Глава 8
- Доброе утро, Нара! Подъём, давай уже, вставай, мы опаздываем на зарядку!
Так Темари разбудила утром следующего дня несчастного Шикамару. Он приоткрыл один глаз, повернувшись на другой бок, а потом снова плотно закрыл глаза, тяжело вздохнув и свернувшись в комочек. Темари тяжело вздохнула, скрестив руки на груди. Так, если этот лентяй сейчас не встанет, то ему не поздоровится, девушка была в этом уверена. Она смотрела на него в течение двух минут, а потом не выдержала и ткнула в бок. О, кажется, это вышло сильно – Шикамару тихо вскрикнул, а потом отодвинулся от девушки, накрывшись одеялом так, что была только видна его макушка.
- Не хочу я никуда вставать... - пожаловался он под одеялом, а Темари лишь с сарказмом закатила глаза, сняв с тонкого запястья резинки и принявшись завязывать себе хвостики. – На работу на эту долбанную...
- Нара, работа не хуй, и неделю не простоит, - справедливо заметила девушка, разводя руками. Тот только вздохнул под одеялом. – Нара, если ты не встанешь, то я...
- То что ты? Что ты будешь со мной делать? – поинтересовался Шикамару под одеялом. Девушка, рассвирепев, наконец, сдёрнула с него одеяло, издав воинственный клич. Нара потянулся, широко зевнув и прикрыв рот рукой, а затем отвернулся от девушки. Темари шлёпнула его прямо по плечу и, кстати говоря, должно быть, больно шлёпнула, учитывая то, что Шикамару как-то приглушённо застонал. – Не хочу я, чтобы ты так меня будила... я хочу нежно.
- Чего?! – переспросила девушка, почему-то покраснев и схватив его за руку, спихнув с кровати. Нара приземлился прямо на дощатый пол, зажмурившись от боли, девушка упёрла руки в бока, глядя на него как на врага народа. Шикамару осуждающе посмотрел на Темари, потирая ушибленную поясницу и язвительно вздёрнув тонкую тёмную бровь. Она скрестила руки на груди, постукивая при этом по полу ногой, ожидая, когда он поднимется.
- Это было не нежно, - констатировал Шикамару, кивнув. А девушка только усмехнулась:
- А ты чего хотел? Давай, Шикамару, поднимайся, да будем собираться.
Нара повиновался. И Темари было странно видеть то, как он послушно направился в ванную, как он послушно завязал волосы в высокий хвост, как он послушно оделся и как он непослушно не застелил постель. Темари его уговаривала долгое время... а потом уговаривать ей его надоело – Шикамару получил по голове за то, что не слушался свою напарницу. Пришлось таки застелить постель, чтобы Темари на него не кричала. С детьми они позанимались быстро, а потом последовали на завтрак. Все вожатые уже собрались там, Темари видела и Саске с Сакурой, и Неджи с Тен-Тен, и Хинату с Наруто. Последний положил голову на плечо Хинаты и мирно дремал, приоткрыв бледные губы. Шикамару с Темари сели за общий стол вожатых, а затем Джирайя подал завтрак... если это вообще можно было назвать завтраком – брокколи. Девушки, конечно, тут же принялись за еду, а Узумаки стал рассматривать брокколи, вытаращив глаза и с полным отвращением посмотрев на Джирайю:
- А это ещё что?
- Как что? Брокколи, - ответил мужчина, скрестив руки на груди.
- Фу-у, - протянул Узумаки, с презрением отодвинув от себя тарелку, - а не проще было блевотину на стол подать?
Учиха только приоткрыл губы, принявшись ковыряться вилкой в этой самой тарелке:
- М-да... это не рыба, это не мясо, это залупа дяди Тараса...
Все засмеялись, даже Джирайя, а потом нагнулся к ним, оперевшись о стол руками:
- Это, вообще-то, Цунаде-сама велит включать эту дрянь в ваш рацион.
- Мы же мужики, - заныл Узумаки, - мы не будем траву всякую жрать, скажи ей, чтобы она дала нам какой-нибудь нормальной еды! Я не буду это есть!
Джирайя пожал плечами:
- Как знаешь, Наруто, останешься голодным.
Он ушёл в кухню, чуть улыбнувшись, а Учиха откинулся на спинку сиденья, скрестив руки на груди.
