глава 460- 465
Глава 460. Статус основного ученика
Почтенный Нинелион был поистине преисполнен уважения к Цзян Чэню. Он даже интересовался его мнением по поводу союза во время приема, которым он руководил лично. Цзян Чэнь охотно поделился своим мнением, сказав, что, по его мнению, в свете последних событий, союз с Великим Собором будет неплохой идеей, если Секта Мириады Духов сможет сохранить свое наследие. Такой исход был намного лучше, чем превращение в вассалов Небесной Секты.
Почтенный Нинелион тоже понимал, что в сложившихся обстоятельствах сохранить независимость было бы чрезвычайно сложно. Учитывая мощь недруга, он мог бы раздавить какую-то секту шестнадцати королевств одним пальцем. Как ни посмотри, в этой ситуации самым мудрым решением было найти подходящего покровителя.
Немного поболтав с Лю Вэньцаем, Цзян Чэнь собрался уходить и, спускаясь с горы, с улыбкой произнес:
— Вэньцай, я буду ждать нашей следующей встречи в Области Мириады.
Тан Хун тоже подошел к Лю Вэньцаю и с громким хлопком стукнул того кулаком по груди.
— Если ты не сможешь попасть в отбор за три года, не смей говорить окружающим, что ты — мой брат!
Лю Вэньцай весело рассмеялся:
— Ты тоже!
Тан Хун хрустнул костяшками кулаков:
— Я уже все обдумал. Если я не пройду в отбор, клянусь никогда не возвращаться в шестнадцать королевств!
Тан Хун был дюжим, донельзя прямолинейным малым, который всегда был себе на уме. Однако именно такие люди обычно бывают самыми упорными. Стоило ему определиться с целью, и ничто не могло сбить его с пути; стоило Тан Хуну чего-то по-настоящему захотеть, и он двигался вперед семимильными шагами.
Полдня спустя Цзян Чэнь верхом на Златокрылой Птице-мече догнал своих спутников. Несколько дней спустя они все прибыли в Королевский Дворец Пилюль.
Он был расположен в центре Области Мириады. Территория Дворца была в десять раз больше союза шестнадцати королевств. В пределах владений Дворца находилось огромное множество больших и маленьких фракций. К примеру, фракций, подобных четырем великим сектам, было много десятков. Также на этой территории находилось несколько сект шестого и пятого уровней, которые мирно жили под властью Королевского Дворца Пилюль.
Владения Королевского Дворца Пилюль представляли собой величественное зрелище. Они протянулись на много миль вдоль горных долин, а центральный дворец и жилища утопали в море прекрасных цветов. Тем не менее, даже среди этой красоты через каждые несколько сотен миль были расставлены защитные барьеры. Любой, кто попытался бы добраться до сердца Королевского Дворца Пилюль без проводника, был бы уже сотню раз атакован защитными барьерами.
— Цзян Чэнь, этот медальон секты позволит тебе беспрепятственно проходить через обычные барьеры. Но не пытайся войти в главные зоны без разрешения. Даже культиваторы сферы мудрости могут не справиться с барьерами, которые защищают эти зоны.
Да уж, в секте четвертого уровня было немало запретных зон.
Дань Чи привел Цзян Чэня и остальных в Зал Внутренних Дел и организовал для них временное жилище.
— Цзян Чэнь, со всеми новоприбывшими будут обращаться так же уважительно, как и с другими учениками моей секты. Однако и правила моей секты тоже будут в полной мере распространяться на вас, как и на остальных учеников. Всем вам будет присвоен статус, соответствующий вашему уровню культивирования. У кого-нибудь есть какие-нибудь возражения?
Хотя их секты и заключили союз, правила еще никто не отменял.
Цзян Чэнь улыбнулся:
— Конечно, нет. Было бы несправедливо, если бы мы, чужаки, пользовались какими-то особыми привилегиями.
Все остальные согласно закивали.
Мастер Зала Внутренних Дел не смел медлить, когда пришел Дань Чи, и вышел лично встретить группу культиваторов.
Цзян Чэнь находился на уровне изначальной сферы, что делало его основным учеником Королевского Дворца Пилюль. Поэтому он получил медальон основного ученика. Будучи культиватором небесной духовной сферы, Тан Хун получил медальон внутреннего ученика. Лянь Цанхай, Се Юйфань и Те Дачжи были в одном шаге от небесной духовной сферы, а потому должны были начинать с уровня внутренних учеников, находящихся на испытательном сроке.
Как бы там ни было, статус внутреннего ученика на испытательном сроке был куда лучше, чем статус внешнего ученика.
Королевский Дворец Пилюль мог похвастаться огромным количеством ресурсов, избыток которых обеспечивался обильными природными богатствами, которыми полнилась территория Дворца. В них у секты точно не было недостатка. Внутренние ученики, даже новички на испытательном сроке, получали отдельные жилища с личным двором. Хотя жилища были невелики и располагались вблизи друг от друга, все-таки это был их собственный дом, свое личное святилище. Внутренним ученикам можно было не ютиться в общих местах проживания вместе с внешними учениками. Основному ученику вроде Цзян Чэню полагалось еще более достойное жилище.
На территории Королевского Дворца Пилюль находилась гора, вокруг которой раскинулась Розовая Долина; в горе были высечены тысячи жилищ, отведенных для основных учеников. Будучи основным учеником, Цзян Чэнь имел право проживать в Розовой Долине. К тому же, основным ученикам полагалась весьма щедрая порция ресурсов. Хотя ему было еще далеко до истинных учеников, Цзян Чэнь едва прибыл сюда, а потому большего ему было и не нужно.
(Прим.: В иерархии сект ученики обычно делятся, по возрастанию, на внешних, внутренних, личных и истинных.)
(Прим. переводчика: Несмотря на указанную в примечании классификацию, в тексте английского перевода для обозначения текущего статуса Цзян Чэня используется слово, не упомянутое в классификации.)
Статус и привилегии следовало заслужить. Будучи новичком, он не собирался требовать к себе особого отношения и важничать перед окружающими. Со временем, по мере того, как его сила будет расти, Цзян Чэнь заработает необходимую репутацию и получит все, что ему необходимо.
Мастер Зала Внутренних Дел также сказал, что Королевский Дворец Пилюль поощряет учеников, желающих заработать дополнительные ресурсы своим трудом. К примеру, одним из лучших способов заработать ресурсы было выполнение миссий, которые выдавала секта. Многие истинные ученики использовали этот способ, чтобы получать ресурсы. Особенно это касалось самых фанатичных культиваторов, которым всегда не хватало стандартной доли ресурсов. Чтобы получить больше, им необходимо было выполнять миссии секты.
Когда все приготовления были закончены, Мастер Зала отвел Тан Хуна и остальных в их жилища. Само собой, Гоуюй и остальные последователи отправились в Долину вслед за Цзян Чэнем. У многих основных учеников были последователи. В принципе, Королевский Дворец Пилюль не возражал против того, чтобы у основных учеников были свои последователи.
Даже некоторые внутренние ученики были не против стать последователями некоторых основных учеников, чтобы обрести более благотворную для культивирования среду и перебраться в Розовую Долину. Когда все расселились, Дань Чи попросил Цзян Чэня задержаться и пригласил его в свое жилище.
Поскольку Дань Чи был главой секты, его жилище было святой святых Королевского Дворца Пилюль, расположенной на возвышающемся пике в горной долине.
— Цзян Чэнь, ты — единственный представитель младшего поколения, побывавший в моем дворце.
Дань Чи было меньше сотни лет. По меркам мира боевого дао он все еще был подростком, поэтому пока у него не было личного ученика.
Если не считать нескольких юношей-лекарей, служивших при нем, казалось, в жилище никого больше не было; так тихо было во дворце. Цзян Чэнь чувствовал что-то особенное в планировке, ландшафте и обилии духовной ци, потоки которой оплетали жилище. Это жилище отлично вписывалось в ландшафт и обладало наилучшей энергетикой фэн шуй во всем Королевском Дворце Пилюль.
— Цзян Чэнь, сейчас здесь — только мы с тобой. Можешь открыто говорить со мной о том, о чем не мог говорить у подножия горы, — улыбнулся Дань Чи.
— Мудрец, я всем доволен, мне не на что жаловаться, — искренне ответил Цзян Чэнь.
— Ха-ха, отлично! — похвалил его Дань Чи. — Я боялся, что ты со своим горячим сердцем, полным юношеского задора, можешь почувствовать себя оскорбленным, если тебе покажется, что с тобой недостаточно хорошо обращаются.
— Мудрец изволит шутить. Я ни на что никогда не жаловался, даже когда жил в обычном мире. Святая земля культивирования Королевского Дворца Пилюль — наилучшее место в Области Мириады, на что же мне жаловаться? Высокое положение и привилегии не достанутся мне просто так. Остальным было бы трудно принять меня, если бы я сразу был окружен почетом.
Дань Чи был бы удивлен, даже если бы услышал такое от культиватора старше ста лет. Однако, услышав такое от двадцатилетнего Цзян Чэня, который ничего не требовал и ни на что не жаловался, Дань Чи почувствовал, что все его труды были не напрасны.
— Цзян Чэнь, должен сказать, твое поведение достойно высочайшей похвалы. Боюсь, с таким настроем рано или поздно тебе будет мало даже Области Мириады. Тебе не пристало барахтаться в мелком пруду, подобно мелкой рыбешке. Уверен, что через десять-двадцать лет даже секты первого уровня будут бороться за право принять тебя в свои ряды!
