Я в мире Часодеев I

Никогда Василиса не видела столь страшного, яростного и одновременно застывшего, ледяного взгляда – казалось, голубая радужка глаз Елены полыхает огнем сквозь черноту зрачков.

Елена медленно приближалась, но, к счастью, не спешила нападать. Наконец она остановилась в трех шагах от Василисы.

– Итак, – насмешливо произнесла часовщица, – ты все-таки захотела быть ключницей… Ну что ж, раз ты не пожелала остаться в Черноводе, то умрешь на день раньше.

– Они все остались в про-ошлом, – пропела госпожа Мортинова. – А мы с тобой, дорогая, ни в прошлом сейчас, ни в будущем, ни даже в настоящем… Когда все закончится, мы обе исчезнем из Лазоря… Да, мне придется бежать, чтобы скрыться от гнева великого Астариуса. Да, он этого не одобрит… Но главное, Нортон… я уверена, поймет меня… позже. Поэтому ты сейчас сама отдашь мне ЧерноКлюч, и я все сделаю безболезненно, клянусь. Идет, милая? – Елена вновь улыбнулась.

– Не идет! – Василису очень разозлило, что Елена разговаривает с ней, будто с малышкой сюсюкается. – А как же Часовой Круг? Без Черного Ключа он…

– Завертится, да еще как, – немного скучающе произнесла Елена. Браслет на ее руке вкрадчиво зашипел, плавно превращаясь в стрелу. – Да, Черный Ключ может быть направляющим, но его предназначение заключается совершенно в другом… О, я много знаю про этот Ключ.

– Я тоже много чего про него знаю, – процедила Василиса. – Поэтому прекратите приближаться, иначе…

– Что иначе, Василек?

Василиса испытала шок.

– Откуда вы…

Елена торжествующе улыбнулась.

– Ты даже представить себе не можешь, сколько всего интересного могут рассказать под пытками, – мягко произнесла она. – Что люди, что феи, что полудухи… А Селестина, хоть и придворная фея, оказалась такой слабенькой. И как это ее не защитила Белая Королева? Не подумала, что я могу нарушить наш мирный договор и напасть на одну из ее любимиц… Она, как и всегда, не принимает меня всерьез.

Видя, что Василиса молчит, госпожа Мортинова продолжила:

– Теперь, зная твое числовое имя, я могу причинить тебе много вреда… Но сначала ты должна мне кое-что рассказать.

– Что же есть такого, что я не знаю ? – угрюмо откликнулась Василиса

– Что сказала тебе Белая Королева? – жестко спросила Елена. – При вашей встрече? Она сказала тебе, почему отдает Рубиновый Ключ?

– Сказала, – Василиса передернула плечами, – что отдает, согласно давнему обещанию. Разве Селестина не рассказала вам при вашей… беседе?

– Обещанию? – выдохнула Елена. Как ни странно, слова Василисы произвели на нее большое впечатление, часовщица даже рот открыла, словно бы от изумления.

– Что еще?

– А ничего, – зло ответила Василиса и глянула на часовщицу исподлобья: стрела Елены опасно дрожала в руке. Кто знает, что взбредет в голову разозленной госпоже Мортиновой… – Белая Королева со мной попрощалась. Навсегда.

– Так, значит, она не сообщила тебе тайну твоего рождения? Занятно…

– Может, вы меня просветите? Ну кроме того, что Белая Королева моя мама…

Елена вздрогнула, но тут же осклабилась.

– Ты хочешь узнать сейчас? В такую минуту? На волоске от смерти? – Кажется, Елена решила насмехаться в открытую.

Василиса же не сводила глаз с острия часовой стрелы противницы.

– Ты полудух, милая! – вдруг резко выкрикнула Елена. – Поэтому после зачасования ты никогда не вернешься назад. И больше никто не сможет доказать, что твой отец – Дух, а мать… мать не фея. Представляешь, какой будет скандал, когда узнают, что Королева фей всего лишь жалкая особь из враждебных эфларцам полудухов… Ведь когда-то именно из-за Духов часовщики убежали в другой мир...

– Но я человек! – решилась возразить Василиса и даже чуть отступила за фигуру брата. – Я не могу быть этим полудухом, я бы чувствовала, что какая-то другая…

– Ты полудух, в этом нет никаких сомнений. – И в доказательство Елена покачала головой даже как-то участливо. – У тебя красные крылья, а это значит многое! Просто пока не все знают, что именно… Да, не все знают, что же это значит… Черт!!! Но лучше бы ты была бездарной фейрой, и мне не пришлось бы убивать тебя… так быстро.

– Стойте! – отчаянно выкрикнула Василиса. – Мой отец никогда не простит вам этого! Не надо! Он точно разозлится, обязательно…

Ее бессвязная речь, как ни странно, возымела действие. Елена споткнулась, будто бы нарвавшись на невидимую преграду – часовая стрела в ее руке несмело дрогнула.

– Да, – задумчиво произнесла она. – Наверное, не простит. Да… не сразу. Ну и к черту!

И Елена, резко взмахнув рукой, провела часовой стрелой яркую огненную линию.

Драться? Ну драться, так драться!
***
Но пылающий крест так и не появился – между Василисой и Еленой возникла фигура в белом одеянии; короткий взмах черным копьем – и стрела Елены отлетела далеко-далеко в беззвучную пустоту.

– Нет, – тихо сказал отец Василисы.

Его часовая стрела дрожала у самого горла госпожи Мортиновой.

– Большие проблемы, Нортон, – прошипела та. – Очень большие проблемы…

– Ты этого не сделаешь.

– Но она должна умереть! – отчаянно взвыла Елена. – Она много знает, и я…

– Я сказал – нет.

– Хорошо, Нортон… – Елена выглядела очень покорной. Ярость на ее лице сменилась обожанием и преданностью, как у побитой хозяином собаки. – Как скажешь… извини… извини меня…

Нортон-старший медленно развернулся к дочери, одновременно занося над головой часовую стрелу.

Но Василиса не стала ждать. Единым усилием взвилась она в прыжке и хлестнула кинжалом наобум – сослепу, отчаянно, бессмысленно. Острие Стального Зубка пошло по инерции вкруговую и прочертило в воздухе сияющую голубую спираль, захватившую Василису в себя, словно в кокон.