Chapter 20
Мы сидим у камина и смотрим на огонь. Джейден так и не поцеловал меня с момента нашей встречи, и я не могла перестать думать об этом. Что-то изменилось. Вернее, изменилось все. Слишком много всего произошло – и, наверное, обстоятельства были не самыми подходящими, или я перестала быть для него подходящим человеком. Мы сидим совсем близко, плечо к плечу, бедро к бедру, Джейден закинул руку на спинку дивана: почти объятие – но на деле он так и не прикоснулся ко мне после того, как обнял при встрече.
— Ты точно в порядке?-в очередной раз спрашивает Джейден.
— Не в порядке, – вздыхаю я. – Джейден, я не знаю, с чего начать… Мне столько всего нужно тебе объяснить…
– Как насчет завтрашнего дня? Пусть сегодняшний день умрет в тишине, - тихо говорит Джей.
Я не хочу откладывать это на завтра.
– Джейден, если все дело в том, что я сделала… Если тебе не дает покоя то видео… Я хочу рассказать, как оказалась там и что было бы, если бы я этого не сделала… И я не могла ни к кому побежать за помощью. Ни в полицию, ни к тебе, ни к кому! Иначе они бы устроили так, что я бы закончила свою жизнь в психушке. И если бы я могла уберечь тебя от того, что ты испытываешь сейчас…
Его лицо каменеет, он поворачивается ко мне чуть ли не всем торсом.
– И что же я испытываю?
– Злость… Ревность… Я не знаю… – шепчу я. – Надеюсь, не ненависть.
– Джесс, о чем ты говоришь?! – Он хватает меня за плечи и притягивает к себе. – Ты думаешь, я испытал бы ревность, если бы тебя бросили в клетку к бешеной горилле? Разве можно ревновать к животному? К хищной твари? Злость? Бог ты мой… Все, о чем я думал в тот момент, – это жива ли ты до сих пор, или тебя уже нет. Поэтому не переживай обо мне. Я не испытываю ни ревности, ни злости. Только неотступный страх – ведь ты могла не выйти оттуда живой – и неимоверное желание добраться до этой твари и убить ее. Не спеша и с удовольствием.
– Что еще ты чувствуешь? – бормочу я, утыкаясь лбом ему в плечо. – Я хочу знать, о чем ты молчишь, Джей.
Джейден резко встает с дивана, протягивает мне руку и, помогая встать, тянет за собой. Хватает с вешалки куртку и набрасывает ее мне на плечи. Мы выходим на крыльцо, залитое лунным светом.
– Посмотри, какая ночь, – шепчет он, касаясь горячими губами моего уха. – Такой больше не будет. Звезд просто немерено. Пусть все останется в доме. К дьяволу все, идем…
Я шлепаю за ним в одних тапочках по влажному от вечерней росы газону. Его рука сжимает мою ладонь. Он ведет меня к припаркованной на подъездной дорожке машине.
– Тут до моря две минуты. Поехали?
× × ×
Джейден останавливает машину и помогает мне выйти. Небо – чернее черного, лишь у самого горизонта виднеется зеленоватая узкая полоска. Зябкий ветер гуляет по пристаням, на воде качаются яхты…
– Я люблю тебя, – говорит он, не глядя на меня. – Но ты не представляешь, что за дикости я творил в своей жизни… У меня стынет кровь в жилах, когда я думаю обо всем этом… А там, в Саймонстауне, я потерял голову и вообразил, что если что-то очень нравится, то можно позволить себе это взять. И плевать на последствия. Но что если я не пара тебе, Джесс?
Джейден поворачивается ко мне, и у меня перехватывает дыхание от испуга. Он какой-то другой. Не такой, каким я его помнила.
– Каким ты меня видишь? В какого меня ты влюбилась? В короля вечеринок и дурацких шуток? Заядлого собаковода в дизайнерских майках? В чокнутого Ромео, который бросается за тобой в бушующий океан? Что, если это не все? Что, если там, – Джей стучит кулаком по своей груди, – много такого, что напугает тебя до смерти, если ты об этом узнаешь?