- Ага, - протянул он, - мы вчетвером останемся голодными, а не только Узумаки...
- Ага, - кивнула Сакура, сев в такую же позу, в какую и Учиха, только ещё и положив ногу на ногу, с отвращением посмотрев на растительность в тарелке. Кажется, она к ней вообще не притрагивалась. – Впятером, Учиха. Я тоже не буду есть эту хренотень.
Учиха, порывшись в кармане своих бриджей, обнаружил пару шоколадных батончиков, протянув один Сакуре и принявшись открывать свой. И как всё же хорошо, что дети дают ему тоже что-то взамен вечером... да, действительно, вот сейчас эти шоколадные батончики явно пригодились. Узумаки жалобно посмотрел на него, потянувшись рукой к Учихе и стараясь отобрать у него батончик. Но Саске только отстранился от него как от прокажённого, насупившись и нахмурив тонкие брови.
- А мне? – жалобно протянул Узумаки.
- Рука в говне, - одёрнул его Саске, нахмурившись и покосившись на Наруто. Тот притворно всхлипнул, уронив голову на стол и закрыв её руками. Хината принялась утешающе гладить его по спине, а Узумаки продолжал всхлипывать. Однако Саске знал, что Узумаки не плачет, потому что он до такого не опустится. Впрочем, это знали и Шикамару с Неджи. Учиха, разломив шоколадный батончик на четыре части, вздохнул и разделил на парней, ткнув Узумаки в бок. Тот поднял голову, насупившись и посмотрев на Учиху, который буквально под нос ему сунул его часть от батончика. Узумаки благодарно посмотрел на друга, чуть улыбнувшись. – На, ешь уже, пока я не передумал.
Узумаки так и подумал, пока смотрел на часть батончика у него в пальцах, а потом вдруг протянул его Хинате, сделав такое милое лицо, что девушка покраснела.
- Наруто... тебе же больше нужно, чем мне... - протянула она, отдав ему обратно кусок от батончика. Узумаки только отмахнулся:
- Да ладно, Хината, ешь, я потерплю до обеда.
При этом скрестил руки на столе и положил на них голову, отвернувшись от Хинаты, чтобы она не видела красноты его лица. Учиха покачал головой, с сарказмом закатив глаза, а Сакура только язвительно вздёрнула тонкие брови. Так, отношения Наруто и Хинаты неумолимо катятся в... ну, вы меня поняли. Дело в том, что Наруто никогда не испытывал ни к кому таких чувств. То есть, у него были девушки, но ни одна его не понимала так, как Хината. А при Хинате он и посмеяться может, и шутку какую-нибудь сказать, и отматериться... а то всегда бывшие Узумаки затыкали ему рот, едва ли он начинал говорить матом. Чуть не отучили, бедного! Шикамару хмыкнул, посмотрев на Наруто:
- Джентльмен, мать твою...
И с этими словами отдал свою часть батончика Темари. Хьюга поступил точно так же, улыбнувшись Тен-Тен. Девушка, покраснев, кивнула. Конечно, они их сначала начали уговаривать насчёт того, чтобы они и сами ели, так как им необходимо. Те качали головами, а Узумаки оглушительно заржал на всю столовую. Голос у него более-менее пришёл в норму, а потому его слышала действительно вся столовая. Дети удивлённо посмотрели на них, а затем пожали плечами, отмахнувшись, и продолжили есть.
- Не, ну, пиздец, - сделал вывод Узумаки, вытирая слёзы из уголков голубых глаз. – Вы как хотите, а я к Цунаде пойду и потребую нормальной еды.
- Ага, жди, - хмыкнул Учиха, - думаешь, она тебе супчик домашний сварит прямо у себя в кабинете? Тогда уж надо всем идти, а мне лень, у нас с Сакурой и так дел полно.
- А куда это вы собрались? – нахмурился Наруто, с подозрением посмотрев на Саске.
- Да так, сходить куда-нибудь с детьми в город, например, - пожала плечами Сакура. – Мы хотели на вечер чего-нибудь вкусного купить в кондитерской, а они сказали, что с нами хотят.