Дань Чи усмехнулся:
— Цзян Чэнь, сразу стоит сказать несколько не слишком приятных слов. Я буду уделять тебе внимание, но можешь не ждать особого отношения. В сектах ученики постоянно соперничают между собой, а потому без внутренних конфликтов не обойтись. Поэтому тебе самому придется постепенно разбираться в том, как здесь выживать. Да, я — твой покровитель, но только в том, что касается по-настоящему важных вещей. В секте я со всеми обращаюсь одинаково. Ты должен своими усилиями завоевать свое место, чтобы все добровольно склонили перед тобой голову. Только тогда ты получишь право представлять Королевский Дворец Пилюль и встретиться лицом к лицу с гениями других сект. Тогда ты обретешь право перейти к еще более сложным испытаниям. Ты понимаешь, что я хочу сказать?
С древних времен говорилось: чем строже наставник, тем больше добиваются его ученики. Хотя Дань Чи и не был наставником Цзян Чэня, он не собирался создавать для него тепличные условия. Он хотел, чтобы Цзян Чэнь попал в самое пекло, чтобы жизнь в секте закалила его.
Если Цзян Чэнь не справится с конкуренцией в секте, значит, Дань Чи ошибался. Я могу дать тебе ресурсы и статус, но не рассчитывай на особое отношение. Так Дань Чи собирался стимулировать дальнейшее развитие Цзян Чэня. О каком развитии могла идти речь без жесткой конкуренции?
— Разумеется, я приложил все усилия, чтобы завербовать тебя в Королевский Дворец Пилюль, и твоя Секта Дивного Древа непременно будет укорять меня, если я не предложу ничего взамен. Я хочу вручить тебе подарок в честь твоего прибытия. Цзян Чэнь, можешь выбирать техники, пилюли, изначальное оружие, что угодно. Но знай: выбрать ты можешь только что-то одно, — улыбнулся Дань Чи.
Цзян Чэнь, само собой, не собирался отказываться от такого подарка.
Дань Чи, хоть и формально, был выше его по положению, а потому в подобном подарке не было ничего странного. Ему было нечего стыдиться.
У него не было недостатка в секретных техниках или искусствах, да и в пилюлях или чем-то подобном он не нуждался. Если бы у него возникла потребность в чем-то из перечисленного Дань Чи, он смог бы достать такую вещь самостоятельно.
Что же до оружия изначального уровня… кость Красночешуйчатого Огненного Ящера была идеальным, естественным изначальным оружием. Если после дополнительного очищения он улучшит ее с помощью нескольких формаций и символов, кость станет еще более могущественным оружием. Поэтому он даже не знал, о чем попросить Дань Чи.
— Хе-хе, мудрец, я и вправду не знаю, чего мне сейчас не хватает. Как вам такая идея: давайте пока повременим с этим подарком, а когда он мне понадобится, я приду к вам за ним? — полушутя спросил Цзян Чэнь.
— Ха-ха, хорошо, пусть будет по-твоему.
Хотя решение Цзян Чэня и удивило Дань Чи, он с готовностью согласился с ним.
Он задавался вопросом: неужели Цзян Чэню ничего не нужно? Похоже, он ни в чем не испытывает недостатка. Впрочем, этого следовало ожидать. Загадочный старец был так силен, неужели бы он ничего не оставил Цзян Чэню?
Все, что ставило Дань Чи в тупик, лучше всего объяснялось вмешательством Старейшины Шуня.
Однако он и подумать не мог, что-то, чем владел Цзян Чэнь, было никак не связано со Старейшиной Шунем. Напротив, это Старейшина Шунь нуждался в помощи Цзян Чэня.
— Хорошо, Цзян Чэнь, основные ученики Розовой Долины, должно быть, уже узнали о твоем прибытии. Они наверняка уже ждут тебя. Познакомься со своими ровесниками. Молодым людям следует общаться друг с другом и подталкивать друг друга к великим свершениям, высекая яркие искры. Трение, которое возникает между гениями, порождает вдохновение и мотивацию, необходимые для культивирования!
Дань Чи помахал рукой и одним щелчком пальца перенес Цзян Чэня из своего жилища.
Глава 461. Неудачная попытка указать Цзян Чэню на его место
Благодаря медальону основного ученика Цзян Чэнь беспрепятственно проходит в Розовую Долину. Вот только его последователи немного… выделялись.
Братья Цяо, Го Цзинь и остальные были на первом или втором уровне духовной сферы. В Розовой Долине они были белыми воронами.
Нужно знать, что все основные ученики были на уровне изначальной сферы. Большинство было на уровне земной изначальной сферы, а некоторые даже достигли небесной духовной сферы.
И даже для того, чтобы стать их последователем, нужно было быть культиватором высокого уровня; основные ученики не привыкли брать в последователи кого попало без особой на то причины.
Самые слабые из их последователей были культиваторами небесной духовной сферы, а то и духовными королями.
Культиваторов малой духовной сферы вроде Сюэ Туна в Розовой Долине практически не было. Даже юноши-лекари, которые были на посылках у прочих культиваторов, в основном были на уровне земной духовной сферы.
Поэтому, увидев последователей Цзян Чэня, стражи Розовой Долины смотрели на них со смесью удивления и насмешки. Их присутствие в Розовой Долине казалось стражам весьма забавным.
Гоуюй была уверена в себе, и чужие насмешки ее не задевали, но ей казалось, что их низкий уровень культивирования смущает Цзян Чэня.
Но он оставался невозмутимым. Эта так называемая пропасть была временной. Просто обитателям Розовой Долины повезло родиться в более благоприятном для культивирования месте и получать от Королевского Дворца Пилюль более эффективные ресурсы.
Если бы Гоуюй, Сюэ Тун и остальные родились здесь, они бы наверняка уже были внутренними, а то и основными учениками.
После того, как Гоуюй съела зеленый Божественный Плод Розового Восхода, ее уровень культивирования стремительно повышался. Теперь она была на пике земной духовной сферы. Однако по сравнению с другими последователями основных учеников, это было ничто.
Некоторые из них, чьи одежды явно выдавали в них последователей, по пути проходили мимо них. Все они были как минимум на уровне небесной духовной сферы.
Стоило им увидеть Гоуюй и остальных, как на их лицах тут же появились откровенно насмешливые выражения.
Некоторые даже начали вполголоса бормотать:
— Посмотрите-ка только, кого черти принесли. С каких это пор в Розовую Долину пускают кого попало?
— И вправду, Розовая Долина предназначена для гениев среди основных учеников. Как сюда попали люди, которые не достойны даже того, чтобы быть у нас на посылках?
— Пфф, да разве такие отбросы имеют право входить в Долину? Рано или поздно их просто вышвырнут отсюда.
Хотя они перешептывались не слишком громко, Цзян Чэнь и его спутники все прекрасно слышали.
Цзян Чэнь холодным взглядом обвел этих ребят.
Эти последователи не рискнули напрашиваться на неприятности, почувствовав ауру Цзян Чэня. Они как-то сжались и поспешно ретировались.
Хотя они не стеснялись в выражениях, говоря о Гоуюй и остальных, они не смели нарываться на конфликт с Цзян Чэнем.
Если бы Цзян Чэнь побил их, искать справедливости им было бы негде. Хотя их мастера могли вмешаться и отстоять честь последователей, просто так напрашиваться на трепку все равно не хотелось!
Гоуюй была несколько подавлена.
— Молодой господин, мы опозорили вас.
Цзян Чэнь беззаботно рассмеялся:
— Это просто какие-то заносчивые снобы. Они только и могут, что задирать нос и кичиться своим статусом. Стоит ли переживать из-за таких ограниченных людей?
Хуан-эр ободряюще взяла Гоуюй за руку.
— Старшая сестрица Гоуюй, эти люди — невежи, которые сами не ведают, что говорят, они не обладают достаточной широтой взглядов, необходимой для боевого дао. Господин Цзян прав, незачем из-за них переживать. Я уверена, что сестрица Гоуюй обгонит их всех всего за несколько лет.
Как всегда, Хуан-эр повела себя необычайно чутко. Каждое ее слово и жест всегда были подобны дуновению свежего весеннего ветерка.
Хотя Гоуюй была расстроена, после слов Хуан-эр ей стало лучше.
Она крепко взяла Хуан-эр за руку, в ее глазах отчетливо читалась решимость.
— Младшая сестрица Хуан-эр права. Пристало ли мне, Гоуюй, смиренно склонять голову перед такими, как они? Просто им повезло родиться в более благоприятных для культивирования землях. Через несколько лет я заставлю всех их уважать меня!
Она и раньше-то ни за что бы не сдалась какому-то там парню. А уж теперь, когда над ней так пренебрежительно глумились, Гоуюй почувствовала, что ее чувству самоуважения брошен вызов.
Хуан-эр слегка рассмеялась:
— Так и будет! Сестрица Гоуюй невероятно умна — вы несомненно достигнете поставленной цели!
Гоуюй тоже улыбнулась:
— Это вы по-настоящему умны! Будь я парнем, непременно бы в вас влюбилась.
— Как даль, что сестрица Гоуюй не мужчина.
Гоуюй повеселела, и остаток пути до жилища Цзян Чэня она провела в отличном расположении духа.
В Розовой Долине было полно места, и жилища были расположены друг от друга на достаточно большом расстоянии. Здесь легко было уединиться, чтобы никто не мешал тренировкам.
В плане ландшафта жилище Цзян Чэня было не из лучших; по правде говоря, это было одно из худших жилищ в Розовой Долине.
Все-таки Цзян Чэнь был лишь на первом уровне изначальной сферы, а потому не мог претендовать на жилище более высокого класса.
