Глава 23
Скоро все изменится!
Два часа назад.
Голова заболела еще больше. Не знаю, насколько сильно Томас ударил меня, но, похоже, я потеряла много крови. Но это пугает меня меньше всего. Его поступок... Как он решился пойти на такое? Что плохого я ему сделала? Может, им управляют? Так же как и Ньютом! Даже если так, то третьего удара по голове я не выдержу. Пребывание в Глейд стоит мне слишком дорого. Господи! Я говорю так, как будто я приехала в зону отдыха.
Голова! Черт! Я не могу больше терпеть. Пронзительная и режущая боль потихоньку убивает меня. Но лучше быстро, чем долго и мучительно. Протянув руку в карман своего костюма, я нащупала баночку. Вытащив ее, я кинула быстрый взгляд на этикетку.
«Мгновенная смерть»
Недолго думая, я открыла пробку и залпом выпила ее содержимое. Жидкость до боли обжигала стенки гортани, но по сравнению с головной болью это были цветочки. Яд быстро дошел до внутренних органов, и мне резко стало жарко. Тело сковывало судорогой, а на руках я заметила выступающие вены.
Так вот, какая она смерть!
Я услышала грохот и скрежет металла, а затем, боль отступила, и я заснула своим сном.
Не думала, что именно эти звуки станут последними.
***
Спаси Томаса!
Под приказом Ньюта, глейдеры сразу вооружились всем необходимым. Фрайпан быстро собирал припасы и закидывал их в рюкзаки. Галли сооружал катапульты, а некоторые глейдеры, имена которых мне не известны, помогали ему. Схватив неподалеку лежащий мачете, я резко сорвался к Западным воротам. Моя цель была почти близка, но на середине пути меня перехватил Минхо.
— Эй, шанк! Жить надоело? — он держал меня обеими руками.
— Отпусти, Минхо! — я резко вырвался из его хватки. — Не мешайте мне, не сейчас! Я потерял слишком много времени. Я потерял Кэт, скоро потеряю Чака и Алби! Да, черт, Минхо! Я потеряю вас всех, если не остановлю это!
— Что за бред ты несешь? В каком смысле потеряешь?
— Не сейчас. Слишком мало времени! Она не остановится, пока вы все не сдохните!
— Шанк! — Минхо повысил голос. — Ты что-то знаешь?
— Да, Минхо! Я все знаю! И если сейчас мы будем тут стоять, то в живых останется человек десять из пятидесяти.
— Да что ты, черт возьми, несешь! — не сдерживая себя, Минхо прилично заорал. — И что ты предлагаешь делать? Бежать в лабиринт? — с сарказмом сказал парень.
— Нет! — отрезал я. — В лабиринт нельзя! Не сейчас. Это переменная. Точнее ее последствия, — словив на себе недоуменный взгляд Минхо, я покачал головой. — Это сложно, понимаешь? Если я тебе буду все объяснять, мы потеряем всех парней. Иди и скажи Ньюту, чтобы он укрыл ребят в лифте и яме. Я пойду к воротам.
— С ума сошел? — Минхо уставился на меня, выпучив глаза. — Пожертвуешь собой ради нас? — парень недоверчиво приподнял бровь. Я кивнул. — Ну уж нет, шанк. Один ты не пойдешь!
— Тебе нельзя со мной, — отрезал я. — Ава не успокоится, пока вы все не передохните. Поэтому, вместо вас должен умереть я. — Минхо снова непонимающе уставился на меня. Я помедлил, собираясь с мыслями и собирая их в одно целое. — Она любит меня. Если я умру, она перестанет делать эксперименты, потому что разочаруется в них. Она перестанет мучить детей и отбирать их у родителей. — Минхо опустил глаза. Кажется, я догадываюсь, о чем он подумал. — Да, Минхо. С тобой было тоже самое, — я снова помедлил. В уголках глаз собрались слезы, ведь это все с ними делал и я. Я чудовище, как и моя мать!
Не дожидаясь ответа, я встал и направился к Западным воротам. Я был рад, что Минхо не последовал за мной. Может он не поверил мне? Пофиг, это не так важно. Важно, либо прикончить Аву, либо меня. Но Аву прикончить не получиться, ее охраняет ПОРОК. А добровольно она не погибнет, она слишком самовлюбленная и выше своих целей ничего не ставит. А я не такой, меня уже ничто не держит, и я завершу начатое, даже если конец близок.
Пока я добирался до Западных ворот, я не встретил ни одного гривера. Вряд ли он так быстро ушел к центру Глейда, в любом случае, я бы его заметил.
