4 часть
На улицу ты больше не выходишь. –Пап! –Сядь, Геля. Геля пыталась протестовать Носатову, ведь тот снова её ограничивал в чем-то, а от чего, она не понимала. Не понимал и сам Валера, и Лева тоже, присоединившиеся к их беседе. Все выжидали, что же им хочет сказать доктор, и по его лицу было понятно, что это явно что-то не хорошее, а учитывая, что Шипаеву еще и под домашний арест посадили прямо сейчас, понятно стало, что ситуация в Куйбышеве
снова наколяется. Лагунов не зря тут оказался, пришёл за одним, уйдёт с другим. У нас проблемы. Новый стратилат объявился...снова...–это заявление ошарашело всех находящихся на этой кухне. Как так то, они же только год назад избавились от тысячелетнего, могучего стратилата, а теперь снова вливаться в эту, залитую чужой кровью и новыми жертвами, мешанину. –Кто на этот раз, Валентин Сергеевич?–подал заинтересованный и обеспокоенный нынешней ситуацией голос Хлопов. –На этот раз, Лева, дела обстоят куда хуже, чем я надеялся... Взгляд мужчины упал на Гелю. Он пытался своими растерянными глазами дать ей понять, с кем они столкнутся скоро. Или правильнее сказать, вновь столкнутся... –Нет...–хрипло и безнадёжно промолвила девушка. Валера сидел прям напротив доктора, смотрел то на Шипаеву, то на него, ожидая полного расклада образовавшиеся ныне проблемы, и Валера видел, как кожа девушка обрела ещё больший бледный оттенок при взгляде обречённых глаз своего названного отца. Они явно знали больше, чем сам Валера, и любопытство жрало его душу изнутри. А ещё его жрал больной и обеспокоенный взгляд русоволосой красавицы. Ей было больно, ей было плохо. Он не мог смотреть на это без боли и терзаний на душе. Его взгляд с её печального лица перевёлся на Носатого, когда тот позвал его. –Валер, твоя помощь нужна будет, как никогда. Готов? –Я уже ко всему готов, Валентин Сергеевич,–решительно и непоколебимо ответил вампир. Раз его, названной им же самим, возлюбленной плохо, значит он сделает всё, чтобы ей стало хорошо, а именно решит с ребятами эту проблему. Вместе. Командой. –Отлично, тогда нужно оповестить Корзухина об этом. Валерка, я оставлю это на тебя. –Хорошо, Валентин Сергеевич. –Валентин Сергеевич, а что нам делать? Мы же не можем сидеть сложа руки!–Лева от переизбытка адреналина и напорства в своей крови, аж встал со стула, чтобы поравниться со старшим товарищем. Геля всё также не реагировала абсолютно ни на что, она витала лишь в своих мыслях. Было такое щедящее чувство, будто девушка вот вот расплачется сейчас, и она правда старательно держала слезы и панику в глубине себя. Это видел Хлопов, это видел, и это самое главное, видел Лагунов. Перед ним ей было безумно стыдно. –Мы ничего не будем делать, Лева,–она это прохрипела настолько жалобно, настолько несчастно, что сердце Валентина сжалось от жалости к дочери, а именно от её положения сейчас. –Как это ничего не будем делать, Геля? Ты не была с нами, когда мы его убили... –Валерка его убил, Лева. Не мы, ты тогда чуть не умер...–перебил его доктор, и он был прав. Тогда парниша чуть не умер от своей же наивности и глупости, и сейчас он за него переживал не меньше чем за Шипаеву. Валера подал голос, да бы дать понять, что он всё ещё здесь и всё слышит и понимает, что дело то не простое. –Значит, Валентин Сергеевич, я пойду сейчас к Игорю. Скажу ему обо всём, а вы подумаете, что дальше делать. –Ты прав, Валер. Так и сделаем,–согласился со стратилатом охотник.