Тем не менее, это жилище было намного лучше того, в котором он жил в Секте Дивного Древа.
Войдя внутрь, Гоуюй и остальные воспрянули духом, и от их былой меланхолии не осталось и следа.
Это жилище было весьма роскошным. В нем была зона для культивирования, жилые помещения, пространство для отдыха, гостиная, комната для приготовления пилюль и комната для улучшения оружия. Здесь можно было найти комнаты с самыми разными назначениями.
Даже если бы у него было еще десять или двадцать последователей, а не мелкая группка, они все смогли бы с комфортом разместиться в этом жилище.
— Младшая сестрица Хуан-эр, взгляните на сад с лечебными травами! Здесь у вас будет полно места, чтобы выращивать цветы!
Гоуюй была в приподнятом настроении.
Хуан-эр слегка улыбнулась и отправилась прогуляться вокруг жилища.
В ближайшем будущем именно здесь ей предстояло провести немало времени.
Когда все расположились, Цзян Чэнь принялся болтать со своими последователями, и вдруг снаружи раздался голос:
— Старший брат Цзян Чэнь, мастер моего дома, старший брат Янь Хунту хочет, чтобы вы посетили его.
Это был какой-то последователь.
Когда Цзян Чэнь вышел наружу, он увидел культиватора уровня духовного короля, стоявшего снаружи; на нем были одежды последователя.
Хотя культиватор вел себя уважительно, в его манерах можно было уловить едва заметное чувство превосходства. Было очевидно, что он был не слишком рад новому основному ученику, едва вступившему на территорию Розовой Долины.
— Старший брат Янь Хунту?
Цзян Чэнь нахмурился. Он хочет, чтобы я отправился к нему, не успев отдохнуть с дороги?
Рассуждая логически, этому мастеру следовало бы проявить элементарное уважение и дать новичку перевести дух после долгой дороги. В том, что он послал какого-то последователя, явно читался намек на неуважение и даже прямую провокацию.
Если этот старший брат Янь Хунту и вправду так хочет познакомиться с новичком, ему следовало бы лично посетить его. Все-таки Цзян Чэнь только-только прибыл в Розовую Долину и еще не успел освоиться здесь.
— Именно так. Старший брат Янь Хунту — один из мастеров района Парящих Облаков Розовой Долины.
В словах этого духовного короля так и сквозило чувство гордости.
Казалось, быть последователем старшего брата Янь Хунту — величайшая радость и главный повод для гордости в его жизни.
Цзян Чэнь слегка кивнул головой:
— Объясни, как до него добраться. Я посещу его, когда у меня будет время.
Хотя Цзян Чэнь был несколько раздражен, он не стал вести себя откровенно враждебно.
— Что значит «когда будет время»? — Последователь непонимающе моргнул и изумленно уставился на Цзян Чэня. — Старший брат Цзян Чэнь, вы незнакомы с правилами, потому что вы только что прибыли, верно? В районе Парящих Облаков старший брат Янь Хунту оказывает великую честь тому, кого приглашает к себе в гости. Все, кто получают от него приглашение, тут же спешат явиться к нему, боясь опоздать даже на мгновение. Вы… Вы уверены, что будете ждать, пока у вас не появится свободное время? Вы заставите старшего брата Янь Хунту ждать?
Где-то в середине этой тирады в его голосе появились какие-то странные нотки, а сам он расплылся в надменной улыбке.
Он явно хотел сказать Цзян Чэню: как ты смеешь отказывать нам, когда мы сами идем тебе навстречу? Старший брат Янь Хунту оказал тебе великую честь, пригласив к себе. Как смеешь ты заставлять его ждать?
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Мне еще нужно разобраться с кое-какими делами, так что я не смогу проводить тебя.
Он не привык идти на поводу у других и безропотно отвечать согласием по первому зову. Неужто ты рассчитываешь на то, что я буду сломя голову мчаться к тебе всякий раз, когда ты, Янь Хунту, соблаговолишь позвать меня к себе, чтобы я смиренно внимал каждому твоему слову?
Даже когда у Цзян Чэня было свободное время, он не спешил явиться по чьему-либо первому зову, а уже тем более, когда он был занят, как сейчас.
Не то чтобы он всегда наотрез отказывался идти навстречу другим, просто он даже не знал этого старшего брата. Уровень их отношений не предполагал готовности в любую секунду откликнуться на призыв.
Было очевидно, что Янь Хунту хотел сразу указать Цзян Чэню на его место. Не мог же Цзян Чэнь согласиться играть по его правилам!
Последователь был шокирован отношением Цзян Чэня.
Судя по всему, для этого последователя Янь Хунту был его небом, его миром.
Он и подумать не мог, что кто-либо осмелится противиться воле его старшего брата в районе Парящих Облаков. Был однажды один основной ученик, который ослушался старшего брата, но его как следует проучили!
В Розовой Долине было четыре района, и хотя район Парящих Облаков занимал среди них самое низкое положение, Янь Хунту считался здесь непреклонным авторитетом.
За последние годы здесь не было ни одного новичка, который позволил бы себе медлить после того, как его призвал к себе Янь Хунту.
— Вам следует хорошенько обдумать свое решение, старший брат Цзян Чэнь. Не пойдете сейчас и, возможно, нового приглашения уже не последует.
Цзян Чэнь холодно взглянул на него.
— Я пойду тогда, когда захочу. Может ли твой мастер похитить меня и заставить присутствовать у себя, если я этого не хочу?
К этому моменту Цзян Чэнь уже был откровенно раздражен.
Так или иначе, последователь был всего лишь последователем. Он не смел дерзить основному ученику. Последователь лишь холодно усмехнулся и бросил в сторону Цзян Чэня снисходительный взгляд.
Он был уверен, что этому новичку, оскорбившему старшего брата Янь Хунту, теперь ничего не светило в будущем.
Янь Хунту был гением Королевского Дворца Пилюль; ему было чуть за двадцать. На его худом, жестоком лице выделялся орлиный, с горбинкой нос. Он жил в лучшем жилище района Парящих Облаков и заправлял всем на этой территории.
С его уровнем культивирования он вполне мог попасть в район более высокого уровня, но он любил власть и статус, которыми он мог наслаждаться в этом районе.
Некоторым больше по нраву быть первым из худших, чем последним из лучших.
Он предпочитал быть главным в районе Парящих Облаков, а не подчиняться чьим-то чужим приказам в районе более высокого уровня.
За несколько лет Янь Хунту был на пике силы и власти. Никто не смел перечить ему.
Какой еще основной ученик в этом районе посмел бы так неуважительно обойтись с ним?
Он тут же помрачнел, услышав от вернувшегося последователя ответ Цзян Чэня.
— Он посетит меня, когда у него будет время?
Янь Хунту рвал и метал.
— С каких это пор новички района Парящих Облаков начали считать себя невесть кем?
— Старший брат Янь, этот паренек похож на неотесанную деревенщину, его поведения — явный признак вопиющего неуважения к вам. Мне кажется, такого упрямого сельского осла нужно как следует проучить, чтобы он понял, кто здесь главный.
Последовать подлили масла в огонь, в его голосе так и сквозило желание спровоцировать конфликт.
— Пфф, я слышал, что этот Цзян Чэнь прославился в Секте Дивного Древа. Наверное, он думает, что и в Королевском Дворце Пилюль что-то из себя представляет. Безжалостное лицо Янь Хунта исказила насмешливая гримаса.
— Ха! Да кто он, черт возьми, такой? Только в такой глуши, как союз шестнадцати королевств, он мог показаться кем-то особенным. Он — просто недалекий новичок в Розовой Долине. Он свернется калачиком, даже если он подобен дракону, и послушно ляжет на землю, даже если он подобен тигру!
Последователь продолжал в том же духе, пока Янь Хунту хорохорился.
Глава 462. Полубог дерева
Цзян Чэнь не был удивлен попыткой Янь Хунту указать ему на его место. Даже если бы Дань Чи не предупредил его об этом заранее, он бы все равно ожидал чего-то подобного.
Все-таки он был здесь чужаком, и вдруг он занял место на территории основных учеников. Глупо было бы ждать, что все сразу же примут его с распростертыми объятиями, особенно учитывая его репутацию. Мудрец лично решил вступить в союз с Сектой Дивного Древа из-за Цзян Чэня!
Одного этого было достаточно, чтобы навлечь на Цзян Чэня общественное осуждение.
Все здесь были гениями, а какой гений захочет подчиниться другому?
Цзян Чэнь был гением из незначительного местечка, и вдруг Дань Чи начал уделять ему так много внимания. Кого бы это не задело, кто бы не затаил обиду в такой ситуации? Многие ли смогли бы подавить в себе даже малейший намек на зависть? И Янь Хунту не был исключением. Само собой, Цзян Чэнь тоже знал, что некоторых вещей избежать невозможно: чтобы выжить в секте, с некоторыми трудностями нужно встретиться лицом к лицу.
— Молодой господин, похоже, и в Розовой Долине нам не видать покоя. Здесь полным-полно подлецов, — сердито пропыхтела Гоуюй.
Цзян Чэнь оставался невозмутим.
— Где люди, там и цзянху. А где цзянху, там и конфликты. Давайте же расслабимся и отдохнем с дороги.
(Прим. переводчика: Под «цзянху» понимается сообщество мастеров боевых искусств или культиваторов)
Он собирался вернуться во двор, когда до него донесся другой голос: — Даос Цзян Чэнь, пожалуйста, подождите.
