Ходячий наркотик

Страница за страницей я медленно перечитывала учебник по трудовому праву, повторяя уже пройденный материал, освежая его в памяти и помогая ему лучше улечься. Солнце нагревало голову и излишне подвижные уши, ветер носил последние лепестки уже отцветающей вишни по асфальтированным дорожкам. 

В дальней части парка было тихо и спокойно. Если не обращать внимания на иногда появляющихся тут пробегающих мимо детей или компаний мамочек с колясками, которые в свою очередь редко замечали меня, слишком занятые разговорами между собой и своими собственными заботами.

Тишь и благодать.

Мой день рождения накануне мы отпраздновали тихо, в узком семейном кругу, чему Киоко была не очень рада и жалела, что я не позвал хотя бы девочек, Акеми и Миву, которые пришлись ей по душе. Что не пригласил Изуку...

«Он ведь тебе нравился, да?..»

Расстраивать фею, рассказав ей об итогах наших с ними последних встреч, мне не хотелось. Пришлось отговориться тем, что с друзьями я могу увидеться в любой свободный момент, а вот кое-кто в последнее время засиживается на работе допоздна и уделяет своему сыну слишком мало внимания.

Шутила, конечно. Но оно того стоило: редко удается увидеть румянец такой интенсивности на щеках у Киоко.

Я закрыла книгу и, сощурив глаза, подняла лицо к небу, подставляя его под живительные прикосновения солнца.

Здесь было хорошо.

Хо-ро-шо.

Хорошо и... немного одиноко.

Неприятно отказываться от и так не очень многих людей, которым только-только начал доверять и сумел немного открыться. Почти так же неприятно, как и чувство беспомощности, напомнившее о себе в тот момент, когда я смотрела на сражающегося со злодеями Айзаву и гороподобного Ному, которому я бы точно никак не смогла хоть в чём-то помешать.

Отдельная благодарность Недзу за то, что сэнсэй всё-таки не пострадал, — я не хотела бы видеть, как Киоко плачет. И спасибо ему за то, что крыска не стал допытываться, откуда мне было известно о нападении. Героине Рюкью я солгала о случайной встрече с девушкой-пророком — явлении довольно редком, но не исключительном, - и, похоже, это устроило в какой-то степени всех посвящённых.

— Братик...

— Бра-атик, — вновь окликнули меня и подёргали за рукав безразмерной, кремовой кофты. — Помоги котенка с дерева достать, а?

Я посмотрела на хулиганистого на вид мальчонку лет шести-семи со сбитыми до характерных корочек коленками и локтями, в футболке с растянутым воротом и с дыркой между передних зубов.

— Неужели не смог достать сам? — улыбнулась я ему, в шутку не поверив.

— Не... Слишком высоко, — признался пацанёнок. — А Тама-чан теперь плачет.

— Ну, показывай дорогу.

— Ага, — радостно согласился мальчишка. — Идём скорее!

Идти пришлось недалеко: до неухоженной, привлекательно заросшей высокими узловатыми деревьями и высокой травой части парка. В таких местах было здорово строить убежища и прятать клады, а потом с увлечением их искать по нарисованной карте сокровищ.

— Вон! Вон там! — указал мой проводник на белое с чёрным пушистое пятнышко на одной из верхних веток старого дерева.

Пятнышко согласно-жалобно мяукнуло.

— А где же твоя подруга? — спросила я, осмотревшись.

— Не знаю, — покрутив головой по сторонам сообщил мальчишка. — Может, тоже пошла кого-нибудь поискать?.. Так ты его достанешь?

— Наверное. Я ведь тоже немного кот, — улыбнулась я ребёнку и вручила ему учебник.

Давненько я не покоряла вершин.

Впрочем, подпрыгнуть вверх и подтянуться на первую, достаточно высоко расположенную ветку получилось даже как-то слишком легко. Легче, чем это давалось мне раньше. 

Второй и третий ярус были покорены меньше, чем за десяток секунд, и я ненадолго задержалась, выпрямившись во весь рост, оценивая парк с новой, открывшейся мне перспективы. Вслушалась в далёкие шумы города, пока внимание вновь не привлёк просительный писк.

Мелкий пушистый разбойник ожидал на дальнем конце ветви выше, и чтобы к нему приблизиться, пришлось, преодолев большую часть пути, опуститься на колени и вытянуть вперед к спасаемому руку, чувствуя как мягко пружинит и изгибается под моим весом ветка. Чёрный с розовым нос настороженно обнюхал поверхность моей перчатки, а потом хозяин носа посмотрел на меня и доверчиво ткнулся лбом в протянутую ладонь. Потёрся о неё щекой.

— И которого из двух котят мне спасать? — насмешливо-вопросительно поинтересовались внизу.

Я оглянулась на источник голоса и едва не потеряла баланс: рядом с моим мальчишкой и девочкой примерно того же возраста стоял парень, внешность которого мало кого могла оставить равнодушным.