Кажется, я не дышу. Вот уже пять минут. Порыв ветра толкает меня в спину, и я с трудом удерживаю равновесие.
– Я хочу защитить тебя от всех демонов ада. Но что, если один из них – прямо здесь, перед тобой?
– Пусть день умрет в тишине, – отвечаю я. – И завтра ты расскажешь мне все. И я приму решение: продолжать любить тебя или бежать от тебя со всех ног. А пока… могу сказать одно. Ты и в самом деле чудовище, Джейден. У тебя нет ни души, ни сердца, потому что с момента нашей встречи ты все еще меня не поцеловал. И я не знаю, что ты натворил в прошлом, где и когда, но этого тебе прощать не собираюсь.
Сейчас он в таком состоянии, что ему не нужно намекать дважды. Рука – быстрая, решительная, получившая официальное приглашение – ложится на мою шею и тянет меня вперед. Я падаю ему на грудь, вцепляясь заледеневшими руками в его плечи. И он впивается в меня с таким отчаянием, с такой жаждой…
Я открываю рот, я встречаю его губы, его язык, его дыхание – все мое, мое, мое…
«Люби меня, владей мной. Кем бы ты ни был. Я так устала никому не принадлежать, быть ничьей. Можно я буду твоей? Уверена, ты придумаешь, что со мной делать…»
– Я думал, тебе не до того, – шепчет он. – Я думал…
– Не думай, хватит, – обрываю его я, обхватываю его голову, запускаю пальцы в его волосы, пока он напоминает моему телу, кто здесь главный.
Усилившийся ветер едва не сбивает нас с ног, и Джейден подхватывает меня на руки и несет к машине. Мы оказываемся в теплой темноте, вдыхаем запах кожи сидений. Я взбираюсь к нему на колени, сую руки ему под рубашку, туда, где его кожа так и пылает. Как же меня возбуждает эта теснота. Как мне нравится эта невозможность нормально двигаться. Всего шесть пуговиц – и гори оно все огнем…
– Давай вернемся домой… и продолжим, – шепчет Джей, легкими прикосновениями губ лаская мою шею.
– Хочу все здесь и сейчас.
– Джесс… Там будет лучше, – просит он настойчиво.
– Лучше, потому что в доме полно вооруженных парней? Потому что там я буду в безопасности? – Я смотрю на него. - И что же может случиться, если мы останемся здесь совсем одни? Растерзаешь меня? Изнасилуешь? Знаешь что? Ты не сделаешь мне ничего плохого, Джейден Хосслер. Потому что любишь меня.
Руки Джейдена оказываются у меня под толстовкой, и его ладони накрывают мои груди. Я танцую на его коленях, я двигаюсь так, будто только для этого и была рождена. Не могу остановиться, не могу оторвать глаз от его взволнованного лица.
Я не знаю, что мне уготовано завтра, но сейчас все так, как и должно быть. Мы вместе, мы одно целое, как тревожное небо над нами и этот темный, выходящий из берегов океан.
× × ×
Мы вернулись домой после полуночи. Самая лучшая ночь в моей жизни, я ее дождалась.
Сонную и счастливую, он привез меня домой.
Посреди кровати спала Баунти – щенок ретривера, с которым я уже успела познакомиться. Джей переложил ее на край кровати, как ребёнка.
Боунс укрыл меня одеялом, лег рядом, положил руку мне на живот, и я замерла, замораживая в памяти этот момент. Ох, его рука такая тяжелая, что низ живота у меня даже немеет.
Вспоминаю о том, что беременна.
Я ещё даже не знаю, как скажу ему об ЭКО. Кажется, нигде во Вселенной, ни в одном языке не существует подходящих слов…
× × ×
Просыпаюсь от громкого лая Баунти.
— Джей?
Его нет, но простынь ещё тёплая.