Повернув голову, Цзян Чэнь увидел молодого человека, стоявшего в нескольких шагах от него. В нем было какое-то естественное изящество, его брови были тонки, а одеяние напоминало рясу священника. Из-за всего этого в нем чувствовалась удивительная одухотворенность, столь нетипичная в таком юном возрасте.
— Меня зовут Му Гаоци, я недавно стал основным учеником; я был последним, пришедшим в Розовую Долину, до вашего появления. Я слышал о вас и решил нанести вам визит. Я вам не помешал?
Му Гаоци выглядел на год или два младше Цзян Чэня.
Что ж, как говорится, добрый гость всегда в пору. Цзян Чэнь был весьма благоразумен, да и не пристало отвечать отказом на такое дружелюбие. Этот Му Гаоци был необычайно вежлив и казался настроенным весьма благожелательно.
— Пожалуйста, проходите, — кивнул Цзян Чэнь, жестом приглашая гостя пройти. Девушки-последовательницы удалились, увидев, что к их мастеру пришел гость. Привыкнув к уединенному образу жизни, Хуан-эр не хотела показываться незнакомцам.
Сюэ Тун также собирался удалиться, принеся гостю чаю. Было очевидно, что после насмешек, которыми последователей встретили обитатели Розовой Долины, все они в той или иной степени чувствовали себя неловко. Они боялись, что нанесут еще больший урон репутации Цзян Чэня, если останутся.
— Сюэ Тун, ты ведь здесь не чужой. Останься и послушай гения из Королевского Дворца Пилюль. Это будет весьма познавательно. Цзян Чэнь не хотел, чтобы в сердца дао его последователей проникли сомнения. Он пытался подтолкнуть Сюэ Туна и остальных к преодолению заниженной самооценки.
Му Гаоци поспешил поклониться в пояс и с улыбкой произнес:
— Вы слишком высокого мнения обо мне.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Я едва прибыл сюда и еще не знаю правил Розовой Долины. Позвольте поднять за Брата Му эту чашку простого чая.
Будучи человеком скромным, Му Гаоци был застигнут врасплох и польщен тостом Цзян Чэня, сразу настраивающим на доверительный лад. По манерам и речи молодого человека Цзян Чэнь понял, что тот пришел с благими намерениями. Каждое его движение было четко выверено, он был подчеркнуто учтив и обходителен. Он сильно отличался от остальных гениев секты и не смотрел на окружающих свысока.
— Брат Цзян Чэнь, сей младший брат, должно быть, на год или два младше тебя. Можешь звать меня Сяо Му или Гаоци. Последние несколько дней в Королевском Дворце Пилюль только и разговоров, что о Брате Цзян Чэне. Я специально принес немного пилюль в качестве скромного дара, надеюсь, Брат Цзян Чэнь останется ими доволен, — произнес Му Гаоци, доставая и ставя на стол несколько склянок с пилюлями.
(Прим. переводчика: По-китайски «сяо» означает «младший», «маленький»).
— Хе-хе, по меркам Королевского Дворца Пилюль мой потенциал в боевом дао весьма посредственен, но благодаря моей врожденной древесной конституции, я обладаю неплохим потенциалом в области пилюль. Преимущество, которое мне дают мои навыки приготовления пилюль, позволило мне попасть в Розовую Долину. В этих трех склянках содержатся следующие пилюли: Пилюля Изначального Развития , позволяющая добиться больших результатов культиватору изначальной сферы, Пилюля Укрепления Духа, быстро увеличивающая уровень культиватора духовной сферы, и Пилюля Слияния Семи Звезд, которая позволит вам мгновенно восполнить половину изначальной энергии после затянувшейся битвы. Различные обстоятельства помешали мне, а потому, из-за слишком высоких требований, я не смог приготовить много Пилюль Изначального Развития. Что же до Пилюли Укрепления Духа, то по действию она напоминает Божественный Плод Дивного Древа из вашей секты. Хе-хе, именно благодаря этой пилюле я смог достичь изначальной сферы!
Му Гаоци подробно рассказал об этих удивительно ценных пилюлях.
— Даос Гаоци, не слишком ли это щедрый подарок для первой встречи? — слегка улыбнулся Цзян Чэнь.
Му Гаоци поспешно ответил:
— Возможно, для иных культиваторов это довольно ценные пилюли, но я могу запросто приготовить их еще раз благодаря своему дао пилюль. К тому же…
— К тому же что? — рассмеялся Цзян Чэнь.
— Хорошо, — промолвил Му Гаоци, и его красивое лицо залилось краской. — По правде говоря, я пришел к тебе по личному делу. Я хотел кое-о-чем попросить тебя, поскольку я слышал, что Брат Цзян Чэнь обладает естественной предрасположенностью к элементам огня и воды.
— Почему же ты решил обратиться ко мне?
Цзян Чэнь не удержался и рассмеялся, увидев, как Му Гаоци краснеет. Какой же он застенчивый; едва ли такой робкий юноша мог замышлять что-то недоброе.
— Просто некоторое время назад я тренировался во внешнем мире и вместе с несколькими другими учениками секты обнаружил чистый родник. Похоже, этот родник питал подземный источник. Когда я взял образец воды, я обнаружил, что в ней содержится удивительно чистая древесная духовная энергия. Я от природы весьма чувствителен к древесной духовной энергии, поскольку я родился с естественной древесной конституцией. Поэтому мы решили определить источник родника, но обнаружили, что родник протекает через глубокую пещеру. Пройдя лишь десятую часть пещеры, мы вынуждены были прекратить поиски, поскольку там было слишком опасно. В пещере происходят постоянные перепады температуры; там то слишком жарко, то слишком холодно. Когда наступает жара, из-под земли бьют столбы огня, а когда наступают холода, все вокруг замерзает, словно на вершинах самых высоких гор; кажется, становится так холодно, что кровь чуть ли не замерзает в жилах.
(Прим. переводчика: Видимо, конституции тоже делятся на уровни, и врожденная конституция сильнее естественной).
Пока Му Гаоци говорил, он неотрывно смотрел на Цзян Чэня.
Цзян Чэнь понял, чего хочет Му Гаоци.
— Брат Цзян Чэнь, нам достанется невероятное сокровище, если мы сможем найти этот родник, — несколько возбужденно произнес Му Гаоци. — Моя естественная конституция находится всего в одном шаге от уровня врожденной конституции. С помощью родника я смог бы обрести врожденную древесную конституцию. И не только я смогу извлечь пользу из этого родника; любой культиватор, который воспользуется водой из родника, сможет улучшить свою кровную линию и свой потенциал. Это редкая удача!
— И тебе нужна моя помощь? Поэтому ты принес мне пилюли?
— Нет, нет… — тут же замотал головой Му Гаоци. — Неужели я посмел бы даже подумать, что всего нескольких пилюль будет достаточно, чтобы заручиться твоей поддержкой? Я лишь хотел преподнести тебе дар и пригласить присоединиться к нам.
— Присоединиться к вам? Предложение звучало заманчиво. Когда же вы собираетесь выдвигаться?
— Полагаю, примерно через три месяца. У нас еще полно времени, чтобы подготовиться. Само собой, лишь узкий круг людей знает о готовящемся походе. Все ученики, обнаружившие тот родник, будут держать язык за зубами. Если более сильные ученики узнают о нем, мы не сможем рассчитывать на это удивительное сокровище.
Му Гаоци был скорее интровертом по характеру, а потому он не завел в Королевском Дворце Пилюль полезных знакомств. Большинство интровертов медленно привыкают к другим людям и неохотно доверяются окружающим. Поэтому он не рискнул пригласить более сильных учеников.
К тому же, он разумно предполагал, что культиватору, имеющему предрасположенность к элементам огня и воды, будет куда проще пробраться через ту пещеру. Не следует забывать и то, насколько сильно Му Гаоци восхищался Мудрецом Дань Чи; он был уверен, что тот, кого так высоко ценил его кумир, заслуживает всяческого доверия, поэтому после долгих размышлений он осмелился пригласить Цзян Чэня.
Заметив, что Цзян Чэнь не торопится с ответом, Му Гаоци спешно добавил:
— Брат Цзян Чэнь, если ты думаешь, что я недостаточно искренен, смею тебя уверить, что в будущем я обеспечу твоих последователей всеми Пилюлями Укрепления Духа, какие только могут им понадобиться. Тебе даже не придется готовить ингредиенты. Каков твой ответ?
Само собой, будучи жителем Розовой Долины, Му Гаоци знал, что люди Цзян Чэня стали посмешищем среди местных культиваторов.
Хваленный основной ученик с культиваторами малой духовной сферы в качестве последователей? Это было удивительным зрелищем по меркам Розовой Долины, немудрено, что они стали посмешищем.
— Даос Гаоци, пока я отвечу согласием, раз ты такого высокого мнения обо мне. Однако я оставляю за собой право в любой момент отказаться от участия, если я узнаю, что твой рассказ не был правдив, или что ты пытался что-то скрыть от меня, — напрямик сказал Цзян Чэнь.
Му Гаоци был в восторге и радостно воскликнул:
— Пусть небеса покарают меня, если я что-то скрыл от тебя! Вот только все те культиваторы, с которыми я обнаружил духовный родник, выше меня по уровню культивирования. Боюсь, позднее у нас могут возникнуть с ними проблемы.
— Не беспокойся об этом.
Цзян Чэня волновала не столько сила остальных культиваторов, сколько вероятность сговора или западни. По крайней мере, пока он мог не беспокоиться, поскольку Му Гаоци дал честное слово.
После того, как они обсудили детали, Му Гаоци начал чувствовать себя куда более комфортно в компании Цзян Чэня. Он пустился в подробный рассказ о Долине.