–Гель, проводи Валеру до выхода. Шипаева обернулась к отцу, легонько кивнув головой на его просьбу и встала из-за стола вместе с Лагуновым, да бы проводить второго. До двери они шли молча, хоть и расстояние от кухни до коридора было на самом деле небольшим. Валера чувствовал своим нутром, что сейчас девушка подавлена и ей по-настоящему плохо, сердце её бьётся, искуственно бьётся, в тревоге. Он встал напротив двери, она за его спиной. Валера обернулся, в надежде, что хоть его, немного похожий на ободряющий, взгляд утешит её тревогу, но взгляд его ангела по прежнему был грустным, но омуты её уже смотрели Лагунову в душу. –Мы справимся, Геля,–лишь эти слова он промолвил перед тем как парень открыл дверь и вышел в подъезд, а потом резко захлопнул её. Эти слова были ударом для девушки. Больше всего она боялась, что если этот стратилат снова проявится, то он погубит и её и Валерку, хоть он и был сильнее, тот мог сыграть на его чувствах и больном прошлом. Лева прошёл за спиной Шипаевой, никак не обернувшись на русоволосую. Его взгляд был также опущен, как и её, также потуплен и озадачен. Он лишь мельком взглянул на неё и ушёл в комнату, закрыв за собой дверь. От этого звука Шипаева дёрнулась. "Что мне теперь делать?"– сейчас это был единственный вопрос, который ютился у неё в голове. Она прошла на кухню, где по-прежнему сидел Носатов, нервно курящий сигарету, шлейф дыма которой отдавал неприятным запахом на всю квартиру. Девушка присела рядом с ним на стул, не произнеся ни слова. Слова то и не нужны были. Он опустил свою свободную руку на её, которая лежала расслаблено на коленях русоволосой. Она вздернула свой взгляд вверх, да бы посмотреть на Носатова. –Пап, мне страшно...–тихо, будто боясь, что кто-то услышит, произнесла Ангелина. –Мы справимся, дочка. Не бойся, я рядом. Это была отправная точка для вампирши, и как по команде, солёные слезы брызнули из её зеленых глазок, которые нравились Носатову до безумия. Да, она не была ему кровной дочерью, у него не было своих детей, но он всё равно её любил как свою, искренне, нежно, по-отечески. –Я этого и боюсь, пап...Боюсь, что он убьёт их: убьёт ребят, убьёт Лёву, Валеру...тебя... Вот главный страх вампирши. Остаться одной. Остаться без любимого, без брата, без отца...Она слишком сильно их любила, чтобы потерять. Носатов даже растерялся. Её страх был оправдан, как и его. Он боялся того же, что и она. Он и так в молодости потерял любимую женщину, чуть не потерял Хлопова, который стал ему тоже как сын, если же с дочерью что-то случится, он не переживёт такого страшного удара...Он жизнь за неё готов был отдать, лишь бы та жила счастливо. –Этого не случится. Я тебе клянусь, гадюка моя. Это прозвище слегка ободрило её, вызывая слабую улыбку на её белом личике. Ангелина встала со стула и потянулась к доктору, обняв его крепко за шею, от чего тот в свою очередь нежно положил свою руку на её талию, обнимая с любовью свою, хоть и не биологически, но такую родную кровинушку.
***
Все ребята собрались в квартире Игоря. Они снова вместе, снова команда. С ними не было лишь Риты Шаровой, и самой виновницы "торжества" из-за чего Валера сильно переживал. Носатов отпустил её прогуляться до дома Корзухина, но главная ошибка была в том, что он отпустил её в одиночестве. Теперь беспокоился не только Валера и Лева, но ещё и он сам. Её не было уже как минут двадцать, а может и больше, никто за временем особо не следил. –Чего мы все ждем?–наконец задался вопросом Игорь. Он не понимал, чего все сидят в тишине, и никто не объсняет для чего было снова собрато это "собрание". –Мы ждём ещё одного человека,–ответил хладнокровно Валера, хоть сам внутри, где-то далеко в грудной клетке, переживал за юную красавицу. –А кого? Если не секрет...–наконец свой мелодичный голос подала и Вероника. После смерти Саши Плоткина она ожидала проблем от его семьи, но те не желали видеть её рядом со своей семьёй, лишь заставили подписать отказ от всего наследия своего покойного мужа и поклясться забыть про их семью раз и навсегда, за это же, они в свою очередь пообещали не трогать её и ее возлюбленногл больше никогда. Пусть такие "низкие", для них, люди сами живут по себе и не трогают таких, как они сами.
