3 часть.
— Это моя комната, где хочу, там и останусь.
Миссис Ли, не сдвинувшись с места, ответила холодным, ровным голосом:
— Простите, господин Хван, но правила этого дома установил ваш отец. И они обязательны для всех, включая вас. Вы обязаны покинуть комнату, пока мисс Хаюн выполняет свою работу.
Хенджин вспыхнул. Его лицо покраснело, и он сделал шаг вперед, его взгляд был полн гнева.
— Вы смеете мне приказывать?! — прорычал он, его голос прорезал тишину. — Вы забыли свое место?!
— Мое место — следить за тем, чтобы правила этого дома соблюдались, господин Хван, — ответила миссис Ли спокойно, не сдавая своих позиций. — И я напомню вам, что ваше положение не дает вам права игнорировать их. Пожалуйста, покиньте комнату.
Хаюн стояла между ними, почувствовав себя зажатой между двумя стихиями. Она не знала, что делать, и только молча наблюдала за разворачивающейся сценой. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Хенджин медленно выдохнул, его плечи опустились, и он спокойно проговорил:
— Хорошо, — сказал он сквозь зубы. — Но я еще вернусь.
Он кинул на Хаюн быстрый, значительный взгляд и, повернувшись, покинул комнату, громко хлопнув дверью. Миссис Ли осталась стоять у двери еще несколько секунд, потом повернулась к Хаюн.
— Продолжайте работу, мисс Хаюн, — сказала она холодным голосом. — И помните о правилах.
Она ушла, оставив Хаюн одну в комнате. Тишина, которая наступила после ухода Хенджина и миссис Ли, казалась еще более напряженной, чем до их спора. Хаюн глубоко вздохнула и продолжила убирать комнату, стараясь не думать о том, что только что произошло.Через полчаса, когда Хаюн уже закончила уборку и собиралась выйти из комнаты Хенджина, она резко остановилась. Она не видела его в коридоре. И в этот же момент врезалась в его твердую грудь. Она почувствовала его тепло через тонкий слой ткани своей формы. Она быстро подняла голову, готовая отчитываться, но застыла, встретившись с его спокойным, наблюдательным взглядом.
— Извините, — прошептала она, мгновенно опустив глаза в пол, точно так, как учила миссис Ли. Её щеки пылали.
Хенджин молчал некоторое время, наслаждаясь моментом. Его рука легко коснулась её руки, державшей ведро для мусора. Её пальцы сжались.
— Ты так быстро работаешь, — прокомментировал он спокойно, его голос был низким и приятным. — Я уже надеялся, что смогу понаблюдать за тобой еще немного.
Хаюн не ответила, продолжая держать взгляд опущенным. Она чувствовала его близость, его тепло, его аромат. Это было как удар током.
— Мисс… Хаюн, — продолжил Хенджин, его голос стал еще ниже, — ты очень загадочная.
Он отпустил её руку, и Хаюн быстро отошла от него, стараясь сдержать свое волнение.
— Мне нужно идти, — прошептала она, стараясь уйти как можно быстрее.
— Подожди, — сказал Хенджин, не давая ей уйти. — Я хочу кое-что тебе сказать.
Хаюн замерла, чувствуя, как напряжение снова возвращается. Она не могла определить его настроение. Раздражение? Или что-то другое? Она с тревогой ожидала его слов. Сердце стучало в груди как барабан.— Ты должна пойти со мной на приём, — сказал Хенджин, его голос стал тверже.
Хаюн замерла, не в силах поверить услышанному. Она подняла глаза на него, встретившись с его решительным взглядом.
— Что?Я не могу. Я — горничная. У меня нет прав и обязанностей…
— Это приказ, — перебил он, его тон был безапелляционным. — Я хочу, чтобы ты была со мной. И это не обсуждается.
— Но… это неправильно, — возразила Хаюн, чувствуя, как её мир переворачивается с ног на голову. — Это нарушение всех правил. Миссис Ли…
— Миссис Ли не имеет значения, — сказал Хенджин, его лицо выражало нетерпение. — Ты пойдешь со мной, и точка. Ты будешь моей гостьей.
— Но я… — начала Хаюн, но Хенджин перебил её.
— Все будет в порядке, — сказал он, его голос смягчился, — я позабочусь обо всем. Ты будешь выглядеть прекрасно. И я уверен, что вечер будет интересным. В конце концов, — добавил он, его глаза блеснули озорством, — это возможность для тебя расширить свой опыт в танцах.
Хаюн была в замешательстве. Она не знала, что делать. Она понимала, что это неправильно, что это опасно, но что-то в его тоне, в его взгляде, заставляло её сомневаться.
— У меня нет выбора? — спросила она тихо.
Хенджин улыбнулся, его лицо озарилось довольной улыбкой.
— Ты пойдешь со мной. И ты будешь рада.
— Но я… Я не хочу… это неправильно…
Хенджин медленно наклонился, его дыхание коснулось её волос. Он нежно, но настойчиво приподнял её подбородок своим пальцем, заставляя поднять глаза.
— Смотри на меня, — прошептал он, его голос был мягким, но в нём скрывалась непоколебимая решимость.
В этот момент в коридоре появилась девушка. Она была стройная, с яркими чертами лица и весёлыми глазами. Это была Соён, сестра Хенджина, ей было двадцать два. Она остановилась, увидев сцену, которая развернулась перед ней. Её взгляд медленно переместился с Хаюн на Хенджина, и на её губах появилась издевательская улыбка.
— О, Хенджин, — сказала она, её голос был пронизан иронией, — я вижу, ты нашёл себе новую игрушку. Как всегда оригинально. Хотя, — она посмотрела на Хаюн, — для тебя, брат, это всего лишь новая горничная.
Хаюн с ужасом опустила голову, чувствуя себя совершенно беспомощной и униженной. Хенджин отпустил её подбородок, его лицо потемнело.
— Соён, — предупреждающе сказал он, его голос был холодным. — это не твоё дело.
— А ты уверен? — спросила Соён, её улыбка не сходила с лица. — Может быть, мне следует рассказать папе, что ты завёл роман с обслуживающим персоналом?
Хенджин сжал кулаки, пытаясь сдержать гнев. Он быстро взглянул на Хаюн, а затем обратился к сестре:
— Я тебя прошу, Соён. Не вмешивайся.
— Ну ладно, ладно, — Соён подняла руки, как бы сдаваясь. — Просто помни, что эти игры могут иметь неприятные последствия. Как знаешь.
Она покинула их, оставив брата и Хаюн в напряженной тишине. Хенджин взглянул на Хаюн, его лицо было серьезным.
— Забудь о том, что она сказала, — пробормотал он, его голос был мягче, чем раньше. — Ты все равно пойдешь со мной. Это важно.