— В Розовой Долине проживает примерно тысяча человек. Культиваторы вроде меня, лишь недавно достигшие изначальной сферы, находятся в самом низу местной иерархии. Хорошо, что остальные ученики особо не задирают меня, поскольку я отлично умею готовить пилюли. Они называют меня «Полубог дерева» из-за моих способностей в области дао пилюль.
(Прим. переводчика: Его фамилия, Му, по-китайски означает «дерево»).
— Ха-ха, в тебе и вправду есть что-то неземное, присущее бессмертным! — рассмеялся Цзян Чэнь.
— Возможно, это как-то связано с моей естественной древесной конституцией. Ах да, Брат Цзян Чэнь, я слышал, что Янь Хунту вызывал тебя к себе? Это правда? — спросил Му Гаоци.
— Да, кстати, кто он такой? — спросил Цзян Чэнь.
Му Гаоци криво усмехнулся:
— В районе Парящих Облаков лучше не злить этого человека. Брат Цзян Чэнь, я советую тебе при случае дать Янь Хунту знать, что ты готов подчиниться ему. Му Гаоци был осторожен и старался не говорить дурно об окружающих.
По его тону и реакции можно было понять, каким властным и грозным был этот Янь Хунту.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся и ничего на это не ответил. Он перевел тему:
— Розовая Долина разделена на несколько частей?
— Именно так. Есть четыре части: район Парящих Облаков, Несравненный район, район Небесного Столпа и Верховный район. Среди основных учеников район Парящих Облаков считается самым слабым. Те, кто живет в Несравненном районе, немного сильнее, но самые могущественные основные ученики живут в районе Небесного Столпа и в Верховном районе. Те, кто имеют право войти в Верховный район — настоящие истинные ученики Королевского Дворца Пилюль, лучшие гении. Их совсем немного. У них есть право совершить прорыв в сферу мудрости; пропасть между нами и ними слишком велика.
Когда Му Гаоци говорил о Верховном районе, в его голосе были ясно слышны страх и восхищение.
— Янь Хунту — тиран района Парящих Облаков, не так ли?
— Можно и так сказать. Старший брат Янь достаточно силен, чтобы перейти в район Небесного Столпа, но контроль над районом Парящих Облаков дает ему слишком много преимуществ. Здесь он — король; неудивительно, что он не хочет уходить отсюда.
В своем нынешнем положении Янь Хунту пользовался самыми разными привилегиями; он мог даже собирать с прочих культиваторов плату за защиту. Ну конечно же он не собирался уходить!
Глава 463. Много лая, мало толку
Му Гаоци явно не хотел слишком много говорить о Янь Хунту, он лишь напоминал Цзян Чэню, что подчиниться местному тирану будет куда безопаснее, чем оскорблять его. Чтобы помочь Цзян Чэню уладить конфликт с Янь Хунту, он даже готов был потратить свои деньги.
— Брат Цзян Чэнь, если ты не хочешь унижаться или тратить деньги, я могу принести еще пилюль; можешь принести их в дар Янь Хунту, чтобы уладить этот конфликт. Если он что-то получит от тебя, на некоторое время он успокоится.
Из-за чрезмерной осторожности Му Гаоци был склонен к пассивности и даже слабохарактерности. Он бы скорее потратил деньги, чтобы справиться с проблемой, чем боролся за себя.
Цзян Чэнь не презирал его за это. Он понимал, что у Му Гаоци не было покровителей в Королевском Дворце Пилюль, а его боевое дао было далеко не на уровне возлюбленного сына неба. Тот, кто всеми силами старается выжить, забившись в щель, вынужден придерживаться жизненной философии осторожности и скромности. В этом не было вины Му Гаоци.
Обменявшись любезностями, они попрощались, и Му Гаоци ушел. Перед тем как уйти, Му Гаоци раз за разом напоминал Цзян Чэню, что ему не стоит нарываться на конфликт с Янь Хунту.
Цзян Чэнь с улыбкой отклонил его предложение.
— Будь спокоен, Даос Гаоци, этот конфликт между нами скоро разрешится.
Цзян Чэнь никогда никого не провоцировал намеренно, но и лебезить перед другими он не привык. Если бы Янь Хунту искал дружбы, Цзян Чэнь, несомненно, ответил бы ему взаимностью. Но если он жаждал власти над Цзян Чэнем, ни о каком компромиссе не могло идти и речи.
Как и предупреждал Мудрец Дань Чи, чтобы выжить в секте, нужно быть готовым к конфликтам и внутренним распрям. В мире боевого дао слабые были лишь кормом для сильных.
У Янь Хунту не было никаких старых счетов с Цзян Чэнем, а потому можно было с уверенностью сказать, что он просто хотел доминировать над Цзян Чэнем, чтобы вознестись еще выше и упрочить свой авторитет. Однако Цзян Чэнь не собирался сдаваться так просто. Не то чтобы он принципиально был против тактического отступления, просто на сей раз в этом не было нужды.
«Му Гаоци — не предатель, просто слишком мягкий человек. Он умеет выживать, забившись в щель, но ему не хватает характера и способностей культиватора, стремящегося к самому пику боевого дао. Му Гаоци произвел на Цзян Чэнь хорошее впечатление. Он принялся неторопливо рассматривать пилюли, которые тот принес. У него не было особой нужды в этих пилюлях, но этого юного культиватора явно заслуженно прозвали Полубогом Дерева.
Пилюли такого качества не встречались в союзе шестнадцати королевств — особенно мощной была Пилюля Укрепления Духа; примерно сорок таких пилюль Му Гаоци подарил Цзян Чэню.
«По крайней мере, он весьма щедр». У Цзян Чэнь не было особой нужды в Пилюле Укрепления Духа, но она была весьма полезна для культиваторов духовной сферы. Хотя ее и нельзя было сравнить с Божественным Плодом, по эффективности она уступала ему не то что бы слишком сильно.
Цзян Чэнь позвал Гоуюй и остальных и дал каждому по четыре пилюли. Он решил отдать Тан Хуну четыре оставшихся Пилюли Укрепления Духа, а прочие пилюли раздать остальным ученикам Секты Дивного Древа. Хотя их с ним почти ничего не связывало, все-таки они тоже были членами Секты Дивного Древа. Теперь они все были в одной лодке. Он бы оказал им немалую помощь, дав каждому из них по пилюле.
Что же до Пилюли Изначального Развития, Цзян Чэнь несколько секунд рассматривал пять таких пилюль, держа их в своей ладони. Они были небесполезны, но, учитывая его предпочтения, он был не совсем доволен их качеством. Он оставил себе две, а остальные решил отдать Е Чунлоу.
Лорд-мастер недавно достиг изначальной сферы, и хотя его потенциалу только предстояло полностью раскрыться, по сравнению с молодыми людьми, его диапазон дальнейшего развития был куда меньше. Возможно, эти пилюли больше подойдут Е Чунлоу.
Что было действительно едкой находкой для Цзян Чэня, так это Пилюля Слияния Семи Звезд. Он создавал подобные пилюли в Земном Королевстве, например, Пилюля Бескрайнего Океана все еще была ходовым товаром в союзе шестнадцати королевств.
Однако так пилюля была полезна лишь в сфере истинной ци. В духовной сфере она была куда менее эффективна, а в изначальной — совсем бесполезна.
«Пилюля Слияния Семи Звезд? Восстановление изначальной энергии… Похоже, мне следует освоиться в местной культуре Королевского Дворца Пилюль и больше внимания уделять пилюлям».
Королевский Дворец Пилюль был сектой, основанной на дао пилюль. Если ученик не умел изготавливать пилюли, такой культиватор не мог считаться истинным учеником Королевского Дворца Пилюль.
Однако в течение последних двух лет Цзян Чэню не хватало времени, чтобы изучать дао пилюль. В противном случае на всем Континенте Божественной Бездны не сыскалось бы культиватора, превосходящего его в этой области. В прошлой жизни он был мастером пилюль, прославившимся на бесчисленные королевства!
Раздав пилюли, Цзян Чэнь позвал Гоуюй. — Гоуюй, найди Лорда-мастера Е Чунлоу и передай ему эти пилюли. Он мог мысленно сообщить Е Чунлоу, в какой именно пропорции нужно использовать пилюли, поэтому он не стал просить Гоуюй передать ему инструкцию.
Затем к нему подошла Вэнь Цзыци:
— Молодой господин, духовные препараты, которые вы дали мне в прошлый раз, закончились. У Огромных Обезьян Серебряной Луны нынче невероятный аппетит, они очень много едят.
Ей приходилось тратить уйму времени и сил, чтобы отдельно растить двух Обезьян. Со временем Обезьяны начали расти все быстрее и быстрее. Резкий скачок аппетита означал, что они выходят на новый уровень развития. Это было хорошо, но означало немалые расходы для Цзян Чэня.
У него было много ресурсов, как из Секты Дивного Древа, так и из территорий наследия из древних времен. И все же на него полагалось слишком много людей, так что ему становилось трудно сводить концы с концами. Если прибавить к тому несколько сотен Златокрылых Птиц-мечей, которые всегда были у Цзян Чэня под рукой, получалось, что ему нужно кормить еще пару сотен культиваторов духовной сферы. Их аппетиты были столь же впечатляющими.
«Кто бы мог подумать, мне, Цзян Чэню, придется волноваться о хлебе насущном?» В Королевском Дворце Пилюль было в десять раз больше ресурсов, чем в Секте Дивного Древа, но ему нужно было заботиться о таком количестве культиваторов, что это было едва заметно. Гоуюй и Сюэ Тун были последователями, а не официальными учениками, а потому они не получали ресурсов.