В России выбирают финалистов для туристской премии
национальныепроекты.рф
В Саранске в окружном этапе были представлены более 200 проектов.
Читайте на сайте
–Дочь мою ждем,–спокойно ответил Носатов, покуривая сигарету и выдувая дым в открытое окно. Он пристально смотрел на улицу и следил за появлением девушки на горизонте. Игорь с Вероникой переглянулись, их бурной реакции стоило ожидать, а ещё больше их удивляло, что остальные присутствующие в комнате спокойно отреагировали на это высказывание. –Откуда? Ты никогда не говорил, о том что у тебя есть дочь...–Игорево недоумение было очевидно Носатову. Он мало кому рассказывал, что он отец милой русоволосой девочки. Когда тот рассказал Хлопову, год назад об этом, паренёк тоже был удивлён изначально. Очень даже. Прошло ещё минут пять, прежде чем Геля показалась взору доктора. Она подошла к подъезду и стояла. Ждала пока кто-то спуститься вниз за ней. Одной было страшно идти. Новые люди– неизвестность. Но также это неизвестность и неизбежность так манила девушку, как и пухлые губы Лагунова манили её к себе, каждую ночь, каждый день, час, минуту, секунду. –Пришла,–сказал доктор. –Я встречу!–одновременно встав, промолвили в одну секунду двое юнош. Они переглянулись между собой, как бы спрашивая друг у друга, кто же спуститься к молодой девушке вниз. Хлопов добровольно отдал своё первонство.–Иди ты, Валер,–грустно и безнадёжно промолвил русоволосый, и Валера тут же выбежал из квартиры, оставляя за собой лишь лёгкое дуновение ветра. Лева знал, кем было занято сердце юной красавицы, и не смел препятствовать её чувствам. Если он любит её в ответ и готов оберегать от всех невзгод, то Хлопов будет только рад за неё. Валера спустился вниз, и открыв дверь подъезда, заприметил фигуру вампирши, которая была одета в красную футболку, огаляющаую её татуировку на рукаве, и чёрные рваные джинсы. Холодновато она что-то оделась для такой-то погоды. Она стояла спиной к парню и непринуждённо курила сигарету, смотря куда-то вдаль, куда-то за пределы этого мира. Он подошёл сзади, выжидая когда Ангелина повернётся к нему своим белоснежным личиком, но сейчас она явно не собиралась этого делать. Страшно было посмотреть в эти голубые глаза, страшно была лишь мысль о том, что она может их когда-то больше и не увидеть. Во что она его ввязала... –Ты боишься чего-нибудь, Валер?–не глядя ему в глаза, спросила Шипаева. –А разве это сейчас важно? –Просто ответь, Валер... –Я боюсь потерять близких мне людей. Вот чего я боюсь. Этот ужас я испытал год назад, и я не намерен этого повторить снова. Девушка наконец обернулась к нему и посмотрела в его холодные омуты голубых глаз. Она тонула в них, умоляла спасти, но никто её не слышал...а по её лицу текла одинокая слеза. От чего, она не знала... –Наши страхи похожи,–промолвила девушка, не собираясь останавливаться.–Я боюсь потерять брата, отца...тебя...–последнее она произнесла таким тихим шёпотом, чтобы Лагунов точно не смог услышать, но она прекрасно знала, что её старания не увенчаются успехом, ведь тот, как и она, тоже был вампиром, а значит обостренный слух у него тоже присутствовал. Сказать, что сердце Валеры пропустило удар, это ничего сказать. Сначало один громкий резкий удар, потом тишина...а потом быстрый ритм овладел его сердцем, ни оставляя сомнений о том, что тот действительно её любил. Именно любил. Чисто, нежно, благородно. –Я тоже боюсь тебя потерять...–выпалил парень без всяких раздумий, таким же тихим шёпотом, чтобы лишь она услышала это и никто другой. Сейчас они вдвоём, вместе, и им никто не должен помешать. А время идёт...