, потому что уже замечала за Диего вспышки гнева и ждала, что всё обрушится на неё, но что-то сделать было необходимо.

-Что случилось? -негромко произнесла она, опускаясь на колени перед его лицом.

Он по-прежнему молчал, но наконец поднял свои красные, ничего не выражающие глаза.

-Плевать на праздник, на этот город, на это окружение. -слабо прошептал он и решительно поднялся. -Едем.

-Но...а как же Джорджина, твой день рождение? Она хотела тебя поздравить.

Диего боролся с кипящим гневом, поднимающемся в его душе с новой и новой силой. Он долго глядел в светлые глаза той, которую так сильно любил, но больше не чувствовал прежней бури чувств и эмоций, когда замечал её тоненький силуэт ещё две недели назад. Даже сейчас он видел её заботу, испуганный взгляд и непреодолимое желание помочь, спасти его. Этот образ мученицы, готовой на великие жертвы. Но от его горячей привязанности остался лишь холод, отчужденность и боль, причинённая жизненными обстоятельствами. Диего колебался.
Может, будет проще просто уйти? Оставить её одну?

Дождь все не прекращался, пустые улицы освещались яркими вспышками молний, а тишина, которая становилась всё более оглушающей, прерываясь лишь звуками стихии.

-Я хочу уехать. - прошептал он.

-Хорошо, поехали. Прямо сейчас. Плевать на все планы. -она приблизилась к нему, касаясь мокрой и холодной руки.

-Жюли...-он боролся с собой, но уже давно принял главное решение. -Я поеду один. Без тебя.

Она непонимающе глядела в его бледное лицо и не понимала значения слов, которые отбивали такт в её слабом сердце. Лишь светлый взгляд её с каждой секундой менялся, но это изменение невозможно было заметить человеку. Это изменение происходило в душе, которая отражалась в глазах, выражении лица, вообще во всём внешнем облике. Как-будто та яркая, почти ослепляющая искра медленно затухала, пока совсем не погасла.

Теперь было всё равно.

Она не знала, что будет делать, но отчетливо понимала, что устала держаться за людей, которым не нужна. Устала разочаровываться каждый раз, когда казалось, что обрела счастье. Или оно совсем близко, будто придёт вместе с новым городом и новым окружением. Но теперь светлое будущее было так размыто, что девочка, столько пережившая и испытавшая в своей жизни, не надеялась искать его в этом чёрством мире.

Перед глазами проносились воспоминания, первая встреча с Диего, Анна, вдохновение и свет, исходящий от окружающей природы и близких людей. Но всё это было позади, закончившаяся книга, а вместе с ней и счастливая история.

Стоя посреди улицы, совсем прозябший, промокший до нитки, Диего не понимал значения сказанных слов и совершившегося сейчас действия. Ему было неистово плохо и он не мог думать о том, какую боль, умноженную в тысячи и тысячи раз, он причинил Жюли. Казалось, он забыл о её прошлом и том, что у неё совсем никого нет. Забыл про её душевную рану, которая теперь превратила всё «я» в страдание.

Здесь они разошлись. Он в последний раз видел её слёзы, которые после сменились взглядом, абсолютно ничего не выражающим. И вовсе ему не казалось, что она больше не может разочаровываться и кому-либо доверять. Ему лишь казалось, что так нужно, такова судьба, это тот самый путь, исход событий, который необходим, чтобы разделить их жизни навсегда.
И на том этапе жизни это решение казалось ему наиболее верным. Единственно верным.

Диего глядел, как она удалялась всё дальше под ледяным дождем, а её светлые волосы блестели даже среди этой серой картины мира.