«Эх, похоже, мне все же придется зарабатывать деньги!»
Для Цзян Чэнь это не составляло труда, особенно в Королевском Дворце Пилюль. Он решил подойти к решению проблемы со стороны очищения пилюль.
Обезьяны Серебряной Луны, Король Златозубых Крыс и Златокрылые Птицы-мечи — все они нуждались в пище, ожидая эволюции кровной линии. Без достаточного количества ресурсов они не могли развиваться с должной скоростью.
Цзян Чэнь вспомнил, что для того, чтобы получать дополнительные ресурсы, можно было брать миссии или даже путешествовать за пределы секты.
«Похоже, придется посмотреть, какие миссии здесь есть». Поскольку он был новичком, ему предстояло со многим освоиться в Королевском Дворце Пилюль.
Он сел в позу лотоса, немного помедитировал и вспомнил несколько древних рецептов пилюль, обратившись к воспоминаниям из прошлой жизни, которые могли быть полезны в изначальной сфере.
«Собрать ресурсы, приготовить пилюли и стать сильнее». Таковы были основные приоритеты. Он проверил время и обнаружил, что Гоуюй ушла примерно три часа назад. Она уже должна была вернуться от Е Чунлоу, но ее нигде не было.
Пока он размышлял, к нему тихо подошла Хуан-эр.
— Господин Цзян, сестрицы Гоуюй уже давно нет, а она ведь здесь никого не знает, да и местность здесь для нее незнакомая. Хуан-эр немного волнуется. Ее с Гоуюй связывала нежная дружба, и ее занимали те же мысли, что и Цзян Чэня.
— Мм, я думал о том же. Но это ведь Королевский Дворец Пилюль, так что с ней не должно было произойти ничего страшного.
И все же Цзян Чэнь не хотел медлить. Гоуюй была его последовательницей и всегда безукоризненно выполняла свои обязанности. Цзян Чэнь уважал ее за необычайную прямоту.
Остальные последователи тоже разволновались, узнав, что Гоуюй так и не вернулась, и присоединились к поискам.
Через некоторое время они услышали голос Гоуюй около входа в Долину; она явно с кем-то спорила.
— Чепуха! По какому праву вы не даете мне пройти?
Гоуюй уперла руки в стройные бока; она спорила со стражей, но была само очарование, в ее речи не было и намека на угрозу.
— В Розовой Долине проживают гении. У тебя нет права, нет официальных бумаг, разумеется, тебе сюда нельзя.
— Херня! Я только что вышла отсюда, и теперь мне сюда нельзя? Вы просто издеваетесь надо мной! Гоуюй начала по-настоящему злиться.
— Хе-хе, а если и так, то что? Что ты собираешься делать? Можешь спокойно проходить, если у тебя есть медальон основного ученика. А если нет, то проваливай к черту!
— Разве последователей основных учеников уже и за людей не считают? Разве нам нельзя пройти? Почему же тем последователям дозволено спокойно входить и выходить?
Гоуюй указала на других последователей, беспрепятственно преодолевавших границу Долины.
— Думаешь, ты можешь с ними сравниться? Кто твой мастер? Какой у тебя уровень культивирования? Всего-то земная духовная сфера? Даже мальчишки-лекари на побегушках у других культиваторов выше тебя по уровню культивирования. Твое присутствие здесь — святотатство!
— Именно, знай свое место! Ты даже не достигла небесной духовной сферы!
— Все, либо проваливай к черту, либо пеняй на себя и приготовься к последствиям! Эти высокомерные стражи откровенно грубили ей.
— Так-так, хотел бы я посмотреть, что это за последствия! — раздался сзади ледяной голос Цзян Чэня. — Гоуюй, проходи.
В его повелительном голосе чувствовалась сила, и никто не посмел с ним спорить.
Поблескивая, Божественное Око Цзян Чэня устремилось на стражей:
— Любой, кто хоть пальцем ее тронет, может готовиться к следующей жизни.
Он явно не шутил. Говорят, мало толку от того, кто много лает. Было сразу понятно, почему они привязались к Гоуюй. Кто же был их целью? Он.
В противном случае, стражи не стали бы надоедать красавице Гоуюй, учитывая ее личность и статус.
После долгой практики со Злым Золотым Оком, взгляд Цзян Чэня все больше наполнялся поистине королевской величественностью. Устрашающая небесная сила в его глазах словно сковала стражей по рукам и ногам. Они не могли пошевелиться.
Гоуюй слегка фыркнула и вошла на территорию Долины.
— Молодой господин, я доставила вашу посылку лорду-мастеру. Он вам весьма признателен.
Цзян Чэнь махнул рукой и, вперив взгляд в стражей, ледяным тоном произнес:
— Откройте глаза и хорошенько приглядитесь! Это — мои последователи. Докучать им при входе и выходе из Долины значит испытывать мое терпение. Если такое повторится, я этого не потерплю. Если это случится вновь, я буду не прочь убить нескольких из вас, чтобы вы лучше усвоили урок.
Глава 464. Поразительная мощь Сверхновой
Само собой, сами эти охранники были культиваторами не слишком высокого уровня. В противном случае их не поставили бы у самого входа. Большинство из них были на уровне духовной сферы или на уровне духовного короля, то есть были на уровне большинства последователей основных учеников. Они могли получить право жить в Розовой Долине, лишь достигнув изначальной сферы. До этого им приходилось прислуживать в качестве чьих-то последователей либо же зарабатывать ресурсы, выполняя миссии.
Так что изначальная сфера была своеобразной границей в лучших сектах Области Мириады. Прорыв в изначальную сферу открывал перед культиватором кучу возможностей, но до этого он считался посредственностью. Стоило культиватору прорваться в изначальную сферу, и его преображение было подобно превращению карпа в дракона после преодоления драконовых врат.
Но, само собой, было более сотни тысяч учеников, которые еще достигли изначальной сферы, а способных на это было куда меньше. С первого взгляда было понятно, что даже в секте четвертого ранга вроде Королевского Дворца Пилюль таких талантов было немного.
Хоть Цзян Чэнь был еще новичком, все-таки он был основным учеником. Если бы он захотел разбушеваться и найти повод убить нескольких стражей, его бы в любом случае признали правым в таком случае.
По мере движения вперед Цзян Чэнь поучаствовал в самых разных жестоких передрягах. От его слов так и веяло желанием пустить кому-нибудь кровь. Стражи замолкли, словно цикады в холодную погоду, не смея даже пикнуть.
Им приказали искать повод доставать Цзян Чэня и докучать ему. Но они могли действовать лишь через его последователей. Они не могли позволить себе бесить кого-то вроде Цзян Чэня.
Происходящее радовало последователей Цзян Чэня. Они знали, что он рассердился из-за того, что их унижали; он хотел поддержать своих людей. С тех пор, как они оказались в Розовой Долине, им приходилось выносить насмешки и издевки. В результате последователи начали стыдиться своего низкого положения. Действия и слова Цзян Чэня залечили раны в их сердцах дао.
— Тцц-тцц, не слишком ли ты задаешься для того, кто едва прибыл в Долину? Кичишься своим статусом перед несколькими стражами? Думаешь, ты такой крутой, а?
Неподалеку раздался чей-то издевательский голос, к которому тут же присоединились несколько насмешливых реплик.
— Хе-хе, наверно, он был большим задирой в своем болоте и не забыл свою дурную привычку, прибыв в Королевский Дворец Пилюль.
— Это Королевский Дворец Пилюль! Пусть избавляется от своих замашек кичливой деревенщины. А не то рано или поздно ему не поздоровится.
Вскоре подошли и обладатели голосов.
Три основных ученика перегородили дорогу вместе со своими последователями. Случайно ли или намеренно, но они перегородили Цзян Чэню путь в его жилище.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся и окинул этих парней взглядом Божественного Ока. Они были примерно на втором-третьем уровне изначальной сферы. Скорее всего, для остальных обитателей района Парящих Облаков они были просто пушечным мясом. Он многозначительно улыбнулся и слегка нахмурил брови:
— Много лая, да мало толку.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Действительно, просто деревенщина, никаких манер!
— Только идиот осмелится оскорблять самого старшего брата Янь Хунту.
Три парня продолжали поучать Цзян Чэня, совсем забыв о том, что это они начали насмехаться над ним и встали у него на пути.
Цзян Чэнь помрачнел. Он больше не хотел тратить на них время: — Всего два слова. Пошли прочь.
Сразу было ясно, что Янь Хунту послал этих прихвостней, чтобы испытать его. Цзян Чэнь не собирался играть в эти игры. Но его настрой спровоцировал гнев остальных.
Хотя их положение в Долине было довольно низким, все же они были основными учениками с подобающей основным ученикам гордостью.
Им совсем не хотелось ударить в грязь лицом перед Цзян Чэнем. Они чувствовали, что явно превосходят его по старшинству и уровню культивирования. Поэтому для них было естественным желание унизить и втоптать в грязь Цзян Чэня. И вдруг эта неотесанная деревенщина дерзнула огрызнуться в ответ, да еще и так высокомерно? Сразу трем основным ученикам? Их гордости было нанесено неслыханное оскорбление!
— Цзян Чэнь, похоже, нам придется научить тебя правильно вести себя в Долине! Три основных ученика переглянулись и выстроились в боевую формацию в виде иероглифа 品, полностью перегородив Цзян Чэню путь.
Королевский Дворец Пилюль не запрещал ученикам драться друг с другом. Разрешение на бой нужно было лишь в том случае, если предполагалось, что состоится битва насмерть. В противном случае им предоставлялась возможность самим улаживать свои ссоры и конфликты. Поэтому такое зрелище не было в диковинку в Долине.
