часть петнацатая
Прости! Прости! Я вспылил! — сидя на краешке кровати, Юля гладила девушку по спине, пытаясь вымолить прощение.
Гаврилина был готов на все, чтобы Валя простила ее. Да, она понимала, что поступила низко. Ударила ее! Самого любимого и родного человека на земле. Понимала, но в тот момент чувства над ей взяли верх. Юля была готов убивать, и все из-за этой Ани, что бестактно ворвалась в их счастливую жизнь.
Нежные касания вскоре успокоили девушку. Ее глаза, наполненные слезами, посмотрели на девушку. Юля приблизился к Вале. Ей хотелось показать, насколько она виноват и раскаивается перед ней. Гаврилина коснулась соленых губ, и ей окончательно снесло башню.
Юля бесцеремонно одним рывком поставила Карнаухову на ноги с кровати, развернув спиной к себе. Зареванная Валч вообще не понимала, что происходит. На Юле все происходящее было не сильно похоже, только если на того, что дубасила парней на той поляне. Ее зрачки расширились, казалось, он уже ничего не видит. Боль в спине резко сменилась жгучей болью в запястьях.
Одним ловким движением Юля прогнула девушку, облокачивая Карнаухову на туалетный столик, с которого с грохотом слетела косметика.
— Что ты творишь?! Зачем?! Что происходит?! Зачем! — пытаясь вырваться, проговорила Валя сквозь слезы.
Егор же сильнее сжал одной рукой запястья Вали, связывая их. Паника еще больше захватила сознание Вали.
— Эй! Стой! Мне же больно! Юля!
Карнаухова подняла глаза, смотря через зеркало в глаза девушки. Туманный взгляд с искрами бешенности. Страх мелкой дрожью прошел по телу девушки.
— Юля! Пожалуйста! Отпусти меня! Давай поговорим! — Валч буквально молила девушку отпустить ее
Но Юля это не останавливало. Она будто ничего не слышала. Пару секунд, и Юля сорвала с Вали платье вместе с бельем.
— Прекрати! Умоляю! Прошу! Юля! Отпусти меня! Я сама… Я люблю тебя! — Карнаухова слезно молила Юлю прекратить все.
Но слова девушки наоборот разжигали ярость в глазах девушки. Зажав руками рот Вали, Юля продолжила свои бесцеремонные действия.
Пронзительный крик раздался на всю комнату. Валя продолжала мычать, моля о пощаде. Но это лишь усугубляло ситуацию. Юля не решалась останавливаться, лишь ускоряясь.
Моральное унижение и физическая боль захватили девушку. Ее будто растоптали и смешали с грязью. Хотелось вырваться из тела, из всей этой ситуации, и просто испариться, исчезнуть отсюда подальше. Вот зачем же она связалась этой Юлей?! Паника сменилась чувством пустоты и безысходности. У Вали больше не оставалось сил сопротивляться. И только слезы огромными бусинами струились по ее щекам. Будь что будет. Хуже уже точно не станет…
Отстранившись от девушки, Юля отбросила Валю обратно на кровать. Гаврилина стала придушивать Валю одной рукой, а второй прижимать ее бедра к себе, заставляя безотрывно смотреть ей в глаза в процессе.
Сильные пальцы Юли, ее грубоватые ладони страстно скользили по телу, по бархатистой коже Вали, которая уже не в силах была что-либо делать. Лишь мелкая дрожь, слезы и взгляд полный безысходности. Поцелуи Гаврилины безжалостно ранили девушку. В них больше не было той нежности, лишь режущее чувство ярости. Овладевая телом Вали, девушка будто доказывала что-то самому себе да и Карнауховой тоже.
Больше не было криков, стонов, мольбы и слов. Не было слез и осуждение в глазах… Только стеклянный взгляд, неживой, подобно кукле.
Отстранившись от девушки, Юля будто прозрела. Ее глаза сделались круглыми, а вместо ярости было что-то похожее на мутность. Девушка видимо совершенно не понимала, что здесь происходит. Окинув взглядом комнату и встретившись с пустым взглядом Вали , Юля вмиг осознала, что обидела девушку.
— Черт! Прости… Я не хотела, — это были последние слова, которые слетели с уст девушки до того, как она покинулa комнату Вали .