Жюли

«Совершалось среди общего хаоса картины нечто божественное, ни на что ни похожее. Это были силы, ныне никому неведомые и незнакомые, но прямо здесь и сейчас раскрывавшиеся перед глазами человека.
Душа его наполнилась чувством собственного превосходства, он почувствовал себя особенным, неким Божеством» - писала Жюли, опустившись над белой страницей дневника.

Ничего уже не было видно, ночь, а вместе с ней и мрак, легли на улицу, и лишь слабый свет фонаря слегка освещал блокнот.

Наконец, она оторвалась и тяжело вздохнула. Шея и спина болели от долгого нахождения в одном положении, поэтому Жюли сладко потянулась. Она чувствовала себя отшельником, странником, который просидел здесь весь вечер так, словно не нашлось более удобного места. Своего жилья, например.

Девочка услышала позади себя чей-то вздох и испуганно обернулась. Над ней стоял человек, облачённый в длинное чёрное пальто. Его шляпа оттеняла половину лица, а скрещённые на груди руки резко опустились.

Жюли огляделась вокруг, но ни одной живой души не было. Только сейчас к ней будто бы вернулись человеческие чувства, и страх поглотил всё остальное.
*Какая же я глупая, сидеть здесь и не видеть совершенно ничего* - думала она, не в силах пошевелиться.
Её ноги словно приклеились к земле, тело не желало слушаться и подчиняться.

Мужчина вышел из тени, и свет фонаря осветил его лицо.

-Я напугал тебя? -не отводя взгляда, прошептал он.

Сейчас Жюли видела, что вовсе он не был таким пугающим и страшным, как показалось в первую минуту. Это был молодой человек лет двадцати пяти, а большие очки придавали его лицу совсем доброе выражение.

Она молчала, выжидающе глядя на него.

-Да уж, извини. Тебе, наверное, показалось, что я какой-нибудь маньяк? -шутливо произнёс он и ухмыльнулся.

-Я стою над тобой уже минут двадцать, даже пытался разговаривать. Признаюсь честно, я сначала подумал, что ты глухонемая, пока не услышал твоё тихое бормотание.

Жюли едва заметно улыбнулась.

-Уже смеркалось, когда заметил тебя здесь. Ну, а когда подошёл...-он замялся, поправляя очки.

-Знаешь, увидел, что ты не окликаешься, решил не мешать. Ну а потом, уж извини меня, начал читать твоё произведение искусства. -он снова засмеялся, глядя на девочку.

От зловещего образа, навеянного собственной историей, совсем ничего не осталось. Теперь это был совершенно обычный молодой человек, которого она заинтересовала.

-Да, извините. Я совсем ушла в себя. Не знаю, что вы мне говорили, но честное слово, я вас совершенно не слышала. -неуверенно произнесла Жюли, делая шаг вперёд.

Мужчина улыбнулся и поправил пальто.

-Могу я узнать, где вы...-начал было он, но Жюли перебила его.

-Послушайте, мне давно пора идти. -быстро сказала она, а затем развернулась и зашагала быстрым шагом вперёд.

Она забежала в подъезд за полночь, пробежала по лестницам и в одно мгновение оказалась в квартире.

Едва отдышавшись, Жюли увидела записку, лежащую на кухонном столе:

      «Звонила тебе целый вечер. Сегодня обходили квартиры и узнавали, кто живёт в 305. Жюли, я платила за квартиру долгое время, прикрывая тебя, потому что ваша с Анной история действительно не из легких и очень расстраивает. Недавно кто-то сказал, (я думаю, что это ваши соседи на этаже), что вовсе никто в этой квартире не жил и не живет, кроме несовершеннолетней девочки, которая каждый раз пытается зайти незамеченной. На вопросы о том, где её родители, каждый раз отвечает: на работе, но уже многие месяцы никого из близких девочки не видно.
Я и сама тебя уже давно не могу поймать, чтобы поговорить. Зайди ко мне завтра.
                                             Светлана.

-Что может быть лучше? -недовольно произнесла она, дойдя до кровати, а затем погрузилась в глубокий сон.

Следующее утро выдалось дождливым. Едва проснувшись, в душе Жюли поднялся ком тревожности, смешанный с плохим предчувствием.
Когда они с Анной заезжали в квартиру, с помощью Светланы, одной из управляющих дома, удалось обойтись без необходимых документов и прочего. Даже когда Жюли призналась женщине в том, что Анны больше нет, та согласилась ей помогать с большим трудом.