Ава!
Опять! Опять она мне мешает!
Ненавижу ее!
Ненавижу ее из-за того, что она сделала с Кэт!
Я уже собирался разворачиваться и уходить, как чья-то рука крепко вцепилась мне в плечо. Резко обернувшись, я увидел ее.
Она жива!
Я посмотрел в ее спокойные, до боли знакомые глаза, такие, какие были только до лабиринта. Понимающие, успокаивающие, вселяющие веру и надежду. И только теперь я понял, как мне перед ней стыдно!
POV Кэт
От моих действий, Томас дернулся. Думаю, я слишком сильно схватила его за плечо. Посмотрев на Томаса, я улыбнулась глазами. Выдавить улыбку я не могла, голова еще болела, но Томаса я не виню. Он не хотел. Он не мог по другому. Я понимаю.
Томас виновато опустил глаза. Я заметила это. Положив руку на его плечо, Томас поднял голову. На его глазах были слезы. Соленая жидкость не давала парню рассмотреть меня, поэтому он грубо вытер себе глаза и вновь уставился на меня.
Не говорю ни слова, я подошла к нему ближе и обняла. Так, как это делают люди, которые любят друг друга и любили всегда. Томас знал, что будет что-то подобное, но все равно замешкался. Когда он, наконец, обнял меня в ответ, я отстранилась от объятий и без слов начала уходить. Парень не оставил это без внимания, поэтому резко взял меня за запястье.
— Ты куда? — я молчала. — Кэт! — но я все еще молчу, не от того, что я не хочу с ним разговаривать, я просто не знаю, что сказать. — Кэт, ответь! Прости меня, я понимаю твои действия, я бы тоже себя ненавидел, но прости. Пожалуйста, Кэт! Не уходи. Мне нужна чья-то поддержка сейчас. Твоя поддержка! Кэт... — парень не договорил, потому что я его перебила.
— Ты не умрешь сегодня! — твердо сказала я.
— Ты слышала наш разговор с Минхо? — я снова промолчала, и Томас, наверное, воспринял молчание как «да». — Значит, ты знаешь, что я делаю это ради тебя и других глейдеров!
— Нет, Томас! Ты не умрешь сегодня! — повторила я. — Она не успокоится, даже если ты погибнешь. Я знаю, что перед лабиринтом ты ввел новую переменную. И этой переменной была твоя смерть. В тот день ты просил меня не мешать тебе, но это же я, я никогда не слушала тебя, и я рада, что не послушалась тогда. Да, ты всегда был умнее меня, но я тоже во много разбиралась. Я переделала твою переменную, взломала пароль и...
— И тебя поймали! — договорил Томас за меня. — Они отправили тебя в лабиринт, как всех остальных, чтобы ты не мешала им закончить эксперимент. Они тебе перестали доверять.
— И правильно делали, — я опустила глаза. — После того, что они сделали с тобой, я бы никогда не работала на Аву.
— Она бы заставила тебя!
— Не заставила! — отрезала я. — Перед тем, как меня отправили в лабиринт, Ава говорила со мной. Она узнала о переменной. Когда я взломала пароль, все мои прошлые действия встали на свои места, в том числе и переменная. Ава рассказала мне, что спасти твою жизнь можно в обмен на другую. Я пообещала, что помогу тебе.
— Ты пообещала ей умереть вместо меня? — мои глаза расширились от страха. — Боже, Кэт, скажи, что это не так!
— Это так, Томас! Когда они стерли мне память, мне постоянно снились сны. Вода, лаборатория и... Ава. Она умоляла спасти тебя! Постоянно. Каждую ночь. Меня сводили с ума эти сны, я постоянно ломала голову, почему я должна спасти тебя и от чего! Только после того, как меня вырубил Ньют и я попала в больницу ПОРОКа, я поняла, что вас что-то связывает. И только в Глейде я вышла на правду.
— Кэт, я не позволю! Ты не умрешь сегодня, как и все остальные. Ты будешь жить, я обещаю!
— Это ложные обещания, Томас! Я рано или поздно все равно умру. Ава сама несколько раз пыталась прикончить меня, — Томас недоуменно посмотрел на меня. — В лабиринте, допустим, она нарочно заставила Ньюта вырубить меня, а затем полезть за ним. Она дала мне баночку с «Мгновенной смертью». Я воспользовалась ей сегодня, но она не принесла мне смерть.
— Она вернула тебе память! — Томас почесал затылок, кажется, он начал понимать, что тут происходит. — Но зачем?