то самое драгоценное время, которого и так сейчас у них мало... Серца их стучат в унисон, так бешено, так быстро, будто готовы выпрыгнуть из груди, оставив свою плоть, только бы воссоединиться и быть вместе всегда. Вечность на двоих. Только на них и больше ни на кого. Лагунов подал ей свою руку в знак приглашения пройти с ним в подъезд, и Геля словно завороженная приняла его, обхватив его холодную руку своей. Их кожа сама по себе холодная, но сейчас она излучает что-то невесомое, что-то новое, неизведанное тепло, которое никому непостижимо, кроме их двоих. Держась за руки, они зашли в подъезд и поднялись на этаж, а когда парень хотел пригласить Шипаеву в квартиру Игоря Корзухина, она опешила, остановившись возле неё и не собираясь двигаться с места. –Что-то не так, Геля?–обеспокоенно спросил стратилат. Она испуганно посмотрела на него, моля его глаза о надежде на спасение. –Валера, обещай мне, что не бросишь меня. Это было неожиданно, очень. Если бы Ангелина только знала, что на самом деле он ещё полгода назад, когда впервые её увидел во сне, поклялся защищать её до конца, ни смотря ни на что. –Клянусь тебе... –Не клянись, Валер,–она стремительно приблизилась к Лагунову, накрыв его губы своей ладонью с длинными пальчиками, как бы давая знак того, чтобы такими речами сейчас он не разбрасывался на право и на лево. Нет, такого он не должен говорить, не сейчас.–лишь пообещай мне... Он нежно убрал её пальчики со своих розовых губ, опустив их слегка вниз, но не выпуская их из своей руки. Какая она сейчас красивая, даже наверное сама Ангелина не представляет насколько... –Обещаю, Геля, что не брошу тебя. Она слабо улыбнулась, давая этим одобрительный знак для Валеры, но её нежная улыбка вмиг спала и переменилась на удивление при виде того, как Лагунов аккуратно подводит её тонкие пальцы к своим мягким розовым губам и кротко и нежно целует их. Она почувствовала его дыхание на них, от чего её сердце остановилось в изумлении. Он посмотрел на неё неуверенно, будто сделал что-то стыдливое, то что нельзя было, но Шипаева лишь крепче сжала его руку, давая понять, что всё хорошо. Ей нравится Валера. Нет, не нравится. Она любит его. Вот оно...чувство счастья и безопасности рядом с кем-то, такого чувства она не ощущала давно... Они зашли в квартиру и все взгляды были обращены на ребят, которые, судя по лицам других, порядком задержались. Они сели на диван вдвоём, не разнимая рук, крепко держась, словно за спасательный круг, друг за друга. –Ладно, и что же случилось? Для чего мы здесь все, снова?–Игорь уже выходил из себя из-за непонимания того, что он здесь забыл, и зачем все эти люди пришли к ним с Вероникой домой. –В городе объявился стратилат. Опять,–наконец ответил ему Носатов, обернувшись ко всем своим суровым, и уже порядком измученным, взглядом. Игорь с Вероникой опешили...Но ведь они победили отца Глеба, откуда ещё один тогда взялся? –Сколько жертв уже?–спросил вновь молодой человек, держа при этом Несветову за руку в качестве поддержки. –Пока неизвестно, ещё не встречали,–мешкаясь, вновь же ответил доктор. –Ничего не понимаю, Валера же победил отца Глеба, откуда опять?–здесь уже задалась вопросом Ника. Её нарастающее волненение можно было учуять издалека. –Этот стратилат залёг на дно много лет назад, но теперь его время пришло,–голос теперь подала Шипаева. Наконец. Она подняла свои глаза на других в комнате и смотрела на них, как будто это в порядке вещей происходит, всё так и должно быть. Если бы они только знали, что так действительно должно было случиться когда-то, вновь... –У меня только один вопрос. Ты кто?–Игорь уже встал с места. Его нарастающая ненависть чувствовалась всеми окружающим, он прыскал ядом агрессии уже во всех, не стесняясь никого и ничего.