Взъерошенная чёрная шевелюра, длинный не по погоде чёрный распахнутый плащ, с короткими, закатанными до локтя рукавами, майка, джинсы и высокие берцы. Кольца-серьги на ушах, цепочка на штанах и ремень с металлическими вставками. 

Шрамы...

Шрамированная обширными ожогами или даже искусственная кожа охватывала всю его нижнюю челюсть, а также шею, ключицы и предплечья обеих рук; располагалась глубокими тёмными полукружьями под глазами и соединялась со здоровой кожей грубоватыми на вид металлическими скрепами.

Из какой книги ужасов ты его вытрясла, девочка?..

Такие как он должны обитать в самых тёмных, подозрительных переулках и прокуренных барах. Лениво потягивать спиртное среди беснующейся толпы и со снисходительной ухмылкой слушать музыку на концертах, где по мозгам и душам бьёт струнами гитарный рифф, но никак не обнаруживаться в центре города поздним субботним утром, среди праздно гуляющих мамочек и их пухляво-розовых малышей.

Я подхватила мягкое кошачье тельце под живот и спустилась на пару ярусов ниже. Спрыгнув на землю, вручила добычу мальчонке, который с обидой смотрел на предательницу подругу. А та просто не могла оторвать от своей внезапной находки восторженных глаз.

И не могу сказать, что её ощущений я никоим образом не разделяла.

Три шарика-прокола на правой ноздре, замеченных мною только сейчас, лишь дополнили образ стоявшего передо мной адепта Тяжёлого Рока или Металла.

— Хорош? — с ухмылкой спросил меня он. «Хочешь закинуться кое-чем абсолютно улётным, детка?» — услышала я, и по коже побежали непрошенные мурашки.

— Мне мама встречаться с такими опасными мальчиками не велит, — ответила я, натягивая на лицо улыбку.

— А ты во всём слушаешься свою мамочку?

— Во всём... До свидания, дети, — возможно слегка торопливо попрощалась я с малышами и, забрав свой учебник, малодушно понадеялась, что даже если этот тип попробует их куда-то увести, то его остановят или мамочки, или первый же патруль полицейских или героев, но...

Зря надеялась.

Судя по короткому прощанию и звуку шагов за спиной, ему пришлась по вкусу иная "жертва".

— В следующий раз я найду кого-то круче, чем ты! — громко оповестил о своей обиде оставшийся стоять на поляне под деревом мальчишка.

— Круче ты точно никого не найдешь, — не согласилась с ним его подруга.

Тип за моей спиной издал довольный смешок.

***

— Простите, но не могли бы вы пойти поискать на свой стол другое мясо? — спросила я, остановившись, метров триста спустя, когда преследование стало абсолютно очевидным.

Тёмная фигура не замедлила шаг, лишь заметив:

— Я предпочитаю заниматься этим в постели...

— Есть? — с наигранным удивлением предположила я, вздёрнув бровь.

— Спать, — ответил мне мой оппонент, приблизившись и с насмешкой заглядывая в глаза. — Хочешь?

Не везёт мне всё-таки на брюнетов...

— Воздержусь, — отрезала я.

Игнорируй его... Игнорируй.

Игнорируй и его, и... Дурацкие реакции дурацкого подросткового организма.

— Точно? — приятный баритон минуя уши ввинчивался прямо под кожу.

Я закрыла лицо ладонью, восстанавливая контроль. Вздохнула. Медленно сдвинула руку вверх, зарываясь пальцами в волосы и одним глазом недоверчиво, оценивающе посмотрела на незнакомца.

— Как насчёт... Начать с кофе? — вдруг предложил он с достаточно милой улыбкой, и я залипла, глядя даже не в голубые, а в бирюзового оттенка глаза.

Нет...

Нет, нет, нет, нет, нет, нет... НЕТ! 

Ты не станешь этого делать.

— Здесь недалеко есть кофейня с совершенно отвратительным кофе и нежнейшими профитролями, — произнёс искуситель.

Бл**ство...

— Только один стакан, — мучительно выдавила я из себя, уже жалея о своем решении и с силой, крепче сжимая рукой учебник.

Мой собеседник лишь понимающе ухмыльнулся.

***

Кофейня, куда мы пришли, была довольно маленькая и тёмная. Но, на удивление, чистая: ни мусора, ни дополнительной живности в виде мышей и тараканов, к присутствию которых я была уже морально готова.

Бариста в чистой, выглаженной рубашке и аккуратной жилетке поприветствовал нас с вежливой улыбкой и, ничем не выказав своего отношения к странной паре, спокойно принял заказ.

Я внимательно наблюдала за тем, как и что насыпают в мой стакан, и за тем, как его закрывают сверху плотной крышкой. Крышка на кофе - извращение, знаю, но... Сев за крохотный столик на высоких стульях, подождала пока мой «ухажёр» не попробует купленные пирожные первым.