Учиха с Сакурой встали из-за стола, последовав на выход, а Узумаки только тупо глядел им вслед, приоткрыв губы. Кажется, ему не верилось то, что его лучший друг может просто так взять и наладить отношения с Сакурой. При этом ещё и за ручки держатся... чего?! Они за ручки держатся?! «Ладно-ладно, - попробовал успокоить себя Наруто, принявшись яростно тереть виски кончиками длинных пальцев. Хината обеспокоенно посмотрела на Наруто, - надо успокоиться, может быть, они просто показывают хороший пример детям, чтобы они держались за ручки? Так, надо проверить». Но дети не хотели следовать примеру Учихи с Сакурой, а те, кажется, и не обратили на это внимания, позвав с собой детей и выйдя из столовой. Узумаки так и сидел, тупо открыв рот, а потом откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди:
- Так, самец райской птички улетел вместе со своей самочкой... а вы что будете делать сегодня, господа?
- Не знаю, - протянул Шикамару, повернув голову к Темари, - Темари, что мы сегодня будем делать.
- Не знаю, - вторила ему девушка, подперев голову рукой. – Пошли, что ли, на экскурсию с ними сходим.
- На какую такую экскурсию? – тут же вскинулся Узумаки.
- На конезавод, - ответила девушка, чуть улыбнувшись, - мы в том году ходили с детьми, им понравилось, вот мы и с этими сходим. Там лошадей разводят, они на маленьких жеребят поглядят. Может, уговорим хозяина, он разрешит покататься на какой-нибудь лошади детям.
- А в тот раз разрешал? – поинтересовался Шикамару, вставая из-за стола. Девушка кивнула. Они со своими детьми тоже вышли из столовой, а Наруто подпёр голову рукой, посмотрев на Неджи с Тен-Тен. Хьюга почему-то чуть покраснел, нахмурив тонкие брови:
- Чего тебе, Узумаки?
- Мне что, и посмотреть уже нельзя?! – спросил Наруто, указав на себя ладонью. Неджи покачал головой. – Хорош, бля. Куда собираетесь?
- На Кудыкину гору, - отрезал Неджи, нахмурившись. Тен-Тен только чуть улыбнулась, переглянувшись с улыбающейся Хинатой. – Чего ты до меня докопался, Узумаки? Какая тебе разница, куда мы идём?
- Ладно-ладно, - примирительно замахал руками Узумаки. – Лично я иду с Хинатой к Цунаде, а вы как хотите. Пойдём, Хината.
Он схватил девушку за запястье, потянув её на себя, а Хината лишь кивнула, густо покраснев и махнув Неджи с Тен-Тен рукой. Вообще-то, Хината боялась идти следом за Наруто... особенно учитывая то, что у этого человека очень уж пылкий нрав, какого нет ни у кого из тех, кого она знает. Вот сейчас Наруто и пёр её следом за собой, даже если девушка отпиралась и едва ли не упала на лестнице, вскрикнув. Наруто это приметил и сразу же перехватил девушку за узкую талию, прижав её к себе. И из-за того, что она была на ступеньку выше, чем он, она была практически вровень с его ростом. Наруто лишь чуть улыбнулся, несколько обеспокоенно посмотрев на девушку. И такой обеспокоенный взгляд голубых глаз говорил только о том, что она ему явно не безразлична. Хината покраснела ещё гуще, шумно сглотнув, а Узумаки только чуть склонил голову набок. Сзади них остановились дети, вовсю таращась на них.
- Всё нормально, Хината? – тихо спросил он, чуть улыбнувшись. Девушка лишь кивнула. На бледные глаза навернулись слёзы от того, как он смотрел на неё, как сейчас поддерживал своими сильными руками, чтобы она не упала... а она только и могла, что упираться ладошками в его грудь, при этом раскрасневшись, как маков цвет.
- Д... да... - пролепетала девушка, прикрыв длинные ресницы. И то, что она заикалась, значило, что Узумаки ей тоже очень даже нравится. Девушка тяжело вздохнула, а Наруто отпустил её, убедившись, что девушка твёрдо стоит на ногах. Они последовали дальше по лестнице, дети поспешили за ними. Спустившись вниз и выйдя на улицу, Узумаки повернулся к детям, уперев руки в бока, и тут же выдал:
- Так, дети, идите быстрее к корпусу, потому что мы с Хинатой-сан сейчас направляемся к директрисе лагеря!
- Наруто-сан, - тут же протянула темноволосая девочка, подойдя к нему откуда-то сзади и дёрнув его за брючину бриджей.