— Отбросы вроде вас хотят поучить меня правилам? Задам всего один вопрос: вы уберетесь прочь или нет? — повысив голос спросил Цзян Чэнь, приподняв бровь.
— Цзян Чэнь, у тебя есть два выбора! Либо ты сейчас же встанешь на колени и будешь просить о пощаде, либо я изобью тебя так, что ты будешь на коленях просить меня о пощаде!
Цзян Чэнь сощурил глаза. Он помрачнел лицом и резко поднял указательный палец правой руки, направив его вдаль.
— Убирайтесь. Прочь!
Его крик прокатился по всей округе подобно грому, а из Злого Золотого Ока вырвался мощный луч, пронзивший небеса словно вспышка молнии. Луч звездного света вырвался из кончика его пальца, поразив противников ужасающим морозом. Температура мгновенно упала, сам воздух замерз.
Пугающий ледяной луч пронесся по воздуху, охлаждая землю под ногами трех основных учеников в мгновение ока, невероятная мощь льда обрушилась на них подобно леднику.
— Что?!
— Нет!!!
Цзян Чэнь объединил мощь Ледяного Лотоса и Удара Сверхновой в этом приеме. Его полное название — Удар Темнейшей Сверхновой. Этот удар вызывал холод из самых темных глубин, где царит вечная зима, холод, замораживающий все вокруг.
Мощь этой техники тут же обрушилась на всю округу, перегородив пути к отступлению ледяными потоками. Три основных ученика стояли неподвижно, покрытые ледяной коркой, их кровь застывала буквально на глазах.
Их слабые последователи почти мгновенно превратились в ледяные статуи; лишь глаза их бешено вращались, а их души были преисполнены безграничного страха и отчаяния. Они словно пережили самое страшное испытание в жизни.
Три основных ученика были до смерти перепуганы. Они не могли помешать холоду проникать в их тела, как бы сильно они ни старались!
Цзян Чэнь не опускал палец. От одного движения его пальца зависела их жизнь.
С едва заметной насмешливой улыбкой он убрал палец. Пугающая ледяная мощь тут же рассеялась, вокруг снова стало светло.
Их кровь и ци возобновили нормальную циркуляцию. Ученикам пришлось несколько раз прогнать ци по всему телу, чтобы ледяная энергия исчезла. Затем они совсем по-новому взглянули на Цзян Чэня; в их глазах читался страх.
Формально они все-таки были из одной секты, так что Цзян Чэнь не собирался их убивать. Это было всего лишь предупреждение.
Мало что могло сравниться по силе убеждения с угрозой смерти.
Какими бы высокомерными они ни были, они знали, что Цзян Чэню хватило бы одного взмаха руки, чтобы уничтожить их. Только дурак осмелился бы стоять у него на пути после такого.
Посмотрев вслед Цзян Чэню, торжествующе возвращающемуся к себе домой, три униженных ученика переглядываются и видят в глазах друг друга непередаваемый ужас.
— Этот паренек… Обладает такой пугающей мощью всего лишь на первом уровне изначальной сферы? Он не уступает гениям земной изначальной сферы!
— А, давай не будем говорить об этом. Нужно вернуться и рассказать обо всем старшему брату Янь Хунту. На сей раз мы и вправду крупно опозорились.
— Цзян Чэнь…
Побывав на грани смерти, три основных ученика растеряли свою былую надменность. Они понуро пошли прочь.
— Молодой мастер, как же круто вы их уделали одним пальцем! Когда я, Цяо Шань, буду таким же крутым?!
— Рано или поздно мы всего добьемся, если будем слушаться молодого мастера. Когда мы торчали в Восточном Королевстве, неужто мы могли подумать, что когда-нибудь мы достигнем духовной сферы?
Го Цзинь ни на секунду не сомневался в Цзян Чэне.
— Именно так! Посмотрим, посмеют ли эти псы презрительно смотреть на нас теперь, когда молодой мастер показал им, на что он способен!
Торжествующие Цяо Шань и Цяо Чуань с гордостью нахваливали своего мастера.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся.
— Давайте вернемся в жилище. Это еще не конец. Это были всего лишь мелкие сошки Янь Хунту.
Раз Янь Хунту был тираном района Парящих Облаков, он точно не оставит это просто так. Однако Цзян Чэнь не боялся. На пути боевого дао всегда были препятствия.
Если Янь Хунту, ослепленный гордыней, посмеет ломиться в дверь Цзян Чэня, он просто прогонит незваного гостя прочь. Если Цзян Чэнь поддастся, унижениям не будет конца!
Его интуиция не подвела его. На следующее утро его жилище было окружено людьми.
Если быть точным, оно было окружено группой последователей.
Похоже, сюда прибыли все последователи основных учеников. И все они собрались около жилища Цзян Чэня. Они собрались ради того, чтобы прогнать последователей Цзян Чэня под тем предлогом, что их уровень культивирования слишком низок. Даже мальчики на побегушках были как минимум на уровне небесной духовной сферы!
Поэтому с видом оскорбленной добродетели они порицали Цзян Чэня, призывая его прогнать своих последователей.
Цзян Чэнь холодно улыбался. За всем этим явно стоял Янь Хунту.
— Вы что, думаете, что таким способом запугаете меня?
Он спокойно вышел наружу и смерил толпу презрительным взглядом. Он насчитал у входа в жилище примерно тысячу человек.
Цзян Чэня нелегко было вывести из себя, но и его терпению был предел.
— А ну-ка заткнитесь все! Я досчитаю до десяти. Если после этого я увижу здесь тень хотя бы одного из вас, я уничтожу всех и каждого!
На сей раз Цзян Чэнь был в ярости. Всего два дня прошло с тех пор, как он вошел в Розовую Долину, а ему уже беспрестанно докучали всякой чепухой. Это серьезно мешало его распорядку дня.
— Десять, девять, восемь, семь…
Цзян Чэнь не стал тратить время и не пытался вразумить этих людей. Он знал, что это Янь Хунту послал их всех. Они не смели не прийти, по сути, у них не было выбора.
А потому словами их было не переубедить. Положиться можно было лишь на силу.
— Шесть, пять, четыре, три…
С каждой секундой голос Цзян Чэня становился все более угрожающим. Воздух был просто пронизан ощущением исходящей от него опасности.
— Пфф! Цзян Чэнь, ты слишком высокомерен! Это — Розовая Долина, думаешь, можешь убить любого, кого захочешь?
— Именно. Цзян Чэнь, наши требования весьма разумны. Ты же угрожаешь убить нас, даже не выслушав как следует. Неужто ты совсем не уважаешь правила?
— Не думай, что можешь указывать другим, что делать, лишь потому, что у тебя есть кое-какие навыки. С твоим уровнем культивирования тебе еще далеко до пика Розовой Долины!
По рядам последователей прошла и затихла волна одобрительных восклицаний. Цзян Чэнь понял, что наконец-то явился тот, кто за всем этим стоял.
Глава 465. Хуан-эр проявляет инициативу
Цзян Чэнь, стоявший у двери, был полон решимости. Он был подобен одинокому копейщику, удерживающему полчища врагов на почтительном расстоянии. Он бы оставался столь же спокоен, даже если бы ветер проревел, подобно орде голодных зверей, ливень обрушился на него непрекращающимся ураганом, или десять тысяч солдат бросились прямо на него.
И вдруг его Божественное Око сверкнуло, и он вскричал:
— Выйди вперед и веди себя достойно, раз уж явился докучать мне! Почтенному основному ученику Королевского Дворца Пилюль не пристало вести себя словно мелкий разбойник на базаре, подстрекающий невежественную толпу творить беззаконие! Пока ты не вызываешь у меня ничего, кроме отвращения!
Когда Цзян Чэнь договорил, с помощью Божественного Ока он охватил взглядом все окрестности в радиусе пяти миль.
Вдали виднелись бесчисленные силуэты, устремившиеся к его жилищу. Янь Хунту явно обладал большим влиянием. Вне зависимости от того, пришли они все по своей воле или нет, одно было понятно: в районе Парящих Облаков он пользовался беспрекословным авторитетом.
— Что, еще больше недовольных? Выходите все! — холодно фыркнул Цзян Чэнь.
Все основные ученики разошлись в стороны, образовав проход посередине. В конце прохода стоял молодой человек в серебряном халате. Его пронзительный взгляд в сочетании с орлиным носом придавал ему зловещий вид. Широкими шагами он прошел вперед; за ним проследовали несколько основных учеников.
— Старший брат Янь.
— Приветствую, старший брат Янь.
— Добро пожаловать, старший брат Янь! Цзян Чэнь, как ты смеешь игнорировать старшего брата?
Цзян Чэнь бросил беглый взгляд в сторону этого старшего брата. Он получал неописуемое удовольствие от происходящего, воспринимая почтительное обращение как должное. Янь Хунту явно привык к тому, что все стараются ему угодить, и наслаждался тем, как десять тысяч человек ластятся перед ним.
Он, должно быть, был на пятом или шестом уровне изначальной сферы. Хотя он еще не достиг небесной изначальной сферы, этого было достаточно, чтобы обеспечить ему абсолютное преимущество в районе Парящих Облаков. Душевные качества отражаются и во внешности; и по нему было видно, что он готов страшно мстить за малейшую обиду; да, это явно был невероятно безжалостный, жестокий человек. Для него цель всегда оправдывала средства. Кто бы ни встал у него на пути, он мог рассчитывать на страшную месть.