Узнайте: как государство помогает начинающим фермерам?
национальныепроекты.рф
С чего начать, как сэкономить и где получить поддержку начинающему фермеру.
Читайте на сайте
–По-моему я уже сказал тебе, Игорь. Это моя дочь–Ангелина. Корзухин начал сверлить её взглядом, изучая все глубины её тела и души, пытаясь распознать в ней Носатова, но сходств было ноль с ним, лишь волевой характер, алкоголизм, курение и отличная меткость объединяла их. –Не похожа что-то на тебя...–с сомнением произнёс молодой человек, всё также оставляя взгляд на незнакомке. Тут уже встала Геля, да бы поравнятся с парнем. –Потому что я не родная дочь, Валентина Сергеевича. Вот почему мы не похожи... Ненависть из-за недоверия и брезгливости к девушке выводило ее на эмоции. Почему!? Почему ей не доверяют!? –Геля, не стоит...–пытался остановить её мужчина. –Нет, папа стоит! Я не родная дочь его, да! И стратилат сейчас, который в городе у нас, пришёл за мной! Вы ему не нужны! До вас ему нет дела! Лишь я... Что же она наделала...что сказала...Вот дура! Поняв, что только что выкрикнула Шипаева, она оглянулась на всех, ищя хоть в чьем-то взгляде помощь и поддержку, но во всех очах выражался либо шок либо недоумение, кроме одних...Валериных...в них был страх, животный страх, только от чего он, ей был неизвестно. Теперь и Лагунов поднялся с дивана, неотрываясь смотря в хвойный лес девушки, пляшущий в её глазах. –То есть как? Зачем ты ему? –Вот так вот...–Ангелина повернулась вновь к Игорю и Веронике,–я вампир, но есть одна проблема...я не была укушена стратилатом. Никогда. Я родилась уже такой, и от этого у меня есть некоторые особенности... –И какие же?– поинтересовалась Несветова. Тут наконец подал голос Лева: –Геля не боиться святой воды, не боиться же всех церковных приблуд, её невозможно убить серебром или осиновым колом, лишь на солнце она может сгореть...–эти речи сказаны были тяжело. Если бы они только знали, сколько раз Шипаева пыталась себя убить, и не только наркотиками, но и оружием, способное убить любого другого вампира, но не её... –А дурная кровь?–вопрос уже от Игоря изошел. –Папа,–она повернула голову в его сторону, чтобы взглядом поймать отеческие глаза, что и получилось. Он мимолётно одобрительно кивнул и девушка продолжила.–папа научил меня не чувствовать и перебарывать себя при запахе дурной крови, теперь я её не распознаю. Я даже могу её пить...–теперь взгляд упал на Лёву. Он был её донором в полнолуние, когда была пора пить кровь, для этого она и выучилась не препятствовать своё тело при запахе и виде её. Поэтому они и разошлись, не могла она пить кровь, зная то что следующим утром она будет спать с этим человеком, обнимаясь, и говорить с ним же о любви. –Зачем он тебя ищет?– Валерин голос разбудил её из мрачных мыслей, и если бы он мог делать так почаще и появился намного раньше в её жизни, возможно не было бы всего того, что было сейчас у Шипаевой за спиной. –Я ему нужна, так как именно я рождённый вампир. Больше нет таких как я...Продолжение рода, вот что его преследует. –Подождите, а разве стратилаты могут не только укусом пораждать пиявцев? –Не могут, Игорь. Вся эта нечисть не чувствует никакого абсолютно вличения друг к другу, они чувствуют лишь голод... –Если только личность не сохранилась в стратилате или в другом каком упыре.–закончила за Носатовым Геля.