Ходячий наркотик

Какое-то время я просто слонялась по городу, заглядывая в витрины магазинов, посетив пару книжных и канцелярских, где прикупила себе новый блокнот и пару безделушек-брелоков. Пообедала в хорошей закусочной. Попутно отклонила два предложения познакомиться от девушек, и совсем не вежливо послала одного неприятного типа на улице с давным-давно вышедшим из моды помпадуром на голове, без долгих предисловий пригласившего меня подзаработать, сопроводив его в отель. 

И почему только таким как он можно вываливать на меня подобное дерьмо, а прилюдно засветить ему в рожу и уйти — нельзя? 

В смысле можно, конечно... Но меня не поймут. И запросто могут задержать за нарушение общественного порядка. 

Да и нет, в общем-то, ничего противозаконного в подобного рода предложениях, ведь возраста согласия, по японским канонам, я уже достиг.

Накинув на всё-таки привлекающие излишнее внимание уши капюшон, я с несколько подпорченным настроением новым, запутанным и неизвестным мне раньше маршрутом вернулась в старый парк, дав хорошую нагрузку ногам и немного отдыха голове. 

Вечерело, и все благовоспитанные мамочки начинали стягиваться по домам, чтобы приготовить субботний ужин. Парк пустел. Цветущая вишня тоже давно облетела и не услаждала взор: за минувшую неделю на дорожках не осталось даже подвявших лепестков. 

Сходить что ли до кофейни?

Глупо, почти бессмысленно и совершенно в другую сторону от дома... Откуда во мне вообще прорезался этот неуместный авантюризм?

Слишком спокойно прошла неделя?

Вид с высоты того самого дерева по прежнему оставался хорош, а в толстовке сидеть на широкой ветви оказалось тепло и удобно, — кошачья причуда имела ряд своих неоспоримых преимуществ. Жаль, что с моей собственной пока многое было непонятно, и сменить чужой, слишком заметный квирк почему-то не удалось, — тут моя теория не оправдалась.

Возможно, что виноват был какой-нибудь неучтённый, неизвестный мне фактор или, возможно, под настолько полноценное копирование у моего квирка был зарезервирован только один слот. Можно бы попробовать снова кого-нибудь поцеловать, и если недавно приобретённое пламя сотрётся точно также, как и причуда-рентген, то...

Будет обидно.

Ещё обидней будет если, найдя другого партнёра с иной морфо-причудой, его квирк всё равно не вытеснит собой кошачий а, к примеру, они просто перемешаются между собой. Страшно представить какой в итоге кадавр может из меня получиться.

И с какой вероятностью, скажем, может возникнуть конфликт при копировании разнонаправленных типов причуд? 

Огонь и Лёд у Тодороки вроде бы неплохо уживаются между собой, но так ли это на самом деле?.. Что будет, если я попробую заполучить квирк использующий для воздействия на реальность потовые и сальные железы кожи также, как и мой основной?  Он не скопируется или, может, полностью заменит собой исходный? 

Похерит оба квирка?

С каждой новой мыслью ставить на себе подобные эксперименты хотелось всё меньше и меньше. Жаль, что кнопок «сохраниться» и «загрузить», как и компьютерного интерфейса в поле моего зрения по-прежнему не наблюдалось. Да и путешествовать из постели в постель... мне претило.

Даже если  для подобных свершений моя причуда и подходила лучше многих других.

Ответив на входящий вызов от мамы-феи, я сообщила ей, что гуляю в парке и что со мной всё хорошо и, спрыгнув с дерева, больше не оглядываясь, зашагала обратно к дому. 

Долго сомневалась, стоя у развилки, прежде чем выбрать путь.

Толкнув лёгкую, тёмного дерева дверь, вошла в пахнущее выпечкой и крепким кофе помещение. 

Встретилась взглядом с насмешливыми голубыми глазами.

— "Одноразовое приключение"? — спросил меня мой случайный знакомец.

— Мне просто понравился местный кофе, — ответила я и, сделав заказ, села за тот же самый маленький столик. — Долго ждал?

— Целую вечность и ещё одну маленькую смерть*, — отозвался Даби с лукавой улыбкой.

Я фыркнула и, не выдержав, рассмеялась.

_________________

*В старые времена оргазм во Франции называли la petite mort (маленькой смертью), потому что в этот момент испытываешь мощнейшие эмоции, полностью утрачиваешь самоконтроль и, как бы, умираешь психологически.