Он явно все это задумал, чтобы надавить на Цзян Чэня. Но на губах Цзян Чэня играла едва заметная улыбка. Он явно не собирался подыгрывать Янь Хунту.
Янь Хунту еще сильнее взбесился, увидев, сколько высокомерно смотрел на него Цзян Чэнь; под ним словно зашатался трон.
— Так это ты — Цзян Чэнь?
Янь Хунту подошел к нему поближе и презрительно улыбнулся.
— Янь Хунту, верно? У меня нет никакого желания препираться с тобой. Доставай оружие, если пришел драться. Кого ты хотел удивить, приведя сюда этих невежд докучать мне?
Цзян Чэню порядком надоели эти дурацкие уловки. Ему даже не хотелось дышать одним воздухом с такими типами.
Какой же стереотипный мелочный злодей.
— Как ты смеешь называть старшего брата Яня по имени!
— Ты смеешь неуважительно обращаться к старшему брату Яню в районе Парящих Облаков, ты что, ищешь смерти?!
— Старший брат Янь — господин района Парящих Облаков, он оказал тебе великую честь, почтив твое жилище своим присутствием! Ты что, не знаешь правил, грубая ты деревенщина?!
Янь Хунту не было нужды ничего говорить. Его прихвостни сами все говорили за него, всячески оскорбляя Цзян Чэнь, лишь бы выслужиться перед Янь Хунту.
Цзян Чэнь холодно рассмеялся. Такие лизоблюды встречались повсеместно. Он уже привык к таким ничтожествам. Цзян Чэнь окинул взглядом лицо Янь Хунту и насмешливо произнес:
— Я, Цзян Чэнь, уважаю только настоящий талант и тех, кто обладает достойным уважения духом. Хоть кто-нибудь из вас заслуживает моего уважения?
Янь Хунту, сдерживая гнев, улыбнулся:
— Цзян Чэнь, я наслышан о тебе и твоем высокомерии, так что не говори, что я задираю тебя. Эти последователи — тоже ученики Королевского Дворца Пилюль, каждому из них не чуждо чувство собственного достоинства. Приводя в Королевский Дворец Пилюль всяких бродячих котов да дворняг, ты оскорбляешь нашу секту и нагло игнорируешь правила!
— Правила? Какие правила? Разве в секте есть такое правило? — презрительно фыркнул Цзян Чэнь.
— Нет, но в районе Парящих Облаков есть. А даже если и нет, такое правило есть, потому что я так сказал!
Янь Хунту вел себя как настоящий тиран, не терпя никаких возражений:
— Даже местные прислужники находятся на уровне небесной духовной сферы. Хотя тебя не смущает присутствие всякого сброда, для нас это просто оскорбительно!
— Именно! Цзян Чэнь, ты разрушаешь репутацию нашего района!
— Мы не позволим этому мальчишке нарушать правила!
— Цзян Чэнь, в секте полным-полно внутренних учеников, если ты ищешь последователей. Но приводя сюда этих дворняг, ты оскверняешь эту священную землю!
— Район Парящих Облаков никогда не позволит таким отбросам жить здесь!
Все эти основные ученики явно сговорились. Они становились все громче и громче, их возмущенные крики волной обрушивались на Цзян Чэня.
Словно он ничего и не слышал, Цзян Чэнь приподнял бровь и рявкнул: — Заткнитесь! Его голос был подобен звону колокола; толпа немедленно затихла.
Цзян Чэнь невозмутимо улыбнулся:
— Какое вам всем, черт побери, дело до моих последователей? Мне известны лишь правила секты, а про брехню, которую в этом районе называют правилами, я слыхом не слыхивал. Если такое правило и вправду существует, немедленно измените его. В противном случае, можете возвращаться в дыру, из которой выползли. Бегите прочь со всех ног, сию же секунду!
Янь Хунту развел руки в стороны и насмешливо произнес:
— Цзян Чэнь, ты и вправду хочешь плыть против течения, оскорбляя весь район Парящих Облаков? Он хитро подбирал слова так, чтобы выставить Цзян Чэня врагом всего района.
Цзян Чэнь собирался ответить, когда рядом раздался звук легких, неторопливых шагов. Он мгновенно понял, что это были шаги Госпожи Хуан-эр.
Она еле слышно подошла сзади.
— Янь Хунту, верно? Ты невероятно заботят чужие последователи. Как насчет того, чтобы я исполнила одну песню, раз уж здесь собрались все твои последователи. Если хоть один из них сможет удержаться на ногах, мы уйдем. Если же нет, больше не докучайте нам.
Голос Хуан-эр был неземным, не от мира сего; сладкая трель ее речи была подобна долине орхидей или чистому источнику.
Все были поражены ее голосом. Еще более странное чувство овладело всеми, когда они увидели, что голос принадлежал молодой, некрасивой девушке.
Хуан-эр проигнорировала их удивленную реакцию и перевернула ладонь. В воздухе застыла древняя цитра, и тонкие, ловкие пальцы Хуан-эр начали извлекать из нее звуки. Вскоре мощные ноты начали разноситься по всей округе, порождая поразительную и пугающую мелодию. Из ниоткуда возникли сверкающие копья и кони в боевой броне, лавины с высочайших гор и цунами настолько высокие, что за ними было не видно неба.
Эти убийственные ноты словно скрывали в себе особую магию, пронзая саму душу слушающего. Когда Цзян Чэнь смотрел на то, как пальцы Хуан-эр ловко двигаются по цитре, ему в голову пришла мысль. Он был поражен силой, с которой мелодия атаковала душу врага.
Эта бесформенная атака уничтожала психологическую защиту культиваторов с посредственной силой воли. Стоило им поддаться страху, и их начинали одолевать галлюцинации.
К тому же эта атака основывалась не только на иллюзиях; звуковые волны обладали вполне ощутимым физическим воздействием. Двойная атака на дух и тело; некоторые культиваторы низкого уровня начали кричать, закрывая уши руками; из их глоток вырывались вопли чистой агонии.
Но от этой атаки нельзя было защититься, просто прикрыв уши. Эта мелодия проникала в каждую клеточку тела. Каждый дюйм кожи чувствовал эту мелодию.
Среди ужасающих воплей некоторые последователи начали беспорядочно разбегаться. Все больше и больше последователей сбегали. Не в силах совладать с этими нотами.
Всего через полчаса во дворе не осталось ни одного из них. Не было ни одного последователя, и тогда Хуан-эр перестала играть и убрала пальцы с цитры.
Когда музыка стихла, некоторые основные ученики уровнем пониже почувствовали, что железные обручи, сковавшие их грудь, ослабли, они снова смогли дышать свободно. Синее небо, которое, казалось, вот-вот свалится н них, снова стало светлым и спокойным.
Все они тайком вытирали пот, их сердца все еще стучали от страха, а разум не оставляли навязчивые мысли о побеге. Не то что бы они все были согласны с Янь Хунту, да и многие из них пришли сюда лишь потому, что боялись его. Они опасались, что он расценит отказ как знак неуважения.
Но кто бы осмелился оставаться в авангарде после такой демонстрации силы? Если бы эта некрасивая девушка продолжила играть на цитре, даже их психологическая защита была бы сломлена. А стоило сердцу дао понести такой урон, и тренировки в изначальной сфере становились чрезвычайно трудными.
Большинство из них все сильнее хотели убежать прочь отсюда. Они не хотели ввязываться в этот конфликт. Наиболее прозорливые из них даже смекнули, что Цзян Чэнь может серьезно навредить репутации Янь Хунту как местного тирана, а то и попросту ее уничтожить!
Хуан-эр сжала ладони, и словно по волшебству цитра пропала. С мягкой улыбкой она тихо встала рядом с Цзян Чэнем.
Увидев, что музыка Хуан-эр прогнала тысячу культиваторов небесной духовной сферы, Цзян Чэнь зааплодировал, залившись радостным смехом. Он взглянул на Янь Хунту, и в еще более хорошее расположение духа.
— Что ты на это скажешь, Янь Хунту?
Янь Хунту и подумать не мог, что у Цзян Чэня окажется такая сильная последовательница. Это сильно подействовало на него.
— Пфф! Даже если одна последовательница сильна, остальные все равно слабы. Такова правда.
Он холодно фыркнул, не желая оставлять это просто так.
Цзян Чэнь расхохотался:
— Раз уж речь зашла о силе, может, сначала все последователи Розовой Долины пойдут прочь, а лишь потом — мои последователи?
Янь Хунту на это было нечего ответить.
Последовательница Цзян Чэня и вправду была куда сильнее всех остальных последователей. Тут придраться было не к чему. — Цзян Чэнь, я могу забыть обо всей этой истории с последователями. Однако в течение всего нескольких часов после прибытия в Розовую Долину ты уже поднял на уши весь наш район. Будучи лидером этого района, я не позволю тебе публично нарушать наши правила и традиции!
Цзян Чэню порядком осточертели эти правила, о которых ему твердили вновь и вновь.
— Янь Хунту, придумай что-нибудь новенькое, раз ищешь, к чему придраться. Какие правила, какие традиции? Кто ты, черт побери, такой? Кто дал тебе право устанавливать здесь правила? Мое правило простое: не нападать, пока не нападают на меня. Если ты нападешь на меня, я сторицей воздам тебе за твою агрессию! Так скажи же мне, соревнование в какой сфере тебе больше по душе: гражданские предметы или боевое дао? Поторапливайся, и делай свой выбор; я не хочу тратить на тебя время.
Он и вправду был невысокого мнения об типах вроде Янь Хунту. Остальные обитатели района, быть может, и боялись его словно тигра, но для Цзян Чэня он был лишь дурацким клоуном!