Наруто только обернулся на неё, чуть улыбнувшись и сразу же взяв её на руки. Девочка обняла его за шею одной рукой, другой прижимая к себе маленького медвежонка и насупившись. Хината чуть улыбнулась - Узумаки любят даже дети, о себе она просто не будет говорить... она любит Узумаки ещё больше, чем эти дети все вместе взятые. Особенно она любит его широкую улыбку. Особенно она любит его запах. Особенно она любит то время, когда он лежит рядом с ней, тихо сопит, прижимает её к себе, и при этом он такой спокойный, что даже не верится, что это тот самый Узумаки Наруто, который бегает и постоянно орёт на весь лагерь, при этом над ним смеётся весь народ. Особенно она любит, когда он целует её... то аккуратно, то нежно, то осторожно, но никак не грубо, то иногда даже в шею, при этом опаляя нежную кожу горячим дыханием, от которого Хината просто готова изгибаться от удовольствия. Едва ли она об этом подумала, как тут же зарделась, отвернув голову от Узумаки и принявшись смотреть себе под ноги.
- Чего тебе? - мягко поинтересовался у девочки Наруто, а она только тяжело вздохнула:
- А когда вы придёте от тёти директрисы? Она же злая, говорят...
- Ничего она не злая, - отмахнулся Узумаки. - Но ты не переживай. Я сильный, и даже если директриса злая, то я тут же сражу её!
- Узумаки-сан, ты рыцарь? - смеясь, спросила девочка. Он лишь усмехнулся, осторожно опустив девочку на землю и чуть покраснев. Она тут же одёрнула сарафан, густо краснея и глядя на Наруто из-под полуопущенных ресниц, смущённо надув губки.
- Нет, я только учусь, - пожал плечами Узумаки. Все дети засмеялись, послушно направившись к корпусу и помахав им на прощание рукой. Наруто тоже махнул рукой, широко улыбнувшись, а потом уже и приобнял Хинату за узкие плечи, направившись к обители директрисы лагеря. Девушка покраснела так, что готова была как угодно, но прятать своё лицо от Наруто. Тот лишь тяжело вздыхал, изредка поглядывая на покрасневшую и смущённую девушку.
- Наруто, - подала голос она, чуть улыбнувшись, - а ты любишь детей?
- Конечно! - горячо ответил Узумаки, усмехнувшись.
Да, он любил детей. А дети любили его. И этот круговорот «детей и Узумаки в природе» просто не изменить. Так думала и Хината. А ещё Узумаки знал одну очень большую тайну, которую не знает никто в этом лагере - Учиха тоже любит детей... мало того, Учиха любит детей, так он ещё и всеми силами пытается это скрывать, выдавая себя за холодного красавчика. Однако, похоже, Наруто показалось, что даже Сакура убедилась в том, что это не так. Взять хотя бы тот самый раз на речке... да, тот самый раз на речке, когда эти двое носились, наверное, по всему пляжу сначала в одежде, а потом вдвоём свалились в воду где-то на метровой глубине. И тогда никто не смеялся, кроме этих двоих. Вообще-то, Наруто действительно не видел в этом ничего смешного, но они смеялись так, что Учиха забыл про то, что он находится в воде, и завалился назад, едва ли не захлебнувшись, так что Сакуре пришлось его спасать. Самое главное, что не пришлось заниматься искусственным дыханием, иначе это бы Узумаки им точно не простил. «Ага, - подумал он про себя тогда, - любишь купаться, люби и искусственным дыханием заниматься!» Хороша поговорка, ничего не скажешь. В общем, Узумаки понял, что между Сакурой и Учихой что-то там происходит, а ещё он боялся даже представить, что у них вчера происходило в вожатской. Нет, ну, это было нормальным явлением, в принципе, когда он выпер кровать из их домика... да, Наруто действительно считал, что он всё правильно сделал. А что в этом такого? Просто помог соединиться двум любящим сердцам... «О боже, - думал про себя Узумаки, при этом хлопнув мысленно ладонью по лбу, - что это за бред писателя-романтика? Да такое можно встретить только в книге Джирайи! Ладно, надо успокоиться, у меня тут Хината рядом идёт, а я тут про романтический смысл любви думаю. Нет, не надо про это думать, это же полный бред! А впрочем, на хер это всё!» Подумав так, Узумаки повернул голову к девушке, продолжив прерванный разговор:
- А ты детей любишь, Хината?