Выхожу из комнаты. Баунти бежит рядом, шумно сопя. Дверь в одну из спален приоткрытая. Слышу голоса, приглушенный разговор людей, которые не хотят потревожить сон этого дома. Замедляю шаг, плотно запахиваю полы рубашки и – заглядываю в дверной проем.
Джейден – в одних пижамных штанах (я сняла с него футболку перед сном) – застыл на месте, как околдованный.
Мышцы играли на татуированной спине. Он дышал так шумно, как будто из комнаты выкачали кислород, и не сводил глаз с женщины. Воплощение моих ночных кошмаров, она стояла рядом с ним – близко-близко. Тонкая, вытянутая в струну, в темном платье, которое висело на ней мешком. Но, вопреки нелепой одежде и болезненной бледности, Флоренс выглядела как божество с античной фрески.
— Уходи, Джесс, – говорит Джейден, не глядя на меня, и я едва узнаю его голос. Он такой низкий, такой глубокий.
– Что? – Я издаю звук, больше похожий на писк насекомого, чем на человеческий голос. И с усилием повторяю громче: – ЧТО?
—Ты плохо слышишь? – взрывается Джейден, разворачиваясь ко мне всем телом. Он выглядит угрожающе, и эта угроза адресована МНЕ. – Уходи!
– Тебя, что, накачали дурью? – вздрагиваю я. – Джей, ты же… Мы же… На берегу… Я люблю тебя!
Флоренс смотрит на меня из-за его плеча с сожалением и насмешкой. Ее рука ложится ему на плечо, и он тут же накрывает ее ладонь своей.
В этой комнате творится что-то, чего мне никогда не понять.
— Выметайся, черт бы тебя побрал! - орет Джейден, надвигаясь на меня.
В комнату вваливаются охранники.
– Не стрелять никому, – спокойно говорит Джейден. – Просто заберите ее отсюда.
Я не сразу понимаю, что он говорит обо мне. Я отказываюсь это понимать! Джейден поднимает руку, и его пальцы касаются щеки Флоренс. Он словно не видел ее тысячу лет и теперь хочет рассмотреть получше. Убедиться, что она реальна. Я смотрю на это движение, как завороженная. Смотрю и вою, вою…
– Нет! Нет! Я не уйду! – визжу я.
– Забирайте ее – и все вон! ЖИВО! – орет Джейден.
И никто не смеет перечить ему. Никого не волнует, что здесь в этом доме – она. Посторонняя.
—Джей! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! – надрываюсь я. – Это она охотитсяна меня! Это она убила Саймона!
Среди тех, кто тащит меня к выходу, я узнаю мистера Хосслера.
– Что вы делаете?! Отпустите меня! Что, что здесь происходит?!
– Я не знаю, что происходит, о'кей?! – отвечает Брайан. – Но если он требует, чтобы тебя здесь не было, то тебя здесь не будет!
Меня быстро выводят из дома. Кто-то сует мне в руки пакет с одеждой. Потом меня быстро заталкивают в машину и заводят мотор.
А ведь нам до седьмого оставалось всего одно небо…
× × ×
Машина останавливается.
– Тихо, тихо… Дьявол его знает, что это было! Но он одумается. Слышишь? Вы поговорите, и… - говорит Оливер.
– ПОГОВОРИМ?! – ору я. – ПОГОВОРИМ О ЧЕМ?!
– Мы все делаем ошибки…
– Куда мы едем?
– Ко мне, – коротко отвечает Оливер.
– У меня есть друзья здесь. И даже своя квартира, блин! Мне нянька триста лет не нужна. - ору я.
Боль в животе снова появляется. Причём такая, что я согинаюсь пополам.
– Мне нужно в госпиталь, – сообщаю я своим “телохранителям„– Как можно быстрее.
На подъезде к госпиталю я прощаюсь с ними. Прощаюсьсо своим прошлым. Прощаюсь со всем, что когда-либо имело для меня значение.
– Спасибо, что вытащили меня из аэропорта. Правда… Скажите ему, что я умерла, если вдруг спросит.
Выходу из машины и, поднимаясь-спотыкаясь по ступенькам, захожу внутрь.