Жюли понимала, что рано или поздно обо всем узнают, привлекут полицию, а там и приют не за горами.

Девочка устало собирала свои вещи, которых, как оказалось, совсем немного. Вся её одежда и принадлежности уместились в небольшую сумку, оставленную Анной.
Она вырвала из дневника чистый белый лист и вывела несколько строк:

    Спасибо за всё, Светлана. Не передать словами, как я вам благодарна. Вот деньги за месяц. Ещё раз спасибо за то, что многие месяцы вы помогали мне, многим рискуя, но я больше не могу идти по такому тонкому льду, подвергая опасности вас и себя.
                                      С уважением, Жюли.

К девяти часам она в последний раз оглядела квартиру, не зная, вернется ли когда-нибудь ещё. На секунду ей показалось, что здесь всё ещё витает запах духов той, которая её вырастила. Которая привязала и заставила полюбить, прежде чем бросить.

Жюли вышла на лестничную площадку и побежала по ступенькам.

-Эй, девочка! -донёсся голос сверху, но Жюли не оглядывалась.

Казалось, что этот этап жизни был далеко позади, в прошлом, что больше не имело значения.

-Джорджина, кажется, у меня проблемы! -произнесла девочка, входя в большую библиотеку.

-Эй, Джорджина!

Никого не было. Жюли подошла к стойке старушки, пошла в подсобку, оглядела все проходы, но нигде не могла найти женщину.

Жюли посмотрела на часы. Да, её время, возможно, старушка куда-то торопилась и надеялась, что девочка успеет вовремя.
Да только редко бывало такое, чтобы она оставляла своё детище, не дождавшись Жюли. Да и вообще когда-либо.

Два часа пролетели незаметно. Несколько молодых людей заходили за тем, чтобы вернуть несколько книг и записать своё имя на новые.
Она вытирала пыль среди книжных полок в самой глубине библиотеки, когда услышала знакомый голос, а затем и ещё один, мужской.

-Да, представляешь! Это было потрясающе написано, я даже подумать не мог, чтобы такой маленький человек был способен так красиво и загадочно писать.

-А почему же не вспомнил себя, дорогой? -послышался насмешливый голос Джорджины.

-О, не льстите мне, крёстная. Когда мне было пятнадцать лет, я лишь думал, как бы мне подцепить очередную девочку из старшей школы. А стихи её, увы, не привлекали. Да и музыка, и всё искусство в целом. Мне казалось, что если такой красивой девчонке неинтересно то, что я люблю, значит и сам не должен быть заинтересован в таких глупых вещах.

Джорджина засмеялась тем настоящим смехом, который не был до сего момента известен Жюли. Он был поистине красив, но сдержан.

-Мой Андре, и как я благодарна, что ты так скоро понял, что никакая девушка не стоит таких жертв.

Диалог прекратился и выждав две минуты, Жюли прошла ко входу.
Она взглянула на Джорджину, довольно стоящую за столом и улыбнулась.

-Привет, милая. Ты принесла сюда свои вещи. Что-то случилось? -обеспокоено произнесла женщина.

-Я...могу я сегодня остаться у тебя? -еле слышно прошептала Жюли, отводя взгляд.

Она никогда не была дома у Джорджины и не просила о такой услуге, несмотря на то, что та множество раз приглашала к себе в гости, а однажды начала было за то, чтобы предложить несколько дней пожить у себя, но девочка и слушать не стала.

Женщина удивленно взглянула на неё, но тут же приняла спокойное выражение лица и сдержанно кивнула.

-Крёстная, там отец приехал, не хочет сюда заходить.

На пороге стоял незнакомый, но уже встречаемый ранее молодой человек. Жюли тут же узнала это чёрное пальто и добрый взгляд.

-Андре, честное слово, я не стану действовать, исходя из его прихотей. Пусть заходит сам, иначе мы не увидимся вовсе. -раздраженно произнесла Джорджина, хмуря брови.

-Да, конечно. Андре, дорогой, это моя помощница, Жюли, о которой я тебе рассказывала. Не знаю, чтобы я без неё делала.

Жюли видела, как изменилось лицо молодого человека, когда он узнал её.

-Да мы уже встречались раньше, крёстная. Не так ли, юная писательница?