— Разумеется, она хотела, чтобы я выполнила свое обещание.
— Ты переходила через Метаморфозу?
— Да.
— Черт! — выругался Томас.
— Что-то не так? — спросила я.
— Да, Кэт, не так. Метаморфоза — это не только возвращение памяти, но и управление разумом. Как с Алби или Беном. — Томас сделал шаг назад. — Кэт, как ты себя чувствуешь?
— Отлично! — я нервно улыбнулась, краем глаза наблюдая за огромным существом, которое ползет к Томасу.
Оттолкнув Томаса рукой, я прыгнула на гривера. Железяка мгновенно отреагировала и воткнула иглу мне в ногу. Ногу пронзило острой болью, но это не остановило меня. Я упала на колени, при этом пытаясь подняться. Гривер снова начал двигаться в сторону Томаса. Том стоял не шевелясь, думаю, он решительно подошел к своему плану. Но я не позволю ему умереть!
Засунув руку в карман костюма, я вытащила складной мачете. Прицелившись, я метко бросила его. Мачете попал в гривера, но толку от него не было. Я снова полезла в костюм, вытаскивая оттуда веревку. После «похода» в лабиринт, я решила не выбрасывать веревку, а оставить ее на будущее. Завязав приличную петлю, я раскрутила веревку по кругу, как это делают ковбои, и кинула ее на гривера, держась за конец и надеясь, что она зацепится за него. И о чудо! Веревка зацепилась за одну из клешней гривера. Я со всей силы потянула веревку на себя. Толк был не большой, но все же был. Гривер отреагировал на меня. Он развернулся в мою сторону, но идти ко мне не спешил. Томас крепко вцепился в клешни чудовища и не давал тому сдвинуться с места. Гривер одним движением клешни скинул Томаса и направился ко мне.
Один... Два... Три... Четыре... И длинная игла, размером в сантиметров двадцать, проткнула насквозь мое тело. Я ничего не почувствовала, но обессиленно упала на землю. Ко мне подбежал Томас, он огромными глазами, полными слез посмотрел на меня. По его щекам скатилась соленая жидкость. Я пальцем убрала капельку на его щеке.
— Не волнуйся. Так должно было быть! — сказала я, и слезы побежали из моих глаз, оставляя мокрые дорожки. — Скажи маме, что я выполнила обещание!
Мои глаза закрылись, и я поняла, что больше никогда не увижу всего ужаса, что творится здесь и за пределами лабиринта, никогда не увижу Томми — моего брата.
***
Схватившись за плечи Кэт, я безжалостно начал трясти ее.
Она очнется. Она очнется. Она очнется.
Я твердил себе, что это просто сон, я пытался заставить себя поверить в это. Поверить, что Кэт жива, что мы сидим за столом и весело смеемся над шутками папы, а улыбающаяся, заботливая мама готовит нам шарлотку. Ведь сегодня суббота. Наш день! День, когда мы проводим его все вместе, всей семьей, дружной, любящей. Так было раньше: до Вспышки, до того, как умер папа, до того, как мама стала чудовищем, до того, как она забрала Кэт, до того, как она разлучила нас, до того, как она заставила нас забыть, кто мы, до того, как она сделала из нас лабораторных крыс, которые экспериментировали над детьми, отправляя их в зону под названием «Лабиринт». Это была ее идея. Она чудовище. Она сделала меня таким же, как она. А чудовища не должны жить!
Грубо смахнув слезы, я решительно встал и бросился на гривера. Я был слаб, истощен морально и физически. Я знал, что я погибну. Но меня ничто не держит... Теперь уже никто.
***
— Здравствуйте! Меня зовут доктор Ава Пейдж. Принимая во внимание полученные результаты, я должна печально заявить, что эксперимент «Лабиринт» был провален. Если честно, я считала, что субъект А-2, Томас, покажет более хорошие результаты. В ранее составленной нами программе, не было смерти субъекта А-2. Думаю, это была наша ошибка. Мы применили слишком жестокие меры, и мы должны все исправить! Увы, но выжившим субъектам придется пройти испытания до конца. В память о субъекте А-2, Томас, и субъекте А-3, Кэт, мы закроем ворота. Теперь уже навсегда! Но не забывайте, если на гране жизнь человечества, то жизнь двух подростков не затмит их! Даже, если эти два подростка - мои дети. - Ава помедлила. Ее губы скривились, и по лицу было видно, что она едва не плачет. На мгновение, Пэйдж удалось сохранить безэмоциональное лицо и она сказала самую страшную фразу. - Нам пора приступать ко второй фазе!.