– Я единственная наследница в своём роде. Повисла тишина. Что делать с этим, никто понятия не имел. Сейчас Ангелина винила только себя и своё рождение, ведь если бы не было её, то и сейчас проблем у неё и её родных тоже не было бы. –Хорошо, и что вы предлагаете? Как нам его найти? Не проще будет...–последнее предложение Корзухин не мог сказать, это будет ужасно и эгоистично с его стороны, понимая, что это самый чудовищный выход из всей сложившейся ситуации, поэтому да бы остановить себя и свою речь, он посмотрел в глаза юной девушки. А в её взгляде читалось понимание, понимание того, что Корзухин именно хотел сказать, но промолчал. –Что проще будет, Игорь?–спросила Шипаева, сверля своим озлобленным холодным взглядом его душу. Зрачки её переменились с чистых зелёных на голодные кровавые. Игорь испугался и не скрывал этого, он даже Валеру боялся, когда тот в полнолуние на цепи сидел, а тут защиты никакой...Жилки под глазами прорастали всё больше, давая понять, что её злость овладевала всё большим и большим контролем над юным телом. –Геля!–побудительно произнёс мужчина, смотря на эту ситуацию издалека и наблюдая как его дочь снова превращается в зверя. Она своими красными глазами вцепилась в чистый взгляд Корзухина, будто тот её жертва, которой суждено вот-вот оказаться лакомством для хищника. –Это не выход, Игорь, чтоб ты знал! Он порадит нового упыря, да бы он дал потомство, это замкнутый круг,–уже демоническим, не своим голосом ответила Ангелина. Ника решила устаканить ситуацию своим мелодичным голосом, да бы ребята не порвали друг друга здесь и сейчас, прямо у них на глазах. –То есть как порадит нового? Вы с ним уже не в первый раз сталкиваетесь?–её голос дрожал в испуге и в непонимании того, что происходит и что их ждёт в дальнейшем. Ангелина обернулась на Носатова, спрашивая своим растерянным взглядом, что им делать дальше. Они не готовы сейчас это говорить, но и оставлять ребят в неведении тоже будет не справедливо, раз те согласились помочь им в таком непростом деле. –Да...–лишь кротко сказал доктор, вглядываясь в глаза своей "гадюки". –И что же нам с ним делать? Вы знаете лучше, Валентин Сергеевич, раз вы не в первый раз с ним сталкиваетесь,–Валерка подал свой заинтересованый голос, ожидая вердикта, который ему не понравится. Он чувствовал это всем своим нутром. –Убить его надо, вот что надо с ним сделать,–ответил парню охотник. –И как мы это сделаем?–спросил Игорь. –Только Валера способен его победить,–ответила Геля, повернувшись своим безнадёжным взглядом на Лагунова. Её буря, в виде "кровавой" агрессии, уже стихла, преображая её назад в человека, если так можно сказать. Валера не отрываясь смотрел на Шипаеву, так трудно ему было оторваться от её глаз, и только сейчас, когда он её рассматривал, он увидел кулон у неё на шее. Так вот, что её спасает от солнца...красный кулон. Он обратил внимание на красный камень, обрамлённый серебряной каёмочкой в виде причудливых узоров, закреплённых на цепочке из серебра. К этому кулону Лагунов не решился прикоснуться, проверять ему было ни к чему, иначе мог получить серьёзный ожог. –Я сделаю всё что понадобится,–произнёс стратилат, смотря на Гелю. Она выдохнула с облегчением. Помощь будет, чему она была безмерно рада, ведь одна она не справилась бы с ним... –Нужно ещё Риту попросить о помощи, ведь она тоже пиявица, лишней не будет,–это уже сказала Вероника, смотря на пару. –Я её уговорю,–ответила дурнокровной Ангелина. –Значит так, и какой у нас план? –Всё очень просто, Игорь–сказал Носатов.–Мы снова едем в "Буревестник". Там всё и началось...