Эффект паба
За сорок восемь часов до венчания Мелани решила, что Винсенту необходимо «заземление».
— Никаких стриптизерш в костюмах полицейских, никаких частных джетов в Лас-Вегас и, упаси боже, никаких сигар за тысячу фунтов, — Мелани впихнула Винсента в старую кожаную куртку и вручила ему ключи от... подержанного «Форда». — Сегодня твой мальчишник. Ты, Маркус и паб «Хромая утка» в Ислингтоне.
Винсент посмотрел на ключи так, будто ему предложили активировать детонатор зубочисткой.
— «Хромая утка»? Мелани, там липкие полы. Там подают пиво, которое на вкус как разочарование. И там... люди. Обычные, нефильтрованные люди.
— Именно! Почувствуй текстуру жизни, Лорд! — она похлопала его по плечу. — Маркус уже ждет в баре. Он надел фланелевую рубашку, чтобы не выделяться. Постарайся не сломать никому руку, если тебе не понравится музыка.
Паб «Хромая утка». 21:00.
Винсент сидел на шатком табурете, чувствуя себя инопланетянином, чей корабль потерпел крушение в пивном болоте. Маркус, выглядевший во фланели как очень опасный лесоруб, сосредоточенно изучал меню закусок.
— Сэр, здесь подают «яйца по-шотландски». Мой тактический анализ показывает, что уровень холестерина в них выше, чем вероятность нашей гибели в Румынии, — Маркус кивнул официантке, которая даже не улыбнулась в ответ.
— Маркус, — Винсент обвел взглядом зал, где группа строителей громко обсуждала футбольный матч. — Она хочет, чтобы я стал «обычным». Как думаешь, обычные люди получают удовольствие от того, что их локти прилипают к столу?
— Думаю, это часть социального контракта, сэр. Кстати, те джентльмены у доски для дартса смотрят на ваши татуировки. Кажется, они сомневаются в вашей меткости.
Винсент медленно повернул голову. Крупный мужчина в татуировках попроще (якоря и «Мама») насмешливо кивнул ему.
— Эй, парень в дорогом прикиде! Хочешь метнуть дротик или боишься испортить маникюр?
Винсент медленно встал. В его глазах зажегся тот самый холодный огонек, который Мелани называла «режимом терминатора».
— Ставлю пять фунтов, что я попаду в центр трижды. С закрытыми глазами.
— Сэр, — прошептал Маркус, — Мелани просила без спецэффектов.
— Это не спецэффекты, Маркус. Это геометрия, — Винсент взял дротики так, будто это были метательные ножи.
Через десять минут весь паб затих. Винсент не просто попал в «бычий глаз». Он всадил три дротика так кучно, что они образовали треугольник вокруг центрального деления. Строители зааплодировали. Тот, что с якорем, одобрительно хлопнул Винсента по плечу.
— Неплохо, сынок! Где набивал такие четкие узоры на руках? У Билли из Сохо?
— Нет, — Винсент впервые за вечер отхлебнул дешевого эля. — У одного парня в Альпах. Он был... очень строгим учителем.
К полуночи «Хромая утка» была покорена. Винсент, чья рубашка уже не казалась такой идеально выглаженной, а голос стал чуть громче, обучал всю компанию теории вероятности при игре в домино.
— Маркус, — пьяно прошептал Винсент, когда они вышли на прохладный лондонский воздух. — Знаешь... быть обычным... это чертовски утомительно. Но пиво... пиво было не таким уж и плохим.
— Сэр, вы только что пообещали купить тому джентльмену с якорем новый грузовик, — заметил Маркус, аккуратно ведя босса к машине.
— Это был жест доброй воли! Он сказал, что Мелани — «чёткая девчонка», раз терпит такого зануду, как я. Он прав, Маркус. Она — единственный шедевр, который я заслужил.
Когда Винсент вернулся домой, Мелани ждала его в гостиной. Она посмотрела на его всклокоченные волосы и запах эля, который шел от него за версту.
— Ну как? — она не смогла сдержать смеха. — Почувствовал себя «своим»?
Винсент подошел к ней, чуть пошатываясь, и прижал к себе.
— Мелани, я проиграл в дартс десять фунтов, съел нечто фритюрное и... я люблю тебя больше, чем все свои офшоры. Но обещай мне одну вещь.
— Какую?
— Нашу свадьбу будет охранять Маркус. Потому что если туда придет тот парень с якорем, твоя мама вызовет национальную гвардию.
Мелани рассмеялась, утыкаясь носом в его плечо.
— С возвращением, Теневой Лорд. Завтра — день икс. Постарайся протрезветь до того, как наденешь кольцо.