Экстра•1•🌹
Мяу мяу. Да котятки я вернулась🍓
(Честно, я уже не помню что писала в фанфике. Всё же с момента как я его закончила прошел почти год. Поэтому извините, если будет что-то отличатся от всего фф...)
____________________
Мир после битвы напоминал выжженную пустыню, даже если города оставались целыми. Смерть Гето поставила точку в одной главе, но открыла другую, куда более пугающую. Рёмен Сукуна, Король Проклятий, теперь не был заперт внутри Итадори. Он существовал отдельно — пугающая, монументальная сила, застывшая в хрупком равновесии с миром людей.
Маги старой закалки брызгали слюной в залах совета, требуя немедленного изгнания или запечатывания. Они боялись его тени, его дыхания, его молчания. Но печати соскальзывали с кожи Сукуны, словно вода с шелка. Он не сопротивлялся, лишь смотрел на них с высокой террасы своим нечитаемым, тяжелым взглядом, в котором сквозило бесконечное презрение к их слабости.
Итадори был единственным, кто стоял между ним и яростью магического сообщества. Юдзи метался, убеждал, доказывал, что Сукуна изменился, что он помог... но слова тонули в гуле ненависти.
— Они не остановятся, Юдзи, — голос Сукуны прозвучал в полумраке их общей комнаты, низкий и вибрирующий. — Им нужен враг, чтобы оправдать свой страх.
Вечер того дня был пропитан запахом надвигающейся грозы. Сукуна стоял у окна, его татуировки казались живыми в сумерках. Он принял решение.
— Я уйду, — просто сказал он. — В «Зал Вечного Безмолвия». Там время течет иначе. Тысяча лет пролетит как один сон.
Юдзи застыл, чувствуя, как сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой, причиняя физическую боль.
— Нет... — он шагнул вперед, хватая Сукуну за края его темного кимоно. — Ты не можешь. Мы найдем выход! Я поговорю с Годжо, я заставлю их понять...
— Глупый мальчишка, — Сукуна мягко, почти нежно коснулся щеки Итадори своими грубыми пальцами. — Ты хочешь провести свою жизнь, защищая монстра от тех, кого ты должен называть союзниками? Я не позволю тебе стать изгоем из-за меня.
— Мне плевать на них! — в глазах Юдзи стояли слезы, которые он отказывался проливать. — Ты — это всё, что у меня есть. Пожалуйста, Рёмен... не оставляй меня.
Но решение было непоколебимым. В ту ночь, под бледным светом луны, они дошли до врат древнего храма, скрытого в недрах магического колледжа. Стены этого места были исписаны запретными кандзи, а воздух был таким густым от магии, что трудно было дышать.
У входа в зал Сукуна остановился. Он обернулся и на мгновение притянул Итадори к себе, целуя его так, словно хотел запечатлеть вкус его души на своих губах на все грядущие века. Это был поцелуй, полный горечи, обещания и отчаяния.
— Живи, Юдзи, — прошептал он, отстраняясь.
Тяжелые каменные двери, окованные проклятым металлом, медленно закрылись, отсекая тепло присутствия Сукуны. Юдзи остался стоять в пустом коридоре, прижавшись лбом к холодному камню, и его крик, полный боли, эхом разнесся по пустым сводам.
*******
Прошли месяцы, превратившиеся в год. Юдзи изменился. Исчезла та детская беззаботность, на ее месте поселилась холодная, расчетливая решимость. Он не оставил надежды.
Первая попытка была отчаянной. Юдзи попытался использовать свою собственную проклятую энергию, чтобы «взломать» печать снаружи. Он медитировал у дверей залы неделями, пытаясь синхронизировать свой пульс с ритмом, который, как он верил, всё еще бился внутри. Он довел себя до истощения, его руки были стерты в кровь о магические барьеры, но Зал оставался неприступным. Магия печати питалась его попытками, становясь только крепче.
Второй раз он отправился в странствие по заброшенным храмам севера, ища помощи у древних духов. Он нашел «Клинок Иссушения» — артефакт, способный разрезать пространство. Но когда он замахнулся им на врата Зала, клинок рассыпался в прах, не оставив даже царапины. Зал Безмолвия был вне законов физики и обычной магии.
Юдзи понял: чтобы вытащить Сукуну, он не должен бороться с дверью. Он должен изменить саму суть того, что находится за ней.
Рискуя жизнью и статусом мага, Итадори пробрался в Тайную Библиотеку Совета Старейшин — место, куда вход был заказан даже учителям. В самом дальнем углу, за стеллажами, покрытыми пылью веков и защитными заклятиями, вызывающими безумие, он нашел то, что искал.
Это был свиток, написанный кровью мага, жившего еще до эпохи Хэйан. В нем описывался ритуал «Омовения Смертного».
Юдзи жадно вчитывался в строки. Его пальцы дрожали.
«...лишить сущность искры проклятой, превратить великое в малое, дух в плоть, не знающую магии...»
Это был рецепт сыворотки. Если ввести ее существу, обладающему проклятой силой, вся его мощь испарится, превращая его в обычного человека. Для магов это было хуже смерти. Для Сукуны, Короля Проклятий, это означало потерю всего величия.
Но для Юдзи это означало свободу. Если Сукуна станет человеком, Зал Безмолвия — тюрьма для проклятий — просто вытолкнет его наружу, потому что он перестанет соответствовать «условиям содержания».
Юдзи смотрел на формулу, и в его глазах блеснул опасный, почти безумный огонек.
— Я вытащу тебя, — прошептал он в пустоту библиотеки, прижимая свиток к груди. — Пусть ты возненавидишь меня за это, пусть ты станешь слабым и смертным... но ты будешь дышать. Ты будешь рядом.
Он знал, что это предательство природы Сукуны. Но его любовь была эгоистичной, жгучей и единственной вещью, которая поддерживала в нем жизнь. Итадори начал собирать ингредиенты: слезы редких проклятий, корень вечного древа и свою собственную кровь, пропитанную остатками ауры Сукуны.
Он был готов. Он вернет своего Короля, даже если для этого ему придется лишить его короны.
_____________
Надеюсь вам понравиться🌹
Обязательно напишите свое мнение в комментариях♡