— Что-то не так? — решил поинтересоваться он, оперев голову о собственную руку и окидывая меня чуть ленивым взглядом.

— Тебя никогда не накачивали снотворным и не похищали?

— Нет, — мой собеседник ухмыльнулся и зажег на свободной ладони голубое пламя, а затем затушил его, сжав в кулаке. — Хотел бы я посмотреть на этого самоубийцу.

— Незабываемый опыт, — поведала я и пригубила действительно отвратительный кофе. Попыталась разобраться во вдруг поскрёбшемся изнутри при виде необычного пламени чувстве.

— Даби, — внезапно решил представиться брюнет.

Нет... Всё же никаких прямых ассоциаций.

Я чуть поджала губы, изучая свой стакан и раздумывая над тем, что ответить на его явно ненастоящее имя.

— Можешь звать меня Эротом...

— Эросом? — с некоторым удивлением переспросили меня.

— Можно и так.

— Сыном Геи и Урана, богини Земли и бога Хаоса?* — неожиданно продолжил, как оказалось, знакомый с греческой мифологией Даби.

— Максимально близко, — кивнула я и, откусив пироженку, сощурилась от удовольствия.

— Ха... А самомнения тебе не занимать, — сложились в улыбку губы моего собеседника.

— Сколько тебе лет? — спросила я.

— Двадцать четыре... Тебе? — отбили мою подачу.

— Шестнадцать.

От моего ответа Даби едва заметно дрогнул, но быстро взял эмоции под контроль.

— А ты младше, чем выглядишь...

— А ты выглядишь как злодей, но это вовсе не значит, что ты собираешься похитить или изнасиловать малолетку, — с улыбкой парировала я.

— Только если малолетка сам не будет на это напрашиваться, — встретив мой взгляд, ответил обладатель голубого пламени и бирюзовых глаз максимально серьёзно.

— Один-один, — хмыкнула я и, подперев ладонью подбородок, больше не скрываясь, с интересом посмотрела на сидящего напротив парня и на ненастоящую на вид кожу на его лице и шее. На обнажённые и не менее пострадавшие предплечья рук.

Скорее всего виноват был пожар или вышедшая из-под контроля причуда, однако этот вопрос не из тех, которые стоило сейчас задавать. Были темы и поинтереснее.

— Насколько сохранена чувствительность?.. Тактильная и температурная я имею в виду, — спросила я, постучав по столу рядом с его предплечьем пальцем.

— Зачем тебе это? — спросил Даби теперь по-новому оценивая и мой вид, и мои вопросы.

— Из практического интереса... Позволишь? — протянула я ему затянутую в перчатку ладонь.

— За соответствующую плату, — ухмыльнулся он словно настоящий злодей.

— Одно касание губами губ и только по факту свершившейся сделки, — предложила я цену.

— Договорились, — даже не стал торговаться паршивец и спокойно вложил в мою ладонь свою руку. Я машинально огладила её край подушечкой большого пальца.

— Рука музыканта, — вынесла свой вердикт.

— Есть с чем сравнивать? — посмотрел на меня «музыкант» с любопытством.

— Опыт был... Неудачный, правда. Но по-своему познавательный, — кивнула я и коснулась указательным пальцем свободной руки коричневатой с фиолетовым оттенком синтетической кожи, отмечая причудой-рентгеном небольшое воспаление над пястью и у пары колец возле локтя. Провела по шероховатой на вид и на ощупь поверхности снизу вверх. — Что ты чувствуешь?

— Прикосновение.

Подняв свою руку вверх, стянула с запястья краешек кофты и манжету рубашки, обнажая тонкую полоску собственной кожи. Активировав квирк, приложила её к зарубцевавшейся ткани.

— А сейчас?

— Ничего. В чем смысл эксперимента? — спросил мой собеседник и попытался перехватить инициативу в разговоре вместе с моим запястьем.

Я остановила его другой рукой и предостерегающе покачала перед его лицом пальцем.

— Одной фалангой. И не дольше, чем на пять-семь секунд.

Даби хмыкнул. Потом положил свою руку обратно на стол и послушно коснулся моей руки, точно следуя озвученному предписанию. Прислушиваясь к себе, прикрыл глаза. 

Прервал контакт и снова посмотрел на меня задумчивым взглядом.

— И зачем ты мне это показал?

— Хм... Тебе знакомо понятие «тактильного голода»? — спросила я, дезактивируя свою причуду, складывая руки домиком перед собой и глядя на собеседника поверх них. — Если ты согласишься рискнуть, то у меня найдется пара запасных перчаток...

__________

*Эрот или Эрос был богом весны, любви и сексуального влечения, затмевающего разум как людям, так и богам. Его же называли Амуром )