- Ко... конечно, - протянула она, улыбнувшись. И Узумаки знал это только потому, что в её глазах читалась безграничная доброта, нежность и другие родственные чувства этим. Он усмехнулся, взъерошив свои волосы.
«Наруто такой милый», - подумала Хината, покосившись на Узумаки и улыбнувшись. Узумаки действительно очень милый. Особенно он был милым тогда, когда спал рядом с ней или прямо на ней. Девушка усмехнулась, заложив скрещённые руки за спину. Вот они уже подошли как раз к тому зданию, где заседала директриса лагеря. Сейчас там был уборщик на первом этаже, а Узумаки подошёл к нему и вежливо спросил, стараясь не наступать на места, по которым он только что провёл влажной тряпкой. Уборщик был сед, сгорблен, видимо, из-за такой работы, где он, кажется, работал очень долгое время, у него был крючковатый нос и очки. Наруто чуть улыбнулся, подойдя к нему:
- Здрасьте, дядя. А вы не подскажете, Цунаде-сама сегодня работает?
- Да, - ответил уборщик, посмотрев на него из-под очков и подняв голову. Наруто благодарно кивнул. – Она пока что не ушла, но скоро уже уйдёт.
- Что ж, спасибо, - поблагодарил его Наруто, улыбнувшись, а затем они вместе с Хинатой поднялись по лестнице. Обогнули длинный коридор с портретами бывших директоров лагеря, наткнулись на ту самую дверь. Глубоко втянув носом воздух и даже чуть покраснев от волнения, Узумаки повернулся лицом к Хинате, положив ладони на её плечи. Девушка только приоткрыла губы, видимо, не понимая, что он вообще ей пытается сказать: - Хината... я должен сказать тебе, чтобы ты оставалась здесь. Знаешь, почему? Потому что это... это опасно. И я не шучу, я говорю серьёзно, потому что я знаю, на что иду. А ты стой, жди здесь, думаю, я не пострадаю. Но если что, то ты меня отведёшь в медпункт, да?
- Конечно, Наруто, - закивала девушка. Он улыбнулся, развернувшись к ней спиной и уже потянувшись к дверной ручке, а тут вдруг Хината схватила его за предплечье, заставив развернуться к себе лицом. - Наруто, ты же не попадёшь в медпункт, Цунаде-сама разумная женщина, что ты такое говоришь?!
- Хината, - обеспокоенно протянул Узумаки, мягко отстранив её нежные ладони от себя, - не бойся, просто я так разговариваю, что меня уже любой бы в медпункте пожелал увидеть, даже Цунаде-сама.
Девушка усмехнулась, покраснев и отстранившись к стене, пожелав ему удачи. Наруто вошёл внутрь кабинета, снова вздохнув и втянув носом воздух. Хината только отстранилась от стены, посмотрев вслед Узумаки, и стала прислушиваться. Он даже не взял её с собой в этот злополучный кабинет, поступил буквально как герой... ведь Хината и сама побаивалась Цунаде, особенно в те моменты, когда она начинала злиться. Вот и теперь. Девушка взволнованно смотрела на дверь, и единственная радость была в том, что она не будет видеть того, как директриса кричит на Наруто. Да, Хинате этого не хотелось видеть... так и то только потому, что ей будет больно смотреть на жалобное лицо Узумаки в тот момент, когда Цунаде будет на него кричать. Девушка снова вздохнула. И когда она действительно успела так влюбиться в Узумаки? Хината и сама не знала... знала только, что таких людей, как Наруто, один на миллион, может быть, даже ещё меньше. Один на миллиард... нет, погодите, Наруто единственный такой весь на белом свете, которого Хината полюбила не за внешность, не за качества характера, а просто за то, что этот человек существует. Просто за то, что он ходит по Земле, просто за то, что он рядом с ней, что они дышат одним воздухом, что он может вот так одним словом рассмешить её и одним прикосновением заставить покраснеть чуть ли не до потери сознания, что он одним взглядом способен пустить мурашки по всему её хрупкому телу с головы до пят... «Наруто, ты настоящий рыцарь», - думала про себя девушка, улыбаясь, глядя на дверь. Наверное, глупо вот так стоять и улыбаться тому, что Наруто там наверняка сейчас чуть ли не убьют, а она улыбается... но Хината ничего не могла с собой поделать – Узумаки действительно настоящий рыцарь. Настоящий рыцарь, который может вогнать в краску свою даму одним только словом.
