Глава 25
Мама, почувствовав взгляд дочери, медленно отстранилась от Сон У. Её глаза, полные слез, нашли Аю.
— Доченька... — выдохнула Елена.
Она бросилась к ней, и Джиу осторожно разжал пальцы, позволяя Ае шагнуть в мамины объятия. Когда мама прижала её к себе, Ая наконец-то позволила себе стать маленькой. Она уткнулась лицом в домашний свитер матери, который всё ещё пах уютно — хлебом и лавандовым ополаскивателем. Этот запах был самым сильным контрастом с тем смрадом, который они оставили в больнице.
— Ты ранена, — Елена отстранилась на секунду, её руки судорожно ощупывали плечи дочери, лицо, будто проверяя, настоящая ли она. — Ая, ты вся в крови...
— Это не моя, мам, — всхлипнула Ая, хихикнув от своих же сказанных слов. Хотя слезы уже катились по щекам.
— Я в порядке. Мы все в порядке.
Елена снова прижала её к себе обняв, и через секунды она заметила Джиу и Юн Хо. Геру она знает.
— А вы... друзья Аи? — спросила она, переводя взгляд с одного на другого.
Юн Хо, несмотря на усталость, попытался изобразить подобие вежливого поклона, хотя с ружьем в руках это выглядело странно.
— Юн Хо, — представился он. — Будем считать, что я ваш новый телохранитель, Простите за вид, я не успел переодеться к ужину.
Елена лишь слабо улыбнулась на его шутку, но тут же посерьезнела:
— У нас мало времени. Соседи напротив... они начали странно себя вести еще вечером. Стали бродить по участку. И еще... Вера звонила.
Ая резко подняла голову:
— Вера? Она здесь? Она в порядке?
— Она в своей школе, в подвале, — Елена прижала руку к груди.
— Сказала, что там заперто около десяти человек, но у них заканчивается еда. Она плакала, Ая. Просила, если мы сможем...
Сон У посмотрел на свои руки, потом на Джиу и Юн Хо.
— Мы только что из ада вырвались, — глухо сказал он.
- рисковать семьёй которую я только что собрал я не буду.
Ая нахмурилась приоткрыв рот от его слов
- пап.. ты же ее почти с пелёнок знаешь, она моя подруга со школы. Разве можно так?.. так..- нос начало щипать, она едва ли не плакала, но ещё держалась, отец повернулся к ним спиной, с серьезным лицом, устало нервно вздохнув. Оперевшись на тумбу перебил ее
- я свое сказал. разговор окончен
- дорогой но- Елена подошла к нему и положила ладонь на плечо пытаясь отговорить.
Мужчина повернул голову на неё.
- дорогая, тема. закрыта.
В прихожей повисла тяжелая, душная тишина. Ая стояла, не в силах пошевелиться, глядя на широкую спину отца. Он казался ей сейчас холодным, будто та сталь, из которой был сделан топор.
— Пап, это не ты сейчас говоришь, — прошептала она, и её голос сорвался. — Это твой страх говорит.
Сон У не обернулся. Его пальцы сжались на краю тумбы так, что дерево жалобно скрипнуло.
— Мой страх спас нам жизни в больнице, Ая. И он спасет их здесь. Мы забаррикадируем окна, проверим запасы и не выйдем отсюда, пока пока военные не придумают что-нибудь.
Юн Хо и Джиу переглянулись. Юн Хо осторожно опустил ружье прикладом на пол, чувствуя, как между членами семьи натягивается невидимая струна. Ему, как постороннему, было неловко в это вмешиваться, но правда была на стороне Аи.
— Сэр, — подал голос Джиу. Его голос был тихим, но в нем слышалась та же твердость, что и у Сон У.
— Мы не сможем долго сидеть за забором. Если там, в школе, десять человек, и среди них Вера... они погибнут через пару дней.
Сон У резко развернулся. Его глаза лихорадочно блестели.
— А если мы поедем туда, мы погибнем через пару часов! Ты видел, что на улицах? Ты видел, как они бегают? — он ткнул пальцем в сторону двери.
— У нас старый фургон, который заводится через раз, и один патрон у этого шутника! Ты хочешь поставить на кон жизнь моей дочери ради её чёртовы школьной подруги?!
Ая сделала шаг вперед, забыв о боли в ноге. Она почти не хромала — ярость оказалась лучшим обезболивающим.