- А где Хината? - вдруг резко спросила директриса за дверью. Девушка шумно сглотнула, а Узумаки только ответил:
- Я сам, бля, без ансамбля! Да ладно, Цунаде-сама, не злитесь вы сразу так на меня! Хината там, с детьми, наверное, должна быть, потому что за детьми нужно присматривать, а я вот к вам чего пришёл...
И тут же едва ли только он тяжело вздохнул, то тут же принялся рассказывать о том, какой завтрак им подали сегодня. Кажется, директриса внимательно его слушала, раз молчала всё это время, но Наруто говорил, говорил без остановки, а Хината только сейчас поняла, как ей приятно слышать голос Узумаки даже тогда, когда он находится за дверью, и этот голос приглушённый. Почему-то у неё возникло необъяснимое желание ворваться в кабинет и крепко-крепко обнять Узумаки, да только она не решилась, поникнув головой и посмотрев в свои кеды. Нет, Узумаки точно её чем-то привлекает... да только чем? Вроде бы обычный парень, каких свет белый много видел, да только он другой, отличается от всех... вроде бы такой же шумный, как и все остальные, да только он действительно кричит либо по делу, либо говорит что-то дико смешное. Хината усмехнулась, чуть покраснев. Вчера он так мило спал с ней рядом в своей любимой пижаме лиса. И он так мило сопел во сне, так смешно изредка дёргал носом, так смешно дрожали его светлые ресницы... и Хината, едва ли вспомнив это, зарделась ещё гуще, прислонив к губам кулак и коснувшись большим пальцем нижней губы. И всё-таки Узумаки очень хороший... безумно хороший.
- Что значит - «не устроил завтрак»?! – закричала директриса, кажется, вскочив из-за стола. Послышался грохот: либо она что-то швырнула в Наруто, либо это Узумаки сам упал. – Я предлагаю вашему рациону здоровую пищу, Узумаки, а не заварные супы всякие, от которых гастрит потом будет такой, что мама не горюй! А ну, пошёл отсюда, Узумаки, совсем уже распустился! Что-нибудь придумаю, но ты вообще страх потерял, я тебе скажу! Если ты сейчас отсюда не уберёшься, то я тебе все документы со стола знаешь, куда затолкаю?! А ну, пошёл!
Наруто, бедный, едва ли успел унести ноги от того буйства, которое накрыло директрису. Он быстро выбежал из кабинета, захлопнув за собой дверь, и тут же вдруг взял на руки Хинату, да ещё и так, что девушка ничего не успела сообразить и даже вырваться, хотя ей, впрочем, и не очень-то хотелось. И раз уж Узумаки рыцарь, то ей почему-то представлялось, что сейчас он спасает свою принцессу из высокой башни, где её охранял дракон, а теперь выносит её оттуда. Она только усмехнулась, что-то бормоча по поводу того, чтобы Наруто её отпустил, а он лишь быстро сбежал по лестнице, широко улыбнувшись девушке. И тут же он вылетел на улицу, даже не думая отпускать девушку. Хинату это смущало...
- Наруто... зачем ты это сделал? – спросила она, глядя на него. Он только пожал плечами:
- Мне просто хотелось тебя спасти, потому что директриса явно в ярости.
И он продолжал нести её на руках, чему-то улыбаясь и настолько мило краснея, что Хината не удержалась, потрепав его по светлым волосам. Когда они дошли до корпуса, то он только тогда её отпустил. И вокруг них тут же столпились дети, что-то крича по поводу того, что Наруто нёс на руках свою напарницу. Хината лишь краснела, глядя в его ярко-голубые глаза и прижимая к губам кулачки... и вдруг она сделала то, что так хотела сделать с самого начала, - внезапно подскочила к нему и крепко-крепко обняла за шею, уткнувшись носом в покатое плечо. Узумаки покраснел, но улыбнулся, тоже обняв девушку. Ребята из отряда только показали ему большой палец, широко улыбаясь, а некоторые отмахнулись, мол, как вы все, вожатые, уже надоели со своими нежностями в адрес друг друга.
- Хината... - начал Узумаки, посмотрев на девушку. Она лишь усмехнулась:
- Ты настоящий рыцарь, Наруто...